Ментальная связь

Совершенно недвижный, Драко сидел на краешке кровати, невидящим взглядом упершись в окно в стене напротив. За стеклом, в темной мутноватой тяжелой воде слабо покачивались водоросли, пробившиеся у основания каменной рамы, — тонкие стебельки, тянущиеся в пустоту. Драко, находящийся в полном мысленном вакууме, ощущал с ними некое родство. Испытав шок, а потом придя в ужас, он сбежал из библиотеки, подальше от Поттера, и впал в полную прострацию. Он не знал, что делать, что думать, что чувствовать. Он хотел спрятаться, затаиться где-то и переждать, пока Земля будет вращаться дальше, и всё как-нибудь разрешится само собой, без его вмешательства. «Малфой, поговори со мной». Малфой моргнул, игнорируя умоляющий голос в голове. Поттер просил поговорить с ним с того момента, как Драко удрал. Чем дальше, тем больше в его тоне звучало лихорадочного отчаяния. Драко старался не обращать внимания, но каждое слово Гарри повергало его в панику, тисками сжимая сердце. Он не сердился. Он был в ужасе. Отключиться в гребаной библиотеке, посреди толпы учеников, мало того, на глазах у Поттера, да еще увидеть сон такого рода — этого он никак не планировал. Если он на кого и злился, то только на себя, он сам поставил себя в такое положение. Он знал, что у Поттера есть доступ к его снам. Он мысленно выругался, рассудив, что его сожаления впустую: исход был неизбежным. Поттер так или иначе увидел бы его сон, даже находись они в противоположных концах замка. «Да ладно тебе. Ты вещи свои оставил, хотя бы зайди и забери». Драко переполнили страх и стыд, леденящими когтями скребя по позвоночнику, и он громко сглотнул. Ни за какие блага мира не вернется он в библиотеку пред очи Поттера, который не преминет завалить его вопросами. Ни за что он не дастся Финнигану на растерзание, не вернется под град насмешек учеников. У него защипало в глазах, и он раздраженно потер их. Он не хотел плакать из-за произошедшего. Это всё было так глупо. Он ведь ничего не мог с этим поделать, хотя и старался. Он пошевелил ногами, скидывая со стуком ботинки на пол, и клубочком свернулся на кровати. Он не будет плакать. Он не будет. Ему восемнадцать, он пережил войну, так что он не будет разводить нюни из-за такой ерунды. Подумаешь, Поттер обнаружил, что он… что он… ну, не совсем нормальный. «Твою мать», — прошептал он, хриплый голос застревал в горле. Ему так долго удавалось хранить всё в тайне ото всех, кроме самых близких друзей, он так усердно пытался быть достойным наследником Малфоев. В это понятие входило многое, но никак не предполагалось, что он будет… будет тем, кто он есть. Ну, или, по крайней мере, не предполагалось, что весь белый свет откроет, что он всё это время притворялся. И вот теперь Поттер знает. Поттер начнет насмехаться над ним и издеваться, и станет обзывать, и всячески глумиться, и откажется быть другом. Драко плотно сжал веки, еще крепче свернулся в клубок, сжав кулаки под подбородком. «Малфой, пожалуйста, ответь мне». Он не пошевелился. *** Грохнула об стену дверь, и в Гриффиндорскую гостиную вошел Гарри, загруженный вещами по самое не хочу. — Ты где был? — спросил шокированный Рон, откладывая в сторону выпуск «Летаем с «Пушками Кэннонс». — И почему у тебя две сумки? — Это сумка Малфоя, — запыхавшись, ответил Гарри, бросив сумки и другие вещи на кровать. Брови у Рона поползли вверх. — Объяснишь мне, почему ты обездолил Малфоя? — Он забыл вещи в библиотеке, — на последнем дыхании выдал Гарри и махнул рукой, отметая лишние вопросы. — Он… — Он забыл все свои вещи? — изумился Рон. — Это что его шарф? — Да, но, Рон… — Почему бы ему просто… — Рон, он гей! Гарри, правда, не собирался вот так выпаливать сенсацию, но поделать ничего не мог, слова жгли ему язык. С той секунды, как он увидел сон Драко, он не мог думать ни о чем другом и просто был не в состоянии держать это внутри. Это была бомба, бомба с зажженным фитилем, которая грозила вот-вот взорваться, вдребезги разнеся Гарри мозг. Рон вылупил на него глаза и уронил челюсть. — Гей? — наконец потрясенно переспросил он. — Реально гей? Откуда ты знаешь? — Он уснул, — объяснил Гарри, садясь на свою кровать, рядом с горой вещей. Не отдавая себе отчет в том, что делает, он в расстройстве взял серебристо-зеленый шарф Драко и стал вертеть его в руках. — Ему снился сон… — О боже, что ты видел? — встревожено поинтересовался Рон. — Только его… он целовал кого-то. Парня, — ответил Гарри, откашлявшись от внезапно застрявшего кома в горле. Укол от чувства вины был не настолько сильным, чтобы он признался в том, что нарочно засунул нос в сон Малфоя. Он злился на себя за то, что не хватило толку подумать о возможных последствиях, прежде чем баловаться со Связью. Любопытство его подвело, да еще как! Рон покачал головой и присвистнул. — Ни фига себе. Симус теперь со мной не расплатится. — Нет! — во весь голос выпалил Гарри, сжимая в руках шарф. — Нельзя никому говорить. — Почему? — спросил Рон, явно разочарованный. — Я не должен был об этом знать, — с нажимом произнес Гарри. — Не думаешь, что у него есть причины, по которым он это скрывает? Рон кинул на него проницательный взгляд. Гарри этого даже не заметил, его взгляд был прикован к полоске мягкой зеленой шерсти у него в руках. В голове снова и снова проигрывалась картина увиденного: то, как Драко прижали к двери, как он слегка улыбнулся, когда незнакомый парень наклонился к его губам… кто этот парень вообще? Он часть сна? Или это воспоминание? Ощущения от поцелуя с парнем отличаются от поцелуя с девушкой? Надо полагать, что да. Парни тверже, у них щетина, а запустить пальца в волосы, так они короткие… — Гарри! Тот дернул головой на заботливый голос Рона. — Прости, что? — Ты в порядке? Уронив шарф на колени, Гарри вздохнул и потер виски. — Я… да. Почему я должен быть не в порядке? Это же не мои проблемы. Это вообще никого не касается. И меня не волнует тоже. — По тебе и не скажешь. Видок у тебя такой, будто тебя это беспокоит, — чуть нахмурился Рон. — Я просто не знаю, — беспомощно произнес Гарри, пытаясь сосредоточиться и перестать думать об увиденном. — Почему мы ни о чем таком не догадывались? — Ну, все ведь были уверены, что он с Паркинсон, так? — выдвинул версию Рон. — И, знаешь, не в наших привычках лезть в личную жизнь слизеринцев. Гарри устало фыркнул. — Ты абсолютно прав. — Он в курсе, что ты знаешь? Гарри кивнул. — Он очнулся и психанул. Дал деру, даже вещи не забрав, поэтому они у меня. Рон поднялся и подошел, с любопытством глядя на сумку Малфоя. — Ты пробовал поговорить с ним? Я имею в виду по Связи. — Пробовал. Он не отвечает, — со смешанными чувствами ответил Гарри. — И даже не думай рыться в его сумке. Рон застыл в разочаровании. — Да ладно тебе. Шанс порыскать в грязном белье слизеринцев раз в жизни выпадает… — Мы уже покопались в его грязном белье. К тому же, он наверняка заклял её. Будешь опять лягушками блевать или еще что. Прижав руки к груди, Рон испуганно отшатнулся назад. — И то верно. С него станется. Гарри промолчал. На самом деле он сомневался в том, что Драко будет заколдовывать собственную сумку, но по какой-то непостижимой причине ему не хотелось, чтобы Рон ковырялся в вещах Малфоя. Это казалось неправильным, будто это было вторжение в личную жизнь Малфоя. Что было просто верхом лицемерия с его стороны, учитывая, как он сам сегодня поступил с Малфем. — Просто это всё так усложняет, — сказал Гарри, потерев ладонями лицо. — Друг, если никто, кроме нас, не просветится на сей счет, то не вижу проблем, — неторопливо сказал Рон, садясь на свою кровать и кладя ногу на ногу. — Ты же не собираешься изгаляться над ним, так ведь? Гарри нахмурился.  — Нет. С чего бы? Рон пожал плечами. — Не все готовы принять такое. — Держу пари, его папочка как раз из них, — сказал Гарри, и Рон согласно кивнул. — Может быть, как раз поэтому он и хотел, чтобы никто не знал? Гарри многозначительно уставился на друга. — Его отец мертв, Рон. Рон закатил глаза. — Я знаю. Но вполне возможно, что при его жизни ему приходилось притворяться, и это вошло у него в привычку. Гарри сделал большие глаза, припоминая кажущийся таким давним разговор. «Но как бы плохо ты сам ни относился к Люциусу, он отец Драко, и тот любил его. И до сих пор его мнения складываются под отцовским влиянием, и поступает он с оглядкой на то, что бы подумал о нем Люциус. Потребуется время, чтобы он избавился от давления семьи и понял, что сейчас он свободная личность». — Едрить твою налево, а ведь ты, скорей всего, прав, — сказал Гарри, и Рон усмехнулся. — Такое частенько бывает. Гарри раздраженно фыркнул, столкнув шарф с колен на кровать. — И чего его так волнует чужое мнение? Да, я еще могу понять, почему он хотел, чтобы отец ничего не знал, со всеми этими их заморочками насчет наследника рода Малфоев или что там у них. Но он что всерьез полагает, что кому-то реально есть дело, что он… ну того… ты понял. — Гей? — озвучил его мысли Рон, выгнув бровь. — Можешь говорить вслух. — Знаю, — почему-то раздраженно сказал Гарри. — Просто странно. Все эти бесконечные шуточки на этот счет. — Дааа… Симус бы лопнул от таких вестей. У него записная книжка бы в руках воспламенилась от накала эмоций, — задумчиво произнес Рон. — Ты на самом деле делал ставку на то, что Малфой гей? — спросил Гарри, опрокидываясь на постель и нехило разваливая сумку. Он застонал, вспомнив про эссе по Чарам, и под гнетом долга вытащил из-под себя сумку. Рон что-то уклончиво промычал. — Ну, мы спорим обо всем подряд. Гарри вздохнул, закрывая ладонью глаза. — Всё-таки надо было мне поучаствовать в этом пари с тысячей к одному, что мы с Малфоем начнем встречаться. Деньги бы лопатой грёб. Повисла пауза, а потом Рон неуверенно заговорил: — Эмм, дружище?.. — Что? — вытянул шею Гарри. Рон пялился на него со смесью тревоги и веселья. — Ничего, — помолчав, ответил Рон, покачал головой и улегся на кровать. — Забудь. Гарри пожал плечами, уронил голову обратно на подушку и сделал глубокий вдох. Он был измотан. Сегодня был очень длинный день.

***

Сна у Гарри не было ни в одном глазу. Он не сомневался, что Драко тоже не может сомкнуть веки. Было далеко за полночь, и в спальне царила тишина, если не считать посапывания Невилла и храпа Рона. В комнате было темно, и Гарри жаждал отключиться и отдохнуть, но ничего не выходило. Гарри не мог. Не мог перестать думать об увиденном. Он пытался выкинуть эту сцену из головы, действительно пытался. Ведь это был всего лишь поцелуй, так? Так чего зацикливаться на этом? Ему, слава Богу, не двенадцать лет. Ну промелькнул перед глазами пятисекундный ролик, а он теперь ни о чем другом не может думать. Интересно, а каково это целоваться с парнем? Разница будет ощутима? Например, на вкус. Или сам поцелуй будет другим? Джинни целовалась страстно, тут не поспоришь, но в том, как тот парень целовал Драко, было что-то совершенно иное. Что-то более властное, собственническое, что-то, пробуждающее в Гарри какие-то странные чувства. К сожалению, как бы сильно Гарри ни хотелось, порасспросить обо всем этом Малфоя — был не вариант. А ему было любопытно, кто этот парень, почему он целует Драко, как оно вообще? Плюс, он хотел сказать Драко, что для него это не имеет никакого значения, что Драко никоим образом не упал в его глазах, но боялся, что тот вспылит из-за того, что Гарри залез в его голову. Честно говоря, Гарри не был до конца уверен в том, что Драко в курсе, что налет на его мозг был целенаправленным. Поттер ожидал угроз, насилия, криков за совершенную им ошибку, но Драко просто сбежал. У парней меньше изгибов. От объятий и ощущения будут совсем другие, так? Пробы ради, он прошелся руками по своему торсу, от ключиц до пупка, задаваясь вопросом, каково это прижаться к плоской твердой груди, а не к мягким выпуклостям. А ведь еще и запах. Тоже немаловажный фактор. Гарри мог за милю распознать сладкий цветочный аромат Джинни, а временами даже и духи Гермионы. В этом парни тоже кардинально отличаются от девушек. Пораженный внезапной мыслью, он застыл в постели. Несколько секунд он лежал без движения, а потом медленно засунул руку под подушку, нащупывая нужный предмет. Тихонько вытянув его, он обмотал зеленый в серебристую полоску шарф вокруг ладони (в темноте полосы были едва различимы) и медленно, осторожно поднес шарф к лицу. Закрыв глаза, он сделал вдох во всю полноту легких. Мужской запах, запах Драко, заполнил его до краев. Он совсем не походил на аромат Джинни или любой другой девушки, с которыми он пересекался. Этот запах был не столь нежный, более глубокий, смешанный с ароматом дорогого одеколона, которым пользовался Малфой). Он казался странно знакомым, и в то же время совершенно чужим, и что уж совсем неожиданно, умиротворяющим. Открыв глаза во тьму, Гарри медленно моргнул. Убрав шарф от лица, он переместил его под подбородок, и ему вдруг жутко захотелось вырубиться, чтобы больше ни о чем не думать. Он уже ничего не понимал, и сильно сомневался, что когда-то разберется в происходящем.

***

— Гарри, ты забыл малфоевскую сумку. Гарри, идущий завтракать, остановился в дверях спальни, перекидывая собственную сумку через плечо. — Не забыл. Пусть тут лежит. Пойдем, я хочу есть. — На фига она нам тут? — озадаченно спросил Рон. — А вот, — ответил Гарри. — Когда сам попросит, тогда и отдам. — Можно ведь передать её кому-нибудь из слизеринцев, — предложил Невилл, с любопытством переводя взгляд с Рона на Гарри и сумку, лежащую на постели Гарри. Гарри заколебался. Глянув по сторонам, он убедился, что Симус с Дином уже ушли, и ответил Невиллу: — Просто мне надо поговорить с ним. Он кое из-за чего расстроен и играет в молчанку. — О, — сказал Невилл. — Жаль, я думал, у вас всё наладилось. — Ну да, временные разногласия, — сказал Гарри. — Шантажировать его сумкой не самый твой лучший план, — заметил Рон, почесав в затылке. — Другого всё равно нет, — раздраженно ответил Гарри. — А сумка ему понадобится, в ней сочинение по Зельям. — А что если кто-нибудь из слизеринцев попросит её? — Не отдам, — выпалил Гарри. — Я так ему и сказал. — Он указал на висок. — Сегодня утром я сказал ему, что если ему нужна сумка, то ему пора прекратить выделываться и прийти за ней. Потому что никому другому я её не отдам. — Сдается мне, ты переборщил, — покачал головой Рон. — Мне можно, я ж с ним «повязан», — через плечо бросил Гарри, направившись к лестнице. Услышав, что Рон с Невиллом заржали, он с улыбкой покачал головой. Он хотел как можно быстрее попасть в Большой Зал, чтобы проверить, объявился ли Малфой. Тот явно разрывался между тем, чтобы и дальше скрываться от Поттера и нежеланием пропускать еще больше занятий. Он едва сделал шаг вниз по ступенькам, как нос к носу столкнулся с тем, кого никак не ожидал увидеть на лестнице, ведущей в мальчишеские спальни, — с Гермионой. — Какого дьявола, Гермиона?! — Шевели булками, — негодующе потребовала она. — Достало вас ждать. Дин с Симусом уже сто лет как ушли. Клянусь, если Рон в последний момент дочитывает учебник по Трансфигурации… — Да ёпрст! Прочитал я всё! Как радостно узнать, что ты веришь в меня! — сварливо возмутился Рон, показываясь в дверном проеме. Гарри заржал и сдал назад в общую спальню, пропуская Гермиону. — Я верю в тебя, — нетерпеливо оборвала девушка, заходя в комнату. — Просто… а чья это сумка? Она перевела взгляд с постели Гарри на него самого, и конкретно на сумку у него на боку. — Эхм… Малфоя? — поскреб затылок Гарри, удивляясь, почему ответил с вопросительной интонацией. — Я что-то пропустила? — подозрительно спросила Гермиона. Гарри пожал плечами, чувствуя себя идиотом. Со всей этой нервотрепкой он совершенно забыл поведать Гермионе о вчерашнем эпизоде. Он поглядел на кожаную сумку на своей постели (насколько же она круче его собственной потрепанной) и потом на всех остальных, и остановил виноватый взгляд на Невилле. Повисла пауза, а потом Невилл пришел Гарри на помощь, хлопнув Рона по плечу: — Ладно, ребята, жду вас внизу, — сказал он. — Помираю с голода. — Приятного, Невилл, — с благодарностью отозвался Гарри, и тот, улыбнувшись напоследок, ушел, что-то жужжа себе под нос. — Итак, сумка Малфоя, — напомнила Гермиона. — Гхм, — начал было Гарри и озадаченно умолк. Что он вообще должен рассказать ей? О своем плане шантажа или про Малфоя, оказавшегося геем, или о том, что шарф Драко очень вкусно пахнет? Собственно, первых двух пунктов должно быть достаточно, — нахмурясь, рассеянно рассудил он, предпочитая оставить при себе тот факт, что заснул в обнимку с малфоевским шарфом. — Хочешь, я ей скажу? — губы Рона дрогнули. — Да, давай, — в беспокойстве разрешил Гарри, запустив пальцы в волосы. — Ладненько, — с энтузиазмом воскликнул Рон. — Малфой — гей, Гарри всё узнал, Малфой ныкается от него, и Гарри не вернет ему вещи, пока тот сам за ними не придет. А я ни имею ко всему вышеперечисленному абсолютно никакого отношения. Гермиона, взиравшая на переминающегося с ноги на ногу Гарри, моргнула. Поданные в такой манере новости звучали, мягко говоря, диковато. — Это точно, что Малфой гомосексуал? — наконец выдала она. Гарри кивнул. — На девяносто девять и девять десятых процента. — И как ты к этому относишься? — аккуратно спросила она. Гарри нахмурился. — Нормально, а что? Как я должен к этому отнестись? Гермиона пожала плечами. — Ну я не знаю. За тобой водится такое: то раздуваешь из мухи слона, когда дело яйца выеденного не стоит, а то, наоборот, что-то важное упускаешь из виду. Гарри озадаченно уставился на нее. — Что я упускаю из вида? — Да нет, ничего. Я ничего конкретного не имела в виду, а так, в общем и целом, — стала оправдываться Гермиона, оставляя Гарри с чувством неприятного недоумения. — Прям с толку сбивает, да? Кстати, а как ты выяснил, что Драко гей? Он тебе рассказал? — Ну, конечно, — фыркнул Гарри. — Я перехватил его сон, где он развлекался с каким-то парнем. — Серьёзно? — в шоке воскликнула Гермиона, краснея. — О, Боже… — Расслабься, они просто целовались, — усмехнувшись, уточнил Гарри, наблюдая, как румянец становится гуще. — Это самом собой разумеется, — немного в нервах оборвала она. — А что это был за парень?! Гарри пожал плечами. — Представления не имею. Я с ним не знаком. И, возможно, это просто какой-то воображаемый человек, разве нет? — Так это был не ты? — коварно втиснулся Рон. У Гарри челюсть отвалилась, он рывком повернулся к Рону и возмущенно заорал: — Нет, это был не я! Рон пожал плечами. — Я сколько раз повторял, что Малфой втюрился в тебя. Всё ведь логично, поэтому и изводит тебя постоянно. Настала очередь Гарри запылать румянцем. — Ты… нет… просто заткнись, — наконец выговорил он, развернулся и ушел прочь, оставив Рона довольно хохотать. — Дружище, я просто пошутил! — сквозь смех окликнул он, следуя с Гермионой за Гарри. Гарри раздраженно хмыкнул и проигнорировал его. Ничегошеньки Малфой не втюрился в него, это просто бред сивой кобылы. Нет в этом никакой логики. Они два бывших врага, которые ни в кого не втюривались. А тем более друг в друга. И чего все продолжают твердить про это?

***

«Не глупи и приходи на Трансфигурацию». Гарри глянул на часы и посмурнел. У Малфоя было примерно секунд тридцать на то, чтобы не опоздать на Трансфигурацию и спастись от немедленной расправы МакГонагалл, которая не будет разбираться «Связан» ты, гей или какая еще там ерунда помешала тебе пунктуально прибыть на занятие. Гарри до опупения проторчал в Большом Зале, но Нотт и Паркинсон приперлись одни, без Малфоя, и даже не глядели в его сторону, что взбесило его еще больше. «Малфой, пожалуйста, ну давай же». И снова тишина. Чёрт, это уже совсем не смешно. Что-что, а вот игнорировать его Малфой никогда не мог, затевать ссору, сыпать издевательскими подколками и проклятиями — вот его обычное поведение. Пусть уж вымещает на нём зло, всё лучше, чем тишина и неизвестность. И вот уж чего Поттер никак не мог предугадать, что несколько недель в компании Малфоя сделают своё черное дело: он скучал по голосу Драко. И вообще! Большое дело прям! Смех на ножках! — раздраженно размышлял Гарри. — Если бы с ним приключилась такая фигня, и кто-то вдруг выяснил бы, что он гей, он, Гарри, не стал бы устраивать детский сад и прятаться ото всех по углам, а просто пояснил бы всем недовольным, куда и как им пройти. Это ведь тяжко, так напрягаться из-за того, что подумают о тебе другие… В класс вошла МакГонагалл, и все разговоры немедленно смолкли. Сердце у Гарри упало. Он предпринял последнюю попытку вызвать Малфоя на контакт. «Драко, пожалуйста. Поговори со мной». Ответа не было.

***

Швырнув свою сумку на кровать, Гарри пронзил взором другую ни в чем не повинную сумку, которая лежала там с самого утра. Его жалкий план потерпел сокрушительный крах. Стало очевидно, что Малфоя гораздо больше пугает разговор с Гарри, чем перспектива завалить ТРИТОН. Что, в сущности, просто курам на смех! Потому что, во-первых, Малфой должен выжать из учебы всё, что только возможно, если рассчитывает получить хоть какую-нибудь работу после окончания школы. А, во-вторых, ему, Гарри, плевать голубой там Малфой или зеленый. Ну, то есть, ему плевать в хорошем смысле слова. Ему немного любопытно, понятное дело, но никакого негатива он не испытывает. Пребывая в полнейшей уверенности, что кто-нибудь да придет требовать у него вещи Малфоя, Поттер несколько удивился, когда никто не появился. Ни Паркинсон, ни, там, Нотт, например. Потаращившись на сумку еще разок, Гарри решил не давать ей спуску и подвергнуть тщательному обыску. Может, то, о чем пишут в глупых женских романах, случится и в реальном мире, и он наткнется, например, на малфоевский дневник! Прочитает его и разберется наконец с тем, что творится внутри этой тупой белобрысой головы. Возможность была крайне соблазнительной, но Гарри устоял. Он сел на кровать, оперевшись спиной на изголовье, и автоматически нащупал под подушкой шарф. Со вздохом он обернул его вокруг ладони, жалея, что тот не может ничего поведать о своем хозяине. — Он целовался с кем-нибудь, когда ты был на нем, а? — произнес он вслух и прыснул от смеха. Совсем с катушек съехал, уже с шарфом разговаривает. Тут раздался глухой стук удара, он на метр подскочил, дернулся и треснулся головой о спинку кровати. Выпутав руку из шарфа, он потер затылок, сердцебиение зашкаливало. Источник шума был очевиден: кто-то слишком резко распахнул дверь в мальчишескую спальню. — Прости, — вздрогнув, сказала Джинни и вошла. — Забыла, что она так делает. — Боже, Джинни, предупреждать надо! — Гарри потер грудь. Его постигло громадное разочарование: он-то уже вообразил, что сейчас в комнату с криком ворвется разбушевавшийся Драко, требующий вернуть ему вещи, потом сорвется, признается и, присев на кровать рядом с Гарри, поговорит с ним… — Что это? — спросила Джинни, вырывая из потока мыслей. — Что? — переспросил он, а потом мозг у него включился. Он посмотрел на шарф, обернутый вокруг ладони. Ой-ой. — О, эм, это… — Малфоя, — ровно произнесла она. — Это шарф Малфоя, да? — А, да, он забыл его вчера в библиотеке, — объяснил Гарри, желая, чтобы она ушла, просто испарилась куда-нибудь, и ему не надо было разбираться еще и с этим. Ему и с Малфоем проблем по уши хватает. — Ну и почему ты не вернул его? — поинтересовалась она, отпихивая его сумку с пути и садясь рядом с ним на кровати. — На глаза мне не попался, — ответил Гарри, и девушка нахмурилась. — Ну отдал бы кому-нибудь из слизеринцев. Гарри пожал плечами. — Мне надо с ним поговорить. Джинни заметно напряглась. — Ясно. — Ты как, в порядке? — спросил Гарри, пытаясь отвести разговор от Малфоя. Осознав, что шарф все еще у него в руках, он бросил его на кровать. — Да, жаль, мы в последнее время мало виделись, — сказала она, не поднимая на него глаза. — Столько всяких проблем навалилось. — Да, та же фигня, — пробормотал он. Куда провалился Рон, когда он чертовски нужен?! То он лезет, как в каждую бочку затычка, а то его днём с огнем не сыскать! Поди пытается Гермионе под юбку залезть, — цинично подумал Гарри. Или пытается уломать её дать ему списать домашку по Зельям. — Хочешь пойти пообедать? — спросила Джинни, склоняясь к нему и кладя руку ему на колено. Гарри парализовало. Она придвинулась ближе, обдавая сладким ароматом цветочных духов. В этот момент всё, о чем он мог думать — посильней прижать к лицу шарф Малфоя, чтобы вдыхать его запах вместо её духов. Он отшатнулся, пресекая непроизвольные порывы, и застыл, опершись на обе руки позади себя. — Какого хрена? — неверяще воскликнула Джинни, отдергивая руку, будто обожглась, прикоснувшись к нему. — Прости, — беспомощно сказал он. — Что с тобой не так? — спросила она. — Со мной? — в нем медленно закипал гнев. — Что не так со мной? — Да! — так же яростно ответила она. — Ты одно сплошное противоречие… — Это на меня много проблем навалилось! — вспыхнул он, соскакивая с кровати и скрещивая на груди руки. — Как ни глянь, только тебя почему-то не устраивает моя Связь, хотя тебя это вообще не касается… — Это всех касается! — оборвала она, вставая с другой стороны кровати. Руки ее были сжаты в кулаки. — Нет! Это касается только меня и Драко, и если ты не можешь с этим примириться, то… — Драко? — с недоверием воскликнула Джинни. — Он теперь Драко, да? — Если да, то что? — выпалил Гарри, сжигая за собой все мосты. Он не понимал, что происходит со всеми, не понимал, что происходит с ним самим, так как, ради всего святого, ему умудриться удовлетворить запросы всех страждущих? Как сделать всех счастливыми? К сожалению, терпение Джинни, похоже, тоже подошло к концу. — Ты так говоришь, что у меня создается впечатление, что он тебе важнее меня… — Может так оно и есть, — кричал Гарри. — Он, по крайней мере, не выносит мне мозг из-за каждой долбанной мелочи. Не шляется со своим бывшим любую свободную минуту. — Я… — начала было Джинни, но заколебалась. Напоминание о Дине было попыткой ударить по больному месту и просто догадкой, но вышло так, что он попал в точку. — Уходи, — устало проговорил Гарри, садясь обратно на кровать и беря в руки шарф. — Иди и найди Дина. Не сомневаюсь, он тебя ждет. Некоторое время Джинни смотрела на него, а потом с нажимом произнесла. — Я говорю с Дином только потому, что с ним можно поговорить о чем-то еще, кроме Малфоя. Стоит тебе рот раскрыть, от тебя и слова другого не услышишь. Всё Малфой и Малфой. — Без разницы, — пожал плечами Гарри, уставившись на шарф. — Ты что втрескался в него? В этом всё дело? — ляпнула Джинни. Гарри чуть язык себе не откусил. Он сел. — Что? — Ты сидишь тут, таращишься на его шарф, будто это твое самое большое сокровище… — Джинни, выметайся, — нервно выкрикнул Гарри, впиваясь в нее взглядом. — Уходи. — Даже отрицать не пытаешься. Всё с тобой ясно, — выпалила она и вылетела прочь из комнаты. Гарри соскребся с кровати в такой спешке, что чуть не грохнулся оземь. Он подбежал к дверям и вцепился в каменное основание, чтобы не пересчитать лицом ступени. — Не втрескался я, блядь, ни в какого Малфоя! — проревел он Джинни вслед и расслышал едва слышную, но сердитую отповедь издалека. — Да пошла ты! — в довесок проорал Гарри, оставляя последнюю точку за собой, и бешеным галопом вернулся в кровать. Он еще ничего не сообразил, а шарф Малфоя был уже у него в руках. Поняв это, он с отвращением отшвырнул его. Сделав глубокий вдох, потом еще один и еще, он наконец сдался. С необъяснимым чувством вины он потянулся за шарфом и подобрал его. В конце концов, шарф-то ни в чем не виноват. Да что с ним такое происходит? Почему он вдруг стал болезненно воспринимать близость Джинни? Почему Малфой заполнил все его мысли? И почему он никак не может отлепиться от этого чертового шарфа? Прижав к лицу шарф Драко, он сделал глубокий вдох и внезапно осознал, что ему плевать. <br>