you gotta show the world the thunder
9 мая 2017 г., 22:53
Как всегда. Это было как всегда. Ночь, когда Намджун вынужден работать в студии допоздна, всегда становится ночью с ужасной погодой.
Юнги носился по дому, собирая вещи, которые понадобятся ему ночью — оставленный Намджуном на случай чрезвычайной ситуации, пакет с печеньем из шкафа (голод всегда поражал Юнги в самые неудачные времена) и ещё несколько вещиц. Собрав всё необходимое, он вбежал в их с Намджуном спальню и нырнул под одеяло. Юнги оказался практически полностью окутан тьмой. Единственным источником света был экран телефона в его руке, и Юнги запустил игру в попытке успокоиться.
Невозможно было не увидеть молнию сквозь тонкое одеяло. Юнги хныкнул и перекатился на живот, уткнувшись лицом в подушку. Каждый раз, когда погода портилась, Юнги находил себя в объятиях Намджуна, Намджун мягко целовал его лицо и шею, Намджун проводил руками по волосам Юнги, гладя его уши и хвост, Намджун говорил с ним о самых разных вещах, чтобы отвлечь его от грома. Но сейчас Намджуна здесь не было, поэтому Юнги должен был постараться самостоятельно справиться с проблемой.
Он выскользнул из-под одеяла, одетый только в одну из футболок Намджуна, которая была слишком большой для маленького Юнги, и вытащил из комода наушники. Снова сверкнула молния, и Юнги метнулся к кровати, накидывая одеяло на голову. Ему удалось вставить наушники в телефон и в уши до того, как в очередной раз прогремел гром, и он подтянул ноги под себя, сворачиваясь клубочком.
У Намджуна было много плейлистов. По одному для каждого сезона, один для дождливых дней, ещё один для моментов, когда у него возникают проблемы с записью новых треков. Юнги включил плейлист для сна, увеличив громкость, чтобы заглушить всё остальное вокруг, в надежде, что это поможет ему расслабиться. Он не мог спать, когда был таким напряжённым, как сейчас. Это был микс из разных треков — одни акустические и более мягкие, благодаря которым Юнги чувствовал свет внутри себя, а другие — с тяжёлыми басами и синтезатором, заставляющие Юнги почувствовать себя поглощённым музыкой. Мин сосредоточился на лирике и инструментах, прилагая все усилия, чтобы забыть обо всём остальном вокруг него. Это начало помогать, молния исчезла из виду, когда он закрыл глаза, всё ещё лёжа под одеялом, а гром был заглушен громкой музыкой. Это успокоило Юнги достаточно, чтобы расслабиться, его разум больше не обращал внимания на мир снаружи. Завернувшись в одеяло, он чувствовал себя плывущим, затерянным в музыке.
Он не заметил, как задремал, пока не почувствовал, как кто-то разворачивает одеяло. Юнги пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем он смог сфокусироваться на фигуре около кровати. Намджун, уже переодетый в домашнюю одежду, забрался на кровать и вытащил наушники из ушей Юнги.
— Привет, — парень поцеловал Мина в лоб, пока тот тёр глаза, пытаясь сосредоточиться. — Прости, что вернулся так поздно. Мне наконец удалось завершить тот трек, который я писал несколько недель, я уже успел немного к нему привязаться. Я даже не услышал гром, пока не вышел в туалет. Я был бы здесь раньше, если бы заметил.
— Всё в порядке, — ответил Юнги, зарываясь лицом в шею Намджуна, пока тот обнимал его за талию. — Я слушал твой плейлист для сна. Он хорош. Он помог.
— Да? — Ким почесал Юнги за ушком и грохот, раздающийся по спальне, на этот раз появился не снаружи, а из Юнги.
— Да, — Юнги снова закрыл глаза, вдыхая запах Намджуна и растворяясь в его прикосновениях. — Я рад, что ты закончил трек, но ещё больше я рад, что теперь ты дома.
Намджун издал смешок, когда Юнги пробормотал это, видимо, не осознавая своей честности из-за сонного состояния.
— Да, я тоже рад вернуться.
— Тебе и следовало радоваться, — произнёс Мин, кажется, не настолько уставший, чтобы отвечать без своего фирменного сарказма.
Не прошло много времени, как Юнги уснул. Стук дождя за окном внезапно сменился громом и Намджун притянул Мина ближе к себе, в место, где он будет в безопасности.
