Дар

POV Кирилл — Диан, ты чего так трясешься?       Мы находились в ее комнате. Только что она спасла жизнь Максиму, пройдя за него испытание, что было очень рискованно. Я пытался ее отговорить, потому что она рисковала во-первых, нашим прикрытием, во-вторых, своей собственной безопасностью. Но Руслану удалось разжалобить и без того сердобольную Диану, и она сдалась. — Что теперь с нами будет? — жалобно выгнув брови, спросила она. — Кирилл, мне страшно. — Эй, — я обнял ее и прижал к себе, почувствовав, как она дрожит. — Ты умница, понятно? Ты отлично справилась. Марк даже ничего не понял, ведь так? Да даже Максим тоже ничего не понял, я уверен. — А если Марк все-таки понял? Что если он притворился? — Может и так, — согласился я. — Но какой ему резон тебя выдавать? — Да, ты прав, — успокоилась Диана, — все-таки это было не такой уж плохой идеей. — Кирилл, что ты делаешь в этой комнате? — в дверях показался один из наших «начальников», скрестив руки на груди. — И что было «не такой уж плохой идеей»?       Я почувствовал нотки недоверия в его голосе; раньше такого никогда не было. Мы с Дианой переглянулись. Я быстро стал прокручивать в голове варианты того, что можно было ему ответить, чтобы выйти сухим из воды и снять с нас подозрения. Но пока я думал, нужно было сказать хоть что-то: — Эм… видите ли, мы просто… просто… — я бросил нервный взгляд на Диану. — У нас было свидание. А что, это незаконно? — от дрожи в ее голосе не осталось и следа. — У нас тут что, нет права на личную жизнь? Мы упорно работаем целыми днями и решили, что провести время вместе было бы неплохой идеей, но, видимо, нам и это непозволительно. Долг службы зовет и все такое…       Видимо, Диана решила, что лучшая защита — это нападение, и, кажется, ее тактика сработала. Мужчина исказил губы и сдвинул брови, всем своим существом выказывая отвращение. Он простоял так секунд десять, а потом заговорил, все так же, с отвращением: — Мне нет абсолютно никакого дела до ваших… свиданий, — он с трудом произнес это слово. — Я просто пришел уведомить вас о том, что эти подростки сбежали.       Я почувствовал невероятное облегчение, как будто гора свалилась с плеч. — И спросить, — продолжил он, — не имеете ли вы какого-либо отношения к их исчезновению.       Меня как будто окатили ледяной водой. — Разумеется, нет, — не медля, ответил я. — Я же лично доставил их в здание, а Диана отвела Максима в комнату и заперла их там, да? — Диана кивнула. — Разве нельзя посмотреть по камерам, как им это удалось? Может… — Мы посмотрели по камерам, — прервал он меня, — им помогла та исчезающая девчонка. — Тогда как мы… — начала Диана. — Молчать! — вскрикнул мужчина. — Да, на камерах нет доказательств вашего участия в их побеге, но у нас есть подозрения, что вы каким-то образом к этому причастны.       Но откуда он мог знать? Где мы прокололись? Если они проверяли камеры, то видели только как мы помогаем их удержать, но никак не выпустить на свободу. На испытании все выглядело так, будто Макс сам прошел его, и о том, что это не так, может знать только Диана. Или…       Марк?       Нет, это бред. Он вряд ли догадался, а если догадался бы, то ни за что бы нас не выдал. Может, он провоцирует нас? Хочет посмотреть на реакцию и убедиться, что мы все так же верны им? Да, точно, других вариантов нет. — Мы не имеем к их побегу никакого отношения, — твердо заявил я. — Очень хорошо, — самодовольно улыбнулся он и прошел в комнату, принимаясь расхаживать по ней, — очень хорошо, но не для вас, если я узнаю, что вы лжете. — В каком смысле «если узнаете»? — негодовала Диана. — Я думала, мы все выяснили. — Разумеется, — улыбнулся мужчина, но его улыбка больше напоминала хищный оскал, — но видишь ли, моя дорогая… Подростки очень ветреные, их легко подкупить… — К чему вы клоните? — все еще не понимал я. — К тому, что в той фантастической четверке теперь есть наш агент. И если я узнаю от него, что вы причастны к их побегу, вас ждут вещи пострашнее сегодняшнего испытания того мальчишки. Ну, это конечно после того, как один из них приведет остальных прямо к нам в руки. А вам я даю последний шанс признаться сейчас. Если не боитесь за свою жизнь, бойтесь хотя бы друг за друга. — Мы не при чем, — выделяя каждое слово, повторил я и он, кажется, окончательно в это поверил. — Что вы сказали про тайного агента? — вмешалась Диана. — Никто из ребят не способен... они же... — Почему ты так считаешь? — поинтересовался мужчина. — Ты успела так хорошо их узнать?       Диана замешкалась с ответом, и пришлось вмешаться мне: — Но ведь они же вернулись все вместе за Максимом. Неужели среди тех, кто рисковал жизнью, чтобы спасти друга, есть тот, кто способен всех предать? Что вы ему пообещали? — О… — мечтательно протянул он, — я пообещал ему то, от чего никто бы не отказался.       На этих словах мужчина вышел, закрыв за собой дверь. Я посмотрел в замочную скважину, чтобы убедиться, что он ушел. Диана бессильно опустилась на кровать. Я сел рядом. — Как они могли, Кирилл? После всего, что мы сделали для них? Ты понимаешь, что это значит? Если они подкупили кого-то из них, то плохо придется не только оставшимся троим, но и нам, и… о боже… — она закрыла рот ладонями и с ужасом в глазах посмотрела на меня. — Что такое? — Он же может привести их прямиком в домик в лесу, может рассказать про Миру, Диму и Сашу, про всю нашу организацию, и тогда всему точно придет конец… Тогда все это было напрасно. И мы так и не узнали, зачем им все мы. — Это и правда ужасно, — согласился я. Будем надеяться, что он до такого не опустится. Что приведет ребят сюда, что, может, расскажет про нас, и на этом всё. Но, знаешь что мне интересно? — Кто это из них? — спросила Диана. — Да. Может, Руслан? Судя по нашей информации, он у них в школе новенький, может, он еще не успел достаточно с ними сблизиться? Да и он постоянно какой-то агрессивный… — Это не объяснение, Шерлок, — прервала меня Диана. — Он так переживал за Макса, он бы никогда с ним так не поступил. Это все равно, что я бы предала тебя. Не думаю, что это Руслан. А вот Миша… — А что Миша? — Он всегда был каким-то молчаливым и отстраненным, да и я не уверена, что кто-то из ребят был для него достаточно близким… — Стой. — Что? — Макс. Тебе не кажется странным, что он вернулся сюда с Евой? С девчонкой, которую едва знает? Зачем ему это было нужно? Разве что… — Для того, чтобы привести остальных? Он знал, что они пойдут его искать...       Я кивнул. — Я все равно не верю, что это он. Я вообще не могу поверить, что это был хоть кто-то из них. — Я тоже, но… Надо сказать Мире.       Мира так же, как и мы, была в полном шоке. Она тут же принялась пророчить крах всему нашему прикрытию и будущему нашей организации. Подняла на уши Диму и Сашу, и коллективным разумом было принято решение изолировать всех четверых от внешнего мира. Оставить их там, в лесу, до тех пор, пока не выясним, кто из них предатель; отключить их браслеты, чтобы лишить их карты и связи. На мой вопрос, как мы выявим предателя, Саша предложил сказать им самим, что он среди них. Рано или поздно они сами это выяснят, а мы лишь будем наблюдать и время от времени к ним наведываться. — У вас есть какие-то предположения, кто это мог быть? — спросил Дима. — Я думаю, это Макс, — сказал я. — Мы тоже сразу подумали на него, — согласился парень. — Нет, — вмешалась Диана, — что-то мне подсказывает, что вы ошибаетесь. — Время покажет, — ответила Мира и повесила трубку.