Умница Джейн Поттер

      Стоило только пороху серебристой пылью коснуться пола, как все завертелось в вихре зеленого пламени. Это было совсем не то же самое, что теплый и ласковый огонь феникса. Все кружилось, как при «телепортации», да еще и пепел постоянно летел в глаза. И когда Джейн уже подумала, что это не прекратится никогда, ее со всей силой выбросило из камина, будто кто-то толкнул в спину. Она тут же ничком распласталась на дощатом полу, очки соскользнули с переносицы, а саквояж вообще улетел к чьим-то ногам в старых ботинках. - А, так это ты опоздала на поезд? – спросил надтреснутый голос владельца ботинок.       Джейн скорее нацепила очки обратно и, как могла из своего положения, подняла голову вверх. В паре шагов от нее стоял пожилой волшебник в простой темной мантии. Большую часть этой мантии закрывала всклокоченная седая борода, выше которой было только морщинистое лицо и не менее всклокоченные волосы.       - Знаешь, я рад, что ты добралась, куда нужно, а то всякое бывает… Ну давай, поднимайся да отходи, нужно Сэму сказать, что ты уже здесь.       Он усмехнулся в бороду, затем поднял саквояж с пола и поставил на ближайшее сиденье. Джейн тоже скорее встала на ноги и отошла от камина. Зная, что сейчас будет, она предпочла отвернуться. Все-таки жизнь ее не готовила к тому, чтобы спокойно наблюдать за людьми, сующими голову в зажженные камины.       Она огляделась. Здание станции было совсем небольшим, с простыми деревянными лавками вдоль стен. Сквозь широкие низкие окна в помещение проникал свет, расцвечивая пол яркими квадратами. У дальней стены стоял старомодный стол-бюро с керосиновой лампой на одной из полок. Рядом с лампой стоял не менее старомодный радиоприемник, из которого женский голос надрывно пел о ландышах, собранных в полнолуние. Затем из динамиков послышался бодрый голос диктора, приветствующий слушателей на четвертьфинале кубка Шотландии по квиддичу.       - Так-так, наконец-то! – проговорил смотритель станции, вынырнув из пламени. – Ладно, девочка, иди, погуляй где-нибудь. Сэм попросил за тебя, поэтому если хочешь, оставайся, конечно, только не донимай расспросами, у меня важный матч начинается.       Он засеменил к бюро и, устроившись в громоздком кресле-вертушке, в предвкушении игры подвинул радиоприемник поближе. На Джейн он больше не обращал никакого внимания. Должно быть, диспетчер не сказал ему, кто она такая. И то хорошо.       Она вышла из здания станции и, щурясь от солнца, расположилась на лавочке под раскрытым окном. Здесь была тень, а из здания веяло приятной прохладой. Чуть приглушенно доносилось звучание радиоприемника, стрекотали кузнечики. Пахло цветами от клумб, слабый ветерок доносил запах трав с холмов по ту сторону от железнодорожных путей. Еще дальше, на самом горизонте, виднелись острые пики гор с белыми шапками снега. Джейн довольно улыбнулась. Этот день становился все лучше и лучше. В конце концов, у нее было с собой вчерашнее стыренное печенье, целая сумка волшебных книг и целый день впереди, чтобы их наконец-то прочитать. Скучать точно будет некогда!       Примерно через час или больше из приемника послышалась незатейливая мелодия, и диктор объявил небольшой перерыв с заменой игроков. Смотритель станции высунулся из раскрытого окна.       - А, ты все еще здесь? Слыхала, как лихо Смитсон комбинацию провел?       Джейн удивленно вскинула брови, всем своим видом показывая, что понятия не имеет, о чем он. Первое время она действительно слушала краем уха и пыталась вникнуть в суть игры. Хагрид вроде бы сравнил квиддич с футболом, а в футбол Джейн играть обожала. Маленькая и проворная, она только так обходила противников. Но квиддич оказался не более понятным, чем учебник по трансфигурации, который она сейчас пыталась читать. Казалось, комментатор разговаривал на каком-то совершенно другом языке, и Джейн постоянно задавалась вопросами: «Почти поймал что? И кое-как увернулся от чего?»       Заметив ее недоумение, смотритель разочарованно протянул:       - А-а-а, все понятно с тобой. Конечно, с книжкой в обнимку сидишь. Да и куда тебе такой мелкой в квиддич, бладжером с одного удара дух вышибет.       - Ошибаешься, Амброзий, – послышался знакомый голос. – Эта мисс крепче, чем кажется.       Хагрид стоял возле калитки, с обеих сторон которой пышно цвела гортензия, и с недоумением смотрел из-под своих кустистых бровей.       - Джейн, что ты здесь делаешь?       - Ты знаешь ее? – спросил смотритель, прежде чем она успела ответить.       - А как же, дык это ж дочка Джеймса и Лили Поттеров! – гордо ответил тот.       «Вот так конспирация и летит к чертям», – со вздохом подумала Джейн.       Смотритель станции так и подскочил на месте.       - Мерлинова борода! А я-то думаю, почему мордаха такая знакомая! Совсем, видать, со зрением плохо стало, раз не узнал.       Он выбежал на улицу и уже внимательнее посмотрел на ее лицо.       - Ну точно, просто копия Джеймса! Если бы не юбка, подумал бы, что это он тут сидит! – хохотнул он. – Ты глянь-ка, как похожи. Только глаза зеленые.       - Ага, как у Лили, – ответил Хагрид с улыбкой, но тут же добавил строго, обращаясь к Джейн: – И все же, что ты тут делаешь? Почему не в поезде?       - Сэм сказал, опоздала она, – снова вместо нее ответил смотритель. – Он ее по каминной сети сюда переправил.       - По камину?! – грозно вскричал Хагрид, сжимая кулаки. – Опоздала?!       Джейн испуганно глянула на великана, ей даже показалось, что у него волосы зашевелились, как шерсть у зверя на загривке.       - Хагрид, – позвала она.       - Это Дурсли тебя задержали, да? Это все из-за этих глупых маглов?       Джейн, уже было подумав, что он собирается кричать на нее, выдохнула с облегчением.       - Нет, они ни при чем, – поспешно ответила она, решив умолчать об участии Дадли в ее опоздании на поезд. – Просто будильник не вовремя сломался. Вот и все.       - Точно? – спросил он, прищуриваясь. – Ты не бойся говорить, мы не позволим, чтобы они обижали тебя!       Джейн улыбнулась, стараясь скрыть за улыбкой грусть.       «Где только вы раньше все были? – подумала она, а вслух спросила:       - Хагрид, а ты здесь что делаешь?       - Дык я же квиддичный матч пришел послушать. Избушка моя слишком близко к Хогвартсу расположена, никакая магловская техника не работает. Говорят, из-за магии это… не разбираюсь я. Прихожу сюда, а тут, оказывается, вона какой сюрприз имеется.       Из радиоприемника комментатор объявил о продолжении игры, и смотритель станции, встрепенувшись, тут же засеменил обратно к столу.       - Хагрид, дружище, я думал ты раньше придешь, – крикнул он из здания. – Уже как половина игры прошла.       - Ну дела! Дык все из-за этой зубчатки! Я ж в лесу на нее наткнулся, думаю, надо собрать, пока здесь. А то ведь и не найдешь потом, а подкормку для теплицы готовить надо, – ответил тот, усаживаясь рядом с Джейн на жалобно скрипнувшую лавку.       Удивительно, но лавка выдержала его вес.       Тем временем, смотритель поставил радиоприемник на окно и вновь скрылся в здании. Джейн с неодобрением наблюдала за этой суетой.       - Ты уж извини, что мешаем, – виновато проговорил Хагрид, кивнув на учебник у нее в руках. – Не могу в дверь протиснуться, застреваю и все тут. Вот и приходится на улице сидеть.       Джейн рассмеялась, представив это.       - Ничего, – ответила она. – Все равно я эту трансфигурацию вообще не понимаю. Мы точно купили ее на английском языке?       Хагрид тоже засмеялся.       - Все эти писульки, – он ткнул пальцем в учебник. – Мне кажется, вообще мало кто понимает, пока учитель объяснять не начнет.       - А кое-кто и потом не понимает, – заметил смотритель, подкатывая стул к низкому подоконнику. – Эх, будь она, эта трансфигурация, неладна!       Джейн не могла и надеяться, но день прошел ничуть не хуже, чем если бы она успела на поезд. Быть может, ей пока не удалось познакомиться с остальными первокурсниками Хогвартса, но зато она прочитала почти половину учебника по истории магии, поняла, что ее любимым предметом станет астрономия, а книга «Фантастические звери и где их искать» встала в один ряд по крутости со «Всеобщей мифологией», которую Джейн просто обожала. Также она послушала свой первый матч по квиддичу (правда почти ничего не поняла, а переспрашивать через каждые пять минут было как-то неудобно). А еще смотритель станции – мистер Амброзий Тайлер – угостил ее неимоверно вкусными бутербродами с сыром и ветчиной и даже разрешил попробовать некоторые заклинания из книги по чарам! Даже после того, как она чуть не сожгла все клумбы возле здания к «мерлиновой бороде», что бы это выражение ни значило. Поэтому, когда вдалеке послышался какой-то шум, Джейн не сразу сообразила, что к чему.       - Ну, вот и поезд, – проговорил Хагрид с улыбкой.       - Ой, и правда, – ответила она. – Как быстро время прошло, я даже не заметила.       На улице уже стемнело, и Джейн как раз пыталась разжечь на кончике волшебной палочке огонек заклинанием «Люмос».       - Что верно, то верно, – хохотнул мистер Тайлер. – За интересным делом да в хорошей компании время всегда летит быстрее.       Джейн улыбнулась.       - Спасибо, что разрешили побыть здесь, – поблагодарила она.       Он только махнул рукой.       - Это мелочи. Все лучше, чем в пустом замке сидеть, да и мне, старику, веселее.       Затем, выпуская клубы дыма, к станции подъехал алый поезд, и Хагрид пошел встречать первокурсников, чтобы проводить к замку. А Джейн, оставив саквояж, который позже должны будут забрать домовые эльфы, вместо толстовки надела поверх формы мантию, попрощалась с мистером Тайлером и, выйдя из здания, скрылась в темноте.       Спотыкаясь и поскальзываясь, первокурсники шли за Хагридом по узкой тропинке, резко уходящей вниз. Тьма вокруг была такой плотной, что казалось, будто на глаза одели почти непроницаемые повязки. Джейн плелась в конце группы детей, пытаясь нигде не свалиться, но все-таки запнулась об корягу и налетела на чью-то спину.       - Смотри, куда идешь! – воскликнул знакомый голос.       - Ой, это же ты, – сказала Джейн одновременно с Драко Малфоем.       Надо же было натолкнуться именно на него! Тот выглядел еще более удивленным, чем она.       - Как ты здесь оказалась? Я думал, мы самые последние идем, – он переглянулся с двумя крепкими ребятами на целую голову выше него. – Кстати, это Крэбб, а это Гойл.       Он указал сначала на одного, потом на другого. Если учесть почти непроглядную темноту, Джейн не стала утруждать себя запоминанием, кто есть кто.       - А ведь знаешь, – с сомнением выдал Малфой, – я не припоминаю, чтобы видел тебя в поезде.       Джейн даже порадовалась, что сейчас темно, и он не видит выражения на ее лице.       - Говоришь, будто обошел поезд вдоль и поперек, – нервно усмехнулась она.       - Вот именно! В этом году в Хогвартс должна будет поступить Джейн Поттер, я как раз искал ее. Однако там не оказалось ни ее, ни тебя.       - Наверное, ты плохо смотрел, – ответила Джейн. – Я всю дорогу читала учебники, должно быть, ты просто не обратил внимания.       - Хм, может быть, – все с тем же сомнением протянул он и вдруг добавил: – Так как, говоришь, тебя там зовут?       - Ой, гляди, это же Хогвартс! Прямо как в сказке! – воскликнула Джейн, указывая на огромный замок за черным озером. – Мы еще и на лодках поплывем!       Она скорее пошла вперед, надеясь, что ей удастся затеряться в толпе, и этот противный мальчишка наконец отстанет. Но в итоге каким-то образом все равно оказалась в одной лодке с ним и его гориллами.       - Я вспомнил, тебя зовут Джейн, – проговорил Малфой, когда лодки отчалили от берега. – И твоя фамилия Поттер, если я не ошибаюсь. А я не ошибаюсь!       - Ну да, есть такое дело, – пожала плечами Джейн. Отпираться все равно было уже бессмысленно.       - Да ладно! – воскликнул он, но затем взял себя в руки и заметил, манерно растягивая слова. – Вообще-то, я же понимаю, вся эта слава так утомляет. Каждый хочет пожать руку, предлагает быть твоим другом, прочее и прочее. Малфои – древнейший и благороднейший род чистокровных волшебников. Я на всех приемах вижу, как всякое отребье раз за разом подлизывается к моему отцу. И хотя ты всего лишь полукровка, всякий сброд обязательно захочет сблизиться с тобой, в надежде, что им удастся урвать частичку твоей славы. Я думаю, ты и сама понимаешь, что тебе совершенно ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Держись поближе ко мне, Крэбб с Гойлом никому не позволят надоедать тебе.       Типа он тут могущественный монарх берет под свою опеку бедного, но способного крестьянина! Ха! Более раздражающего чувства Джейн, кажется, еще никогда не испытывала.       - Очень мило с твоей стороны, – улыбнулась она. – Но, думаю, я сама могу… фильтровать свой круг общения.       - Не сомневаюсь, – самодовольно ответил Малфой. – У таких людей, как мы с тобой, это почти что врожденное.       Джейн неопределенно мотнула головой. Наверное, будет не очень хорошо, если она выкинет его из лодки?       Тем временем они уже как раз проплыли сквозь тоннель в утесе, а затем, причалив к подземной пристани, высадились на камни.       - Ой, это же Тревор! – послышался чей-то радостный возглас.       - Вот идиот, – проговорил рядом Малфой, и Джейн успела заметить пухлого мальчишку, прижимающего к себе жабу. Затем Хагрид повел детей вверх по каменной лестнице.       Все ученики и преподаватели собрались в огромном зале, освещенном множеством парящих в воздухе свечей. В вышине потолок показывал темное небо, усеянное точками звезд. Казалось, что зал действительно находится под открытым небом.       - Аббот, Ханна! – произнесла профессор МакГонагалл, высокая черноволосая волшебница в изумрудно-зеленых одеждах.       Как только имя было произнесено, вперед из шеренги первокурсников вышла девочка с белыми косичками и, спотыкаясь, направилась к табурету. На этом табурете лежала старая остроконечная Шляпа, которую, как сказала профессор МакГонагалл, нужно просто надеть на голову. Шляпа называлась Распределяющей, потому что именно она и распределяла детей по факультетам Хогвартса.       - ПУФФЕНДУЙ! – громко прокричала Шляпа.       Те, кто сидели за крайним правым столом, разразились аплодисментами.       - Боунс, Сьюзен! – назвала следующее имя профессор, строго оглядывая зал.       Джейн вздрогнула, когда этот строгий взгляд случайно коснулся и ее тоже. Вкупе с общим волнением и предстоящим распределением было просто удивительным, что она до сих пор не свалилась в обморок.       - ПУФФЕНДУЙ! – выкрикнула Шляпа, заставляя Джейн вздрогнуть вновь.       А ведь она еще не до конца отошла от встречи с призраками. Один пролетел прямо сквозь нее, и это было жутко, жутко, просто жутко.       - Бут, Терри!       - КОГТЕВРАН!       Мальчик, направился к первому столу слева. Сидящие там ученики громко зааплодировали ему.       Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол факультета Когтевран, а Лаванда Браун стала первым новым членом факультета Гриффиндор. Ближний стол справа взорвался приветственными криками. Миллисенту Булстроуд определили в Слизерин. Под аплодисменты девочка со счастливым лицом направилась к крайнему столу по левую сторону.       Каждый уже распределенный ученик выглядел счастливым, никто не жаловался на выбор, никто не просил распределить на другой факультет. Джейн лихорадочно вспоминала песню Распределяющей шляпы, которая рассказывала о том, по каким характеристикам идет отбор на факультеты. Но почему-то вспоминались только слова Хагрида о том, что на Пуффендуй принимают тех, кто не подошел никакому факультету вообще. Драко Малфой был прав, о том, чтобы не попасть на Пуффендуй следовало озаботиться заранее, потому что сейчас, Джейн не могла назвать себя ни умной, ни хитрой, ни, тем более, хоть чуточку смелой. Сейчас она знала лишь то, что ей был один путь – за стол под желтыми флагами Пуффендуя.       - Голдштейн, Энтони!       - КОГТЕВРАН!       Еще один счастливый ребенок пошел за стол своего нового факультета. Может быть, они просто рады, что эта пытка наконец закончилась?       - Гойл, Грегори!       - СЛИЗЕРИН!       Джейн вдруг подумала, что если бы Дурсли удочерили ее, то фамилия начиналась, хотя бы, на «Д», а значит, она бы уже давно сидела за одним из этих столов (неважно каким), а не стояла бы здесь с бешено колотящимся сердцем. Если бы кто-нибудь раньше сказал ей об этом неоспоримом преимуществе, она, пожалуй, была бы гораздо более вежливой со своими родственничками.       Взгляд метнулся к длинному преподавательскому столу. Там, в высоком кресле, больше похожем на трон, восседал директор Дамблдор в светло-сиреневой мантии, украшенной золотистыми узорами. Он с благодушной улыбкой наблюдал за распределением и аплодировал всем так, будто каждый из первокурсников был его любимым внуком или внучкой. Заметив ее взгляд, он кивнул и ободряюще улыбнулся.       Тем временем девочка по имени Дафна Гринграсс отправилась на Слизерин, а следующая за ней Гермиона Грейнджер отправилась в Гриффиндор.       Джейн продолжила рассматривать стол преподавателей, это немного успокаивало. Взгляд сразу наткнулся на Хагрида, возвышающегося над остальными профессорами. Он хлопал всем, кроме слизеринцев. А еще, видимо, иногда поглядывал на Джейн, хоть она этого и не замечала, потому что когда их взгляды все-таки встретились, Хагрид улыбнулся явно очень довольной улыбкой. Джейн даже смогла улыбнуться ему в ответ. Малфой рядом скривился и уже было начал что-то говорить, но Джейн наступила ему на ногу. Коротко извинившись, она продолжила рассматривать профессоров.       Хагрид сидел справа от Дамблдора, а между ним и троном директора находились еще пятеро волшебников. Женщина в огромных очках, похожих на стрекозиные глаза, почти не наблюдала за происходящим и, казалось, витала где-то в облаках над своим серебряным кубком. Джейн стало интересно, что она может преподавать? Рядом с ней находилась пожилая женщина, как поняла Джейн по ее одежде, медсестра или что-то вроде того. Серьезный мужчина с короткой седой бородой, почему-то напомнил Аристотеля. Он внимательно слушал женщину в темно-красной мантии, оба они лишь изредка поглядывали на распределение. Наверное, они вели уроки только у старшекурсников, поэтому мало интересовались происходящим. В школе Литтл Уингинга тоже всегда так было на каких-нибудь общих собраниях.       Зато пухлую женщину, рядом с Дамблдором, Джейн сразу признала деканом Пуффендуя. Своим ученикам она аплодировала сильнее всего.       По левую сторону от Дамблдора стоял пустой стул, должно быть, место профессора МакГонагал, которая все еще продолжала зачитывать имена.       - Лонгботтом, Невилл.       Очередь как раз дошла до того мальчишки с жабой.       Шляпа очень долго думала над ним, прежде чем выкрикнуть «ГРИФФИНДОР». Выслушав свой вердикт, бедняга так быстро рванул к своему факультету, что забыл снять Шляпу. Под общий смех ему пришлось идти обратно, чтобы вручить ее Мораг МакДугал.       - КОГТЕВРАН! – не задумываясь, объявил волшебный артефакт, стоило только оказаться на голове девочки.       Маленький человечек с пышной седой бородой, который скорее стоял, чем сидел на своем стуле, рядом с местом МакГонагалл, с улыбкой зааплодировал новой ученице. Если Джейн правильно поняла, это и был декан Когтеврана. Следующей за ним была темнокожая женщина в блестящей мантии под золото. Левее сидел беспокойный сосед – профессор Квиррелл. Он постоянно ерзал на стуле, почти не поднимая взгляда от стола, и вздрагивал каждый раз, когда шляпа выкрикивала название факультета. Еще левее находилось какое-то черное пятно, Джейн предпочла туда не смотреть, потому что когда ты смотришь в бездну, бездна смотрит в тебя. А ей и так было плохо. Вместо этого она решила вновь сосредоточиться на профессоре МакГонагалл.       - Малфой, Драко, – зачитала она.       Тот многозначительно посмотрел на Джейн и пошел к Шляпе с видом абсолютного победителя. А сама Джейн, наскоро вспомнив алфавит, вдруг подумала, что буква «М» находится в ужасной близости от буквы «П».       - СЛИЗЕРИН!       И в этом не было ничего удивительного.       Не прошедших отбор первокурсников оставалось все меньше.       Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близнецы Патил, затем Салли-Энн Перкс и, наконец…       - Поттер, Джейн!       Несмотря на то, что она ожидала, когда назовут ее имя, сердце все равно пропустило удар, а душа рухнула куда-то в пятки.       Джейн, забыв, как дышать, на негнущихся ногах пошла вперед. Стоило ей только сделать шаг, как все разговоры стихли до звенящей тишины, будто у телевизора резко выключили звук.       Точно, дядя с тетей сейчас, конечно же, смотрят вечерние новости, а Дадли жует какой-нибудь бутерброд. Возможно, и ей бы перепало что-нибудь вкусное… Вот бы сейчас оказаться дома, а не под этими взглядами.       «Наверное, у меня сейчас жуткое лицо», – подумала Джейн, заметив, что МакГонагалл странно на нее смотрит.       Когда однажды ей не повезло выступать с докладом перед всей школой, потом учительница по литературе так и сказала: «В следующий раз делай лицо попроще, выглядишь так, будто собираешься кого-то убить».       «Просто представь, что ты рок-звезда», – сказала себе Джейн.       Но это не помогало, в голове стучала только одна мысль: «Домой!»       Последнее, что она увидела, прежде чем Шляпа упала ей на глаза, был огромный зал, заполненный детьми, каждый из которых подался вперед, чтобы получше разглядеть ее, разноцветные флаги и серебристая змея над одним из длинных столов.       А затем высверком: змея, зеленый, выход, дом.       - СЛИЗЕРИН! – прогрохотала Шляпа.       «Звяк», – послышалось оглушительное.       Джейн оглянулась, приподняв поля шляпы. Профессор Сюртук, выронив из рук серебряный кубок, смотрел куда-то вперед невидящим взглядом. Рядом с Сюртуком профессор Квиррелл, фигурально выражаясь, выронил челюсть. Да и вообще атмосфера за столом преподавателей была, мягко говоря, странной.       Ну почему, почему она вспомнила именно этот глупый момент в зоопарке? Почему не красно-алого феникса? Почему не слова того же Квиррелла о том, что с ее любознательностью ей самое место в Когтевране?!       Джейн поднялась на ноги и, сняв Шляпу, укоризненно посмотрела в ее матерчатое «лицо». Складки старой ткани образовывали что-то похожее на рот и нависшие бровные дуги. Но сейчас та прикидывалась обыкновенным головным убором и, похоже, не собиралась озвучивать никакого другого решения. Джейн протянула бесполезный артефакт обратно профессору МакГонагалл.       Волшебнице следовало бы взять Шляпу и уже назвать следующее имя, но она молчала, с недоумением глядя на Джейн. Будто пыталась узнать, увидеть знакомые черты, но никак не находила их. С недоуменными лицами молчали и все остальные.       Джейн положила Шляпу на табурет и, сжав кулаки, направилась к теперь уже своему факультету в полной тишине. Как вдруг за спиной послышались хлопки.       Директор Дамблдор улыбался и громко аплодировал ей, как и всем до этого, будто ничего необычного не произошло. Переглянувшись, с неохотой начали хлопать остальные учителя, постепенно зазвучали робкие аплодисменты от столов других факультетов и, наконец, от стола Слизерина. Краем глаза Джейн заметила, что Сюртук пытается испепелить ее жутким взглядом.       Это будет чудесный год, не иначе.       На Хагрида она смотреть постеснялась.       Остаток вечера прошел как в тумане. Вроде бы некто Рон Уизли, отправился в Гриффиндор. А последний первокурсник в списке – Блейз Забини – попал в Слизерин. Потом все вроде как поели. Джейн только вяло поковырялась в тарелке, потому что попробуй-ка съесть даже самое вкусное, когда на тебя так смотрят. Затем старосты повели их в гостиную факультета какими-то запутанными путями. А затем голова Джейн наконец коснулась подушки их общей еще с четырьмя девочками спальни, и сон забрал ее в свои крепкие объятия.       От всех пережитых волнений и голода, сон очень быстро превратился в кошмар. Джейн снилось, что она стоит на высоком помосте, вокруг которого собрались люди в темных мантиях, лица спрятаны под глубокими капюшонами. Из толпы выходит Дамблдор и, с поклоном кладет к ногам Джейн золотое блюдо с запеченной курочкой. Не разгибаясь от поклона, он пятится назад и исчезает в темноте. Остальные люди тоже кланяются ей и один за другим преподносят свои дары. Вскоре вокруг Джейн стоит столько разнообразной еды и напитков, что она не знает, с чего начать. Затем она начинает смеяться, будто двойным смехом, один ее собственный, а другой – холодный взрослый смех, больше подходящий мужчине, чем девочке. Люди сбрасывают капюшоны, и под ними оказываются головы змей. Квиррелл в своем фиолетовом тюрбане начинает играть на флейте, люди-змеи покачиваются в такт музыки.       «С-с нами! С-с нами!» – радостно шепчут они.       Она подхватывает баранью ножку и с аппетитом вгрызается в сырое сочное мясо…       Джейн резко проснулась от нехватки воздуха и тут же вытащила изо рта уголок обслюнявленного одеяла, который чуть не проглотила, приняв за еду.       - Мерлинова борода, – тихонько выругалась она и, повернувшись на другой бок, заснула вновь. Больше ей ничего не снилось.