Дар

— Просто вспомни всё, чему я тебя учил, сконцентрируйся и не давай волю страху, тогда всё получится, — говорил Марк, пристёгивая меня наручниками к батарее. — Зря ты вернулся, конечно. Если бы ты не сбежал, у меня было бы еще время, чтобы подготовить тебя к этому испытанию, а сейчас ты, как провинившийся, сдаёшь его досрочно. — Но ты же можешь что-то сделать! — взмолился я, мысленно проклиная себя за свою самонадеянность и безрассудность.       Надо было послушать Руслана, надо было оставаться в доме, надо было дождаться Миру, а не бросать всё и бежать помогать Еве по первой же просьбе. Хотя тут я вру сам себе: дело, конечно же, не в девчонке, которую я едва знаю, а в парне, который, увидев пару раз моё будущее, возомнил себя героем и решил, что мне нужна его опека и постоянный контроль. Он с чего-то взял, что без его надзора я и шагу ступить не смогу. — Макс, ничего личного, я просто выполняю свою работу. Удачи, — с этими словами он надрезал толстую веревку, на которой висела огромная гиря, прямо над моим лицом. Веревка медленно, с пугающим треском продолжила рваться. — Сконцентрируйся, у тебя очень мало времени.       Сконцентрироваться я не мог совершенно: ну, а как это сделать, когда ты на волоске от смерти? Поэтому когда от веревки, держащей гирю, осталась маленькая ниточка, я зажмурился и приготовился к худшему.       Внезапно я услышал, как повернулась дверная ручка и открылась дверь. — Марк, мне кажется, тут в сроках какая-то ошибка, — послышался знакомый женский голос.       Я машинально открыл глаза и даже не успел понять, что гиря падает на меня, как во мне что-то щелкнуло. Снаряд вдруг показался мне лёгким, как перышко, и он под действием моей силы мысли отлетел в стену, оставив вмятину в кирпичной стене, и с оглушающим шумом упал на пол. — Посмотрите-ка, ты справился! — не веря своим глазам, воскликнул Марк. — А я-то думал, снова придётся кровь от пола оттирать. — Очень смешно! — пресекла его девушка, которая вошла в помещение. Как оказалось, это была Диана, подруга Кирилла. Она была на моей тренировке в самый первый день, когда я попал сюда. — Так, о чем ты говорила? — обратился к девушке Марк. — Какая ошибка в сроках? — Ну, смотри, у меня в календаре стоит особо опасная тренировка у Максима только на следующей неделе. — Не, Диан, руководство сказало, что за попытку дезертирства будет проходить досрочно. Прошёл, молодец, — Марк помолчал. — отведёшь его в комнату к остальным? — К остальным? — спросил я дрожащим голосом. Я все ещё не мог прийти в себя от случившегося, поэтому, когда Марк отстегнул мои руки и помог подняться, всё моё тело затрясло, ноги подкосились и я едва не упал. — Так, аккуратнее давай, — сказал Марк, — Идти можешь? — Наверное, — неуверенно сказал я и, пошатываясь, побрёл к выходу.       Едва мы вышли за дверь и направились к моей комнате, Диана начала меня отчитывать: — У тебя вообще голова есть на плечах? Кирилл, я, Мира, Дима, Саша — мы все так рисковали, чтобы вас вытащить, а для чего? Чтобы вы все снова оказались здесь? — Мы все? — не веря своим ушам, переспросил я. — Вы все. Ты что, думал, твои друзья вот так тебя оставят? — на этих словах я почувствовал укол совести и в то же время приятную теплоту внутри. — Сейчас просто сидите в своей комнате и ждите дальнейших указаний. Спите, ешьте, ходите на тренировки. Мы постараемся обо всем позаботиться.       Она вернула меня в ту злополучную комнату, с которой всё начиналось. Даня сразу бросился на меня с объятиями и долго-долго не отпускал, говоря, как рад, что всё обошлось и что я жив. Следом меня обнял Миша, бросив короткое: «Рад, что ты в порядке». Руслан не стал спускаться со второго яруса кровати и даже не посмотрел в мою сторону. — С ним всё в порядке? — тихо спросил я у Дани. — Он очень переживал, Макс, — почти шёпотом ответил тот.       И я уверен, что он сейчас так реагирует по одной простой причине: я его уделал. Он в меня не верил, думал без него пропаду, а я справился. Вот он и бесится.       Ребята кратко рассказали мне о том, что было в моё отсутствие: про возвращение девочек, про звонок Мире, про то, как нашли меня по браслету, про встречу с Кириллом и Дианой возле здания. Я рассказал о перемещениях и о том, что до сих пор не могу поверить, что побывал в другом времени. Руслан за это время не проронил ни слова, продолжая лежать на кровати, глядя в потолок.       Внезапно посреди комнаты, как будто материализовавшись из воздуха, появилась Ева, укутанная в толстовку, которая была ей настолько велика, что даже закрывала колени. — Ты что здесь делаешь? Как ты сюда попала? — негодовал Даня, и даже Руслан, заинтересовавшись, спустился с верхнего яруса. — Переместилась в то время, когда здание еще не построили, встала на это место и вернулась в настоящее, — самодовольно произнесла девочка, явно гордясь своей изобретательностью. — Ну? — не унималась она, — чего ждёте? Сейчас сделаем так же и я верну вас назад.       Мы, следуя ее указаниям, встали в круг, взялись за руки и закрыли глаза. Я снова ощутил то чувство, которое так поразило меня в момент первого перемещения: я почувствовал, как растворяюсь в воздухе, как моё тело рассыпается на миллионы маленьких частичек, исчезаю я, исчезают мысли, становится невероятно легко.       Я открыл глаза и осмотрелся: вокруг нас непроглядный лес. Ребята ощупывали себя, осматривали свои части тела, не веря в произошедшее. Ева самодовольно улыбалась. — Здорово, правда? А я вооон на том дереве ленточку завязала, чтобы знать, куда идти. — Здорово, теперь нужно отойти подальше и возвращаться в наше время, — недовольно произнес Руслан и направился к дереву с ленточкой.       Мы молча направились за ним. Подойдя к дереву, мы повторили то же самое, но на этот раз, открыв глаза в нашем времени, я почувствовал себя нехорошо. Я плюхнулся на траву и, глядя перед собой, увидел только плывущие силуэты. Перед глазами все кружилось. — Макс, ты чего? — эхом в голове раздавался голос Дани. — Тебе плохо? — Так бывает, когда слишком часто перемещаешься, — заверила его Ева. — Не переживайте, это скоро пройдет. — Нам нужно уходить, — вмешался Руслан. — Мы недалеко от этой базы, они же могут нас найти. — Он не может идти, Руслан, — серьезно ответил Даня. — Подождём немного.       Силуэты начали обретать более четкие очертания, а голоса перестали двоиться в голове, и я попытался подняться, но безуспешно. — Посиди еще немного, всё хорошо, — присев рядом и погладив меня по голове, сказал Даня. — Ничего, блять, не хорошо. Кто-нибудь вообще в курсе куда нам идти? — повысив голос, спросил Руслан. Никто не ответил. — Сюда мы пришли по маячку на браслете Макса, а что делать сейчас, если все браслеты здесь? — Мой дома, — вмешалась Ева, и, когда все обернулись на нее, пояснила, — я его оставила, чтобы Мира не узнала, что я пошла за вами. — Это отличная новость! — воскликнул Даня и начал искать сигнал Евиного маячка в своем браслете, и остальные последовали его примеру. — Поздравляю, Макс, маленькая девочка обошла тебя интеллектом, — съязвил Руслан. — Чего? — поднимаясь на ноги, но все еще чувствуя головокружение, спросил я. — Чего слышал. Это ж надо, блять, додуматься. Сбежать посреди ночи с каким-то ребёнком из абсолютно безопасного места туда, где тебя могут убить, не сказав никому, подвергнув всех опасности! Тебе чуть башку не раскрошили нахер. Ты чем думал? — Ты просто бесишься, что я справился без тебя! Не хочешь признать, что оказался не нужен! — я почти ликовал, считая себя абсолютно правым и надеясь, что мои слова действительно заденут Руслана.       Он же смотрел на меня глазами, полными негодования, обиды и… слёз? — Да что ты, блять, несёшь? — тихо, почти шепотом произнес он, развернулся и быстрым шагом направился в сторону маячка на его браслете. — Макс, зачем ты так? — поджав губы, спросил Даня. — Но разве я неправ? — негодуя, ответил я.       Миша и Даня переглянулись, и я понял, что сделал что-то не так. — Мы не хотели тебе говорить… — начал Даня. — Ты не сам прошел испытание, — продолжил Миша. — Как это… не сам? Я же… я же лично эту гирю в стену швырнул, — я продолжал недоумевать.       Миша покачал головой: — Это Диана сделала. Она вошла под предлогом того, чтобы что-то спросить у Марка, а сама спасла тебе жизнь. — И дело в том, — продолжил Миша, — что это Руслан уговорил ее это сделать. Она ни в какую не соглашалась рисковать ради тебя собой и своим прикрытием, но он сказал… — Сказал что? — Сказал, что любит тебя. И она согласилась, — похлопав меня по плечу, закончил Даня.       Пошёл снег. Первый снег в этом году. Вопреки нашим ожиданиям, он не заканчивался еще очень долго, до самого вечера.       Вернувшись в дом, мы обедали в полной тишине, и только девочки иногда перебрасывались парой слов о случившемся. Руслан не говорил ни с кем и почти ничего не ел. Он раньше всех ушел из-за стола и направился в свою комнату, где провёл весь оставшийся день. Я никак не решался зайти к нему и поговорить.       С нами так никто и не связался, не сказал, что делать дальше и сколько еще ждать.       А снег продолжал идти, уже покрыв ровным слоем землю за окном. Моё меланхоличное настроение и любовь к зиме вынудили меня налить себе горячего какао и, закутавшись в теплый плед, выйти с обжигающей пальцы кружкой на крыльцо дома, чтобы понаблюдать за снегопадом.       Но жизнь решила подкинуть мне сюрприз, и, выйдя за дверь, на крыльце я обнаружил Руслана, который курил, стоя в одной футболке. Наши взгляды встретились, и я не знал, что мне делать дальше: уйти, начать говорить или молча стоять. Я встал рядом с ним и оперся локтями о небольшую оградку. Мы долго молчали. — Прости, — прервал тишину я. Руслан ничего не ответил. Тогда я продолжил: — Прости, я полный идиот. Мне ребята всё рассказали. И про то, как ты переживал, и про то, что я не сам испытание прошел, и про то, что ты Диане сказал… — Я сказал ей это только потому, что иначе она бы согласилась, понятно? — перебил меня Руслан. — Просто она сентиментальная девчонка, ее это тронуло. Я не люблю тебя, понял? — Понял, — кивнул я. — И всё равно спасибо. И прости еще раз.       Я решил уйти, потому что разговор явно не клеился. Я молча развернулся и направился в сторону двери, но Руслан схватил меня за локоть и притянул к себе. Он запустил пальцы в мои волосы и долго смотрел в мои глаза, прежде чем поцеловать. — На вкус ты как какао, — улыбаясь, прошептал он. — А ты как сигарета, — демонстративно вытирая губы, ответил я.       Руслан коротко засмеялся, а потом обнял меня, крепко прижал к себе и сказал, что рад моему возвращению. Я ничего не ответил, только прижался еще сильнее. Мы простояли так еще долго. Задуваемый на крыльцо прохладным ветром снег неприятно таял на оголенных руках и шее, а внутри всё заполнялось таким приятным теплом и спокойствием.