Откровения эльфийского бога.

Солас не любит холод. Когда ледяной ветер пробирает до костей, ударяя колючими «лапами» по лицу и незащищенным участкам тела, оставляя красные следы, которые неприятно саднят даже после того, как ты уже забрался в теплое помещение и почти отогрелся. Ему не нравятся, как мерзнут кончики его ушей, а потому постоянно растирает их, чуть хмурясь и даже сам не замечает за собой такой гримасы в эти моменты. Его тонкие пальцы не слушаются и приходится прятать руки, а для мага это главное оружие, опрометчиво сковывать собственные движения, но холод беспощаден и у него свои планы. Утро оказалось особенно холодным. Эльф посмотрел по сторонам, едва разомкнул веки, и сразу же закутался в небольшой плед, поежившись. В этой башне всегда гулял сквозняк, прикасаясь к спящим и заставляя их сворачиваться в комочек, чтобы не упускать последние крупицы своего тепла. Иногда, когда за окном шла снежная буря, ветер завывал где-то под крышей, пугая воронов и бессовестно раскрывая ставни, тогда Лелиане приходилось вставать, мягко переступая по холодному полу и закрывать все распахнутые окна, успокаивать своих птиц, которые сидели, нахохлившись и возмущенно кричали, жалуясь на погоду и несправедливость. Волчьей поступью маг перебрался от дивана к невысокому деревянному столу. Его точеные руки ловко ухватили пару бумаг, крепко сжимая края. Он не чувствовал пальцев, не отказался бы сейчас вернуться обратно и пролежать так еще пару часов, но он не мог себе подобного позволить. Дела не ждали, а откладывать «на потом» Солас очень не любил, предпочитая все делать сразу, как и положено. Все точно и по плану. Новый порыв ветра, что пробрался в щель между дверью и полом, вырвал бумаги из рук мужчины, разнося их по круглой комнате и едва не роняя один из листов в подрагивающий огонь факела. Словно поддразнивая мага, заставляя его понервничать, он покружил рукописи еще немного, а затем уронил их на пол, рывком поднимаясь вверх, чтобы потревожить остальных обитателей ротонды. Эльф неприязненно поморщился, начиная собирать все разбросанные документы, уже крепче стискивая их в руках и не боясь помять. Складывает их обратно на стол и прижимает край лежащим на столе окулярумом, чтобы снова не разлетелись. Он слишком замерз, чтобы сосредоточиться как следует, а потому, нехотя сбрасывая плед на диван, бредет к кухне, пробираясь через пустые коридоры. Еще слишком рано, солнце только начало подниматься из-за горизонта, робко показывая первые лучи и стараясь бороться с серыми снежными тучами, чтобы занять свое место на небе и подарить хоть каплю тепла промерзшей земле. Изнеженные аристократы еще спят в своих постелях, воины не покидали еще своих казарм, за исключением утреннего патруля, который всегда делал круг почета по крепостной стене, охраняя сон остальных. Иногда, Солас видел, как в это время тренируется Кассандра, которая так же привыкла рано вставать, чтобы не терять зря времени. Но сегодня он встал раньше обычного, а потому не заметил этой волевой женщины на площадке для тренировок, когда проходил мимо большого витражного окна. По привычке остановился возле него, любуясь видом. Редкие снежинки срывались с неба, но так и не долетали до земли, словно растворяясь в воздухе, кружили и исчезали. Снег магу нравился, но больше с эстетической точки зрения. Он не хотел бы выходить на улицу сейчас, понимая насколько промозгло может быть там, а потому, опомнившись, поспешил дальше. Вот и кухня. Солас знает, что ищет, он открывает шкафчики, достает оттуда какие-то небольшие мешочки, хватает чашку с одной из полок. Всего несколько минут и крепкий бодрящий настой готов, горячий и сладкий. Его травяной аромат разносится по всей кухне, и отступник делает глубокий вдох, надеясь чуть-чуть задержать этот сладковатый запах в легких, а после медленно, с наслаждением выдыхает и припадает губами к теплому краю своей чашки, делая глоток обжигающего горло напитка. Теперь ему лучше, и он почти готов приступить к своим занятиям снова. Обратно он идет уже неспешно, слушает, как просыпается замок, из комнат доносится сонная возня. Солас ускоряется лишь, когда видит дверь в ротонду. Ныряет в помещение и украдкой улыбается, прижимая тонкие пальцы к теплой кружке. Солас не любит холод, но даже в вечной зиме есть своя чарующая красота и пленяющая атмосфера.