XI
7 июня 2017 г., 02:04
Крупные хлопья снега валят на землю, укутывая под одеяло бережно и беспечно. Лес превратился в одну большую кучу снега, из которой иногда проглядывают острые замерзшие ветки столетних гигантов и вечно зеленых елей. Тэхен частенько вытягивает Чонгука на прогулки, в которых не мерзнет никто, не смотря на собачий холод. Чаще всего младший сам берет Тэхена за руку, по пути несколько раз ловя его на особенно скользких городских тропах, за что старший благодарит его после.
На террасе небольшие кучки снега, хотя Тэхен выметает его каждое утро. Снежинки заметают собачьи следы на ступеньках: одни крошечные, вторые побольше. Юнги вырос за последний год: перерос Чимина почти в три раза, он уже не тот забитый жизнью щенок, которого Чонгук подобрал на ночном шоссе.
Чонгук спешит домой, нервно зарываясь носом в шарф и чувствует острые снежинки на глаза, что прилипли к ресницам. Он одет в черное пальто, с непривычно ярким для него малиновым шарфом вокруг шеи, еще прошлой осенью собственноручно связанный Тэхеном. Темные волосы взлохмачены слабым ветром, уши немного замерзли, все таки зря он не надел шапку, да и Тэхен будет ругаться.
В руке небольшой пакет с продуктами, теперь он выбирается из леса в город, привозя все самое необходимо для них. А еще он привозит себя – самое необходимо для Тэхена. Чонгук окончательно переехал к Тэхену, лишь пару раз в неделю выбирался в город по работе, а позже возвращался обратно в любимые руки. Иногда ему приходилось оставаться в городе, в такие дни Тэхен звонил ему перед сном и желал спокойной ночи. Потому что у него самого без Чонгука под боком таковой не будет.
Отворив тяжелую дверь, Чонгук забегает в дом, стряхивая с плеч колючие снежинки промерзшими руками. В доме пахнет еловыми шишками, его любимым пирогом с грибами, приготовленным заботливыми руками Тэхена и любовью. Тихо прокравшись в глубину дома, Чонгук наблюдает за Тэхеном, завернутым в теплое покрывало, которое когда-то грело его самого на холодном крыльце теплого дома.
Тэхен будто почувствовал, что Чонгук рядом и поднял глаза, отрываясь от заинтересовавшего его романа. Из своих вылазок в город Чонгук привозит ему стопки книг, чтобы тот не скучал во время его отсутствия. Старший вскакивает с места, запутавшись ногами в теплой ткани, подбегает, целует в щеки и шепчет в шею нежное:
— Я соскучился.
— Я тоже, Тэ-Тэ, — проводит носом по виску, вдыхая аромат любимого цветочного чая, — иди в гостиную, я сейчас.
Чонгук разворачивается, чувствуя поцелуй в лопатку поверх свитера, улыбается и идет на кухню. Чай цветочный заваривает и свежевыпеченный пирог Разрезает, безусловно такой же вкусный как и тот первый.
Поставив поднос на стол, младший забирается под плед, устроив голову Тэхена у себя на груди. Чонгук забирается ладонями под вязаную ткань, ладонями выводит широкие невидимые полосы на груди старшего. А тот ноги вытягивает переплетая свои холодные лодыжки с чужими под покрывалом. Греется в теплых руках, прижимаясь всем телом к широкой груди, обхватив изящными руками не менее по-мужски изящную талию.
У Тэхена красная лента на голове, обнажающая лоб, и огромный бежевый свитер Чонгука на разнеженном теле. Его ноги остаются голыми, ему и так тепло, есть кому греть.
— Давно хотел сказать, просто момента подходящего не было, — старший выворачивается, чтобы лучше видеть любимые глаза. — Ты не против?
— Что бы ты сейчас не сказал, знай, я люблю тебя, несмотря ни на что, — Чонгук переплетает с ним пальцы, чтобы быть еще ближе.
— Именно это я и хотел сказать.
Чонгук моргает пару раз, недоумевая о чем говорит старший.
— Люблю я тебя. И этот человек еще называл меня глупым.
— Ох, Тэ-Тэ, — Чонгук поднимает его, притягивая за плечи, — мне так жаль. Прости меня.
— Это было так давно. Хорошо. Я тебя прощаю.
Он крепко обнимает Чонгука и с совершенно неясным, но в то же время вполне объяснимым трепетом прижимается к его губам, абсолютно спокойно и органично закрывая глаза – ему кажется, словно он может слышать, как учащенно бьется у Чонгука сердце. Или это его собственное?
Теперь у Тэхена есть то самое главное, то о чем обычно люди забывают в городах с невиданными высотами и полнейшей суматохе. И это самое главное Тэхен чувствовал в томном голосе с хрипотцой, теплых прикосновениях, в тихом «Тэ-Тэ» по утрам на ушко, в трепете чего-то живого, совсем ни на что не похожего в груди. Тэ ощущал что-то родное в этой по кроличьи милой улыбке, нечто сокровенное и тайной то, что предназначено только ему.
Развалившись на полу перед камином, мирно посапывает Чимин, утопая в мягком пледе. Выросший в несколько раз за последний год Юнги, тихо подходит и ложится рядом, утыкается носом в маленькую рыжую шею. Чимин переворачивается на другой бок и закидывает все лапы на пса, который недовольно ворчит, вытягивая собачонка из недолгого сна. Юнги все еще рычит, а Чимин сладко потягивается и облизывает его морду. В ответ тот лишь укладывает голову под крошечные лапки Чимина и засыпает. Собачонок следует его примеру.
Парни наслаждаются теплом друг друга, утопая в частых поцелуям и нежных прикосновениях. Тот благодаря кому они встретились. Тот, кто запутал все тропинки в лесу, где Чонгук плутал еще несколько часов. Тот, кто спрятал ветки под листья, чтобы Тэхен споткнулся. Тот, кто помогал Тэхену всю жизнь. Тот, кто помог обрести ему Чонгука.
Это дракон – теплый и пушистый, как Тэхен и мечтал. Его действительно зовут Хосок, как Тэхен и предполагал. И морда у него немного похожа на лошадиную, как Тэхен и думал. А самое главное он добрый, как Тэхен и хотел. Он заглядывает в окно, затаив дыхание, чтобы снег не свалился с крыши, перепугав грохотом всех его обитателей. Наблюдает за теплыми объятиями, сладкими поцелуями и влюбленными взглядами, а после взмывает в небо, убедившись, что все сделал правильно.
