Зачем ты снова спасаешь мою жизнь....?

POV.Леонардо       Я не знал, закончится это когда-нибудь или нет, но я больше так не мог. Слишком многое произошло. Слишком много боли. Слишком много разочарований. Я снова через силу открываю глаза и вижу ее красивое лицо. Она стоит надо мной, о чем-то разговаривая с Донни. Нет, она не разговаривает. Она орет на него. Вроде, она кричала про какой-то антидот. Ретро-мутаген… По-моему так она назвала его. Донни также громко отвечал, что все не так просто, как она думает.       Вдох… Выдох…       — Что вы лаетесь, как собаки…       — Лео…       Она сразу же перевела внимание на меня, наклоняясь чуть ближе.       — Привет… еще раз, — Сказал я как-то уныло. Вдруг я вспомнил, что произошло в ванной. Выступил холодный пот. Я оторвал взгляд от Карай и, подняв руку, осмотрел её. Все было нормально.       — Что со мной произошло…?       — Твоё тело всё-таки мутировало. Я, болван, не смог определить этого раньше. Просто твоя мутация происходит немного по-другому. Нормальные клетки оказывают сопротивление мутагену, видимо, потому что нормальные клетки — уже мутированные. Ты изменишься за какое-то время, возможно, за этот промежуток я смогу создать ретро-мутаген. Хотя… Это будет сложно, учитывая, что ты и так мутант, а мутаген был с ДНК змеи. Как бы не сделать ещё хуже…       — То есть я все-таки мутирую?       После рассказа Донни, я задал немного глупый вопрос. Я был разбит, ведь всерьёз надеялся, что жизнь ко мне благосклонна.       — Расскажи мне, что ты почувствовал. Боль, усталость, может, что-то ещё?       — Хватит его допрашивать, я тебе все рассказала, — Карай вмешалась в разговор. Повернувшись к умнику, она посмотрела на него своим выжигающим взглядом, — Змеиные глаза, язык и вся кожа в чешуе. Что тебе ещё от него надо?       — Послушай, Карай, я понимаю — ты волнуешься, как и все мы, но у меня есть медицинские знания и поверь, достаточно неплохие. Поэтому, отойди, пожалуйста, мне надо его осмотреть и поговорить.       Единственной, кто стоял между мной и Ди, была Карай, подошедшая ближе ко мне. Она сделала слишком, как мне показалось, гордое лицо и, скрестив руки, направилась к двери.       — Зачем?       — Что, Лео?       — Зачем ты ее выгнал?       — Она слишком много ворчит и постоянно недовольно ходит туда-сюда, нагнетая обстановку. Она становится похожа на Рафа.       — Она просто винит себя в том, чего не совершала. Она волнуется, Донни.       — Возможно и так, но ее волнение негативно сказывается на моей работе! Так что прости, Лео. Лучше расскажи мне, что ты сейчас почувствуешь.       Он поднёс к моему глазу фонарик, а из пипетки капнул мне пару капель воды на руку. Я почувствовал слабость, тело начало меняться. Глаза заболели, а свет от фонарика стал ярче раз в пять. Во рту появился тонкий язык. И это от нескольких капелек воды.       — Ну что?       — Боль и ссслабость. Вссе одновременно. Мне кажетссся, или сссвет ссстал ярче?       — У тебя увеличилась чувствительность. Это тоже можно считать симптомом… Шипишь как змея, но это очевидно. Что-то еще?       — Вссся кожа болит…       — Это нормально. В твоём случае чешуя проявляется только так. Еще?       — Десссна ужасссно ноет…       — Открой рот.       Я открыл, и Донни посветил туда фонариком. Он долго рассматривал мою десну, пока наконец не вымолвил:       — Да у тебя клыки пострашнее, чем у Саблезуба.       — Клыки…?       Так вот, почему она болела. Резались зубы.       — Ладно, сегодня я увидел достаточно, — он убрал фонарик из моего рта и, взяв какой-то блокнот, начал что-то строчить. Я почувствовал, как язык становится обычным, а я снова могу нормально говорить.       — Ты сможешь сделать антидот? — решил напрямую спросить я, чтобы не мучить себя догадками.       — Если честно… Я не знаю, Лео. Я просто не знаю… Так как ты уже был мутантом, я боюсь, что ретро-мутаген может плохо сказаться на твоём состоянии. Так же мутаген, в который ты упал, как я уже говорил, содержит ДНК змеи, поэтому придётся создавать не просто ретро-мутаген, а с каким-то ингридиентом, который смог бы вывести ДНК из твоей крови. Я обещаю тебе делать все, что в моих силах.       — Я знаю это, Донни. Но только прошу, не доводи себя состояния, когда тебе приходится выпивать по ночам по десять кружек кофе, чтобы не заснуть и продолжать работать. Моя проблема может плохо сказаться на твоём здоровье, отважный лидер.       После сказанных мною слов, Донни встал, как вкопанный. Я усмехнулся.       — Откуда ты…       — Карай рассказала мне, каким бесстрашным лидером ты стал в моё отсутствие.       — Ну, просто я подумал, что в твоё отсутствие понадобится ответственное лицо, вот я и предложил сенсею свою кандидатуру, на то время, пока твое состояние не улучшится. Он одобрил эту идею, а Раф и Карай начали бурчать.       — Неудивительно…       — Подожди, Лео. Я на секунду, мне надо кое-что взять в аптечке на кухне. Сейчас вернусь, — положив все бумажки на стол, умник направился к выходу. Стало так тихо, что я услышал скрип покачивающейся лампы и стук сердца. Дыхание немного участилось…       Вдох… Выдох…       Я закрыл рукой глаза, чтобы режущий свет не так сильно бил по ним. Вдруг почувствовал, что проваливаюсь во тьму. Нет, это была не та тьма, в которой я обычно проводил все своё время. Я чувствовал, что теряю контроль над собственным разумом, не в силах противостоять животным инстинктам, как теряю контроль над своим телом. Я ощутил дикий голод, а зубы стали ещё острее… Появился тонкий язык. Быстро и ловко спрыгнув с кровати и затаившись в тени лаборатории, я стал поджидать свою жертву. Я пытался с этим бороться, повторял себе, что он мой брат, но, в конечном итоге, голод взял верх. Как только Донни зашёл в лабораторию, я снизил ритм дыхания, чтобы не выдать себя.       — Вот, Лео, я принёс обезболивающее, если почувствуешь невыносимую боль, то… — он поднял глаза на кровать, не замечая меня в тени — непонимающий взгляд был направлен на пустую постель, а я готовился нанести удар, — Лео…?       Услышав свое имя, я набросился на Донни, повалив его на пол. Мне стало дурно — я не мог ничего с собой поделать, не мог противостоять самому себе. Но тут я ощутил запах еды, исходящий от скулящего от боли Донни. Это окончательно затуманило мой разум. С этого момента я ушёл в небытие. Адекватно соображающий «я» исчез за гранью собственного сознания. Оскалив зубы, я уже хотел укусить Донателло, как сзади кто-то сказал:       — Лео, остановись! Не делай этого!       Обернувшись, я увидел Карай, которая прибежала в лабораторию и восстанавливала дыхание. Она смотрела на меня, а я, забыв о Донни, непонимающе смотрел в ее сторону. Выпрямившись и оставив черепаху в покое, я приковал безумный взгляд к ней.       — Смотри на меня, Лео. Я знаю, бесстрашный и сентиментальный лидер все ещё там. Глубоко внутри.       Мое неадекватное «я» злобно зашипело, но девушку это не остановило. Она сделала ещё один смелый шаг мне на встречу, несмотря на то, что я в два счета мог наброситься на неё и разорвать на части. Быстро сделав ответные два шага вперед, я начал осматривать её. Еще шаг и она стоит в пяти метрах от меня. Только она собралась подойти еще ближе, как я зашипел. Громко зашипел. Ее лицо приняло более серьезное выражение и она, не останавливаясь, направилась ко мне. Я непонимающе смотрел на неё. Карай подошла почти вплотную. Я чувствовал ее дрожащие дыхание, она смотрела мне в глаза. Когда Карай осторожно поднимала руку, я видел, как грустная улыбка и волнение смешались в одну непонятную краску на ее лице, чего я раньше не замечал. Положив ее мне на лицо, я начал чувствовать, как постепенно, она помогает мне прийти в себя.       — Тот Леонардо, которого я знаю, никогда не причинит своим близким вреда. И я вижу, Лео, как ты борешься с собой и с собственной болью. Если уж решил, — борись до конца, Бесстрашный…       Я почувствовал, как клыки начали исчезать, как глаза снова начали нормально воспринимать свет, как сходит чешуя. Я понял, что снова начинаю владеть собой. Что я — это я. Я смотрел на неё сожалеющим взглядом, Карай сразу поняла, что вернулся настоящий Лео.       — Наконец-то ты вернулся, Леонардо, — на ее лице появилась хитрая улыбка и она, убрав руку с моего лица, скрестила руки на груди. Я только печально улыбнулся.       — Спасибо…       Она усмехнулась и, обойдя меня, подошла к Донни и протянула руку помощи. Поднявшись, он потер ушибленное место и сказал:       — Я думал, что умру прямо здесь и сейчас.       — Прости, Ди.       — Ничего, зато теперь мы знаем, что твои животные инстинкты могут взять верх и это — ещё одна причина поторопиться с лекарством. Нужно заняться созданием вещества, которое будет сдерживать твою звериную сущность.       — Словами не выразить, как я благодарен тебе, Донни.       — Да ладно, пустяки.       Он повернулся к Карай.       — Мне нужно отлучиться — мы идём на патруль. Я прошу тебя, Карай, побудь с ним, пока я не вернусь, а если все будет хуже некуда, не в обиду Лео…       — Ничего.       — …Вколи ему это, — он протянул ей шприц, в котором было жидкое прозрачное вещество, — оно моментально усыпит его. И ещё, можно с тобой поговорить?       Карай одобрительно кивнула и, как им казалось, они отошли на достаточное расстояние от меня. Но даже так я слышал каждое слово.       — Карай, я не уверен, что его нормальное состояние стабильно. Если ты один раз смогла успокоить его змеиную сущность, это не значит, что ты сможешь сделать это снова. Если его животные инстинкты будут брать верх, просто дай ему это и не пытайся успокоить самостоятельно — это может быть опасно не только для тебя, но и для всех остальных. Пообещай мне, что ты не будешь упрямой и не будешь рисковать.       Я заметил, как Карай замялась и некоторое время не отвечала. Она посмотрела на него, скрестила два пальца за спиной и ответила:       — Хорошо.       — Вот и чудненько, — Донни схватил посох и направился на поверхность. Карай, не долго думая, подошла ко мне. Я как бы невзначай спросил её:       — О чем говорили?       — О том, как скоро Донни и ребята вернутся и какие таблетки в его отсутствие мне можно давать тебе, — Карай искусно врала. Если бы не знал правды, не задумываясь поверил, — А теперь ложись, Бесстрашный. Тебе нужен отдых. Если что-то понадобится — я рядом.       Я кивнул и лёг в постель. Я почуял запах ее духов… Разум снова затуманился, а глаза стали змеиными. Я закрыл их, глубоко вздохнув.       Я пришёл в себя. Хорошо, что Карай не заметила этого — сев на стул, она начала смотреть в пустоту и о чём-то размышлять. Я закрыл глаза и попытался провалиться в сон, чтобы хотя бы там забыть обо всем, что произошло. У меня это получилось моментально, скорее всего от того, что мутация вымотала меня.