Ментальная связь

      Шевелиться Гарри не осмеливался, собравшись заныкаться за пологом в секретном коридоре третьего этажа. Причина была в том, что он не испытывал доверия к собственным ногам и всему остальному предательскому организму. С ужасом предвидел он картину, где поднимается на ноги, а те приводят его вместо Гриффиндорской башни прямиком обратно к Драко.       Связь молчала и, как подозревал Гарри, останется таковой до тех пор, пока он сам не решится нарушить тишину.       Какого лешего случилось с Драко за прошедшую неделю? Вчерашний напуганный закомплексованный юноша сгинул, а на его месте объявился некто обескураживающе уверенный в себе. Несомненно, уверенность эта была с разлаженными нервами, еще неокрепшей и нетвердо стояла на ногах, но главное — она была. Драко откопал где-то недурную порцию самоуважения и, видимо, достиг консенсуса с собственной ориентацией.       И теперь нагло пользовался этим, чтобы тиранить Гарри. Гарри задумался над тем, выяснил бы он правду о себе, не будь он «связан» с Драко. Его передернуло, когда он представил, что было бы, продолжи он встречаться с Джинни. Наверняка, из этого ничего не вышло бы. Если он на таком взводе из-за парня, то Джинни не вызвала бы у него таких чувств, верно?       На душе у него было гадко. По-настоящему гадко. До этого момента он искренне полагал, что влюблен в Джинни, что желает её. Но сейчас все его чувства померкли перед тем фактом, что Драко всего лишь стоял рядом и поигрывал с его галстуком.       Этот засранец взял и перевернул вверх дном всё.       Гарри собрался с силами и решил выйти из-за полога, но тут понял, что чего-то не хватает.       Он забыл чертову сумку.       Вот они с Драко и поменялись ролями.       У него не достанет решимости вернуться за ней. Гарри представления не имел, что теперь предпримет Драко, и это нервировало. Баланс пошатнулся, и перевес теперь на стороне Драко. Что лукавить, Гарри был от этого не в восторге. Пока он сам хранил секрет Драко, легко было добиться от Драко сговорчивости и попытаться ему помочь. А сейчас он сам был в руках Драко, и оставалось только — примириться с тем, что отныне Малфой будет заправлять всем.       Драко оказался намного пронырливее, чем предполагал Гарри. По сути, он дал добро на разглашение его тайны, но Гарри не мог никому ничего рассказать, не посеяв среди людей сомнения в собственных сексуальных предпочтениях.       Повесив голову, он осторожно выбрался из-под полога. Вроде бы срочной необходимости рваться назад к Драко он пока не ощущал, так что сделал еще пару шагов. Так, видимо, и придется передвигаться: по одному шагу за раз. На данный момент перед ним стояла задача вернуться в общую спальню. Крохотное такое дельце. Ему не надо пока разговаривать с Драко, возвращаться за сумкой или выяснять, как так вышло, что он испытывает явную симпатию к кровопийце, который случайно оказался мужского пола. Нет. Всю эту громадную и дико пугающую хрень он оставит на потом.       Жалея, что у него нет с собой мантии-невидимки, он, тем не менее, умудрился добраться до общей гостиной без приключений. Ну, не считая того, что по дороге на него пялились, но чего еще было ждать после скандальных разоблачений Джинни в Большом Зале. Гарри не мог не признать, что в чем-то она чуточку могла быть и права. А вот выяснение того, насколько велика эта чуточка, подождет того, пока он отойдет от шока и наберется мужества хорошенько подумать обо всем.       — Не так быстро.       Его маневр по скрытному проникновению в спальню мимо общей гостиной провалился: кто-то схватил его за край мантии и дернул, принуждая остановиться. У Гарри мелькнула дурная идея, что Драко расхрабрился настолько, что ворвался в гриффиндорскую гостиную, но, обернувшись, он нос к носу столкнулся кое с кем, не вызывающим таких вспышек стресса.       — Спокойно, приятель, — сказал Рон и поднял руки вверх. — Ты в порядке?       Резко прикинув, не податься ли вновь в бега, Гарри отбросил этот вариант. Ему нужны были совет и поддержка, и на этот раз уж сто процентов не от Драко. Каждый раз после встречи с Малфоем вместо предполагаемого решения проблемы все только еще больше запутывалось и усложнялось.       — Можно поговорить с тобой?       На лице Рона отразилось облегчение.       — Наконец-то, я уж почти надеяться перестал, — воскликнул Рон и двинулся к лестнице, ведущей в спальню. Узел в груди Гарри затянулся: Рон знал. Знал обо всём раньше, чем Гарри вообще начал что-то осознавать. Господи, может, он как-то странно себя ведет, сам того не замечая? О Драко ведь никто ничего не подозревал, правда ведь? Все стали рассматривать версию о гомосексуальности Драко только в свете того, что в склонности к голубизне обвинили его, Гарри. Всем что, было плевать?       Чувствуя будто поднимается на эшафот, Гарри проследовал за Роном в спальню. Он знал, что ему предстоит допрос, но не представлял, насколько суровым тот будет. Особенно, когда не знаешь, как отвечать. Стоило им дойти до, к счастью, пустующей спальни, Гарри рухнул на кровать и стал тереть лицо.       — Ну, — приободрил Рон, не тратя времени на реверансы, — что там с Малфоем?       — А что с ним? — спросил Гарри с фальшивой бравадой.       — Я так рассудил, что, сбежав от нас, ты отправился на его поиски, так?       — В общем, да, мы собирались подготовить задание по Трансфигурации.       — Ты втрескался в него?       Гарри громко сглотнул.       — Да.       — А он втрескался в тебя? — спросил Рон.       Гарри резко подбросило, он сел, нахмурившись.       — Ты сердишься?       Севший на кровать Рон смущенно посмотрел на него и откинулся назад, опершись на руки.       — Нет, не сержусь. Ты ведь втюрился в него не затем, чтобы всем насолить, так? Да и прибыли тебе от этого никакой, могу поспорить. Одни проблемы и еще раз проблемы.       Гарри горько хохотнул:       — В точку.       Повисла пауза, в которой Рон нервно заерзал.       — Эм, — начал Рон, — а вы уже того… ну знаешь… целовались? Гарри покачал головой, не зная, как реагировать на такого удивительно понимающего Рона.       — Нет. Хотя он был так чертовски близко, что я почти…       — Ну это… — заговорил было Рон, но осекся и помотал головой. — Нет, прости, друг. Всё, что я могу вообразить, находясь рядом с Малфоем так близко, это врезать ему как следует.       — Неудивительно, ты же на сто процентов гетеро, — пробормотал Гарри.       — А ты нет? — поймал на слове Рон, и только тут Гарри понял, что именно сказал.       — Судя по тому дерьму, что так и лезет у меня изо рта, предполагаю, что нет, — произнес он наконец, запустив ладонь в шевелюру.       — Как насчет твоей очередной одержимости Малфоем?       Гарри вздохнул.       — Ну и это тоже. Просто, понимаешь… Я ведь никогда и не думал о парнях… в таком плане. Только… только о нем.       — Так ты у нас малфойсексуал?       Гарри тяжело посмотрел на Рона.       — Обхохочешься.       Рон пожал плечами.       — Тема и так достаточно неловкая, а если я еще шутить перестану…       Гарри усмехнулся.       — Пожалуй, ты прав.       Он по-хорошему улегся на постели, подтянув под голову подушку, и вздохнул, чувствуя, что его клонит в сон.       — Когда ты собираешься вернуть эту долбанную хрень? — поинтересовался Рон, и Гарри изумленно повернул голову.       — А?       — Эту.       Рон ткнул пальцем в район изголовья кровати Гарри, и тот покраснел, заметив, что из-под подушки вылез краешек шарфа. На фоне общего бордового убранства комнаты зеленая с серебряным расцветка вызывала гнетущий диссонанс.       — О, — выдавил Гарри. — Отдам попозже. Все равно надо встретиться с ним, чтобы забрать сумку.       — Чего? Сумку?       — Да. Забыл её, сбегая от Драко. Полагаю, он её подобрал.       — От него, значит, ты тоже сбежал, — обреченно спросил Рон.       — Он слишком близко подошёл, — промямлил Гарри, понимая, насколько жалким звучит подобное оправдание.       — Ну тогда перед нами очевидная проблема, — буднично огласил Рон. — Ты утверждаешь, что ты гей, ты не подходишь к девчонкам ближе, чем на три метра, ты из-за Малфоя голову потерял, а теперь ты жалуешься, что он слишком близко?       Гарри молчал. Он пялился в стену, опасаясь встречаться с Роном взглядом. Как же ему было трудно.       — Я не знаю, что делать, — тихо сказал он. — Раньше он закрывался ото всех и вся, ныл, что не хочет, чтобы кто-то узнал о нем. А теперь бац! И он уже передумал, объявляет, что ему плевать на общественное мнение, и терзает меня. Это настоящая пытка.       — Ну если это пытка, то совет вам да любовь.       — Но все… — Гарри еле выдавливал слова, — меня же с потрохами сожрут.       — Да положить на всех и их мнение, — отрезал Рон. — Если не сделаешь шаг, то не видать тебе перепиха, как собственных ушей. Гарри рассердился.       — Так вот к чему сводятся все мои проблемы? Перепихнуться не выходит?       Рон закатил глаза, будто это не он, а Гарри нес полную чушь.       — Скажи-ка мне, когда в последний раз тебе доставляла радость чья-то близость?       Гарри вздохнул, хмурое выражение пропало с лица.       — Никогда.       — Ну вот видишь, — подытожил Рон и скривился. — Поверить не могу, что еще я же и уговариваю тебя.       — А ты уговариваешь?       Рон кивнул.       — Я не говорю, что надо орать об этом с крыши или типа того. Но если Малфой, эм… подойдет ближе, может, стоит позволить ему… По крайней мере, будешь знать наверняка.       — Вот этого я тоже никак не догоню, — сказал Гарри. — То он рыдает и вопит, потому что я выяснил, что он гей, а проходит неделя, и он брызжет уверенностью в себе и странно на меня поглядывает.       — Говорил же, что он на тебя запал, — подытожил Рон. — Я об этом сто лет твержу.       — Ты правда так считаешь?       — О Боже, ты прям вылитая Лаванда, — простонал Рон и передразнил писклявым голосом, — Думаешь, я ему нравлюсь? С чего ты взял?       — Ха. Ха. Ха, — сухо продекламировал Гарри. — Скотина.       — Рад был услужить. Ладно, я пошел на Чары, а то Гермиона мне голову открутит за прогул.       — Я останусь, — сказал Гарри. — Я пока не готов к встрече с Драко.       — Надо поразмышлять, чего больше хочется: подраться с ним или поцеловаться?       Гарри слабо усмехнулся.       — О драках уже давно и речи нет. Скорее, второе.       — Ну так говорю же: вперед и с песней!       Гарри оторвал голову от подушки и пронзил Рона взглядом.       — Что, прямо посреди урока?       Рон хрюкнул.       — Об этом я не подумал. Ладно, до скорого.       Гарри вяло помахал ему вслед, чувствуя, что на душе стало значительно спокойнее. ЧуднО, как дружеская поддержка помогает воспринимать мир в более радужном цвете, и жить сразу становится легче.       «Легче», разумеется, на общем фоне его «приключений». Теоретически, признать, что увлекся Малфоем, должно быть для него проще пареной репы, учитывая то, что он вроде как расправился с Темным Лордом. Однако в данный момент это было самое трудное решение, какое ему когда-либо приходилось принимать.       Неужели все «обычные» люди проходят через такое? Он не мог отделаться от мысли, что было бы, не случись вся эта круговерть с Волан-де-Мортом? Он пережил бы эти сомнения раньше? Может, это всё просто одна из типичных стадий взросления, через которую проходит каждый подросток и которую он по стечению обстоятельств пропустил?       Это в общем-то было не так уж плохо. И пугающе. И запутанно. Без сомнения, Джинни проклянет его, Гермиона прочтет лекцию, весь замок будет шептаться, тыча в него пальцами, это уж к гадалке не ходи. Не говоря об издевках Симуса, если тот тоже прознает.       И вообще, все могут катиться к черту! Внезапно мысль о том, что он может делать то, что ему хочется, а не то, что все от него ждут, показалась ему просто отличной.       Но сперва нужно определиться с тем, чего, собственно, он хочет. Он перевернулся на спину, вытянул из-под подушки шарф Драко, прижал его к груди и подумал, что, возможно, кое-какие наметки на сей счет у него уже есть.

***

      Он видел белые руки, обернутые вокруг чьей-то шеи. У человека были каштановые волосы и бронзовый загар, смуглые руки лежали на чужих бедрах, пальцы глубоко вонзились в плоть. Оба были без рубашек, и контраст цвета их кожи просто поражал. Эффект еще и усиливался тем, как близко они находились.       Картинка померкла, сбилась на миг и переместилась ближе. Темноволосый парень поднял руку, запустив ее в белокурые волосы, прижимая того еще ближе. Бледные ладони ласково, но уверенно заскользили по напрягшимся мышцам спины.       Они целовались. Целовались так, будто второго шанса уже не будет. Светловолосый парень отклонился назад, но рука на затылке удерживала его на месте. Блондин подавался назад, дразня, принуждая второго парня двигаться вслед за ним, жадно накрывать своим телом.       Губы разъединились, Драко задыхался от поцелуев, которые, настойчивые и ненасытные, переместились на его шею. Смуглый парень запустил руку под пояс брюк, пальцы легли на пуговицу. Гарри мог поклясться, что услышал еще стон, и изображение вновь мигнуло, донесся звук тяжелого дыхания, полного предвкушения…       С бухающим сердцем Гарри в темноте открыл глаза.       О, Боже.       Это, вероятно, был сон-воспоминание, так? Это был тот самый парень, о котором говорил Драко. Господи, Гарри никогда не испытывал таких поцелуев, он даже вообразить не мог, что можно ТАК целоваться. Он прижал руку к груди, напротив бьющегося сердца, и осознал, что не только сердце отреагировало на увиденное. Со стоном отчаянья он сдвинул руку вниз, положив ладонь на одеяло, поверх набрякшего члена. Просто пиздец. Заиметь такой неуютный стояк от того, что глядел, как чёртов Малфой развлекается с парнем! Не должен он так реагировать. Хотя это ведь нормально, верно? Возбудиться от наблюдения за так страстно увлеченной друг дружкой парочкой? Интересно, а что было дальше в этом сне? Перетек во что-то обыденное, типа домашней работы или Квиддича, или продолжение было более… интимным? Неужели он сейчас стал свидетелем сцены, которая была прелюдией к сексу? Драко занимался сексом с тем парнем? Не секрет, что сам Гарри в том, что касается секса, был не лучше свиньи в апельсинах. Парни в спальне ржали над этим постоянно. Стоило им отпустить пару грязных шуточек или завести разговор о делишках с подружками, и на Гарри нельзя было взглянуть без смеха: столько смущения и неловкости проявлялось в его облике. Это вообще возможно? Чтобы парень занимался сексом с другим парнем? Гарри был прекрасно осведомлен о пределах возможностей собственного тела и не сомневался, что любые шаги в этом направлении намного превзойдут его пределы. Намного. На километры. Световые годы. Он ощутил, что щеки заливает румянец при мысли о том, чтобы спросить об этом Драко. Он вообще в своем уме? Да Драко прибьет его. Или начнет снова принимать Зелье Сна без Сновидений, перекрыв для Гарри единственный источник сексуального образования. К счастью, все эти малоприятные колебания и раздумья о механике гей-секса прикончили его эрекцию. Может, это его все-таки и не интересует? А может, это естественное следствие того, что он нервничает? Рон, например, места себе не находил прежде чем переспать с Гермионой впервые. Хотя об этом он даже и думать не хотел. Подождите-ка, а чего ему вообще нервничать? Он же не собирается спать с Драко. Так ведь? Нет, черт побери, нет! Ничего подобного! Ничем таким он ни с кем заниматься не будет! Он будет хранить целибат до конца своих дней и никогда в жизни не будет думать о том, как он сам или Драко занимаются с кем-то сексом. Со стоном отчаянья он перевернулся и уткнулся лицом в подушку. Легкой жизни ему не видать.

***

— Выглядишь хреново. Весь помятый. Опять. Гарри вздохнул и скользнул на Гриффиндорскую скамью рядом с Гермионой. Рон сидел напротив, проедая путь через высокую гору бутербродов. В Большом Зале было довольно тихо, так как большинство учеников, подкрепившись, уже разошлись. — Ты спал вообще? — озабоченно спросила Гермиона. — Спал, — ответил Гарри, борясь с галстуком. В утренней спешке он завязал его так, что дурацкая тряпка его почти задушила. — Но совсем мало. Связь опять чудила. — Сны? — негромко спросила Гермиона, и Гарри кивнул. — Да, сновидения Драко, — тихо сказал он. — И они становятся довольно познавательными. Рон подавился, лицо у него вытянулось, а Гермиона заинтересовалась. — Правда? В каком смысле? Гарри заколебался. Он беспокойно огляделся, зная, что и у стен есть уши. Он и в Большой Зал добирался окольными путями, не желая попадаться на глаза общественности, которая, без сомнения, склоняла его имя на всех углах. — Он опять был с тем парнем. У Гермионы открылся рот, она порозовела, потом закрыла его, не в состоянии найти слова. — О… Ну… Это… — она прокашлялась. — И что там было? — Это не тема для обсуждения за завтраком, — проговорил он. — Ты прав, — сказал Рон, сморщив нос. — Он мучает тебя. — Ты так и не сказал мне, что вчера случилось, — напомнила Гермиона. Тот наливал себе сок и нахмурился. — Ты же слышала. — Мне бы хотелось услышать это от тебя, — мягко возразила она, и Гарри кивнул, почувствовав укол вины. Конечно, сейчас всё было по-другому: всё его внимание было поглощено Драко и Связью, но это никак не извиняло его забывчивость. По сути, именно Гермиона могла дать дельный совет относительно его ситуации, особенно по сравнению с грандиозным планом, который они выработали на пару с Роном, и который не был обременен ни деталями, ни стратегией. — Прости, — искренне извинился он. — Просто столько всего происходит, я едва справляюсь. — Гарри, можно тебя на пару слов? Тот изумленно обернулся, услышав голос Дина за спиной. — О чем? — с беспокойством спросил он, не вполне догадываясь, о чем может пойти разговор, и подозревая, что он может иметь какое-то отношение к сваре, которую они с Джинни устроили в Большом Зале. Дин глядел в пол. — Я предпочел бы поговорить наедине. — А я нет, — ровно ответил Гарри. — У меня и без этого проблем хоть лопатой разгребай. — Джинни расстроена, — не стал тянуть кота за хвост Дин. — По-настоящему расстроена. Гарри на мгновение дар речи потерял. — И что? Ждешь, что я это как-то улажу? После того, что она вчера сделала? После всего? — Ну, я думал… — начал было Дин, но не успел вставить и слова. — Я правильно понял? Ты крутишь шашни с моей бывшей девушкой и рассчитываешь, что я решу твои проблемы? У Дина дрогнули руки, и он убрал их в карманы. — Все проблемы из-за тебя, — с нажимом произнес он. — И надо еще разобраться, кто с чьей бывшей крутит. — Гарри! — шепотом окликнула Гермиона, но ее оклик потонул в громком запале Дина. — Хотя это всё проясняет, раз ты зовешь её бывшей. — Отвали, Дин, — сказал Гарри, покачав головой. — Мне вполне достаточно разборок и без тебя. Вздохнув, Дин вынул руки из карманов и потер виски. — Гарри, ты отличный парень, но порой ведешь себя до смешного эгоистично. На той стороне стола Симус уронил лицо в ладони. Рон смотрел на Дина с явным намерением врезать ему. Гермиона глядела в тарелку, изо всех сил делая вид, что ничего не слышит. Гарри аж задохнулся. — Что? — Понимаю, у тебя много чего происходит, но ты думал, каково сейчас Джинни? Ей приходится иметь дело с тво… ну, ты знаешь… и всей этой фигней с Малфоем… — Знаю, — взорвался Гарри, вскакивая и заставляя Дина отступить на несколько шагов назад. — Знаю, что и ей туго. Но она вполне счастлива, найдя утешение в твоих объятиях, так что отвали и не усложняй жизнь. Я не желаю разговаривать с ней, она не желает разговаривать со мной, так что прекрати чувствовать себя виноватым и живи дальше! Дин шокированно моргнул. — Тебе правда все равно? — А ты хочешь, чтобы мне было не всё равно? — вопросил Гарри. — Вам обоим полегчает, если я начну беситься и писать кипятком, так что ли? Потому что если так, то это крайне незрело с вашей стороны. Дин зримо помрачнел. — Прости, что захотел проявить уважение. — Благодарю за попытку, но мне от тебя уважения не надо! Вы с Джинни можете поступать, как вам заблагорассудится. — Мог бы поставить её об этом в известность, — холодно сказал Дин. — Потому что она единственная, кто чувствует за собой вину. — С какого это, прости, рожна? — заинтересовался Гарри. — Не знаю, — вспылил Дин, — особенно в свете того, что происходит между вами с Малфоем. Гарри рассвирепел. — Да, вот именно! — выпалил он, пропуская мимо ушей то, как Гермиона резко втянула в себя воздух. — Ведь совершенно очевидно, что я трахаю Малфоя. Так что не стесняйся, передай Джинни, что взамен она может трахать тебя с абсолютно чистой совестью! И он сел обратно. Воцарилась жуткая тишина, однако Гарри ничего больше не сказав, потянулся за соком, хотя не сделал еще из кубка ни одного глотка. Молчание что-то затягивалось, и Гарри огляделся. Дин исчез. Симус едва сдерживал ржач и, казалось, готов был пожать Гарри руку. На лице Гермионы отражалось беспокойство, а Рон как-то позеленел. — Не знаю, что меня доконало, — скорбно сглотнув, сказал Рон. — То ли картина того, как ты трахаешь Малфоя, то ли как Дин трахает мою сестру. Гермиона накрыла ладонью руку Рона, с трудом скрывая смех. И гнев Гарри улетучился. Это было выше его сил, он расхохотался, мотая головой. — Прости, друг. — А Дина, думаю, добило то, что ты назвал его незрелым, — с широкой ухмылкой сказал Симус. — Он всё петушится насчет того, что нужно вести себя по-взрослому, брать на себя ответственность и высоко держать марку. Нет, идея, безусловно, верная, но сильно сомневаюсь, что он понимает, о чем говорит. Только пытается притворяться взрослым. — Лучше бы он этого не делал, — покачал головой Гарри и потянулся за бутербродом. — Они оба: и он, и Джинни. — Я понимаю, в чем ее претензии, — высказалась Гермиона, продолжая поглаживать руку Рона и стараясь не расхохотаться. — Ты должен был сказать ей. — Знаю, — вздохнул Гарри. — Но это тяжело, особенно, когда не знаешь, что вообще говорить людям. — Как что? Что ты голубой и что у тебя стояк на Малфоя. Рон захлебнулся соком, Гермиона что-то всполошенно пискнула, а Гарри запустил в Симуса надкусанным бутербродом. — Заткнись! — Отрицать даже не пытаешься, как я погляжу, — ухмыльнулся Симус. — Откуда ты… О чем ты вообще говоришь? — прошипел Гарри, чувствуя, как краснеет, потому что на ум ему пришел вчерашний инцидент. Он ведь не делился с Симусом подробностями того, как заимел эрекцию, наблюдая за Малфоем, ласкающимся с парнем. — Спокойно, — терпеливо заговорил Симус. — Я никому не скажу. Все считают, что это досужие сплетни и наветы. Просто я достаточно умен, чтобы самому сообразить, что на самом деле происходит. Рон недоверчиво фыркнул. — Хочешь сказать, что стоял рядом, пока я разговаривал с Гарри? — Любые средства хороши, — пожал плечами Симус, подтверждая правильность выводов Рона. Их мелкая дрязга волновала сейчас Гарри меньше всего. Он судорожно пытался прикинуть, насколько всё испортил, обозвав Дина незрелым, разрешив тому сношаться с Джинни и проорав во всеуслышание, что трахает Малфоя. Бля. «Твоя сумка у меня. Забирай». Гарри на метр подскочил, услышав в голове голос Драко. Гермиона с любопытством глядела, как он потирает грудь. Благодаря этому блондинистому недоразумению его скоро инфаркт хватит. — Драко, — объяснил он. — Предлагает вернуть сумку. Гермиона кивнула. — Хочешь сейчас ее забрать? Он кивнул и схватил бутерброд, надеясь, что не придется им больше ни в кого запускать. — Да, там моя домашка по Трансфигурации. Надо закончить сегодня, а иначе мне кранты. Гермиона обалдела от возмущения. — Ты же сказал, что закончил! Гарри замер с беспомощно открытым ртом, потом робко пожал плечами и якобы обаятельно улыбнулся. — Иди уже, — послала Гермиона, пока Рон с Симусом ржали. Гарри не нужно было повторять. Он пулей умчался, дожевывая бутерброд на ходу. «Где ты?» «Вышел из общей гостиной. Предпочитаешь встретиться подальше от чужих глаз?» «Да, уже иду». Гарри пронесся через вестибюль по направлению к подземельям. Желудок его скрутило узлом, и плохо прожеванный бутерброд не имел к этому никакого отношения. Он нервничал. Нервничал из-за предстоящей встречи. Он не чувствовал себя так странно и нескладно со времен его попытки поговорить с Чо на четвертом курсе. В голове снова всплыл сон Драко, и пульс у него участился. Знает ли Драко, что он видел его? Он впадет в ярость? Или станет использовать сон в своей новой кампании по издевательству над ним? Если будет, то он, без сомнения, обречен на успех. Время сомнений и изобретения невнятных извинений вышло, когда, повернув в коридор, ведущий к слизеринским подземельям, он увидел проблеск светлых волос, мелькнувший у того же углубления, где недавно поджидал сам. «Я тебя вижу». «Так и задумано». «Я думал, ты прячешься». «Зачем мне прятаться, если я жду тебя?» «Сдаюсь. Мне твой ход мыслей не понять». — Ты хочешь понять мой ход мыслей? — усмехнулся Драко, когда Гарри приблизился. Ремни его и Гарри сумок крест-накрест висели у него на груди. — Это помогло бы, — уныло высказался Гарри. — Держи. — Драко приподнял ремень сумки и перекинул через голову, передавая Гарри. — Не проклята и невредима. «Спасибо». Драко поднял глаза на Гарри, и на его лице расцвела робкая улыбка. «Пожалуйста». Повисла пауза, в которой Гарри успел картинно перекинуть сумку через плечо, перепроверить все застежки и молнии и наконец опять посмотреть на Драко. — Ну… — натянуто произнес он, надеясь, что не краснеет. Он не смел поднять глаза на губы Драко. Губы, которые были так плотно прижаты к губам другого парня, не смел помыслить о том, каковы они на вкус. Его словно разрывало на две части. Пока он находился в компании других людей, думать о Драко в таком плане казалось диким и ненормальным, и он не мог избавиться от паники по поводу того, что думают о нем окружающие, что они говорят. А когда он был наедине с Драко, да еще так близко, бурный, неостановимый поток мыслей смывал всё с пути. — Выглядишь уставшим, — сказал Драко, спасая его от необходимости закончить фразу. Возникла еще пауза. — Это… из-за меня? Гарри вздернул головой, глядя на Драко, который, отведя взгляд, вяло водил пальцем по стыкам брони у статуи рыцаря подле него. На его щеках цвел весенний румянец, противореча его будничному тону. — Да, — скрипуче каркнул Гарри. Он прокашлялся. — Да, из-за тебя. Драко посмотрел на него горящими глазами, и Гарри громко сглотнул, но не отвел взгляда. — Ты злишься? — спросил он. Драко покачал головой, медленно облизнул нижнюю губу и прикусил её ровными белыми зубами. Небольшой безотчетный жест, но из-за него все нервы Гарри оказались на пределе. — О, — удалось выговорить Гарри. — Я рад. На миг Драко отвел взгляд, а потом снова посмотрел на Гарри. Румянец на его щеках стал гуще. — Как много ты видел? Гарри опять сглотнул. У него, определенно, неполадки с горлом. — Только… только поцелуи. Поцелуи без… — он махнул рукой, абсолютно уверенный в том, что покраснел не меньше Драко. — Да. — О, — невозмутимо отозвался Драко. — А потом ты проснулся? Гарри кивнул, не в силах членораздельно и слова произнести. Драко снова отвел глаза, поднес к лицу руку и стал разглядывать ногти так, будто в мире ничего увлекательнее нет. — Вероятно, это к лучшему. О, Боже. Драко просто убивает его. Гарри так и знал, что в конце концов скончается не от рук Волан-де-Морта, а от критической степени румянца. Вполне реальное дело, так? Внутренние органы пострадают от недостатка кровоснабжения, потому что вся кровь прильет к лицу. — Почему? — удалось проговорить Гарри и даже выдать толику решимости в тоне. Господи, и что в этом Драко такого особенного? Со всеми остальными он мог разговаривать, спорить и ругаться без этих непонятных чувств: нервозности и неловкости, словно его тело стало непослушным и чужим. Драко почти улыбнулся. — Не думаю, что ты готов услышать продолжение. Ёпрст. И как ему после этого мыслить рационально, когда рядом стоит Драко весь такой открытый для действия и обольщающий, отпускающий тонкие намеки об этом треклятом сне и заправски играющий на нервах Гарри, как на струнах долбанной арфы. — Так что, ты так и не закончил работу по Трансфигурации? Гарри моргнул. — Что? — Домашка по Трансфигурации, — повторил Драко, в мгновение ока переключаясь с режима «сексуальный» на «раздраженный». — Ты на все ответил? — А, нет. Еще три осталось. — Может, хочешь встретиться попозже и доделать их? А если будет совсем туго, а судя по твоему виду, так и будет, то можешь списать мои ответы. Гарри офигел. — Эм, спасибо, что ли. Драко пожал плечами. — Не хочу, чтобы меня и Связь обвиняли в этих ужасных мешках под глазами. В общем, увидимся позже. До или после ужина? — До, — решил Гарри. — У нас как раз последним уроком самостоятельные занятия. «Да, у нас будет достаточно времени. До скорого, шрамоголовый». Гарри не смог ответить. Он был способен только стоять и наблюдать, как Драко, не произнеся больше ни слова, уходит прочь. Вот засранец.

***

— Рон, сделай за меня Трансфигурацию. — Ни за какие коврижки. — Ну пожалуйста. — Нет. — Это вопрос жизни и смерти. — … чё? — Если домашка будет готова, мне не придется встречаться с Драко. — Тогда точно нет. Чеши к нему. Гарри удивленно и с укоризной посмотрел на Рона, когда они бросили сумки на пол около дивана в общей гостиной: — Предполагается, что ты на моей стороне. — Я и есть на твоей стороне, — возразил Рон, бухаясь на диван с раскинутыми на все четыре стороны руками и ногами. — Но тебе стоит увидеться с ним. — Но… — Гарри плюхнулся рядом. — Я же рассказывал тебе, как странно он ведет себя, да ведь? — Раз эдак двадцать, — закатил глаза Рон. — Почему ты так напуган? Где твой внутренний гриффиндорец? — Драко разделался с ним, — пробормотал Гарри, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. — Херня, — фыркнул Рон. — Не ссы. — Ой, кто бы говорил, — возразил Гарри. — Уже забыл канун того дня, как впервые повел Гермиону на настоящее свидание? Рон выпрямился, выставив указательный палец в направлении Гарри. — Нашел что сравнивать. Гермиона и правда пугает. — И Драко тоже, — отмахнулся от указующего перста Гарри. — Он же слизеринец. — Которому ты с чего-то вдруг позволил захватить инициативу. Что произошло? Гарри совсем не горелось объяснять Рону, что произошло то, что он вдруг открыл для себя умопомрачительные глаза Драко, его губы и задницу, в таком порядке. А если уж Гарри угораздило в кого-то влюбиться, то его мозг начинал отказывать с устрашающей скоростью. — Не знаю, — выбрал Гарри оптимальный ответ. «У меня только что закончилась Арифмантика, и я прямиком в библиотеку. Чем раньше ты придешь, тем больше шансов, что ты умудришься хоть что-то усвоить». — Он предлагает пересечься прямо сейчас, — сообщил Рону Гарри. «Ну ты и хамло. К тому же, ты пообещал, что дашь списать». Рон кивнул. — Лети же к нему. «Ну так совсем неинтересно. Сначала я тебя помучаю». С мольбой в глазах Гарри посмотрел на Рона. — Это обязательно? «Небеса покарают тебя за такую жестокость к ближним. Уже иду». — Нет, необязательно. Но тогда всю следующую неделю ты прожужжишь мне все уши своим нытьем про то, что сбит с толку. И мне придется тебя убить. — Ладно, — вздохнул Гарри. — Ты прав. Так, если я не вернусь через час, то… — То я пойму, что вы всем на радость чпокаетесь в дальнем углу библиотеки. У Гарри лицо вытянулось, он мрачно поднялся на ноги и уже собрался топать, когда ощутил пальцы, удерживающие его за рукав. Он обернулся: Рон глядел на него c кривой ухмылкой: — Я подшучиваю над тобой, но понимаю, как тебе несладко. Ты не переживай. Просто делай то, что тебе хочется. Ладно? Гарри расслабился, с плеч рухнул огромный кусок горы. — Спасибо, друг, — сказал он, и Рон кивнул. — Вы только на самом деле не совокупляйтесь в библиотеке. Гермиона взбесится. — Да иди ты. Рон лишь лениво помахал на прощание. Гарри ухмыльнулся и, сделав глубокий вдох, направился к портрету, закрывающему вход. Он прикинул, не лучше ли ему воспользоваться мантией-невидимкой, чтобы никто не увидел его и не остановил, но, сообразив, что все равно не сможет использовать её, пока они с Драко будут заниматься, откинул эту мысль. Заниматься с Драко. Многое изменилось с начала этого учебного года, причем такого, чего никак нельзя было предугадать. «Трансфигурация!», — строго напомнил он себе. Он собирается покончить с работой по Трансфигурации. Он попробовал твердить об этом себе с каждым шагом, но это никак не помогло расправиться с бабочками, все активнее бултыхающимися в животе при приближении к библиотеке. Громко выдохнув, он перекинул ремень сумки через плечо. Мерлина ради, ему восемнадцать лет, он не какая-то там четырнадцатилетняя салапетка. Хотя с другой стороны, он точно так же только-только открыл для себя существование парней. И это никак не облегчает ему жизнь, так ведь? «Ты где?» Гарри закатил глаза, качая головой. «Успокойся. Уже иду». «Добавлю опоздания к твоему обычному репертуару». Гарри не ответил. В любом случае он был в полминуты ходьбы от библиотеки. Мерлин, Драко может канючить и доставать просто виртуозно, когда он в дурном расположении духа. Мерзавец. Гарри надеялся, что его дурацкие нервы не заставят его сотворить что-нибудь… глупое. Несколько семикурсниц из Равенклоу с любопытством понаблюдали за тем, как он бочком протиснулся в библиотеку. По крайней мере, все младшекурсники были еще на уроках, и ему не надо мириться с бесстыдными смешками и визгом. «Где именно ты находишься?» «Подальше, в глубине. Возле секции Древней Арифмантики». Если Гарри собирался сбежать, то сейчас был для этого самый подходящий момент. Долбанная секция Древней Арифмантики?! В проходе между рядами, куда ходят исключительно для тайных обжималок и чего похуже. Это составляло непроходящую досаду Гермионы. Она никак не могла вынести мысль, что по отношению к книгам проявляется такое неуважение. Пусть этих книг никто и не читает. Гарри было параллельно на желающих помиловаться в библиотеке, его приводило в смятение то, что Драко выбрал именно это место. Люди садились за эти столы только в том случае, если учеба была в конце списка их приоритетов. И Драко, безусловно, об этом знал. Гарри не остановился. Он притормозил немного на углу секций Гербологии и Арифмантики, но собрался с силами и пошел вперед. Рон прав. Ему нужно пробудить в себе гриффиндорскую смелость и прекратить убегать. Каков бы ни был результат, он должен пойти ему навстречу. Драко он заметил тотчас, тот сидел в одиночестве в окружении стопок книг. Гарри тихо подошел, но Драко не поднял глаз и никак не отметил его присутствие, даже когда Гарри скользнул на стул рядом с ним. — Не мог выбрать другого места, да? — пробормотал Гарри, открывая сумку и вытаскивая учебник. — Не понимаю, о чем ты, — пробубнил Драко, не сводя глаз с пергамента, лежащего перед ним. — О, ну конечно, — прошептал Гарри, и Драко с вызовом поднял на него глаза. Гарри отвернулся, шарясь в сумке в поиске пера. — Ладно тебе, признайся, что в курсе, какая репутация у этого закоулка. — Может, да, а может, нет, — сказал Драко с непроницаемым лицом. Такие ушлые ответы только отталкивали Гарри, так что он сконцентрировался на ковырянии в сумке, вытаскивая незаконченную работу по Трансфигурации. «Над чем трудишься?» Гарри обвел глазами кучу книг, разложенных на столе. Он словно сел заниматься с Гермионой, подумалось Гарри, но вслух, он, разумеется, этого не сказал. — Сейчас над Гербологией, — ответил Драко, — а если надоест, займусь Чарами. — Бли-и-ин, — простонал Гарри, вспоминая, что даже и не начинал делать задание по Чарам. — Совсем забыл про них. — Стоит добавить в список отсутствие у тебя организационных навыков, да? — А есть список? — Ага, — ответил Драко и помолчал. — На самом деле, ничего такого уж страшного. Странное ощущение возникло в груди Гарри от этого пренебрежительного комплимента, ощущение, которое только опасно обострилось, когда Драко без предупреждения придвинулся со стулом ближе к Гарри и наклонился, чтобы посмотреть на его работу по Трансфигурации. Что оставалось Поттеру, кроме как беспомощно откинуться на спинку стула, неловко пристроив руки на коленях. Снова Драко был так чертовски близко, практически навис над ним, и, Мерлин, ощущался даже аромат его одеколона. Сердце у него в груди заходилось так, что, наверняка, было слышно снаружи, и он попытался взять себя в руки. Возможно ли, что это запах одеколона привлек к Драко внимание того парня? — Вполне прилично, — оценил Драко, прерывая его ухо-Драко-созерцательный транс. — Если сосредоточишься, сможешь уложиться с тремя оставшимися вопросами за полчаса. — Если сосредоточусь, — эхом отозвался Гарри, чуть не взвыв, когда Драко вернулся на место, мимоходом шаркнув бедром о его ногу. – Точно. — Погоди минутку, — сказал Драко, склоняясь к своей сумке. Не в силах сопротивляться, Гарри смотрел, как у Драко от движения напряглись мышцы спины и сквозь свитер проступил слабый абрис позвоночника. Драко вернулся в вертикальное положение и бросил на стол книгу. — Вот держи, в помощь. — Ладно, какая глава? Драко удивленно изогнул бровь. — Может, и работу написать за тебя? − Просто номер главы, − попросил Гарри. Драко издал глубокий полный страдания и безысходности вздох. − Для первых трех – четвертую, пятую к следующим двум и шестую для ответа на последний. «Спасибо». Гарри тут же стал просматривать книгу, надеясь, что она действительно поможет и Драко не отправил его на бесплодные поиски. Сам он запросто заставил бы Драко в пустопорожнюю штудировать четыре главы. Так, шутки ради. Мол, «случайно» книги перепутал и дал не ту. Он сдвинул учебник с пергамента, придерживая нужную страницу пальцем. И запоздало понял, что благодаря этому действию его рука оказалась настолько близко к руке Драко, что теперь он касался рукава его джемпера, пока тот писал. Уголком глаза он видел, как Драко строчит записи на своем пергаменте. Он не мог оторвать глаз от рук Драко, ведь это были те же руки, что касались того другого парня из сновидения. «Ты левша». В то мгновение, как фраза сформировалась, он захотел скукожиться. Черт побери, насколько же по-идиотски это прозвучало? Разумеется, Драко знает, что он левша. И то, что Гарри не замечал этого раньше, еще не означает, что он должен разыгрывать из себя Капитана Очевидность. «Вообще-то амбидекстер». Гарри поглядел на него с вопросом в глазах. Драко молча переложил перо из левой руки в правую и продолжил писать как ни в чем не бывало. Буковки выводились не такие аккуратные, но вполне читабельные. — Чума, — выдохнул Гарри, и Драко усмехнулся. «Очень полезное свойство. Гораздо удобнее несколько задач сразу. Ну, знаешь, пользоваться обеими руками одновременно». Пальцы у Гарри дернулись так, что он чуть не переломил перо в руке надвое. Он уставился в учебник, не осмеливаясь поднять глаза и отчаянно стараясь не думать о Драко, выполняющем несколько задач одновременно в любом из возможных контекстов. — Может, тебе тоже научиться совмещать несколько дел? — прошептал Драко, склоняясь к Гарри. — Будешь успевать намного больше. Гарри едва не дрожал от близости Драко и громко сглотнул. — Я могу выполнять несколько задач, только оседлав древко. «О, правда?» Гарри хотелось завопить и постучаться лбом о стол. Даже безобидное замечание о полете на метле в его устах вдруг превратилось во что-то немыслимое. Это было несправедливо, так несправедливо! И куда опять провалился его долбанный внутренний гриффиндорец, когда он нужен? Было такое ощущение, что стоит ему приблизиться к Драко хотя бы на три метра, как этот злосчастный внутренний гриффиндорец складывал оружие и уносил ноги. «Смотри». В бок ему уткнулся острый локоток, и Гарри вопросительно посмотрел на Драко. Тот мотнул головой, и Гарри проследил за его взглядом. Перед ними предстали двое семикурсников из Когтеврана, которые шли в их направлении, держась за руки и пряча виноватые улыбки. Гарри узнал в парне игрока Когтевранской команды по квиддичу, который пользовался большой популярностью среди девушек. — Прелести секции Древней Арифмантики, — неслышно выдохнул Драко при их приближении, — дремлют до тех пор, пока не забурлят гормоны. — Узнай Гермиона, устроила бы им отработку на неделю, — так же тихо ответил Гарри. Юноша с девушкой подошли, оба с порозовевшими лицами. Девушка избегала их взгляда, держа парня повыше локтя обеими руками и глядя в пол. Парень, наоборот, смотрел прямо на них, смущенно, но с жадным выражением на лице. — Эм, а вы двое... — он помахал рукой. — Или вы тут… учитесь? У Гарри челюсть отпала. Этот парень действительно счёл, что они здесь для этого? Он в самом деле подумал, что они накинутся друг на друга в первый раз в чертовой библиотеке? Хотя, учитывая, что весь замок убежден в том, что они встречаются, то перепих на скорую руку в библиотеке, скорей всего, лишь воплотит общие ожидания, так? Гарри ощутил, как его заливает волна стыда и гнева. Почему это все считают себя вправе делать какие-то заключения о его личной жизни? Почему все делают выводы, основываясь лишь на слухах? Однако прежде чем он успел высказать свои претензии вслух, Драко, вероятно, предугадавший его вспышку ярости, снова ткнул его локтем под ребра. Больно ткнул. — Нам пока и здесь хорошо, — ответил он парню. — Идите вперед. Юноша кивнул, стрельнул в Драко улыбочкой, и они с девушкой поспешили удалиться. Парень положил руку девушке на поясницу, подталкивая её в нужном направлении. Они, хихикая, исчезли в дальнем проходе между полками. — Дальняя секция, — Драко закатил глаза. — Чудесно. — Драко! — прошипел Гарри. — Ты засранец! Они же подумали, что мы здесь, чтоб… чтоб… ну, ты понял. — Делать домашнее задание? — предположил Драко. — Черт побери! — Успокойся, — прошептал Драко, уставившись в свой пергамент. — Если бы это на самом деле тебя беспокоило, ты бы не сидел здесь со мной. — Это не значит, что надо было всё усложнять и создавать проблемы. Ты напрашиваешься на неприятности, — горячо прошептал Гарри. — Я создаю проблемы? — Все и так думают, что я запал на тебя, — шептал Гарри, чувствуя, как краснеет. — Хуже будет, если только все станут продолжать тереть эту тему. — Или если ты всё подтвердишь, — лукаво отозвался Драко. — Или если я расскажу всем, что это была твоя идея встретиться здесь, — возразил Гарри и увидел, как исказилось лицо Драко. — А ведь неплохая мысль. Могу, кстати, и правду поведать: про то, что ты флиртуешь со мной. — Я не флиртую! — прошипел Драко, и Гарри подавил усмешку, видя, как с Малфоя слетает его знаменитый гонор. Вот теперь ты уже не покомандуешь, да? «Сволочь». Гарри ухмыльнулся. «Что? Не нравится, когда правда глаза колет?» «Существует искусство тонкого обращения, Потти». «Да неужели? Что-то не замечал у тебя». Повисло молчание, и Гарри ощутил внезапно вспышку опасности. Блин. Ему стоило проявить больше осторожности. Он настолько запутался в хитросплетениях Связи, что совсем позабыл о тех важных вещах, что иногда лежат на поверхности, о том, что неаккуратные, острые слова могут навсегда испортить отношения. «Не знаю, что ты под этим подразумеваешь, но если тебе что-то не нравится, можешь проваливать и делать сам свою Трансфигурацию». Гарри растерялся, не зная, что и сказать. Он был как-то… в ужасе, если можно так выразиться. Драко был чертовски непредсказуем. То он кокетливый и озорной, а в следующее мгновение обиженный, нервозный и полный холодной ярости. «Сдается, без твоей помощи приличной оценки мне не видать». Драко резко вскинулся, а потом улыбнулся Гарри. Настоящей улыбкой, от которой в глазах его засияли искорки, и на мгновение вдруг показалось, что не было никакой войны. В груди Гарри будто взорвался шальной фейерверк. Невероятно, но ему удалось найти верные слова. Один неуклюжий, робкий комплимент, и гнев Драко словно смыло штормовой волной. «Если еще не поздно, прости за отсутствие у меня тонкого обращения». «Порядок. Будешь должен». Взгляд Гарри опять приковало перо Драко, которое тот крутил туда-сюда между пальцами. «Интересно, — подумалось вдруг Гарри, — Драко захочет снова поиграть с моим галстуком?» «И как ты предлагаешь мне вернуть тебе долг?» В который уже раз щеки Гарри опалило жаром. Он потянулся за книгой, придвинув её к себе, чтобы можно было сделать вид, будто читает. По крайней мере, не было необходимости говорить с Драко вслух, а то сложившаяся ситуация угрожала стать совсем уж странной. С помощью Связи можно было передать слова и не слышать, как они обретают реальный вес, разлетаясь в воздухе. «Ты ведь нарочно терзаешь меня, да?» «Может быть. Ты не ответил на вопрос». Гарри сглотнул. «Трансфигурация», — напомнил он себе слабо. — «Я здесь ради Трансфигурации!» «Думаю, ты сам знаешь». «Возможно». Подняв глаза, Гарри наткнулся на пронзительный взгляд Драко, перо у того в руке резко застыло. Скулы у Драко порозовели, окрашенные предательским румянцем, который стал неразлучным спутником большинства их разговоров. И Драко опять был так чертовски близко. Настолько близко, что только одно легкое движение отделяло их от поцелуя. Гарри нужно было лишь наклониться. И Боже, он хотел этого. Если бы они были наедине, в месте, где никто не увидел бы их и не услышал, будь у него уверенность, что никто об этом не узнает, то он сделал бы это. Он схватил бы эту блондинистую язву и целовал, пока в легких не сгорит весь кислород, просто чтобы прояснить всё до конца. Чтобы перестать изводить себя до безумия мыслями об этом. Он даже наплевал бы на свои постоянные волнения о том, что он не мастак целоваться. Ему просто необходимо было сделать это. С немалым усилием он собрал мысли в кулак. Ему до безумия хотелось, чтобы Драко был еще ближе, чтобы проверить, обретет ли всё смысл, как он того ожидает. Но он не мог. Только не в треклятой библиотеке. Кстати, о тонкостях. Их нахождение в пользующейся дурной славой секции Древней Арифмантики было таким же тонким намеком, как пинок между ног. Но, может быть, этого Гарри и не доставало, чтобы встретиться лицом к лицу с этими сбивающими с толку чувствами. — Итак, Трансфигурация? — спросил Драко, откашлявшись. — Ага, — ответил Гарри, начиная «плыть». — Трансфигурация. День обещал быть долгим. <br>