Потерян и не найден

Мин Юнджи — классная. И это еще слабо сказано. Она не лезет за словом в карман и не строит из себя святую невинность. Ее поведение совершенно не эталон для воспитанной девушки. Она матерится и курит, но сигарета как влитая смотрится в ее жилистых, совершенно не похожих на женские, руках. Чимин рядом с ней чувствует себя школьником, который то бледнеет, то краснеет при виде Юнджи. А она лишь смеется, прикрывая рот ладонью, и играючи подпускает к себе все ближе и ближе. Они впервые встретились на какой-то вечеринке, кажется, это было посвящение первокурсников. И как там оказалась нуна, Чимину так и неизвестно. На ней были белые кроссовки, короткая юбка, из-под которой проглядывалась резинка чулков, и простая белая футболка, а в темных волосах виднелись красные заколки-бантики. Она выделялась среди толпы однотипных студенток. Выглядела немного несуразно: слишком грубый для девушки голос, жилистые руки и широкие плечи. Но все равно чем-то привлекала к себе. Чимин и сам уже не помнит, как они тогда оказались на кухне. Юнджи сидела на подоконнике, свесив ноги на улицу, совершенно не боясь высоты, и украдкой поглядывала на него. Он же словно язык проглотил. — На каком курсе? — ее грубый, совершенно не девичий, голос разлетается по кухне. — Второй, — Чимин судорожно облизывает вмиг пересохшие губы и торопится добавить, — курс фотографии. Она улыбается, растягивая тонкие губы с едва заметными следами красной помады в улыбке: — Фотограф, значит. А меня сфотографировать сможешь? Отказать ей Чимину кажется кощунством, и поэтому он согласно кивает. — Замечательно. Я — Мин Юнджи. — Пак Чимин. — Я знаю, — нараспев произносит она и ловко спрыгивает с окна, возвращаясь в шумную гостиную. Он помнит каждую деталь с их первой встречи. Нуна тогда показалась ему такой далекой, недосягаемой и нереальной. Но спустя пару месяцев она сидела по правую сторону от него в его же небольшой квартире, носом аккуратно ведя по щеке, а накрашенными губами мазала по скулам, оставляя след от своей ядовито-красной помады не только на коже, но и на сердце. — Чиминни, — губами она прикасается к мочки его уха, горячим воздухом обдавая ушную раковину, — а что, если я девочка с сюрпризом? Чимин судорожно вздыхает, ему кажется, что он не дышал больше пяти минут. Губы Юнджи медленно возвращаются к его щекам, оставляя на них горящие поцелуи. — В смысле? — его голос непривычно низкий. Он слышит ее тихий смешок и чувствует неожиданный поцелуй в губы. Скорее даже клевок, нуна моментально отстраняется от Чимина, оставляя его в недоумении. — Да неважно, — она ему подмигивает и поднимается с дивана, упархивая в коридор, и уже оттуда доносится продолжение, — напиши мне как-нибудь. — Но ты ведь не разрешала до этого, — Чимин следует за ней, заставая то, как она уже надевает свою джинсовку, — всегда сама писала первой. — А теперь разрешаю, удиви меня, — очередной клевок в губы, и она скрывается за железной дверью. И сейчас Чимин искренне не понимает, что происходит. Отправив сообщение, он уже больше часа ожидает ответа. Обычно она отвечает моментально, не заставляя себя долго ждать и не выдерживая паузу между ответами. Ответ Чимин получает ближе к вечеру, когда работа над его экзаменационным проектом идет полным ходом. Он бы и не заметил, что на телефон поступило новое сообщение, если бы тот не лежал на деревянном столе. 23.03.17 20:35 «Мальчик, я не знаю, кто ты, но ебись, пожалуйста, конем. Забудь этот номер телефона и не пиши сюда больше. Для тебя же лучше будет.» Что за херня? А на другом конце города у Юнги появляется новая заметка в телефоне с короткой, но емкой фразой. 23.03.17 20:38 «Пошла нахуй.»