The rabbit and four wolves

***

Беременность действительно подтвердилась, и Чонгук с Чимином были действительно счастливы. Через месяц омега стал чувствовать все прелести этого периода на себе. Остальные – Тэхён, Хосок и Джин – уже знали, что младшие ждут пополнение в семействе. Тэхён очень переживал за своего сына, но почему-то верил, что всё будет хорошо. Вот только Чимина всё равно что-то тревожило. Он боялся, как и все нормальные омеги, что альфа бросит его после рождения ребёнка, так как многие альфы, устав от семейной жизни, начинают заводить любовников на стороне и приходить домой лишь под утро. Из-за беременности Чимин стал чаще приезжать к родителям, чтобы немного побыть на природе и подышать свежим воздухом. Ему не очень нравилось сидеть целыми днями в четырёх стенах, которые слишком давили на него. А ещё вчера они с Чонгуком разговаривали насчёт ребёнка. Альфа мечтательно улыбался и спрашивал своего мужа, как тот назовёт ребёнка, если родится девочка или мальчик. Конечно, Чимин до сих пор хотел назвать дочь Юнджи, и он сказал об этом Чонгуку. Тот не очень был рад этому имени, так как любое упоминание об истинном омеги вызывало у него злость. Чонгук сказал, что, если родится дочь, они назовут её совершенно по-другому, и Чимину пришлось согласиться с ним. Всё же, омега с какой-то стороны очень понимал младшего, ведь он бы тоже не был рад, если бы альфа предложил назвать их ребёнка в честь своего истинного. Джин, расставшись со своим омегой, теперь жил с родителями. Чимин, приезжая в гости, частенько встречал его, разговаривая на бытовые темы и узнавая интересные новости о Тэхёне и Хосоке. Чонгук, наблюдая за их разговорами, часто называл парней сплетниками. Те смеялись, и Чимин звонко целовал мужа в щёку. Теперь Чонгук не боялся, что Чимина может увести кто-нибудь из братьев, ведь в Джине он не чувствовал никакого конкурента, а другие старшие братья жили в другом городе. - Останешься на ночь? Тебе полезно бывать на свежем воздухе. Я приготовлю тебе твой любимый пирог, - улыбался Джин, и Чимин просто не мог отказаться. Чонгук, правда, сказал, что поедет домой, так как он находился рядом с местом работы, а опаздывать альфа не хотел. Он сказал, что заберёт Чимина завтра после работы, несмотря на то, что Сокджин сам предложил довезти омегу до дома. Чонгук просто хотел сам забрать своего мужа и поехать с ним домой вдвоём. Старший альфа, пожав плечами, просто не стал спорить. Чимин, поднявшись со стула, решил проводить альфу до калитки. Эту ночь он будет очень сильно скучать по Чонгуку. Ведь из-за беременности он стал чаще желать близости, и младшему, несмотря на усталость, приходилось удовлетворять сексуальные потребности своего любимого мужа. Если честно, то Чонгук был очень рад частому сексу. Кажется, именно сегодня Чимину придётся поработать рукой. Эту ночь он всё равно сможет пережить, ведь они расстались ненадолго.

***

Чимину впервые снился такой красочный и… эротический сон. Раньше омеге никогда не снился секс с альфой. Ну, возможно, снилось пару раз в подростковом возрасте, но в остальном Чимину всегда снились самые обычные и незапоминающиеся сны. Омега чувствовал прикосновения к своей коже. Прикосновения чужих, горячих рук, но эти руки не были руками Чонгука. Почему-то Чимин был уверен в этом. Этот сон был слишком ярким и правдоподобным, потому что омега чувствовал всё: прикосновения, запахи, удовольствие от жгучих касаний альфы. А ещё этот мужчина целовался просто восхитительно. Такое удовольствие от обычных поцелуев Чимин испытывал только с… Юнги. - Юнги? – шепчет Чимин и хватает альфу за плечи, пытаясь отодвинуть. Тот шумно дышит, отстраняется и смотрит на омегу. Да, это был Юнги, но тот выглядел совсем не так, каким Чимин запомнил его, видя пару месяцев назад. Альфа вновь был блондином. Светлые волосы действительно шли ему, и Чимин жалел, что тот их перекрасил. - Да, это я. Скажи, что скучал по мне, - улыбается Юнги. Так ласково, что у Чимина щемит сердце. Да, он скучает по нему, но не так, как хотелось бы альфе. Чимин всё равно любит Чонгука, несмотря на то, что в этом сне он испытывает сильное сексуальное влечение именно к Юнги. Почему ему снится именно истинный? Чимин не мог этого понять, и теперь ему просто оставалось ждать, когда он проснётся. - Да, Юнги, скучаю, но не так, как бы тебе этого хотелось, - вздыхает Чимин и тут же тихо стонет от того, что альфа целует его в изгиб шеи – его чувствительное место. Чимин задрожал и вцепился своими пальцами в худые плечи мужчины. Альфа мучил его своими поцелуями, прикосновениями, но не спешил приступать к самому главному. Юнги всё больше и больше уделял внимание тому месту, где стояла метка Чонгука. Чимин почему-то не сопротивлялся, когда почувствовал там горячие, сухие губы Юнги, а после влажный язык. Альфа будто бы хотел стереть таким образом метку своего соперника. И Чон стёр её, кусая Чимина в это самое место и срывая с его губ громкий крик. - Чимин! – слышит сквозь сон Чимин, громко простонав и чуть ли не упав с кровати, так как он сильно дёргался во сне. Он чувствовал, как его трясли за плечо и всё продолжали повторять «Чимин, Чимин, Чимин». Открыв глаза и всё же пытаясь сфокусировать свой взгляд на чужом лице, Чимин смог разглядеть Джина. - Что случилось? Ты кричал, - обеспокоенно произносит Джин и садится рядом на кровать. – Снился кошмар, да? – Чимин выглядел так, будто бы увидел приведение, но на деле, почему-то, чувствовал себя очень даже хорошо. Рука сама потянулась к тому месту, где стояла метка Чонгука и, почему-то, дотронувшись, омега почувствовал резкую и острую боль в этом месте. Чимин резко замер и испуганно посмотрел на Джина, поспешно извиняясь и встав со своей кровати, побежал в ванную. Он заперся там, быстро подошёл к зеркалу и стал рассматривать то, во что долго не мог поверить. Как такое могло произойти? Юнги поставил ему метку во сне, но она появилась у него наяву. Помимо боли и какого-то другого чувства, которое омега не мог объяснить, он почувствовал сильное возбуждение. Как хорошо, что его домашние штаны были слишком просторными, иначе, Джин просто-напросто заметил бы возбуждение парня. А этого Чимину очень не хотелось. Первым делом Чимин принял душ, потом ещё раз посмотрел на метку и только затем пошёл одеваться. Ему нужно было связаться с Юнги, всё узнать. А вдруг Юнги тоже снился этот же самый сон. Давно Чимину приходилось читать статью про то, что истинные могут насылать друг на друга сны, и один из них, в зависимости от того, кто на кого наслал этот самый сон, может управлять им. В данном случае сон наслал именно Юнги, а это означало лишь то, что омега не мог сопротивляться ему этой ночью. Юнги делал то, что хотел. Пальцы быстро печатали сообщение старшему альфе. Чимин так сильно волновался, что отправил несколько подряд. «Юнги! Зачем ты это сделал?» «Этот сон тоже снился тебе. И только не надо делать вид, что ты ничего не знаешь». Чимин вздыхает, опускается на кровать, прикрывая рукой метку. Он не знает, как теперь будет объясняться перед Чонгуком. Но он знал, что муж не простит его, несмотря на то, что Чимин не виноват во всём этом. Ответ от Юнги, независимо от того, что тот прочитал его сообщения, приходит только через полчаса. «Ты хочешь знать, почему я это сделал? Возможно, я эгоист Чимин, но спустя эти пару месяцев я понял, что не могу без тебя. Ты должен приехать ко мне, я скучаю,» - Чимин злился, сжимал губы и недовольно мычал, чувствуя, что сейчас расплачется. Конечно же, Юнги поступил неправильно. Он не должен был этого делать, но почему-то теперь Чимин не мог злиться на него, потому что даже на расстоянии уже мог чувствовать настроение Юнги. Спустя пару минут пришло ещё одно сообщение от Юнги, и Чимин грустно улыбнулся. Старший действительно был безнадёжно влюблён в омегу. «Я попытался бороться за тебя, твою любовь. У меня была тысяча возожностей пометить тебя, но решился я только сейчас и во сне. Просто, переосмыслив многое, я понял, что только так ты сможешь полюбить меня и понять, что я чувствую. Будет здорово, если ты… Чимин, приедь ко мне, я очень скучаю». Чимин не приедет. Возможно, Юнги не знал об очередной беременности Чимина, но если бы омега рассказал альфе об этом, то тот, наверное, начал бы винить себя. Конечно, никто не идеален. Даже спокойный и рассудительный Юнги сделал то, что не должен был делать, потому что он нарушил своё обещание перед Чимином. Сейчас альфе действительно было плевать, потому что у него появилось второе дыхание. Он не хочет сдаваться.