Дар

POV Максим       Снег лежал на земле ровным слоем и продолжал идти без остановки второй день. На улице похолодало, и мы не выходили из дома, ожидая дальнейших указаний и надеясь в ближайшем времени вернуться домой. От Миры и парней не было никаких вестей, и я начал думать: а что, если наш побег раскрыл прикрытие Кирилла и Дианы? Что, если случилось что-то ужасное, и никто за нами не придет, и мы ждем напрасно? — О чем задумался? — спросил Даня, вынимая печенье из духовки. Да, мы решили немного расслабиться и заняться приятными делами, потому что это ожидание сводило нас с ума. — Да так, ни о чем, — улыбнулся я и принялся разливать чай по кружкам. — Я же вижу, что что-то не так, колись, — Данил сжал руку на моем плече. — Почему за нами еще не пришли? — тихо спросил я, чтобы никто не услышал. Даня вздохнул. — Я не знаю, но… Мне кажется, не стоит так сильно переживать. Все будет круто, — как-то странно улыбнулся он. — И что это значит? Откуда тебе знать? От Миры и остальных ничего не слышно второй день, может, они вообще на нас забили. — Я просто чувствую, — не переставая улыбаться, ответил Данил. — Чувствует он, — нарочито иронично ответил я. — Я думал у нас Руслан будущее видит. — Не помешаю? — на кухне показался Миша. — Вам помочь с чем-нибудь? — Да, можешь натереть шоколада и посыпать печенье, — ответил ему Даня, забывая про разговор со мной. Миша молча кивнул, и они принялись за сервировку выпечки.       Я молча вышел из комнаты, чтобы им не мешать, и побрел в гостиную, где сидел Руслан. За последние дни мы с ним очень сблизились. Мы проводили вместе уйму времени, но мне всегда было мало: я хотел больше узнавать его, больше открываться ему, хотел, чтобы он доверял мне, чтобы прекратил защищаться агрессией и иронией, и я в свою очередь тоже пытался быть с ним настоящим. По правде говоря, общаться так мне нравилось гораздо больше. Я чувствовал в нем родную душу, он стал неотъемлемой частью моей жизни, но говорить ему об этом, я, разумеется, не собирался.       Я застал его сидящим на полу возле горящего камина с Евой и Катей. Девочки, смеясь, рассказывали ему о чем-то, перебивая друг друга, а он молча слушал и улыбался. — Я вам чай принес, — ставя обжигающие пальцы кружки на пол и садясь рядом с Русланом, сказал я. — А Даня и Миша сейчас закончат с печеньем.       Руслан кивнул, продолжая внимательно слушать девочек. — Я рад, что вы подружились, — улыбнулся я. — Тшш, мне гадают, — прошептал Руслан, беря кружку с чаем. — А вот эта карта означает крутые перемены в твоей жизни, — сказала Ева, указывая на одну из карт. — Нет-нет-нет, — возмутилась Катя, — она означает успех в бизнесе. — Ну в каком бизнесе, Катя? Он еще в школе учится! — Последний год, между прочим, — встрял в их спор Руслан. — Не мешай! — с серьезным лицом ответила Ева, и Руслан едва сдержал смех. — Ладно, вот эта карта означает большую любовь, — протянула Катя еще одну карту Руслану. — Да, это точно любовь, — подтвердила Ева. — Фигня эти ваши гадания, девочки, — собирая карты в стопку, заключил Руслан. — Хотите я вам покер покажу? — Зря ты не веришь. Вот встретишь любовь, вспомнишь наши слова, — обиженно сказала Катя. — Да где ж мне ее встретить… — улыбнулся Руслан, и приобнял меня за плечо, прижав к себе. — Ты не знаешь где, Макс?       Я почувствовал, как заливаюсь краской, но все же решил подыграть ему: — Понятия не имею, Рус, ищи лучше. — Дураки! — закатила глаза Ева. — Любовь не ищут, она сама должна прийти, когда наступит время. — Дуляки, любофь ни исют! — передразнил ее Руслан, и девчонка, крикнув «ах, так!», бросилась его щекотать. Руслан выпустил меня из объятий и всучил мне свою кружку с чаем, начав защищаться и кричать, как будто его убивают.       В этот момент я почувствовал себя очень уютно. В руках у меня была кружка с горячим чаем, в комнате пахло костром и выпечкой, в камине трещали дрова, за окном крупными хлопьями валил снег, в доме было тепло, а рядом со мной были мои друзья. Я бы хотел поставить этот момент на паузу и иногда возвращаться к нему, чтобы проживать его снова и снова.       В комнату вошли Миша и Даня с подносом печенья и еще двумя кружками чая. — Ура, печенье! — Ева мгновенно забыла про Руслана и заняла место рядом с принесенным подносом. — Ты только что спас мне жизнь, — поднимаясь, сказал Руслан Дане. — Надеюсь, наше печенье ее у тебя не отнимет, — ответил Даня. — Да ладно, неужели все так плохо? — спросил Миша и откусил печенье. — Ну… по крайней мере, шоколад вкусный.       Я решил попробовать поднять печенье силой мысли — мне было интересно, не утратил ли я свои навыки. Сконцентрировавшись, я начал смотреть на печеньку с мыслью о том, что хочу, чтобы она оказалась у меня в руке. Она действительно поднялась в воздух и начала двигаться в мою сторону. Не отрывая от нее взгляда, боковым зрением я заметил, что все наблюдают за мной, и концентрироваться стало сложнее: печенье начало двигаться не ровно, а по кривой, то начиная опускаться вниз, то резко подлетая вверх. Когда оно было почти у меня в руках, Руслан толкнул его пальцем, и оно плюхнулось прямо в мою кружку с чаем. — Ну и зачем? — рассердившись и принявшись доставать печенье из кружки, спросил я. — Учись работать под давлением и с препятствиями. В реальной жизни никогда не будет идеальных условий, чтобы использовать эту способность, — ответил Руслан. — С чего бы мне использовать это в реальной жизни? — недоумевал я. — Я планирую выбраться из этого места и больше никогда об этом не вспоминать. — Руслан прав, — согласился Даня. — Никто не знает, какие еще испытания нас ждут. Или кто-то знает? — Даже я не знаю, — пожал плечами Руслан.       Мы пили чай и говорили о том, что будет, когда мы вернемся. Мы до сих пор понятия не имели, что о нашем исчезновении думают родители, одноклассники, учителя. Решили ли они, что наша пропажа связана с теми людьми в костюмах, которые заходили за Мишей в электричку? Вернулись ли мама с папой из поездки, когда после празднования дня рождения я перестал брать трубку? Решила ли мама Миши, что его новые друзья оказались маньяками и сделали с ним что-то ужасное? В курсе ли вообще родители Руслана, живущие в другом городе, что он исчез? — Мою пропажу в классе вряд ли кто-то заметит, а вот ты, Макс, популярный парень, наверняка все уже гадают, куда ты пропал, — предположил Миша, и я пожал плечами. — Про меня точно никто и не вспомнит, я же новенький, — сказал Руслан, жуя печеньку. — Да коне-ечно, -протянул Даня, — у тебя уже своя фан-база из девчонок в нашем классе. Ты же «новенький с глубоким загадочным взглядом». — Серьезно? — хором спросили мы с Русланом и, переглянувшись, засмеялись.       В дверь постучали. Мы замолчали и замерли, боясь даже дышать. Прошло несколько секунд, прежде чем постучали снова. — Откройте, это Мира, — послышался приглушенный голос за дверью, и мы облегченно выдохнули. Я направился к двери, чтобы встретить нашу спасительницу.       Стоило мне ее открыть, Мира, не здороваясь со мной, обратилась к стоящим позади нее Диме и Саше: — Заберите девочек.       Парни молча направились в гостиную. Недоумевая, я простоял так еще несколько секунд, а потом пошел за ними, а Мира — за мной. Когда я вошел, парни уже держали девочек за руки и намеревались уходить. — Куда вы их ведете? — поднимаясь с места, спросил Руслан. — В безопасное место, — ответила Мира, когда Саша, Дима, Ева и Катя исчезли за дверью. — Мы хотим остаться! — раздался из коридора голосок Евы. — Они хорошие! — Кто-то объяснит, что происходит? — смотря Мире в глаза, спросил я. — Мне очень жаль сообщать, но среди вас есть человек, который нас подставил. Который рассказал этим ублюдкам, что мы вам помогли, и теперь все наше прикрытие под угрозой. После всего, что мы для вас сделали! — Подожди-подожди, — вмешался Даня, — это, наверное, какая-то ошибка. Никто из нас бы так не поступил, зачем нам это? — Вот именно, — согласился я. — Я не знаю, что они вам пообещали, но даже не пытайтесь запудрить мне мозги, понятно? Мы закроем вас здесь до тех пор, пока вы сами не сдадитесь или не выясните, кто это был и не сдадите его. Мы ограничим вам связь с миром, чтобы вы никак не могли подать им сигнал, что вы здесь. Сдайте браслеты, — ее лицо стало совершенно другим в ярости.       Мы послушно вернули Мире браслеты, потому что бояться нам было нечего: никто из нас не врал. — Девочек мы вернем домой, — закончила Мира и направилась к выходу, а потом мы, оцепеневшие от негодования и неспособные даже подняться с места, поняли, что нас закрыли в доме.       Мы снова оказались в ловушке без средств связи и какой-либо информации о том, как и когда мы сможем выбраться. Никого плана действий. Полный абсурд. Я бессильно плюхнулся обратно на пол и закрыл лицо руками. Руслан присел рядом и обнял меня. — Что нам теперь делать? — спросил я, прекрасно понимая, что ответа не знает никто. — Меня сейчас другой вопрос волнует, — тихо, почти шепотом сказал Миша, и мы все повернулись в его сторону. — Как мы теперь сможем доверять друг другу? — Миш, ты чего? — Даня потянулся к нему, чтобы положить ладонь на его плечо. Но Миша отшатнулся. — Ты не доверяешь мне? — На самом деле, — сказал Руслан, — у него причин доверять тебе ненамного больше, чем доверять кому-то из нас. Или чем нам доверять тебе. — Но я бы никогда так не поступил ни с кем из вас, — удивляясь такому недоверию, сказал Даня. — А ты думаешь, я бы поступил? Макс, Миша? — А что ты предлагаешь? Не доверять теперь вообще никому? — не унимался Данил. — Нет, я предлагаю не рассуждать такими тупыми категориями типа «как можно мне не верить, я же такой хороший, мы же такие друзья», — отрезал Руслан. — Потому что, если рассуждать такими категориями, то ты первый попадешь по подозрение? — спросил Даня. — Что? — вмешался я. — Ты ошибаешься, Даня, Руслан тут не при чем. Да, мы его плохо знаем, но он не плохой человек. — Тогда это я, наверное, нас сдал? Или Миша? — Данил явно не ожидал, что я не воспользуюсь возможностью обвинить Руслана, а начну его защищать. — Я не знаю, кто это может быть, понятно? Ума не приложу. Я вообще считаю, что это какая-то глупая ошибка или идиотский пранк, потому что я доверяю вам больше, чем самому себе.       С этими словами я вышел из комнаты и громко хлопнул дверью. Мои слова были чистой правдой, и мне было обидно от того, что парни сразу принялись винить друг друга. Как будто до этого мы не прошли миллион испытаний вместе, сотню раз не висели на волоске от смерти и не выручали друг друга. Нет, серьезно. Я не могу представить, чтобы кто-то из нас всех сдал, что бы ему ни предложили. Даню я с детства знаю, он мой лучший друг и, уверен, так будет всегда. Руслан был готов рисковать ради меня жизнью. Миша вообще мухи не обидит, да, он замкнутый и молчаливый, но разве это повод винить его? Да и что они такого могли им предложить? Бред.       Ужинали мы в полной тишине. Никто не перекинулся даже парой фраз, и это буквально разбивало мне сердце. От чувства единения, которое я ощущал этим днем, не осталось и следа. Каждый был сам за себя, каждый настороженно и недоверчиво поглядывал на других, так что даже я стал ощущать к ним недоверие.       Мы легли спать рано и, когда ложились, Руслан сказал, выключая свет: — Не боишься, что задушу тебя ночью? — Очень смешно, — я отвернулся к стене и накрылся одеялом. — Не боюсь. — Тогда почему не ложишься со мной? — спросил Руслан, укладываясь на свою кровать. — Не хочу, — отрезал я и закрыл глаза.       Спустя пару минут я заснул. Мне снились самые разные сны: как нас снова похитили и закрыли в камере; как я вижу маму и бегу ее обнимать, но вместо этого подбрасываю ее в воздух телекинезом, и она с большой высоты падает на землю; как я одно за одним прохожу все более жестокие испытания и нахожусь на грани жизни и смерти.       Я проснулся в холодном поту и услышал, как на соседней кровати ворочается и тяжело дышит Руслан. — Ты спишь? — прошептал я, но он не ответил.       Я попытался заснуть снова, но копошащийся Руслан не давал мне этого сделать. Внезапно он сел на кровати, скинул с себя одеяло и стал дышать так, как будто у него приступ астмы, — он буквально задыхался. Я подскочил со своей кровати и сел рядом с ним. — Что с тобой? — спросил я, и он, протерев глаза ладонями, кажется, начал приходить в себя. — Ничего, — хриплым ото сна голосом ответил Руслан, — такое бывает, когда мне снятся вещие сны. — И что тебе снилось? — спросил я. — Ничего такого. Я видел Данила. Он говорил с какой-то девушкой, вот и все. Но я уверен, что сон вещий, я это чувствую. — Хорошо, ты можешь ее описать? Может, это нам что-то даст. — У нее были рыжие волосы, точно помню. Одежда какая-то неприметная: кроссовки, джинсы, худи, особо не запомнил. Помню, что глаза были очень выразительные, голубые.       Я потерял дар речи, когда все в моей голове встало на свои места. Мне стало действительно не по себе. — Ты знаешь ее? — заметив перемены в моем лице, спросил Руслан. — Даня был влюблен в нее полгода назад. Они типа были вместе, но потом она ушла, не сказав ни слова, просто исчезла. Он очень переживал и долго искал ее, но так и не сумел найти. Это был очень тяжелый разрыв для него, и… — А ты не думаешь… — начал Руслан, и я понял, к чему он клонит. — Что ему могли пообещать встречу с ней в обмен на информацию? — Ребят… — в дверях нашей комнаты показался Миша. — Можно? — Заходи, — ответил я, и он сел рядом с нами. — Что-то случилось? — Да, — ответил он и глубоко вздохнул. — Сейчас мы с Даней засыпали, и я… Я знаю, что это неправильно и некрасиво… Но я решил попробовать прочитать его мысли… — Миша замолчал. — О чем он думал, Миш? — спросил Руслан. — За нами придут завтра утром.