Колыбельная

Кихен просыпается под шипящие маты Джексона, который по прежнему не может пошевелиться и намеревается проучить гаденыша. Раскрыв глаза, Ю не находит Сехуна, и ухмыляется, кто бы сомневался. Лейтенант с хмурой рожей заходит в шатер духов и еле сдерживается от внезапного приступа хохота. Минхо приноровившись спит в той нелепой позе, в которой вчера их растащил Тао, и сладко причмокивает губами, а вот Джексон в бешенстве, он ни на секунду не смог сомкнуть глаз, он, конечно, не замерз, но ему не нравится, что он не чувствует свое тело. — Убью этого мелкого паршивца! — Джексон зыркает на Кихена и хочет что-то запустить в сладко сопящего Минхо, который вырубился практически сразу. — Вы его все-таки довели, — показательно устраивает потягушки лейтенант, хрустя шейными позвонками. — Этот козлина всю ночь где-то шляется! — ворчит Ван. — Я им обоим устрою! — Кому ты что устроишь, Джексон? — заходят в шатер бодрый Се и следом за ним все еще сонный Тао, который зевает поминутно, зябко кутаясь в плащ соулмейта. — Вот той соне за твоей спиной и тому спящему ублюдку, — недовольно кривится Джексон. Сехун усмехается, предупреждая Джексона ледяным взглядом, что так шутить лучше не стоит. Тао же щелкает пальцами и Джексон и Минхо резко падают на землю. Минхо осоловело моргает, осматриваясь по сторонам, рефлекторно сгруппировавшись при падении, и немного осознав ситуацию, улыбается старшим, а затем проводит большим пальцем по шее, смотря Тао прямо в глаза с той же милой улыбочкой. Кихен цокает языком, закатив глаза, и взяв Се под локоть уводит его к капитану уполномоченного здесь действовать отряда, еще все формальности надо успеть уладить до открытия портала. Как только старшие уходят, Джексон с низкого старта бросается на Тао, тот взвизгнув отскакивает в сторону, но поскальзывается на льду в отместку созданным Минхо. Джексон все равно ухитряется ухватить младшего за ногу, и повалив его на землю принимается шуточно мутузить, взгромаздившись сверху растрепывает красные волосы, приводя их в еще больший беспорядок и довольно лыбится. — Хен, ну все, хватит, — смеется Тао, — я больше так не буду. Джексон скатывается с него и просто валится рядом. — Сегодня возвращаемся домой, да? Минхо согласно мычит из своего укрытия и кутается в плед, сонно плямкая губами. — Пиздец! — взбешенно орет Джексон. — Всю ночь дрых и опять спать! — подлетев к старшему он отвешивает ему подзатыльник и сдергивает с него плед. — Рядовой Чхве, на зарядку, живо! — пинает его под зад Джексон. Тао хохочет в голос, а Минхо подрывается с пола и бросает уничтожающий взгляд на Вана. — Ну все, пиздец тебе! — целый снегопад обрушивается на брюнета, и он уже похож на снеговика. Джексон закипает словно чайник и снег превращается в воду, но даже не успевает на него осесть, как уже становится паром. — Да ты, видно, бессмертный, — клокочет Ван. Минхо принимает боевую стойку, готовясь к схватке, а Тао обреченно вздохнув, просто подходит к Джексону и дотрагивается пальцем до кончика носа и неожиданно весело хохочет. — Хен, ты так на чайник похож, еще бы пар из ушей и свист. У Минхо дергается глаз, вот безбашенный, Джексон же разорвет его сейчас в таком состоянии. Минхо, внимательно следит за действиями брюнета, мысленно продумывая план по спасению младшего, но нет, Джексон громко выдыхает через нос и пугающе улыбается, приобняв Тао за плечи. — Хен, — хитренько зовет Тао, сощурив глаза, приобняв хена в ответ, и медленно, но настойчиво уводит старшего от все еще настороженного Минхо. — Мм? — уже обреченно вздыхает Джексон, вот опять сейчас что-то будет просить, и ведь не откажешь! — Ну Хен, — канючит Тао, хитро улыбаясь. Минхо тихо злорадствует обреченности Вана и поняв, что опасность миновала, вновь пытается украдкой уснуть. — Ну чего тебе? — присаживается на футон Джексон и передергивает напряженными плечами. Тао тут же скользнул тому за спину и порхающими движениями принялся разминать затекшие мышцы, — А помнишь, ты говорил, что пленник песню поет? — как бы между прочим спрашивает Тао и сильнее давит на напряженные плечи, отчего Джексон не сдерживает болезненный стон. — Да, — давится воздухом Ван, довольно прикрыв глаза, наконец его плечи покидает ощущение тяжести. — А что это за песня? — интересуется Тао, переходя ловкими пальчиками на шейные позвонки, из-за чего у Джексона бегут мурашки. — Господи, Тао, зачем тебе это? — хрипит Джексон, балдея от массажа, и удобнее подставляет шею под прохладные руки. — Ну Хен, — тянет Тао, — так о чем? — и нажимает на точку, от которой Джексона как током пробило. — Ах ты мелкий мерзавец, — тянет Джексон, — что-то про ангелов, птиц и свет, — все же проговаривается старший и растекается лужицей по футону, когда прохладные нежные ручки почти невесомо легли на лопатки. А Тао лишь больше убеждается в своей неожиданной догадке, и пытается решить для себя дальнейшие действия. — Хен, а когда ты дежуришь? — подставить друга в его планы не входит, продолжает надавливать на особенно чувствительные точки на мускулистой спине, мышцы которой расслабляясь в судороге перекатываются под его ладонями. — На выходных, — снова на выдохе произносит Джексон, что уже впился в футон ладонями. — А когда у вас пересменка? — как ни в чем не бывало спрашивает Тао, и вскрикивает от неожиданности, когда Джексон резко меняет их местами оказываясь сверху и прижимает его ладони к футону по бокам от головы. — Что ты задумал? — щурит потемневшие глаза Джексон, удерживая младшего силой, даже не давая ему шанса пошевелиться. Тао смотрит на него с неподдельным испугом в глазах. — Хен, я просто хотел принести тебе покушать. Джексон теряется от этого испуга в глазах и этого неподдельного выражения невинности на лице. — Прости, — спешит отпустить чужие покрасневшие запястья Ван, — не знаю, что на меня нашло. Тао невинно хлопает пушистыми ресницами и смотрит на Джексона, что так же смотрит на него, по прежнему находясь в смятении, он не знает почему, но какое-то тревожное чувство проснулось в нем. — В полночь и в полдень, мы меняемся, — слезает с него Джексон, присаживаясь рядом с распластанным другом и вздохнув, все же продолжает. — Тао, если ты что-то задумал, скажи мне. Ты же помнишь наше обещание? Я с тобой до конца и всегда на твоей стороне, чтобы не случилось. Тао ласково улыбается хену и пытается не отвести взгляд, чтобы не выдать себя с головой, но и втягивать друга в эти игры он не хочет, слишком много он для него сделал. — Все хорошо, хен. Если что, ты узнаешь первым. Джексон смотрит на Тао, и чует, что тот ему нагло врет, но просто кивает, надеясь на его благоразумность или хотя бы на то, что в случае чего он сам успеет все понять и помочь. — Вы чего это? — все же решается подать голос давно проснувшийся Чхве, которому вдруг враз стало неуютно, из-за странной атмосферы, повисшей в шатре. — Ничего, — огрызнулся Ван и поспешил на выход покурить, но в дверях нос к носу столкнулся с Кихеном, что собирался их позвать. — Да ебана, а! — орет Джексон смотря на сломанную сигарету, исчезающую под подошвой некроманта. — Поори мне блять тут еще, — шикает недовольно Ки, — смотреть не учили куда прешь, Ван? — потирает ушибленное плечо розоволосый. — Так, — обращается уже ко всем хмурый Ю, глядя на всех из подо лба, — собраться и быть готовыми, через две минуты откроют портал. — Что-то не так, лейтенант? — тихо спрашивает Тао, заметив нервозность старшего. — Нет, ничего, — отмахивается некромант у которого разыгралось чувство страха до такой степени, что казалось, перемешали и заморозили все внутренности. — Точно? — приподнимает бровь Минхо, замечая непривычную бледность старшего. — Как вы себя чувствуете? У Кихена ёкает сердце, и пробивает на дрожь. — Тао, скажи, что ты видишь? — Ю старается унять дрожь и взять себя в руки, но сущность некроманта в предвкушении жатвы, потирает руки, металлический прутик, кажется, скоро прожжет запястье до костей сквозь специальное крепление из кожи. Красноволосый беспрекословно всматривается во временной поток, разбирая его на составляющие и бегло осматривает ближайшие формы присутствующих. — Все целы, — подхватывает обеспокоенность старшего таймлорд и следом за старшим выходит на улицу. Он скользит взглядом по окрестностям лагеря, купола и все в абсолютном порядке. Переходит взглядом на отряд в алой форме, их метаморфоза нестабильна и идет рябью. Тао закусывает губу, либо умрут, либо что? Он переводит взгляд на капитана и возвращается из потока времени. — С нашим отрядом все в порядке. Но, — он отводит в сторону взгляд, — все может измениться. Кихен кивает и также переводит взгляд на Сехуна, что заканчивает заполнять документы о доставленной провизии и собранных материалах. — Капитан, поторопитесь! — орет Ю, чтобы его наверняка услышали. О подписывает листы и отдает их Мадарао, что сегодня собрал длинные волосы в низкий хвост перехватив их сине-черным шнурком. Джексон лениво поправляет форму, Минхо проверяет, хорошо ли закреплены рюкзаки, Тао рефлекторно поглаживает медальон под рубашкой, продумывая, что и как ему провернуть по возвращению в первый квартал. Кихену же хочется поскорее отсюда убраться, и такое с ним впервые. Он никогда до этого не покидал поле боя, а тут простой лагерь. Сехун подходит к своему маленькому отряду и бегло осматривает каждого внимательным взглядом. — Ю? — пристально смотрит на него капитан, Кихен отмахивается и спешит к порталу. Серая стена, на которой должен разгореться портал, встречает их облезлым рисунком руны. — Опаздывают, — подозрительно щурится Минхо, смотря на наручные часы, положенные по уставу. — Кихен, с тобой точно все в порядке? — придерживает наставника за плечо Джексон. Шрамы на руках Кихена горят, как в тот день, когда он только себе их нанес, он начинает видеть все сквозь призму потусторонне изумрудного света. — За нами не придут, — пот стекает по вискам некроманта, — уходим отсюда, живо! — Парень вытирает вспотевшие ладони о форменный плащ и толкает Джексона к лошади. — К запасному порталу, на этом кто-то сломал печать. Сехун подталкивает Тао к своему рысаку, и тихо обращается к команде. — Ведите себя так, будто все в порядке, если что, нам отдали новый приказ. И запомните: ни в одно сражение не вмешиваться! Как и было приказано, команда спокойно спускается со стены с помощью ветра Сехуна и взобравшись на рысаков, стараются незаметно пробраться внутрь города. — Что будем делать, если и тот портал сломан? — тихо спрашивает Тао в плечо Сехуна, но из-за наушников его слышат все. — Будем пытаться связаться со штабом, — О желая успокоить соулмейта мимолетно прикасается к его руке, другой уверенно ведя коня в обход скопления монстров и дозорных вышек. — Кто и зачем сломал портал? — недовольно сопит Джексон в спину Кихену, который снова не дал вести ему рысака. — Ведите себя тише, — шипит Ю, которого все равно не отпускало дурное предчувствие. — Я к тому, не будет ли нас ждать западня? — еще больше насупился Ван и строго зыркнул на Минхо, ведущего лошадь с собранными материалами. — Не знаю, — фырчит Кихен и несильно пихает его локтем в живот. — Осторожнее, Хен, — бурчит невыспавшийся боец, потирая ушиб, Ван сам не знает с чего он так развеселился, но начинает тихонько посмеиваться над сосредоточенными, серьезными лицами товарищей. — Да заткнешься ты хоть когда-нибудь, ушлепок? — шипит Минхо, обеспокоенно осматриваясь по сторонам, слишком тихо вокруг, это настораживает. — Э! Ты кого ушлепком назвал, выблядь? — оборачивается на лошади Джексон, готовый к драке всегда и везде. — Захлопнитесь оба, — ледяным голосом приказывает Сехун тихо, даже не посмотрев на подчиненных, — вы хотите, чтобы здесь собрались все твари? За двенадцать лет вас не научили основным правилам поведения на миссии? Хотите быть комиссованы или съедены? Двое парней мгновенно притихают но по одним красноречивым взглядам, которыми они обмениваются, ясно, что винят они друг друга, а не себя. Небольшая группа пересекает улицу и входит еще дальше в разрушенный город, кишащий опасными субъектами. Подростки едва узнают родные места, но Тао узнает родной дом на удивление почти не пострадавший. Красноволосый сильнее прижимается к капитану и спешит отвести взгляд. Сехун тоже замечает уцелевший дом, и на секунду прикрывает микрофон рукой, — Прости, Тао-я, нам придется туда зайти, мы не знаем, что дальше в городе. Подросток кивает и собравшись, принимает холодный безразличный вид, как тогда в госпитале. Сехун едва заметно кивает, вот и умничка. — По одному в уцелевший дом на соседней улице, — оповещает и остальных о своем замысле капитан. — Мы первые, — выводит бурого рысака вперед Кихен под довольную ухмылку Джексона. Сехун колеблется секунду, но соглашается. — В дом не заходить, родовая магия Бёнов не любит чужаков, — Тао сильно вздрагивает, но виду не подает, делая вид, что занят проверкой закрепления ремешков на вещмешке на лошади рядом стоящего Минхо. — Готов? — спрашивает Ю у Джексона, и не дожидаясь ответа, пришпорив коня, выскакивает на дорогу, Джексон сжигает трехголовую адскую гончую, мирно спящую под обломками кондитерской, прежде чем та заметила их, широко раздувая огромные ноздри на одной из неспокойно спящих голов. — Три головы, а такая невнимательная, — фыркает Ван, рассмешив Кихена он тоже был безбашенным на первой миссии, Крис думал, что убьет его. Пара успешно добирается до больших кованных ворот и беспрепятственно проникает во двор, в котором полно разлагающихся останков тварей разной свежести. Кихен дает отмашку следующим, убедившись, что дорога чиста, выглянув за калитку. Капитан кивает Минхо, но тот указывает на них с Тао. — Я за вами, если что прикрою, — шепотом откликается парень. Сехун молча разворачивает коня и быстро мчится по дороге ни разу не оглянувшись и не посмотрев по сторонам. Черный конь браво перепрыгивает труп гончей и рысью заскакивает в защищенный двор, и мирно перебирает мощными копытами, уже стоя на пожухлой траве. Кихен дает отмашку Минхо, и тот уверенно скачет к ним, вскоре также оказываясь во дворе. Группа спешивается и направляется к закрытому дому. Сехун идёт впереди рядом с Тао, которого охватило волнение, признает ли его родовая магия? Остальные, не желая рисковать, идут за ними след в след. Команда отходит от двери подальше, оставляя Тао одного. Тот прикасается к белоснежному силовому полю, откликнувшегося теплом на его ладони. Поле мягко мерцает и дверь в дом сама приветливо распахивается, зазывая внутрь. Кихен и Сехун, оттеснив младших в сторону, на всякий случай заходят в дом первыми, чтобы все проверить, мало ли, может псионик считал энергию и теперь поджидает жертв, иначе почему сюда стремилось так много монстров? — Где здесь портал, Се? — спрашивает Кихен, растерявшийся от обилия магических потоков в доме, тут и Бэкхен и Лухан, и Крис с Чанелем, и даже Сехун с Каем руки приложили. — На чердаке, в подвале и детской комнате, — отзывается лорд, помня как их создавал Кай, считая, что его семья должна быть в безопасности. — И каким можно воспользоваться? — интересуется Ю, уловив еще одно неясное колебание энергии с улицы. — Любым, но придется распечатывать, сможешь? — направляется в детскую комнату О. Некромант ухмыляется и толкнув друга плечом первым заходит в детскую комнату, под чарами Лухана, создающими иллюзию пустоты. Кихен разрезает иллюзию косой как полог из плотной ткани, и идет к стене возле окна ощущая там дремлющий поток пространственной магии. Се спускается вниз за младшими. Подростки стоят на пороге, дожидаясь разрешения старших, рассматривают двор и засохший сад, когда-то благоухающий ароматами цветов. — У нас тоже был сад, — слабо улыбается Минхо, — там росли сотни видов роз и одно дерево Ивы, мне оно так нравилось, там удобно было прятаться под длинными ветвями. Джексон смотрит на грустные мордашки друзей и кривится. — Вы еще разнойтесь тут! — аж сплюнул брюнет. — Не всем же быть как ты, бесчувственным чурбаном! — плюется ядом Минхо скривившись в ответ. — Бесите уже, — закатывает глаза красноволосый, и запрокидывает голову вверх, увидев столп дыма, которого еще нет. — Мелкий, ты совсем уже об... — Джексон прерывается на полуслове так как всех волной, смягченной барьером, прибивает к стене дома от прогремевшего взрыва на соседней улице из-за которого повалил густой черный дом, а затем раздался пронзительный, полный боли и мучений, крик людей. Минхо не медля ни секунды, вскакивает с земли и открепив вещи от седла коня, вскочил на него и помчался за ворота. — Стой! — кричит Тао и вскочив на черного коня, бросается следом. — Вот же идиот! — рычит Джексон, и взобравшись на бурого коня спешит за друзьями, матеря их на все лады. — Куда блять? — орет им в след Сехун и быстро надевает наушник. — Вернитесь немедленно — это приказ! В эфире тишина, а Сехун приходит в бешенство, он понял, куда направляются его подопечные. — Ю! — рявкает он. — Сюда, живо! — одного кого бы то ни было оставлять здесь опасно. — Капитан, портал откроется через четыре минуты, — выбегает на улицу Кихен, сразу хватая Се за руку, мешая ему последовать за подростками. — Я не смогу открыть его повторно! Он разовый! — орет Ю. — Пытайся связаться с ними, пусть валят обратно. — Плевать! — рявкает Сехун, и быстро нажимает кнопку на наушнике, когда слышит сигнал о попытке наладить связь. — Где вы, черт возьми? — рявкает Крис. — Почему мы не смогли открыть для вас портал? — Это вас надо спросить, — рычит О в ответ, — я за своей командой, Крис, не занимай эфир! — сбрасывает канал связи Сехун вновь пытаясь поймать подопечных. Кихен связывается с Ву, — Крис, мы в старом доме Бэкхена, портал откроется через четыре минуты, но мы не успеем вернуть мальчишек, подтверди потом еще одно открытие. Розоволосый смотрит за нервным капитаном, которому наконец удается попасть на волну парней и услышать их разговор. — Минхо! Вернись, у нас приказ! — рявкает Джексон на старшего. — Там люди! — рычит в ответ Чхве, не сбавляя скорости. — Надо помочь, если хотите, возвращайтесь, я не просил следовать за мной! — Хен, ты даже не знаешь, что там, — пытается повлиять на Минхо Тао. — Тао! Уходите оттуда, живо! — рявкает блондин который просканировал то место, куда направляются его подопечные. — Се? — удивляется голосу соулмейта Цзы, и замирает от ужаса, смотря на Минхо который уже безрассудно выскочил на улицу, где полным ходом шло сражение, в котором монстры, громадные и до ужаса безобразные рвали людей как тряпичных кукол. — Ах ты ж ебантяй! — орет Джексон, пылающий праведным гневом. — Джексон! Это приказ, уходите оттуда, живо! — Вновь рявкает Сехун в микрофон, наблюдая за ними через дрон, так как эфир в наушнике пропадает. — Командир, связь пропадает, — откликается огненный маг, — плохо слышно. Красноволосый делает глубокий вдох и натягивает поводья, готовясь пустить коня во весь опор, но Джексон реагирует быстрее. — Нет, Тао, ты не пойдешь туда, слышишь?! — рявкает Ван, перехватив поводья лошади друга, холодно смотря вслед Минхо. — Там слишком опасно, а у нас приказ, — Джексон секунду колеблется, а затем решительно разворачивает лошадь назад, — возвращаемся! Сехун видит, как шокирован Тао подобным решением, как он задыхаясь от возмущения открывает рот и как широко распахивает глаза, гневно сводя брови к переносице. Лорд очень надеется, что Джексон все таки притащит его хоть силой. Кихен же отрешенно смотрит на ситуацию и по прежнему не позволяет Сехуну сорваться следом за ними. — Хен! — вырывается Тао. — Я не брошу его, мы давали обещание! — кричит подросток и вырвавшись скачет следом за хеном, что уже вступил в бой с гигантским пауком. — Твою мать! — рычат одновременно Джексон и Сехун и оба срываются с места. Джексон галопом на коне, а Сехун прихватив Кихена мчится мерцающей поступью по воздушным потокам. Кихен ощущает удушающую злость Сехуна которой можно разорвать все на мелкие кусочки, и вновь испытывает чувство дискомфорта рядом с другом. — Какого черта он просто не остановил Минхо своими способностями? — рычит Сехун в бешенстве. — Ты что, совсем к дисциплине их не приучал? — Да они меня слушали что ли?! — орет Кихен. — А про силы у них уговор, не использовать их друг на друге. — Тоже мне блять правила! — шипит Сехун. — Со всех шкуры спущу, им трибунал медом покажется. Кихен тяжело сглатывает, ох не завидует он мальчишкам. Минхо стремительно врывается в поток сражения и замораживает все вокруг, он хочет всех спасти и прекратить чужие страдания, ему плевать, последуют ли его друзья за ним или останутся там. Он сделал свой выбор. Чхве прикрывает собой раненного мужчину в алой форме и возвышает их над полем боя на айсберге, попутно возводя ледяные кубы над трупами и пострадавшими солдатами. Тао ударяет посохом в землю, вызывая рябь в пространстве, замедляет тварей, запускает время для них вспять, и зацикливает время для Джексона и Минхо. — Что он сделал? — интересуется Сехун, когда серебристые браслеты обвивают и их запястья, как только они попадают в зону влияния Тао. — Создал временную петлю для нас, — рубит монстров Кихен, призывая свою армию мертвых, — если нас убьют, мы очнемся такими же, как пришли сюда, сохранение как в игре. Сехун хмурится, сколько сил это стоит его соулмейту? И еще яростнее пытается к нему пробиться. Джексон сжигает все адским пламенем, покрываясь пламенем и сам, он хочет сжечь и Минхо, от которого в последнее время одни проблемы. — Тао, как ты думаешь, — находится маг рядом с макнэ, который взял на себя роль лекаря, возвращая раненных к обычному состоянию своими способностями, — я же могу грохнуть его сейчас? Ну а что? Пал смертью храбрых во время сражений и все такое? — Хен! — возмущенно зыркает на него Тао и останавливает ядовитые когти химеры за спиной Джексона, который хохоча обращает ее в пепел. — Для них это что, развлечение? — спрашивает мужчина в алой форме у Сехуна, который растерзал гиганта ветром, что встал на его пути, заодно спасая и этого бедолагу. — Нет, для них это привычные условия, к которым они привыкли с детства, — высокомерно отвечает капитан, с одной стороны гордясь тем, что его команда на первой миссии не показывает ни капли страха. — Дорвались! — усмехается Ю, раскачиваясь в воздухе на цепи, рассматривая отрубленную голову на острие косы. — Что вы блять творите?!— неожиданно раздается суровый бас Криса во всех динамиках. — Помогаем отбить территорию, — отвечает Ю, и размахнувшись косой, как клюшкой для гольфа, срубает голову гиганту. — Немедленно уходите, мы откроем портал на стене, — басит Ву, — это не ваша миссия. Кихен, подай сигнал, где вы. Сехун забирай своих и домой, — отдает приказ Ву, — как слышно? — Понял тебя, — спокойно отвечает Сехун и жестом прогоняет Ю к стене, расчищая ему дорогу небольшим торнадо. Ю резво вскарабкивается на стену и рисует в воздухе руны, обозначая их место. Сехун разрывает ветром очередную тварь и мерцая оказывается возле Тао и Джексона, хватая обоих за шкирки. — К порталу. Живо, — стальным тоном приказывает О, смиряя их ледяным взглядом, что те и не думают ослушаться. — Приготовились, — холодно приказывает блондин, и прежде, чем двое успели что-то осознать, отшвырнул их волной воздуха на стену. Кихен усмехается даже и не собираясь смягчать им приземление или как-то подстраховывать, и с издевкой наблюдает, как подростки со всей дури врезаются спинами в одно из ограждений на стене и как упав морщатся от боли, шипя ругательства сквозь зубы, а вот не будут капитана злить. Сехун мчится за Минхо, что окружен монстрами.

***

Тэмин ворчит от того, что это внезапное сражение мешает им спокойно собрать материалы, и шагая спиной вперед, врезается в неожиданно замершего Бэкхена, что уставился куда-то вдаль. — Айщ! Бэкхен, ты чего? — оборачивается к нему Тэмин и смотрит в ту же сторону, но ничего примечательного и необычного не видит. — Там, — Бэкхен указывает пальцем вдаль и бросив рюкзак на землю, распахивает крылья из света, сразу взмывая вверх. Ли матерится сквозь зубы и телепортирует рюкзаки на стену, появляясь на шпиле академии, возле которой парил Бэкхен. — Где? — хмуро спрашивает шатен, немного помолчав и ничего примечательного не заметив. Мечтательно-грустная улыбка трогает красивые губы Бэкхена. — Там мой мальчик, там мой Тао, я ощущаю его способности. Тэмин сам не знает, что на него находит, но он хватает Бэкхена за руку и перемещает их ближе к полю боя и они с крыши ближайшей уцелевшей высотки наблюдают за ними. Бэкхен не в силах отвести взгляда от своего сына, который сидит на стене и обеспокоенно следит за своим соулмейтом, Бён слабо улыбается он тоже за Кая так трясся каждый раз. — Он правда очень на нас похож, — вздыхает брюнет, смаргивая неожиданные слёзы. Тэмин замирает на месте, когда пересекается взглядом с Тао. — Бэк, — неожиданно хрипит Ли не зная, что делать, впрочем и Бэкхен не знает ответа на этот вопрос, он смотрит на своего ребенка и ничего о нем не помнит, все только со слов друга. Тао едва заметно кивает Бэкхену смотря прямо ему в глаза и отворачивается, как ни в чем не бывало, вновь находя взглядом Сехуна. Сехун убивает тварь за спиной Минхо, который нашпиговал гиганта льдом и активно кромсает мелких тварей ловко орудуя двумя клинками, защищая горстку раненных людей в алой форме испачканной в крови выступающими более темными пятнами. Бэкхен улыбаясь наблюдает за сыном и мельком за Сехуном, одной рукой орудующего катаной, а второй удушающего безликого. — Хорошо, что среди них нет анаэробных... — не успевает Бэкхен договорить, как гремит неожиданный взрыв. Мужчина резко оборачивается и видит, как несколько тел разрывает на куски, а Се и темноволосого парня отшвыривает в разные стороны друг от друга. Тэмин оборачивается к стене и в растерянности смотрит на Тао, сомневаясь, что после взрыва кто-то выживет. Тао, не сумевший предвидеть взрыв, кричит от охватившего его ужаса, прижав руки к лицу. Страх ледяной водой смыкается над головой, топя в себе. Его соулмейт... Его родная душа... Он вскидывает ладонь и время кристаллизуется над телами его товарищей, не пропуская к ним никого, обращая всех в пыль мгновенно, но болезненно. Кихен ежится от воплей мучающихся тварей, что бросаются и отскакивают от щитов разваливаясь на части. Красноволосый не раздумывая бросается вниз со стены. Джексон что—то кричит ему, но из-за шума в голове не разобрать. Бэкхен чуть сам не срывается с места подхватить своего малыша в полёте, но его хватает за руку Тэмин, замечая, что следом срывается Джексон, пока Кихен удерживает портал и пытается объяснить все Крису. Тао на лету выпускает два троса практически у самой земли, успевая притормозить. — Нам нужно уходить, Бэкхен, — шепчет Ли, перемещая прочь крадущегося к ним вампира. — После них, Тэ, пожалуйста, — больше в приказном тоне говорит Бэкхен нежели в просительном, вынуждая подчиниться. Как только Тао достигает земли, он перемещается по временным потокам, появляясь где-то на мгновение, используя технику мерцающей поступи Сехуна и мгновенно оказывается возле соулмейта, который уже пришел в себя, благодаря действию петли, про которую сам Тао уже забыл. Джексон же окружив себя огненной сферой летит над полем как шаровая молния, сжигая все на своем пути и оказывается возле Минхо, что по прежнему лежал без сознания. Бэкхен наблюдает за тем, как Тао на эмоциях обнимает своего соулмейта, как тот крепко обнимает его в ответ и помогает ему подняться. Бён усмехается, кто кому помогает. Мужчина слышит, как блондин ругает его сына за безрассудность, но при этом видит, как он же ласково стирает тому слезы. Джексон просит Тао убрать время и перекидывает Минхо через плечо, матеря его на все лады. Тао запрещает Сехуну использовать ветер, и возвращается к стене также воспользовавшись временем. Джексон так же разгоняется в огне, прожигая собой монстров насквозь. Бэкхен испепеляет парочку монстров у стены и улыбнувшись посылает воздушный поцелуй сыну, что мимолетно улыбнулся ему, остановившись у стены ровно на том месте, где были чудовища. — Привет, Сехун, — шепчет одними губами Бэкхен лорду, что тоже обернулся к нему, подхватив Тао на руки и упрямо взлетев с ним вверх, игнорируя все возмущения и трепыхания. — Будь осторожнее, — доносится до хранителя света шепот ветра и тот кивает. — Быстрее! — орет Ю, удерживающий портал. Сехун поднимает на стену и Джексона с Минхо первыми запихивая их в портал, после заталкивает Ю, и оборачивается к Тао, что осознанно вглядывался в суть монстров, стоя на краю. — Тао! — рявкает О, и схватив того за локоть, утаскивает в портал за собой. Бэкхен еще некоторое время смотрит на портал и борется с желанием броситься следом. — Идем, Тэмин, — уставше зовёт Бён, — мы не нашли Лу, но я увидел сына, это даже лучше. Ли согласно кивает, но тут же хмурится. — Сюмину ни слова. — Разумеется, — улыбается Бэкхен, и протягивает ладонь Тэмину, который трансгрессирует их в укрытие.

***

Сразу возле портала их встречает Крис с Сухо и Лэем, который сразу же забирает Минхо к себе на руки. — Вы хоть не пострадали? — спрашивает у младшего поколения Ву и получив нестройный хор отрицательных ответов, принимает суровый вид и переходит на шепот. — Запомните, приказ триста сорок пять Е, получили устно от меня на запрос о помощи от капитана Мадарао, — Крис обводит всех взглядом и продолжает, — из-за проблем со связью, первыми услышали дети, потом в эфир смогли попасть и вы. Команда кивает, а Минхо приходит в себя, избежав комы после травмы височно-теменной части. Петля срабатывает в случае гибели, ранами занимается лекарь. — Очухался, недоносок? — шипит на старшего Джексон, не обращая внимание на укоризненные взгляды старших. — Довольно, — рявкнул Сухо, — Кихен, жду рапорт о завершенной миссии через час. Тао, доставь собранные материалы в третий квартал, они пустят тебя без лишних формальностей, ты у них частый гость. Джексон, в полночь заступить на смену. Остальным разойтись! Команда кивает, а Сехун обращается к Крису с просьбой отправиться в третий квартал с Тао, но получает решительный отказ и просьбу зайти в кабинет, поговорить.

***

Крис мрачнее тучи закрывает дверь на ключ и занимает своё место. — Се, я... — Крис трет переносицу, собираясь с мыслями, — хочу, чтобы ты был осторожнее. Пока вы были на миссии, я тут быстренько все просмотрел и нашел много чего интересного, — Ву смотрит на абсолютно спокойного Сехуна и глубоко вздыхает, — Сюмин захватив эфир ночью провел трансляцию в комнатах студентов, с просьбой очнуться ото сна и выйти из под пагубного влияния и вернуть себе свободу, призывая магов поднять оружие против властей. Лорд явно не впечатлен. — Его уже вычислили, не так ли? — Крис не поймет, что в голове у его донсена, он рад этому или он так обеспокоен? — В процессе, — прочищает горло Крис, — я думаю, у Сюмина есть время уйти. — Что-то еще, хен? — испытывающе смотрит Сехун на старшего, он знает его повадки, и вот сейчас тот в смятении, сказать или нет. — Да, — все же решается Крис, — тут что-то все всполошились по поводу Кая, все вынюхивают, выспрашивают, так что осторожнее. И еще, — барабанит мужчина пальцами по столу, — они проводят внеплановый осмотр и берут кровь на анализы. Я полагаю, они ищут... — Крис многозначительно молчит, полагая, что его и так поймут. — С чем сравнивать? Мы уничтожили все возможные источники ДНК еще в тот день, когда подстроили его гибель, — просчитывает варианты Сехун. — Я не знаю, Се, но и они не слепые, — сцепляет руки в замок дракон, — Тао на него похож, да и он единственный сын его соулмейта, тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что к чему. — Но подтвердить они этого не смогут, сам Тао укажет на Чанеля, как на своего отца, потом сыграет удивление и скажет, что ничего не знает, — заверяет старшего Сехун. Крис тяжело вздыхает, ему неспокойно. Их не было двенадцать лет, и сейчас все слишком натянуто, один неверный вздох и головы полетят с плеч. — Что ж, у меня тоже есть новости, — ровным тоном сообщает Се смотря прямо в глаза Крису, — Бэкхен жив, мы его видели. Тао знает правду. Крис огорошен тем, как просто об этом говорит его подопечный. — Слава Богу, но, — рассуждает вслух Ву, — могут возникнуть новые проблемы. Что если Бэкхена увидит кто-то еще? — на мгновение поддаётся панике мужчина. Сехун молча следит за командором, за его реакцией и действиями. — Отчего же, Крис? Наоборот, возможно, он нам поможет. Крис кивает, соглашаясь, беря себя в руки. — Присматривай за Тао, чтобы глупостей не творил. — Я сам знаю, что мне делать, — ледяным тоном произнес блондин, — если на этом все, то я пойду, — и не дожидаясь разрешения Криса, покидает кабинет. Капитан направляется к Сухо, вот кому точно эти новости окажутся полезными.

***

Тао держит в руках весомый кейс с собранными материалами и проходит сквозь портал в центральном управлении, попадая в научно—исследовательский центр, сердце третьего квартала. Его встречают уже знакомый ему старший ученый Сынри, приветствующий его яркой улыбкой. — Ну что? Принес? Принес? Принес же? — галдит ученый, скача вокруг подростка, совершенно не замечая небольшого черного кейса в его руках. — Ну, Тао-я, не томи, мы уже заждались! — не дает и слова сказать мужчина в белом халате. — Где они? Его старший коллега Тэян хватает того за плечо, и приветственно поклонившись, перенимает из рук Тао тяжелый чемоданчик. — Благодарим. — Э? — тянет Сынри, уставившись на кейс. — Это че, все? — его разочарованию не было предела, он ожидал увидеть чуть ли не караван верблюдов, а ему принесли чемоданчик?! — Это все, что удалось раздобыть, — неловко улыбается Тао. — Ладно, будем работать с тем, что есть, — фыркает молодой мужчина и поправляет очки без линз. Тэян лишь устало вздыхает и толкает коллегу в бок. — О! Точно! Пока ты здесь, зайди пожалуйста в третий корпус, и посмотри, что там с подопытным, скажи, когда сможешь его пробудить, — тараторит Сынри, притопывая от нетерпения. — Один не заблудишься? — интересуется Тэян, которому тоже не терпелось приступить к изучению материалов. Тао послушно кивает, и думает, как удачно всё складывается. — Нет, все будет хорошо. — Не забудь потом к нам зайти, — кричит уже из кабинета Сынри, настраивающий приборы. Тао кивает еще раз и спешит в третий корпус, заодно запоминая расположение всех кабинетов и лабораторий, раньше как-то не обращал на это внимание, не считал нужным, а тут вот как оказалось. Таймлорд свободно проходит в комнату, где в капсуле заполненной формалином в кислородной маске расположился крупный мужчина, с выбритыми висками и тату шесть на ребрах с левой стороны. Тао делает глубокий вдох и всматривается в нити времени, тянет их на себя, заставляя складываться в образ и видит разрушенную капсулу и взбешенного мужчину, что сейчас спит, что-то еще привлекает его внимание в этом видении, но оно такое мимолетное. Он пытается снова увидеть это. Мужчина открывает красные глаза и смотрит прямо на красноволосого парня со светящимися серебром глазами. Делает глубокий вдох и выбивает ногами пуленепробиваемое стекло капсулы, расплескивая жидкость вокруг. Срывает с себя маску и делает головокружительный самостоятельный вдох чистого кислорода. Он как зверь ожидает нападения отовсюду, все кажется ему враждебным, но этот парень стоит, неподвижно всматриваясь в пустоту. Мужчина принюхивается, и бросается на подростка, стоит тому только вскрикнуть. Тао не пришел в себя. Он все еще находится во временном потоке. Он так и не рассмотрел то, что быстро исчезало из под его взора, но впервые за все свои видения, ощутил реальную боль, как если бы кто-то душил его. Мужчина сильнее сжимает тонкую шею подростка одной мощной рукой, когда глаза того приобретают нормальный человеческий оттенок, а из горла вырывается первый хрип. Мужчина агрессивно скалится и впечатывает подростка спиной в стену. Тао помнит, что ему нельзя его убивать, но и остановить он его не может из-за накрывшей его паники. Тао вспоминает про посох и истерично ищет его по карманам, пытается его призвать, но магия ведет себя нестабильно рядом с шестым, как его про себя окрестил подросток. Он вцепляется ему в глаза одной рукой, а вторую направляет на сирену и с трудом сконцентрировавшись, посылает импульс включая сирену. Перед глазами все темнеет и плывет, легкие ужасно горят, сердце бешено бухает в ушах, Тао уже прощается с жизнью, как в корпус врываются охранники с Тэяном, которым удается оттащить и усмирить подопытного. — Ты как? — обеспокоенно спрашивает пепельноволосый мужчина, похлопывая подростка по щекам, присев возле него на корточки. — Н..нормально, — хрипит Тао, растирая красное горло, — жить буду. — Что здесь произошло? — интересуется ученый, смотря на усыпленного мужчину. — Он сам проснулся, — хрипит Тао, все еще осоловело моргая, пытаясь сфокусировать зрение. — Так, пойдем, — Тэян прихватив его за талию, закидывает его руку себе на плечо и поднимает рывком, — порядок? — Да, — закрывает глаза Тао и даже находит в себе силы оттолкнуться от Тэяна, — оставайтесь здесь, а мне нужно возвращаться в первый квартал. — Уверен? — скептично изгибает бровь мужчина. Тао вновь уверенно кивает и идет на выход. Оперевшись на стену в коридоре и немного придя в себя, он сворачивает налево и спускается по лестнице вниз на три пролета, где вынужденно останавливается, услышав голоса постовых. Чертыхнувшись, парень спешно поднимается на два пролета и врезается в грудь начальника охраны, как гласил бейджик. — Что вы здесь делаете? — сурово спрашивает Сынхен, изучая взглядом красноволосого. — Вам нельзя здесь находиться! — Я... Простите, мне нехорошо, и я, — мямлит Тао, у которого действительно закружилась голова от пробежки после кислородного голодания, — я просто...не туда свернул, мне нужно... — Сынхен успевает вовремя схватить пошатывающегося подростка за руку, чтобы тот не слетел с лестницы. — К порталу? — уточняет высокий брюнет, помогая подростку подниматься по лестнице. — Это на тебя напали? — Да, я из первого квартала, — глубоко дышит Тао, — простите за беспокойство. — Обязательно сходи к врачу, — активирует портал начальник стражи. Тао благодарно кивает и переступает через портал, оказываясь в привычном департаменте. Поправив форму, Тао отдает прихваченный у Тэяна бланк о получении материалов секретарю Криса и возвращается в свою комнату. Ему нужно восстановить силы. В комнате уже отсыпался перед дежурством Джексон. Минхо тренировался в создании ледяных зверей, но откровенно говоря, выходило не очень. Тао ложится на свою кровать и закрыв глаза воссоздает в памяти план здания, что он видел на втором этаже, а после и не замечает, как засыпает. А вот будит его копошащийся Джексон, собирающийся на дежурство. — Разбудил? — хмуро спрашивает заспанный Ван, оказалось, первая реальная миссия оказалась выматывающей. — Не страшно, — зевает Тао, — ты уже уходишь? — подросток смотрит на часы и трет слипающиеся глаза. — Но ведь только десять. — Так надо, — вяло улыбается Джексон, — пока с документами все уладим, пока доберусь, — брюнет подходит к младшему и заботливо накрывает его одеялом с головой, — спи. Тао недовольно отфыркивается, но послушно отворачивается к стене. И лишь после того, как проходит десять минут после ухода Джексона, он выбирается из постели и быстро надев форменные рубашку и брюки, идет к аварийному порталу, который всегда открыт. Тао обходит все камеры и дежурных стороной, стараясь не тратить понапрасну свои силы, они ему еще понадобятся. Он крадется от одной колонны до другой, и прячется в нишах от дронов, отлавливающих нарушителей и наконец добирается до старой части департамента. Прошмыгнув под носом у заснувшего коменданта в комнату с порталом, и закрыв двери прижался к ней спиной, перевести дух. Он закрыл глаза и попытался восстановить дыхание, ведь оказывается он так и не придумал отмазку на случай, если бы его поймали. Слева послышался шорох и Тао испуганно распахнул глаза, быстро осматриваясь по сторонам и натыкается взглядом на дрон в форме желтого шара с крыльями и замирает неподвижно. Сердце бухает в груди, вот и попался, дрон замирает напротив и сканирует его фиолетовым цветом, Тао закрывает лицо руками и отскакивает в сторону. Выхватив посох из воздуха, Тао прикасается к дрону и приказывает форматировать последнюю запись. Дрон послушно мерцает фиолетовым, и сложив крылья опускается в бронзовый кубок над порталом. Настроившись, Тао останавливает время во всем департаменте и задает параметры НИЦ третьего квартала, прошмыгнув в портал останавливает время и во всем здании центра. Тао знает, что он восстановился недостаточно, и времени у него не так много, а потому он бежит к лестнице и там экономя время съезжает по перилам. Он смотрит на план эвакуации и бежит в самый конец длинного коридора, освещенного тусклым светом, сам пугаясь застывших людей. Он срывает пропускной бейдж с одного из охранников, который увлеченно что-то рассказывал товарищу, и открывает дверь в архив. Тао замирает растерявшись, он ожидал увидеть огромное количество книжных шкафов и стеллажей, забитых папками и бумагами, но находит лишь обычный выключенный компьютер. Парень запускает систему и спешит наверх за паролями, хранящимися у начальника центра, без них ему делать нечего. Благо, что во время первой миссии он очень часто крутился в кабинете директора Фэнга и знает, где тот хранит тетрадь с кодами, не сильно рассчитывая на свою память. Таймлорд вламывается в кабинет и переписывает код на руку, как оказалось, это был примитивный код на все случаи жизни, его день рождения. Тао раздосадованно фыркает, времени остается не так много. Он вновь бежит назад, чуть не врезавшись в замершего хмурого Сынхена, разминавшего себе шею, и его заносит в Тэяна, который что-то писал в блокнот. Тао еле успевает удержать мужчину от падения, перехватывает блокнот, запихивает вывалившиеся листы обратно в произвольном порядке, а вот ручку искать времени нет, поэтому вложив блокнот вверх ногами обратно в руки Тэяна, он бежит дальше, перепрыгивая несколько ступеней. Ворвавшись обратно в архив, Тао бросается к компьютеру и запускает поисковой запрос по экспериментам, но их слишком много и он не понимает, какой именно ему нужен. Из-за нервов он не может сосредоточиться и все разбегается перед глазами, не желая складываться в систему. Тао сдавливает виски, делает глубокий вдох и старается абстрагироваться от ощущения того, что время заканчивается. В попытке успокоиться, Тао прикасается к медальону под рубашкой и ощущение спокойствия обволакивает его как теплый плед, и он наконец может более менее ясно мыслить. Задает поиск второе поколение. Он хочет знать правду. Программа быстро ищет и выдает множество файлов с отчетами и фотографиями, аудио и видео, и это сбивает с толку, неизвестно, что из этого нужно. Тао вновь начинает паниковать и сильнее сжимает медальон в руке, у него нет времени, он должен еще успеть вернуться. Еще раз окинув тысячи файлов беглым взглядом, подросток словно озаренный вспоминает слишком часто мелькающее имя, и задает поиск по имени императора. Система недовольно пищит и зависает. Тао готов биться головой об стол, он не сможет остановить время еще раз, вернее, если он это сделает, то он не сможет уйти отсюда, он не до конца уверен, сможет ли добраться до своей комнаты, ведь он еще никогда не держал под контролем время в разных кварталах одновременно. Тао складывает руки в молитвенном жесте и вздрагивает, когда система запрашивает пароль. Трясущимися руками он вводит дату рождения директора, и система выдает ошибку, сообщая, что есть еще две попытки до того как сработает команда службе безопасности. Парень не знает больше никаких паролей, в той тетради только этот, дата рождения! Но что мог придумать тот старик? Ведь он что-то рассказывал такое. Что-то про то, что ответ на вопрос всегда находится в самом вопросе. Тао наугад вводит Онью в светящееся окошко и скрестил пальцы на удачу, больше версий в его голове нет. Программа вновь мерцает, а затем металлический голос неожиданно оповещает о том, что доступ разрешен. Тао быстро бегает глазами по строчкам и едва сдерживает приступы тошноты при виде странных фото, смотреть видео нет ни времени, ни, откровенно говоря, желания. Того, что он читает, уже вполне достаточно, чтобы ужаснуться. Все слухи о том, что Онью был первым, на ком провели эксперименты подтвердились, все предположения о том, что катастрофа триста лет назад, это очередной вышедший из под контроля эксперимент подтвердились. Тао бегает глазами от строки к строке и ощущает, как постепенно время начинает вновь просыпаться. Тянуть больше нельзя, пора возвращаться! Тао уже задает команду очистить историю, как цепляется взглядом за свежую дату и проект второе поколение. Не сомневаясь, подросток открывает файл и волосы встают дыбом на загривке от фото в отчетах о провальных попытках. Но причем здесь Император Онью? Тао ищет его имя, а найдя, с трудом подавляет приступ паники и тошноты, в ужасе как можно скорее очищает историю и бежит из третьего квартала без оглядки, расталкивая всех и вся на своем пути. Он должен найти Кая! Красноволосый замечает, как люди начинают медленно шевелиться, но пока что не замечают его и толком не пришли в себя. Он отшвыривает одного охранника, стоящего рядом с порталом и буквально впрыгивает в цветное пространство, вываливаясь на пол уже в первом квартале. Времени приходить в себя у него нет, а потому срываясь с низкого старта он бежит к себе в комнату. Единственная мысль, бьющаяся в его голове — успеть. Успеть вернуться к себе. Он чувствует, что начинает воспринимать время медленнее, чем оно есть на самом деле и все же успевает добраться до своих апартаментов. Он открывает дверь и заваливается в комнату спиной вперед, сразу врезаясь в кого-то. Теплая большая ладонь, закрывает ему рот, заглушая крик. Тао знает, что сейчас время побежало в привычном темпе. — Куда ты лезешь, глупый ребенок? — разворачивает его к себе лицом Крис. — Крестный, — выдыхает Тао, истерика начавшаяся в третьем квартале возвращается, — откуда берут этих людей для опытов? — тело подростка бьет крупная дрожь. — В кварталах никто никогда не пропадает. Добровольно не придет никто, на прямую об опытах не заявляли, да и никогда не осмелятся! Крис спокойно смотрит на истерику подростка, она оправдана, и ждет подходящего момента для ответа. — Что находится за пределами кварталов и близлежащих пустошей? — обхватывает себя руками Тао. Ву смиряет подростка ледяным взглядом. — Высказался? А теперь слушай! Ты что творишь? Что за игры в шпионов? Языка спросить нет? Тебе повезло, что в комендантский час пришел я! А если бы кто-то другой? А если бы ты не успел вернуться? Тао тушуется под строгим взглядом командора, но все же упрямо вздергивает подбородок. — Ответьте мне, лорд Ву! Я требую ответов! Криса бесит эта глупость, это идиотское необоснованное упрямство и самоуверенность, а потому звонкая пощечина раздается раньше, чем сам Крис успевает осмыслить свои действия. Сам Тао не успевает увернуться по одной простой причине, он ощутил удар раньше, чем его увидел. Для него время замедлилось, как в кино при эффекте слоу-моушен, он только видит, что Крис собирается занести руку для удара, и уже ощущает удар на щеке. — Сейчас ты беззащитен, как слепой котенок, а куда-то еще лезешь! — Крис отходит в сторону и закуривает, но из-за обратной стороны дара, Тао только увидел, что крестный опускает ладонь на его щеку и дергается, ожидая нового удара, но его не следует, а затем откуда-то слева, хотя он видит Криса все еще справа, раздается низкий смешок. Крис усмехаясь приподнимает бровь. — Ты что-то требуешь от меня? — мужчина раздражается тихим хохотом. — Да если твой соулмейт узнает, где ты был, и что ты творил! Тао съезжает по стене на пол и прикрывает глаза, пережидая откат и ругает себя последними словами, что не предусмотрел такой вариант развития событий. — Ребенок, ты живешь свое первое столетие, а я четвертое, и мне бы и в голову не пришла такая глупость, так рисковать собой, — все еще ругается Ву, возмущенный такой самонадеянностью крестника, а если бы что-то пошло не так? — Как ты? — все же успокаивается дракон, и аккуратно опускает тяжелую ладонь на голову подростку, по отечески трепя мягкие волосы. — Сильно больно? — аккуратно прикасается к покраснение на щеке крестный, жалея о содеянном. Тао дергает головой, уходя от прикосновения: — То, что они делают ужасно, Гэ, — подавляет всхлип подросток, — скажи мне, Гэ, есть ли где нибудь жизнь, кроме этих кварталов? — За пустошью есть старые города, в которых жили первые люди, — выдыхает Крис, понимая все отчаяние и страх крестника. Раздается оглушающий вой сирены, заставив Криса и Тао вскинуть головы. — Что это? — испуганно спрашивает Тао, едва отошедший от отката. — Подъем! — раздается металлический голос. — Не знаю, — пожимает плечами Крис, но его ответ тонет в металлическом голосе диктующим приказ: — Всем отрядам находящимся в общежитии собраться у центрального портала в течении пяти минут, и ожидать своих командиров для выполнения дальнейших указаний. Пока приказ повторялся, Крис схватил Тао за руку и связался с Сехуном, что оказывается уже прибыл в департамент. — Я отведу тебя к Сехуну, — тащит подростка сквозь толпу Крис. Тот послушно кивает, и выцепляет взглядом Джексона и Минхо, которые активно пробирались к ним с Крисом. У портала стоят капитаны свободных отрядов. Крис подводит ребят к О и быстро рассказывает о происшествии капитану, который лишь недовольно поджал губы и угрожающе, чтобы его слышал только Ву, прошипел, что тот не имел права бить его пару. Крис виновато опускает глаза, шепотом украдкой извиняясь. — Почему нас всех собрали здесь? Меня даже отпустили с дежурства, — обращается к старшим Джексон. — Я ничего об этом не знаю, — озадаченно отвечает Крис, и посмотрев на часы, быстро бросает, что должен бежать. Три отряда по три человека и их капитаны стояли в недоумении около пяти минут, пока портал не замерцал огнями, а система не отдала приказ надеть наушники и пройти в портал. — Что происходит? — обеспокоенно шепотом спрашивает Тао у Сехуна, заглядывая тому в глаза. — Не знаю, — отвечает хмурый Сехун, что был в бешенстве от выходки соулмейта, — в любом случае, держись ко мне как можно ближе. Это приказ, — строго добавляет в конце О и становится перед соулмейтом, закрывая его своей спиной, когда звучит приказ пройти в портал по одной команде. Друг за другом двенадцать человек оказываются в портале, который пока остается закрытым с другой стороны и вновь металлический голос оглушает всех, громогласно раздаваясь отовсюду: — Некоторые из вас возомнили, будто они выше слова императора. Будто они имеют право ослушиваться приказов или вовсе их игнорировать, — монотонно зачитывает текст система, — Видимо, пришло время напомнить вам, что слово императора есть высшая воля, которой все должны следовать неукоснительно во благо всего народа. Капитаны обеспокоенно переглядываются друг с другом, пока их подопечные и вовсе пугливо сбиваются в группки и таращатся по сторонам. Никто не знает, чего ожидать на том конце портала. — Ваша миссия заключается в том, чтобы стоять и смотреть. Никто не должен вмешиваться, чтобы не случилось. Эти слова как гром среди ясного неба, у всех плохое предчувствие, и каждый знает, что оно не подведет. Сехун ощущает как Тао цепляется холодными кончиками пальчиков за его ладонь. — Чтобы не случилось, стойте рядом со мной, — тихо, одними губами отдает приказ О. Наконец портал открывается с другой стороны и яркий свет луны ослепляет всех на мгновение. Каждая из команд оказывается в огромных вытянутых вверх клетках, левитирующих над спящей деревней в одном из кварталов. Сехун плотнее сжимает губы и складывает руки в замок за идеально ровной спиной. — Не смотрите, и не рыпайтесь, — распоряжается капитан, загораживая собой весь обзор своему соулмейту. Джексон копирует позу капитана и безразлично смотрит вниз, уже зная, что сейчас произойдет, и даже догадываясь, по чьей вине. Минхо же обеспокоено вращает глазами из стороны в сторону, пытаясь понять, откуда ждать опасности, никак не выдавая себя внешне. Купол начинает гудеть чуть громче, словно высоковольтные провода в непогоду и резко мерцать синеватым цветом, а позже исчезает вовсе. Многие рядовые содрогаются от ощущения беззащитности накрывшего их с головой. Все слишком привыкли спать под покровом защитного купола. Слышится первое стрекотание тварей и у всех холодеет внутри. Джексон жестко перехватывает Минхо за руку, чтобы тот и не смел рыпаться, но Чхве уже видит огромные тени нависшие над домами, такими крохотными если их сравнить. Джексону стоит огромных усилий не выдать себя, когда он видит, как одна тварь в образе марионетки заползает в дом, а через мгновение раздаются оглушающие крики ужаса и боли и кровь брызгами оседает на окнах, через которое потом выползает эта тварь. Сехун холодно смотрит строго перед собой и чувствует с какой силой в его руки вцепился Тао. Постепенно твари заполнили всю деревеньку, а жители в панике бросались из домов, угождая в лапы чудищ на улицу. Плач. Кровь. Крики и стоны боли. Предсмертные хрипы. Вот, что заполнило недавно спящие улицы селения. — Выпустите нас! — кричит какой-то паренек, бросаясь на прутья клетки. — Мы можем их спасти! — легкое тело паренька отбрасывает от стены треща разрядом тока. Капитан помогает подняться своему подчиненному и прижимает к своему плечу, тихо баюкая. — Выпустите нас! — орет Минхо, ударяя по клетке льдом, но все бестолку, способности попросту отражаются и исчезают. — Молчать, — хлестко приказывает Сехун, равнодушно смотря на то как рвут обычных людей, — чем быстрее вы смиритесь, тем быстрее это прекратится. По краям клеток появляются отряды в алой форме. Тао с надеждой вскидывает голову, полагая, что те явились защищать людей. Но те так же равнодушно стоят на своих местах, лишь прогоняя монстров от клеток, даже не убивая их. Люди в панике кричат, кто-то молится, кто-то падает на землю и пытается спастись ползком, а монстры чавкая пожирают людей и разрушают все вокруг. Сехун держит руки Тао у себя за спиной, чтобы он даже не попытался ничего предпринять. Капитан не может обнять своего мальчика, за ними следят, но он сильно дергает его за руки, и тот шагнув по инерции, упирается лбом ему в лопатки. О чуть легче выдыхает, но ощущает, как намокает его рубашка. — Помогите! — кричит какой-то мужчина глядя прямо на их клетку. Джексон сталкивается с ним глазами и так и стоит, заложив руки за спину. Злость на этот чертов приказ, на эту зависимость, которая буквально связывает их по рукам сжигает его изнутри. Он слышит, как тихо всхлипывает Тао, краем глаза видит как дрожат губы у Минхо и лишь беспомощно сильнее сцепляет руки, а потом все же решившись, протягивает ладонь Минхо. — Почему вы просто стоите и смотрите?! — орет пожилой мужчина, прижимая к себе плачущего сына. Джексон видит, как парень в клетке напротив теряет сознание, второй рыдает в истерике, что его приходится сдерживать капитану, а третий сидел на коленях и раскачиваясь закрывал себе уши. Огромный монстр с длинными тонкими ногами, странно искривленными руками со сросшимися пальцами, без глаз и с длинным языком как у ящерицы, что вечно вываливается изо рта, неожиданно появившийся в воздухе заставляет бегущую толпу развернуться вспять и побежать в лапы к другим монстрам. Мужчина, что держал ребенка, успевает лишь оттолкнуть сына, а после визжит от страха и боли разрываемый монстром, что первым делом вырвал ему глаза. Джексон стискивает зубы и переводит взгляд в другую сторону. — Не смотри, — шипит он на Тао, что решился выглянуть из-за плеча соулмейта. Минутой позже раздается детский визг, плач и громкое чавканье монстра. — Скажи пожалуйста, что это симулятор реальности, пожалуйста, — взмолился Тао, уже не скрывая своих рыданий. — Я не буду тебе врать, — шепотом отвечает Сехун, все также стоя спиной к соулмейту. Он отпускает руки подростка, и приняв предложенный Джексоном плащ накидывает на дрожащие плечи Тао, затем так же разворачивается к нему спиной. Красноволосый вновь утыкается лбом ему в лопатки, Сехун убирает руки за спину и притянув к себе соулмейта, незаметно обнимает его под плащом, прижимая к себе. Монстры не успокаиваются даже когда остается горстка людей, впрочем не отпускают и их. Сехун видит осунувшиеся, потерянные лица товарищей, как те содрогаются от каждого слова, проклятия летящего в их сторону и вновь безразлично переводит взгляд на монстра, жрущего ребенка. У Сехуна нет желания кидаться на монстров, спасать этих невинных людей или даже пытаться их защитить. Нет, ему абсолютно на них плевать, он лишь злится на главнокомандующего отдавшего этот идиотский приказ, злится на то, что его паре приходится видеть и слышать этот ужас и желает как можно скорее увести его отсюда. Как капитан, Сехун гордится Джексоном, гордится тем, что тот вырос сильным и стойким и сейчас держится очень достойно, не показывает им своей слабости. О и раньше выделял Джексона, а сейчас стал уважать его еще больше. Последний человек, такой хрупкий и беззащитный, умирал долго и мучительно, его рвали на части сразу несколько тварей, желая урвать себе кусок покрупнее. Тао едва сдерживает приступ тошноты слыша треск ломающихся чужих костей, как отрываются конечности, как кричит еще живой человек и как довольно урчат эти вечно голодные монстры. Парень едва стоит на ногах, он знает, что единственное, что его удерживает это сильные руки соулмейта, сам бы он давно сошел с ума. Когда последний живой человек умирает, наушники шуршат и металлический голос приказывает возвращаться. Портал вновь открывается встречая их мерцающими огнями, заманивая домой. Джексон за руку волочит Минхо, что безжизненно смотрел себе под ноги, явно во всем виня себя. Сехун сжимая холодные ладошки Тао ведет его за собой, видя, что некоторых рядовых несут на руках капитаны, а остальные идут едва живые, будто это их рвали на части. — С возвращением домой и успешным выполнением миссии, — равнодушно приветствует всех ненавистный голос, — всем разойтись! Сехун кивает Джексону. — Ты молодец, отлично держался, — хвалит подопечного капитан, — по поводу вашей выходки поговорим завтра, сейчас отдыхайте. Джексон слабо улыбается и с позволения уводит Минхо в общежитие. Тао собирается последовать за ними, но все также стоит на месте и держится за руку Сехуна, ему кажется, что если он его отпустит, то мир рухнет и никогда не станет прежним. Сехун и сам не отпускает нежную руку и аккуратно приобнимает подростка за талию, подталкивая на выход из департамента. — Пойдем, — направляет на выход младшего капитан, тот не сопротивляется, идет как на поводу, лишь бы не отпускали его руку, но Сехун держит крепко, явно и не собираясь отпускать его без боя. — Куда мы? — хриплым от слёз голосом спрашивает Тао, как только они оказываются за пределами департамента. — Домой, — гладит нежную щечку Сехун стирая дорожки слез, и подхватив его на руки быстро мчится по воздушным потокам проносясь по городу. Тао сначала вскрикивает от неожиданности, а потом сильнее прижимается к соулмейту и прячет лицо у него на плече, вдыхая успокаивающий свежий аромат. Сехун опускает парнишку на мягкий диванчик в гостиной и прижимает к себе, покачивая в объятиях. Он невесомо целует того в висок и щеку, и хочет забрать весь его страх, весь ужас. Но тот вовсе не реагирует, он просто сидит и пустым взглядом смотрит прямо перед собой с отрешенным видом, лишь по прежнему вцепившись пальцами в чужую рубашку. — Тао, малыш, очнись. Тао, — Сехун осторожно встряхивает окончательно ушедшего в себя парня за плечи, пытаясь выдернуть того из астрала, в который красноволосый погружался все глубже и глубже. Сехун предполагал, что подобное могло случиться, поэтому ни о какой панике речи быть не может, все его мысли занимает Тао, только то, что парнишку нужно было защитить. О смотрит на соулмейта и до крови закусывает губу, решаясь. Пустой взгляд его пары и его внутренняя истерика придают Сехуну решительности, он опаляет нежную щеку пощечиной, а потом с отвращением смотрит на свою же руку, как на предателя, он посмел ударить свою пару, но к сожалению, это не помогло. Карие глаза смотрели на мужчину перед собой, и словно не видели его. Тао был будто здесь и одновременно нет. Сехун злится на чертово управление, он сотрет его с лица земли, но это потом, сейчас он волнуется за Тао, который по прежнему сидел словно неживой. — Приди в себя, малыш, — нежно гладит пострадавшую щечку Сехун, а потом Сехун какого-то черта вспоминает о физиологических стрессах, которые могут стать затяжными и явиться причинами расстройства личности, только этого ему и не хватало. Сехун резко, но все же не причиняя лишнего вреда берет Тао пальцами за подбородок, заставляя поднять голову, и накрывает его губы поцелуем. Подросток в его руках наконец-то подает признак жизни, удивленно пискнув, напрягся всем телом, до боли вцепляясь тонкими пальцами в предплечья капитана, и приоткрывает рот, позволяя углубить поцелуй. Позволяя прикусить губы, принимая несколько грубые прикосновения, выдергивающие его из того омута, в который Тао проваливался, вспоминая предсмертные крики и хрипы людей в агонии. Этот поцелуй не был похож на ласковый и нежный, на те аккуратные прикосновения, которые они дарили друг другу украдкой до этого. Это был поцелуй, наполненный болью и эмоциями. Страх, который каждый держал внутри себя так долго, выходил стонами, тяжелым дыханием и судорожными объятиями, от которых останутся синяки. Тао словно сотнями иголок прокалывает каждый раз, когда руки Сехуна скользят по его плечам и спине, но это только заставляет его сильнее прижиматься к мужчине, обнимая его за спину в ответ, царапая аккуратными короткими ногтями. Каждый всплеск боли давал почувствовать Тао, что он еще жив. Что он способен бороться и что-то чувствовать, кроме всепоглощающего страха. Тао запускает тонкие пальчики в мягкие светлые пряди Сехуна и несильно их сжимает, после сразу же ласково поглаживая затылок, извиняясь. Сехун мстя прикусывает его нижнюю губу. Разжав зубы, он лизнул приоткрытые губы Тао и внимательно смотрит ему в глаза: — Как ты, малыш? — тихо спрашивает Сехун, ощущая дрожь тела в своих руках. — Я... — всхлипывает подросток, утыкаясь в чужое плечо в поисках защиты, — я все еще слышу, как они кричат. — Тише, это пройдет, — мягко покачивает его лорд, — скажи мне, ты голоден? Может что-то хочешь? — и не дожидаясь ответа левитирует из кухни стакан воды. — Выпей, пожалуйста, — мужчина осторожно подносит к бледным дрожащим губам хрустальный стакан. Тао с благодарностью приникает губами к воде стуча зубами о кромку бокала из—за нервов, а после отстраняется и наивно смотрит на Сехуна, который загипнотизированно смотрел на застывшие капли воды на его губах. Жар разливается по щекам Тао, когда Сехун отрывает свой взгляд от его губ и смотрит ему прямо в глаза, смотрит тяжело и властно, вовсе не так, как должен был бы смотреть в такой ситуации, вовсе не так, как смотрел на него в департаменте. И кажется, Сехуна вовсе не смущает их внезапная близость в отличие от Тао, ведь в отличие от него, он ее жаждал. Тао быстро облизывает губы юрким язычком, собирая с них влагу и собирается что-то сказать, но твёрдая ладонь ложится на его лицо, не позволяя прозвучать чему-нибудь, что наверняка всё испортило бы. Чуть шершавый тёплый палец осторожно, мягко поглаживает приоткрывшиеся мягкие губы, Тао завороженно смотрит в глаза Сехуну, видит, как тот склоняется к его лицу и слегка приподнимает подбородок, чтобы удобнее было накрыть его губы своими, даря на этот раз мягкий и нежный поцелуй. Тао прикрывает глаза дрожащими ресницами, и Сехун мгновенно пьянеет от такого покорного и трепетного Тао в своих руках. Как только в легких заканчивается воздух, Сехун отстраняется от таких манящих его губ и поднеся ладонь Тао к своим губам медленно, по долгу нежно прикасаясь целует длинные пальцы, одновременно любуясь ярким румянцем на щеках соулмейта, смущая его еще больше пристальным взглядом. Сехун встает с дивана и следом поднимает Тао за руку, тянет вверх. — Пойдём наверх, — опаляет шепотом розовеющее аккуратное ушко Сехун, притянув к себе пару в объятия. — Се, — неуверенно выдыхает Тао. — Тчшш, — медленно отступает к лестнице капитан, утягивая Тао за собой в свою комнату, — Все хорошо, Тао-я, верь мне. По дороге, примерно между пятой и седьмой ступенькой, на Тао нападают страх неизвестности и сомнения, но Сехун словно чувствует, оборачивается, толкает его к стене и вновь целует, да так, что у Тао подгибаются колени и Сехуну приходится его подхватить. До кровати они добираются почти вслепую, ни на секунду не прекращая медленного тягучего поцелуя, Тао казалось, Сехун из него душу выпивает, а потому он с облегчением падает на мягкий матрас, ноги его совсем не держат, а горячее, пульсирующее возбуждение дает о себе знать тянущими ощущениями внизу живота. В темноте шуршит и позвякивает, а потом Сехун включает лампу: — Я хочу видеть тебя. Его голос почти обжигает Тао, пробирает до костей, заставляя выдохнуть чуть громче, потому что он тоже хочет видеть Сехуна, запомнить каждый миг этой невероятной ночи, ведь кто знает, вдруг это больше никогда не повторится, вдруг утром Сехун пожалеет, вдруг решит, что он ему вовсе не нужен. Но свет лампы, приглушённый матовым абажуром, отгоняет дурные, пугающие мысли, потому что Сехун стоит у кровати обнажённый, и его кожа светится тёплым золотистым сиянием. И Тао задыхается от нахлынувшего восторга и смущения, хотя куда уже больше смущаться он не знал. Се помогает ему снять форменную черную рубашку, плащ Джексона он сбросил с его плеч еще внизу в гостиной. Тао послушно приподнимает бедра, позволяя Сехуну стянуть с себя брюки с нижним бельем, и сразу же тянет его на себя, желая спрятать смущение в сгибе чужого плеча и наконец-то все же прикоснуться к нему, ощутить на себе его тяжёлое, крепкое тело, твёрдые, уверенные губы. — Сехун, — все же срывается с красивых, изнывающих от желания губ. — Ш—ш—ш… Сехун замирает над Тао, глядя на него с обожанием с нотками одержимости, откровенно любуется, смотрит восхищённо и шепчет, будто не может поверить своему счастью: — Ты у меня такой красивый, такой прекрасный. Мой, — выдыхает капитан едва совладав с чувствами. От тона, каким сказаны эти слова, по телу Тао пробегает сотни мурашек и волоски на загривке встают дыбом от дрожи. Тао хрипло, измученно стонет, когда прохладные ладони нежно скользят по его телу. Сехун целует его губы, шею, оставляет на ключицах пылающие ярко-красным метки, лижет сосок, заставляя Тао выгибаться, бесстыдно и бессловесно выпрашивая ещё. Сехун подхватывает легкое стройное тело под лопатки, посасывает, прикусывает, теребит языком и напоминает себе о необходимости сдерживаться, уговаривая себя мысленно не сорваться от того, как Тао мечется под ним, потрясённый силой ощущений, и то зажимает себе рот, то забрасывает руки за голову, то хватает блондина за волосы и даже не сразу понимает, что поддерживавшие его спину ладони переместились ниже и теперь мнут его ягодицы, раздвигая и пробираясь в ложбинку. Тао ахает и все же испуганно замирает, а Сехун поднимает голову и низким голосом, пробирающим до дрожи, не терпящим возражения тоном спрашивает, скорее утверждая: — Можно? — Мне будет слишком больно? — все же решается на вопрос красноволосый мальчишка, вслушиваясь в тяжелое дыхание с рычащими нотками над собой. — Я буду осторожен, — обещает Сехун и набрасывается с жадными поцелуями на мальчишку, как только тот кивает, доверчиво смотря ему в глаза своими карими. Через короткую  вечность Се отстраняется, оставив Тао задыхаться, любуясь его раскрасневшимся лицом, припухшими губами, и окончательно затуманенным взором. Непонятные звуки находят своё объяснение, когда тот открывает глаза, Сехун смазывает пальцы, и от его тёмного взгляда Тао бросает в дрожь от накатывающего еще большего желания. Тао вздрагивает всем телом, ощущая, как смазанный вязкой смазкой палец медленно входит в него, вызывая непприятные ощущения, от которых он старается уйти, ерзая. Он сжимает руками простынь и заставляет себя расслабиться, закусывая губу до крови, ощущая уже вскоре второй. Се еле сдерживает себя, чтобы одним рывком не войти в парня, забив на подготовку, но всё равно продолжает осторожно его растягивать, все же трепетные чувства и желание доставить удовольствие, а не боль, любимому перевешивают. — Как же ты прекрасен, — как в бреду шепчет Сехун, сцеловывая капли слез, собравшиеся в уголках глаз, — потерпи, пожалуйста, потерпи еще немного, — запальчиво шепчет мольбы мужчина, неизвестно кого больше уговаривая потерпеть, и перемешивает это с глупыми нежностями и признаниями, желая отвлечь пару от неприятных ощущений. Тао жалобно скулит, открывая глаза, когда ощущает третий палец, и ёрзает, пытаясь уйти от неприятных ощущений. Он приподнимается на локтях, всхлипывает и притягивает Сехуна за шею к себе, неловко и трепетно целуя, тем самым прося быть осторожнее, Сехун вкладывает всю свою нежность сминая, чужие губы в ответ, мягко перехватывая инициативу, стараясь успокоить соулмейта. Вынимая пальцы, Сехун обильно смазывает свой член и, удобно устроив ноги парня у себя на талии, начинает медленно входить, миллиметр за миллиметром погружаясь в узкое тело, не прекращая терзать губы Тао ласковыми поцелуями, заглушая тем самым его вскрик боли. Тао замирает под ним и сжимает простыни в руках до побеления костяшек. Перед глазами подростка всё плывет от боли, разрывающей его пополам, и на глазах вновь выступают слёзы, он сдавленно стонет и, схватив блондина за плечи, резко отстраняется, разорвав поцелуй. Он понимает, что сейчас ничто не сможет заставить Сехуна остановиться, потому как тот слишком крепко держит его бёдра, не давая пошевелиться, и все же с огромным трудом замирает внутри, давая привыкнуть, прокусив себе губу до крови. Тао становится немного страшно от такого вида соулмейта, но он доверяет ему, и уверен, что тот не причинит ему боли, но все же вздрагивает, когда теплые губы нежно сцеловывают его слезы, а затем порхают по его щекам, кончике носа и подбородке. — Ш-ш-ш. Потерпи, — шепчет Сехун, мягко целуя его во взмокший лоб. — Расслабься, дыши, и все будет хорошо. — Тао повинуясь мягкому голосу блондина, медленно и тяжело выдыхает, моргает от пота и слез и старается взять себя в руки и расслабиться. Он крепко обнимает мужчину за спину, чувствуя, как сокращаются под его пальцами крепкие мышцы, неуверенно кивает, и Сехун медленно продолжает погружаться в его тело, ощущая, как короткие ногти Тао тут же впиваются в его спину оставляя щипящие царапины. Тао болезненно шипит и еле сдерживается, чтобы не закричать, когда Се, наконец, входит до основания и замирает тяжело дыша, давая ему возможность привыкнуть к ощущению наполненности и целует его шею и ключицы, стараясь успокоить. Тао с удовольствием подставляет под ласки чувствительную шею и постепенно расслабляется окончательно, отвлекаясь от болезненных ощущений. — Давай, — срывается тихий шепот с приоткрытых губ тяжело дышащего Тао, — только пожалуйста, осторожнее, — Сехун, только и ждавший этих слов, начинает осторожно двигаться, с трудом себя контролируя. Несколько первых толчков даются им обоим с большим трудом, но потом Сехун меняет угол проникновения, заставив Тао вскрикнуть от наслаждения. — Тише, хороший мой, не бейся так, — с трудом доходят до его затуманенного сознания слова Сехуна. — Ещё, — жалобно просит Тао. — Ещё, Сехун, пожалуйста! — выстанывает красноволосый. Удовольствие прокатывается по его телу равномерными волнами в такт толчкам Сехуна, свиваясь тугими жгутами в паху, член тяжело шлёпает по животу, заставляя поскуливать от недостатка трения, но Тао не может разжать пальцы, вцепившиеся в многострадальную спину Сехуна. Капитан собственнически покрывает поцелуями-укусами его ключицы и плечи, потом вдруг довольно сильно кусает за шею прямо там, где находится символ метки, и этот укус бьёт по нервам Тао ослепительной вспышкой. — Сехун-и, — стонет мальчишка, выгибаясь еще больше. Сехун понимает всё без слов, и ему достаточно всего лишь один раз провести сжатой ладонью по его члену, и Тао хрипит на рваном выдохе, выплёскиваясь в его кулак, выгибается до хруста в пояснице, поднимаясь на локти, теряя себя в ощущениях первого в своей жизни оргазма. Он слышит стон Сехуна у себя над ухом, чувствует сжимающие его руки, но информация практически не обрабатывается сознанием, поскольку сознание всё глубже тонет в омуте блаженной безмятежности. Тао расслабляется и обессилено распластывается на постели, ощущает как Сехун все еще быстро движется в нем, хрипло дыша, а позже как из него вытекает его теплое семя и горячее тяжелое дыхание на своей шее, сменяющиеся теплыми губами. Сехун нежно целует его плечо, шею, уголок красных губ и тихо шепчет: — Люблю тебя. Тао растерянно хлопает ресницами, выворачивается из-под расслабленного Сехуна и приподнимаясь на локте, смотрит в глубокие, карие глаза и не придумывает ничего умнее, чем наивно хлопая ресницами, с огромной надеждой спросить: — Честно? — Конечно, — мягко улыбаясь отвечает О. Тао открывает рот, собираясь начать оправдываться перед Сехуном за свой поступок, все ему объяснить, но тот снова, как час назад, прижимает ладонь к его губам. — Тише, хороший мой. Люблю, и ничего не хочу сейчас слышать. Обо всех ваших выходках и последствиях поговорим завтра, а сейчас, отдохни. Тао послушно кивает и кладёт голову ему на грудь, с радостью позволяя обнять себя, и прижимаясь еще ближе. — Я тоже люблю тебя, — смущенно признается красноволосый паренек, и ощутив теплый поцелуй в оголенное острое плечико, еще сильнее прижимается к любимому. Тао слушает, как успокаивается сердцебиение Сехуна, как становится глубже и медленнее его дыхание по мере того, как он засыпает и не замечает, как сам проваливается в сон.

***

Бэкхен проводит усиленную тренировку среди бойцов Сюмина, когда в тренировочный зал врывается Тэмин с выпученными глазами и активно машет руками, привлекая внимание старшего. — Продолжаем тренировку, — рявкает на всех Бэкхен и спешит к Ли, — Тэмин, что случилось? — Мы идем за Каем! — выпаливает шатен, во все глаза смотря на брюнета, ожидая его реакции. — Что? — также расширяет глаза Бён. — Но куда? Кто сказал? Тэмин не успевает ничего ответить, как Бэк уже схватил кожаную куртку. — Я с вами, это не обсуждается! Ли только кивает и спешит за быстро удаляющимся хеном.