Пыль Сеула

У Тэхёна голова раскалывалась так, словно он несколько часов бился ею об стену, а потом ещё столько же носил железный обруч, сняв его только к началу занятий. Он сидел на диванчике перед входом в зал и давил на виски, не обращая внимания на проходящих мимо танцоров. Тэхён не представлял, как сможет три часа вальсировать, когда ему даже держать голову прямо было тяжело. Доносящийся свист из мужской раздевалки бил по ушам, раздражая, Тэхён не стал сдерживать болезненный стон и спрятал лицо в ладони, локтями упираясь в колени. — Ты в порядке? — Ага. Почувствовав, как кто-то сел рядом на диван, Тэхён еле сдержал раздражённый вздох. Его начало всё выводить из себя ещё с утра, когда Чимин в который раз не закрыл дверь на ключ, а после в книжном покупатели захотели выразить своё недовольство, и непроходящая боль только сильнее действовала на нервы. — А мне так не кажется. Голос незнакомый, поэтому он нехотя распрямляется. Рядом сидела партнёрша Чонгука, и не ожидающий увидеть лицо так близко Тэхён удивился, увидев её непривычно светлые карие глаза. С момента их первого совместного занятия прошло достаточно тренировок, но разговаривали они впервые. — Так что с тобой? — Ничего, голова болит. — Сильно? — Тэхён неопределённо качнул головой и облокотился, отворачиваясь от Ю Вон, — У меня есть таблетки, хочешь? Из Америки, срабатывают почти тут же. Вечно она пытается выпендриться, цокнул про себя Тэхён. Ему хотелось тишины, а не навязчивая компания танцовщицы, которая в недалёком будущем может отнять у него победу. Мимо них в зал прошли пару человек, и Тэхён надеялся, что Чжу Ю Вон присоединится к ним, но вместо этого услышал просьбу вытянуть руку. — Зачем? — Меня научили точечному массажу, он избавляет от мигрени, раз от таблеток ты отказываешься. — У меня не мигрень. — Ты всегда такой привереда? — эта фраза задела Тэхёна, — не смотри так на меня, я же помочь предлагаю. Руку Тэхён всё же протянул. Её ладони холодные и мягкие; Ю Вон надавливает между его большим и указательным пальцами, придерживая второй рукой локоть Тэхёна. Он молча наблюдает за её действиями, разглядывая намазанное тональником лицо, и испытывает облегчение, услышав из зала своё имя. Этот массаж абсолютно не помог. В зале Тэхён увидел разминающихся рядом Су Джи и Чонгука, неприятно удивляясь. Он не помнил, чтобы эти двое входили в зал, из чего сделал вывод, что они пришли первыми и были всё это время вместе. Чонгук опять пришёл в широкой футболке, и Тэхён почувствовал подступающее раздражение. Танцоры должны заниматься в тренировочных костюмах, особенно если они изучают программу продвинутого уровня. Уж кто-кто, а Чонгук был в состоянии купить рубашку, и рубашку качественную. Кто-то из парней поздоровался с Тэхёном. Услышав имя, его заметила повернувшаяся Су Джи, улыбнулась и, что-то сказав Чонгуку, пошла к Тэхёну. Тэхёна не задел тот факт, что партнёрша явно кокетничала – его больше интересовало то, почему Чонгук каждый раз так странно смотрел, когда они виделись. После их знакомства они больше не разговаривали, первых шагов никто не делал. Чонгук довольно быстро влился в коллектив, а Тэхён решил забить: забыл тот его, ну и ладно, он же танцевать сюда приходил, а не с бывшим соседом общаться. Тем не менее он теперь обходил их дом стороной, чтобы не сталкиваться с ним и с его старшим братом. Ему казалось странным, что Юнги помнил его, а Чонгук нет, хотя двойняшка утверждал обратное. Чимин вообще был убеждён, что Тэхёну надо возобновить с Чонгуком общение, потому что это "отличная возможность". Чего именно, Чимин не уточнял, но Тэхён всё равно придерживался другого мнения. И сейчас пытаясь сконцентрироваться на предстоящей тренировке, а не на ноющих висках, он, снова чувствуя на себе косой взгляд, не выдержал и недовольно, с вызовом повернул голову. Чонгук, однако, смотрел мимо. Тэхён испытал стыд за такую самонадеянность. Залипнув из-за этого на красивый профиль слишком долго, Тэхён не успел вовремя отвернуться, как Чонгук переловил его взгляд. Тот явно этого не ожидал и еле вздрогнул. Это движение немедленно отдалось в теле Тэхёна, приводя его в какое-то непонятное бешенство, а когда Чонгук опять странно улыбнулся, Тэхён вынужденно выдохнул. Эту улыбку он уже видел – только на лице Юнги. Он повернулся как можно безразличнее к Су Джи, не отвечая на её вопросы и мечтая от боли лечь на пол и больше не вставать. Он сжимал зубы, не обращал внимания ни на что и словно через стекло машины слушал музыка и комментарии тренеров. — Тэхён, больно, – в один момент шепнула Су Джи, Тэхён недоумённо повернул к ней голову, – ладонь сжимаешь. Ты не в духе, что ли? Он не сдержался закатить глаза. Да, он не был в духе. Он был совсем, блин, не в духе. Из всех недугов в организме для него хуже всего была головная боль, о чём Тэхён довольно яростно сообщил своей партнёрше. — Разговоры! — Чон Хосок прервал их диалог, перейдя к ним, — Тэхён, голову в сторону и левую руку выше. Хорошо. — С тобой всё в порядке? — спросил негромко Хосок у Тэхёна, закрепляя руками положение плеч Су Джи. Тэхён знал, что вопрос задал скорее Хосок, нежели тренер. Чимин часто шутил, что у него скоро начнётся раздвоение личности. Чон Хосок для них близкий человек, но на занятиях вёл себя максимально строго и поблажек не делал – за исключением снижении стоимости абонемента. Тэхён также ходил на танцы в качестве ученика и только вне зала общался с ним как с хёном. — Выглядишь измученным. — Голова у него болит, — ответила Су Джи, — и мне кажется, что нашему Тэхёну хочется индивидуальных занятий без шума и лишних людей. Тренер понимающе кивнул и отошёл к другой паре. Тэхён хмуро пилил точку далеко в стене, пока считал до десяти. Либо он сегодня действительно был готов сорваться по малейшему поводу, либо Су Джи специально выводила его: — Как бы это невероятно для тебя ни звучало, но я ещё в состоянии отвечать самостоятельно. Вместо ответа Су Джи внезапно потянулась корпусом к нему и быстро поцеловала в щёку. Жест мимолётный, но удивил Тэхёна настолько, что вся злость пропала. В сравнении со всеми их поцелуями – этот был самый невинный и почему-то очень задел Тэхёна. Он остановился, за ответами обратился к ней, когда наткнулся на тяжёлый взгляд стоящего рядом Чонгука. Ю Вон тоже с интересом смотрела на их пару, и Тэхён даже собирался как-то среагировать, хотя обычно предпочитал не обращать внимание, но их снова перебили тренеры, напомнив о предстоящем турнире, и ему пришлось, сжав зубы, проигнорировать партнёршу. Хосок отпустил усталого Тэхёна, а заодно и Су Джи раньше остальных, сказав ему пойти в больницу. Тэхён ни к какому врачу идти не собирался и понимал, что Хосок знал это. По дороге его догнала Су Джи, чтобы вместе дойти до метро. — А Чонгук сильно мускулистый? Тэхён удивлённо поднял брови. Он не знал. Голова не прекращала болеть, и это мешало сосредоточиться, но всё же он вспомнил, что ни разу не видел Чонгука без футболки. — У нас разные отделения. — Он платит за душевую, что ли? — задумчиво протянула Су Джи, — Видно, в семье с деньгами в порядке. Ещё как в порядке, обречённо заметил про себя Тэхён, Юнги такую иномарку явно не сам себе купил. Он не любил затрагивать тему денег, ему не нравилось говорить про Чонгука, поэтому Тэхён довольно сухо спросил Су Джи: — С чего тебя это волнует? — Просто подумала, что у него должно быть хорошее тело. С ним, кстати, очень интересно разговаривать, — она замедлила шаг, внимательно его разглядывая. Виски сильнее стали гудеть, в то время как Тэхён дополнял свой список нелюбимых тем разговором о мышцах. Он медленно вдохнул, чтобы притупить порыв злобы. И тем не менее прошипел: — Впервые в жизни поговорили с друг другом, уже представляешь его тело? — По крайней мере, я не давала трогать себя при первой же возможности! — парировала удивлённая Су Джи, заставив остановиться и Тэхёна, — Не заметить тебя с Чжу Ю Вон на диванчике было очень трудно. — Если это тебе так не нравилось, то почему нам не помешала? — Ох, была занята, видишь ли, представляла горячее тело Чонгука. — Ну тогда чего меня целовала? Пошла бы к своему Чонгуку, — Су Джи вспыхнула. Тэхён не ожидал, что этот разговор начнёт набирать такие обороты, но останавливаться не хотел, — дело щекой явно бы не ограничилось. — Возможно, мне так и стоило поступить. — Конечно! Тебе одного парня всегда было мало. — Когда первый не устраивает, исход один обычно, — едкий ответ Су Джи стал словно пощёчина. — Тогда чего не валишь? — Боюсь тебя, маленького, обидеть! — Маленький, значит? В таком случае малыш Чонгук верный выбор, ты же любишь поменьше. — Да если б я любила поменьше, то осталась бы с тобой! — Тэхён застыл. Он едва не оглянулся проверить, не ударил ли кто-то его в рёбра, потому что почувствовал себя именно так. Он не сразу понял, что имела в виду Су Джи. — Знаешь ли, я довольно хороша в поцелуях, и то, что у тебя за всё время ни разу не встало, говорит о двух вещах, — её глаза неестественно блестели, — либо девушки не заводят, либо настолько маленький, что даже не чувствуется! Тэхён не видел её такой очень давно. Он, словно в замедленной съёмке, не разбирая слов, смотрел, как она ещё что-то говорила, замерла и, наконец, замолкла. — Извини, — тихо произнесла Су Джи, не поднимая глаз, — я не хотела ничего такого говорить. Тэхён не знал, что на это ответить. Они стояли на углу улицы, друг напротив друга, перешедшие к повышенным тонам. Давно не ссорились, тупо заметил он, некстати вспоминая сцены из дорамы, где парень разворачивал возлюбленную и прижимал к себе. Так, наверное, поступил бы и Тэхён – если бы Су Джи была его девушкой, но его от этого передёрнуло. Что-то в её словах заставило пересмотреть их отношения. Су Джи была права, сказав, что он ничего такого к ней не испытывает. У него и мысли не было, что это её задевало. А сейчас не знал, почему не задумывался об этом раньше. Он просто с ней расслаблялся, никогда особо не желая чего-то большего. Им обоим было неестественно вести этот разговор. Никто не обсуждал их отношения и в принципе личную жизнь не затрагивал, а сейчас вдруг заговорили о его ориентации. Тэхён смотрел на проезжающие машины, раздумывая. Су Джи мялась рядом. Он знаком с ней давно, они постоянные партнёры, так что знали друг о друге предостаточно и могли спокойно говорить о деликатных вещах. И тем не менее Тэхён чувствовал, что не реагировал на слова Су Джи так, как должен бы. Он вообще был сам не свой в последнее время, о чём не раз замечал Чимин, беспокоясь. Ли Су Джи что-то сказала, но смысл слов дошёл до Тэхёна не сразу: — Знаешь... ты всегда мне казался очень... чувствительным к парням, но с появлением Чонгука я серьёзно подумала об этом. — Что? — Ты иногда так смотришь на Чонгука, словно... — Я не смотрю на него. — Не смотришь, — согласилась она, — но как твоя партнёрша, замечаю, когда ты украдкой бросаешь такие взгляды. — Какие взгляды? — Словно тебе нравится на него смотреть.

***

Выйдя на улицу, Чимин вдохнул вечерний воздух Сеула. Он не мог определить свои чувства, необходимо было проветриться, поэтому он пошёл в сторону парка. Это была уже третья встреча с Мун Ши Хо, и третий раз подряд тот отклонял все предложения Чимина. Мужчина во время их случайного знакомства показался ему чуть ли не подарком судьбы – всё-таки не каждый день выпадал шанс показать себя, – и Чимин воспринимал его соответственно. Однако тем больше он узнавал об этой выставке, тем меньше у него оставалось воодушевления. Чимин зашёл в небольшой парк, наслаждаясь его спокойствием. Пруд этим вечером выглядел особенно красиво, Чимин на автомате протянул руки к животу, пока не вспомнил, что на встречи с Мун Ши Хо фотоаппарат с собой не брал. Как бы он ни хотел ни о чём сейчас думать, мысли сами лезли в голову. Он теперь не был уверен, что надо было делиться с Тэхёном с новостью. Брат так за него радовался и волновался, как умел только он, что Чимину не хватало духу сообщить, что Мун Ши Хо, как выяснилось позже, обещал место на выставке только потому, что директор в последний момент решил разместить работы и малоизвестных фотографов. Конечно, Чимин понимал, насколько ему повезло, ведь тот действительно выбрал первого попавшегося на улице, но осознание того, что его внесут список благодаря привычке держать фотоаппарат в руках, а не из-за талантливых фотографий, не особо радовал. Мун Ши Хо сказал об этом Чимину прямо, честно пообещав раскрутить его на этой выставке, давал разные советы, за что Чимин был благодарен. У него было столько идей, которые он мечтал воплотить в свои фотографии; Чимин начал делать наброски ещё давно и, когда Мун Ши Хо стал кем-то вроде менедежра, надеялся, что наконец-то сможет создать первый полноценный проект. Но от Чимина требовалось предоставить несколько различных фотографий, ничего более. Мун Ши Хо говорил это на протяжении всех трёх консультаций. Чимину было досадно, но не так сильно, как сегодня, когда ему сказали не надеяться. Да, там будут спонсоры и успешные фотографы, да, на выставке можно приобрести работы, но не это основная цель. На таких вечерах собираются, чтобы заключать новые сделки, а фотографии лишь повод завязать беседу. У Чимина до сих стоял в ушах голос Мун Ши Хо, слова которого словно прозрачная стена, куда, не заметив, врезался Чимин. Он сел на пустую скамейку, достал кошелёк и заглянул в него: Мун Ши Хо, как и любой другой деловой партнёр, привык встречаться за чашкой кофе, чтобы обсудить все вопросы. Чимин, и так чувствовавший себя неуютно среди людей в костюмах, заказывал самый дешёвый эспрессо, но за три раза потратил достаточно. Чимин знал, что везде можно было увидеть что-то положительное. Даже в самых трудных и болезненных ситуациях он находил что-нибудь хорошее, что помогало ему удержаться. Такой подход к жизни вызывал неоднократные споры с Тэхёном, и Чимину не всегда удавалось убедить его. Ещё бы, ведь фраза "мы не можем поступить в университет и обеспечить себе нормальное будущее, но зато у нас есть больше времени для любимого дела" казалась очень натянутой. И тем не менее Чимин верил, что когда-нибудь всё у них наладится. Он рассматривал в отражении воды лёгкие облака, начавшие принимать сиреневые оттенки. Представляя, какие можно было сделать фотографии силуэтов на фоне такого неба, Чимин улыбнулся. Пусть от этой выставки он, скорее всего, ничего не получит, но зато сможет в живую увидеть известных фотографов и даже поговорить с ними. Одно это уже оправдывало все усилия, которые тратил Чимин: он нашёл дополнительные заработки, чтобы купить камеру как можно быстрее, и ему было всё сложнее вставать по утрам. Облака медленно меняли форму и цвет, смешиваясь с небом. Сейчас так же смешивались два настроя Чимина. С одной стороны, его работы будут висеть на частной выставке. С другой, Мун Ши Хо вряд ли стал бы просто так лишать надежды, в этом Чимин был уверен. — Возьмите, пожалуйста, — робко раздалось с боку. Чимин сильно ушёл в себя, даже шагов не услышал. Рядом стоял мальчик и протягивал ему какую-то бумажку. — Моя мама очень вкусно готовит, посмотрите, пожалуйста. — Это был рекламный листок лапшичной, недавно открывшейся. Мальчик застенчиво стоял, держа стопку таких флаеров в руках. — Вкусно, говоришь? — Чимин мягко улыбнулся. Он любил детей и легко находил с ними общий язык. — Тогда обязательно загляну туда! — Правда? — мальчик радостно округлил глаза и поспешил поклониться, отчего Чимину захотелось потрепать его по волосам, как он это делал малышам, с которыми он сидел. — Вам точно понравится, мама очень вкусно... Его перебил звук сообщения. Чимин удивлённо достал телефон, у него осталось мало друзей и ещё меньше, кто стал бы ему писать. Увидев, что это от Мун Ши Хо, он немного насторожился, а прочитав, не сразу вник. Поздравляю с совершеннолетием, Пак Чи Мин! Завтра получишь бумаги. Ещё в их первую встречу Мун Ши Хо, узнав про возраст, обещал сделать ложное свидетельство, чтобы тот смог участвовать в мероприятии. Чимин тогда вместе с годом рождения попросил поменять фамилию на Пак – сам не зная почему. И только сейчас он осознал, что это значило. Если показать эти документы там, где не будут проверять их на подлинность, то он сможет работать. Полноценно работать. Медленно подняв голову, он увидел, что мальчик никуда не ушёл. Чимин ещё не до конца верил в свою возможность, но сообразил, если ресторанчик открылся недавно, то наверняка можно было легко получить там работу. — А тебе не страшно вечером одному по парку гулять? — он оглянулся вокруг. Чимин не заметил, как просидел здесь несколько часов. Всё вокруг стемнело. — Мама сказала мне всех пригласить. А ещё я уже большой! — Чимин добро посмеялся и спросил его имя. — Послушай, Ли Сонг Джи, а ты можешь отвести меня к своей маме прямо сейчас? — он протянул мальчику руку, — А я помогу тебе раздать всем твои приглашения. Когда Чимин почувствовал, как крепко сжимали его ладонь детские пальчики, то смутился. Все неприятные мысли исчезли, и он снова точно знал, что будет надеяться до конца, несмотря на слова менеджера. Понимая, что у него появился шанс купить камеру намного быстрее и обрадовать двойняшку, Чимин захотел крепко обнять мальчика, шагающего рядом.