Ментальная связь

      Выдохшийся и опустошенный, Драко плюхнулся на кровать и сделал глубокий вдох. Прошедший день длился сегодня до бесконечности, завтрак с Поттером, казалось, произошел этак миллион лет назад.       Завтрак с Гарри Поттером. Событие сюрреалистическое, но, тем не менее, прошло всё довольно славно, если этим словом можно выразить произошедшее. Неизвестно, когда точно это случилось, но в какой-то момент его постоянная раздраженность от контакта с Гарри улетучилась, и они смогли общаться вполне нормально, не кусая другого побольнее в попытке защитить остатки личного пространства, не вызывая неконтролируемый гнев. Ну, по крайней мере, в большинстве случаев. И как бы ни неприятно было признавать, но после того, как он обсудил с Поттером свою сексуальную ориентацию, ему действительно полегчало, с плеч упал постоянно давящий груз. Нужно было с самого начала довериться суждению друзей, они опять оказались правы. Поразительно, что за такой короткий промежуток времени он сломал столько барьеров.       Он взял сумку, открыл её, проверяя вещи: наполовину сделанная работа по Зельям (твою за ногу, вот её-то точно надо поскорей закончить), учебник по Трансфигурации, футляр для пера… Он замер и нахмурился. Чего-то не хватало. Нет чертового шарфа! Совсем из головы вылетело, что он собирался забрать его после импровизированного завтрака. Только сейчас о нем вспомнил.       «Ох, уж этот Поттер, доверяй, но проверяй», — сварливо подумал он. Не то чтобы было холодно и он мёрз, ничего такого. Ноябрь, как обычно, был чудесной порой. Так что Драко просто придется до февраля наслаждаться снежным покровом в отсутствие своего треклятого шарфа. «Поттер, ты забыл мой шарф». . Ощутив, как вдоль позвоночника пробежали тревожные мурашки, он замер, заинтригованный. Его совсем не беспокоил тот факт, что шарф остался у Поттера, но, похоже, для Гарри всё было наоборот.       «Ты уверен?»       Брови у Драко взлетели вверх. Даже через Связь он почувствовал, насколько не уверен тон Гарри. Он прям воочию увидел, как тот нервно скребет затылок и рвет на себе волосы. «Да, уверен на сто процентов. Я оставлял его вместе с сумкой, а сейчас его нет». «Вероятней всего, я его и не подбирал. Поспрашивай у народа, может, кто-нибудь его находил».       Драко нахмурился. Как-то это было странно: если Гарри в глаза не видел шарф, то почему сразу не сказал об этом, когда Драко спросил? «Ладно, так и сделаю».       Он решил не терроризировать Гарри дальнейшими расспросами о загадочном исчезновении шарфа, а взять этот вопрос на заметку и хорошенько обдумать на досуге. Он был уверен, что шарф у Гарри. Он что, боялся вызвать гнев Драко, признавшись, что забыл о шарфе? Это же просто смехотворно! Драко, мягко говоря, был в бешенстве: он хорошо себя вёл, а сегодня так просто обращался с       Гарри прекрасно, и вот что он получает в награду.       Он помотал головой. Не мог Гарри устрашиться его гнева. Никогда этого не боялся и не начнет.       Кое-какая мыслишка промелькнула в голове Драко, намек на отгадку блеснул на краешке сознания. Слишком дерзкий намек, чтобы стать действительной догадкой. Гарри прекрасно осведомлен, что Драко — гей. И Драко начал подозревать, что Гарри тоже положил глаз на парней, пускай еще сам       Поттер этого не осознал…       Неужели Гарри нарочно не отдал шарф?       На пятом курсе у них с Панси была эпическая баталия за этот пресловутый долбанный шарф. Они не виделись всё лето, и, когда повстречались после каникул, глаза у Панси вылезли на лоб. Да, Драко прибавил в росте, начал использовать одеколон, но никак не ожидал, что это вызовет такой ажиотаж у девчонок. Оголтелое внимание с их стороны до жути его раздражало, тем более как раз этим летом Драко обнаружил, что предпочитает общество парней. Терпению Драко подошел конец, когда Панси взяла в моду тырить его шарф, мотивируя тем, что он приятно пахнет. Одного проклятия оказалось достаточно, чтобы поставить точку на этой привычке и вернуть шарф в свое распоряжение. Вот только некуда было деть нос, потому что шарф весь провонял её дурацкими девчачьими цветочными духами.       Если приложить ту логику событий к происходящему сегодня, то… Мерлин тебя побери, Гарри ведет себя как те чертовы девицы-подростки трехлетней давности.       Стоило Драко представить, как Гарри, сидя на кровати в гриффиндорской спальне, заворачивается в его шарф, и по спине у него побежали мурашки. Гарри, может, и туго соображает, но вот про Драко такого не скажешь.       «Ты уверен, что у тебя его нет? Может, забыл впопыхах в спальне или еще что?»       «Ничего такого. Я, конечно, взгляну, но вряд ли это что-то даст. Не припомню, чтобы подбирал его. Хотя, клясться не буду, может, и путаю. В общем, я проверю, вдруг со своим перепутал или типа того…»       Чтобы не заржать, Драко пришлось закусить кулак, хотя Гарри так и так не услышал бы его. Он просто воочию видел, как Гарри паникует, и прервал его прежде, чем этот балбес навредит себе. «Ну ладно, не парься, просто глянь при случае». Через Связь Драко ощутил, как его окатила волна облегчения. «Да, конечно. Ты завтра идешь на занятия?» «Да». «Хорошо, до встречи».       «Интересно, — подумал Драко, — повторится ли когда-нибудь наш с Гарри совместный завтрак». При обычных обстоятельствах, в Большом Зале, с делением на факультеты, это, разумеется, невозможно. Конечно, иногда ученики пересаживались, но чтобы Драко Малфой сидел за гриффиндорским столом? Не в этой жизни. Его проклянут раньше, чем он успеет налить себе кубок сока. Драко снова шлепнулся на кровать, скинул обувь, поддев ботинки пальцами ног, и положил руки под голову. С каждым кусочком паззла, складывающимся в общую картину, вероятность того, что Гарри все-таки гей, то обретала, то теряла всякий смысл.       Намерение Гарри подружиться с Драко. Его печально известные отвратительные отношения с девицей Уизли. Его ненормальная чуть ли не одержимость сном Драко. То, как близко он находился, его руки, касающиеся Драко. И вот теперь похищение шарфа.       Сомнительно, знаете ли, для гетеросексуального поведения, как ни крути. Но чтобы Гарри предпочитал парней? Весь мир замер в ожидании того, как он займет достойное место в обществе, воссоединится со школьной возлюбленной, родит троих идеальных отпрысков и начнет раздавать направо и налево вежливые кивки и улыбки, как образцовый герой. Драко фыркнул и помотал головой. Недалекой общественности неизвестны спорные поступки Гарри в отрочестве. Она не видит его ежедневно и не представляет, что у Гарри, как и любого нормального человека, есть свои причуды и недостатки.       Драко прикинул, кто из друзей Гарри стал подозревать о чем-то. Например, заметила ли девчонка Уизли, что её так называемый бойфренд больше заинтересован в Драко, чем в ней? «Вероятней всего, нет, — подумал Драко, как заправская стерва. — Ведь ей надо успевать мутить со своим бывшим».       Драко задался вопросом, что произошло бы, поддайся он тому сумасшедшему порыву и поцелуй Гарри там, в коридоре? Скорей всего, смачный хук в лицо. Не столько от ярости, сколько в качестве реакции на шок. Нет, добром бы это точно не кончилось, учитывая полную неосведомленность Гарри насчет собственной ориентации.       Но черт с ней, с ориентацией Гарри, пора Драко разобраться со своей собственной.       Да, ему нравятся мужчины, нравится смотреть на них, нравится находиться рядом. А быть с девчонками — полный отстой и пакость. Так что пришла пора признать, что как бы омерзителен ни был их с Панси поцелуй, несправедливо обвинять в этом только её кошмарные поцелуйные навыки.       Объявить о своих пристрастиях — огромный шаг. Однако… если он в самом деле хочет построить с кем-то отношения, то сделать этот шаг просто необходимо. Жизнь его была полна одиночества: единственный ребенок в семье да еще ступивший на сомнительную дорожку. Сейчас он повзрослел, выпуск из Хогвартса все приближался, возможно, пришло время стать более открытым и впустить кого-то в свою жизнь.       Забавно, что при мысли об этом «ком-то», на ум ему сразу пришел Гарри. Забота, какую проявлял о нем Гарри, заставила что-то переключиться в его восприятии. Возможно, всё не так уж скверно. Если, будучи геем, он сможет привлечь внимание такого парня как Гарри, то, черт, оно того стоит. Что-то невыразимое растеклось по жилам Драко, пробуждая в нем уверенность, какой он давно не ощущал.       Он улыбнулся. <center>***<center>       Прошествовав мимо класса Арифмантики на четвертом этаже, Гарри нахмурился и притормозил в сомнениях. Он оглянулся и посмотрел на группку девиц, столпившихся у дверей кабинета и громко о чем-то перешептывающихся, бросая на него косые взгляды исподтишка. Увидев, что он смотрит, девчонки отвернулись, только усилив нарастающие подозрения Гарри.       Нахмурившись сильнее, он отвернулся и темной грозовой тучей продолжил свой путь. Завернув за угол, он прошел мимо двух пуффендуйцев, которые преувеличенно уважительно кивнули ему, а потом уставились друг на друга большими глазами. Гарри снова остановился и, обернувшись, пронаблюдал, как они удалились от него, близко-близко склонив друг к другу головы.       Верно. Для него самого не было секретом, что после войны он стал несколько… невосприимчив к окружающей реальности, не особо вникая в то, что творится вокруг него. Ничего не поделать, так уж вышло, что постоянная угроза верной смерти сотворила чудеса с его склонностью погружаться в собственный внутренний мир, так что он стал как-то выпадать из гущи событий и чаще видеть сны наяву, чем-то, что на самом деле вершится вокруг.       Но уж каким бы отчужденным и далеким от жизни он ни был, даже от Поттера не укрылось, что происходит странное. В районе полудня во вторник он засек, что люди как-то чудно пялятся на него. А к утру четверга он стал подмечать тут и там шепчущиеся группы, и число их уже явно превышало допустимые нормы. Ему срочно нужна была Гермиона. Он представления не имел, чем дал пищу для таких обильных толков. Он не пытался нелегально поучаствовать в каком-то турнире, не вел бесед с монстрами в стенах, не бился в припадках бешенства там и сям. В последнее время он вел себя совершенно нормально и был чище слезы младенца, так откуда этот внезапный интерес к его скромной персоне?       Дело явно было не в Джинни. Они даже не разговаривали после той их громкой ссоры в мальчишеской спальне. Разумеется, пару раз она попадалась ему на глаза, но предпочитала в упор его игнорировать, что, впрочем, полностью его устраивало.       Учеба не оставляла времени беспокоиться насчет Джинни. Он был завален кучей эссе, чтением и подготовкой заданий по всем предметам. Ему удалось разделаться почти со всеми с помощью Рона, Гермионы и… Драко. Ему было всё легче и легче общаться с Малфоем, и сейчас он чаще обращался за помощью к нему, чем к Гермионе. Его, конечно, подъедало чувство вины, но крупное преимущество в том, что Драко мог ответить всего одним предложением или просто извиниться и сказать, что не знает, оправдывало его выбор. Экономия времени была на лицо, с Гермионой, которую частенько заносило, такой финт не прошел бы. Вот в этом-то и было дело. Можно было спросить Драко о работе по Трансфигурации, которую надо завтра сдавать. Можно было, само собой, спросить и Гермиону, но у той по каким-то причинам сложилось впечатление (может быть, потому что Гарри случайно ей так сказал), что он эту работу уже добил. «Ты закончил Трансфигурацию?» «Нет, собираюсь вечером пойти в библиотеку и дописать последние два пункта. А ты?» Гарри испытал облегчение: не он один затянул с домашкой. Он спускался слева от главной лестницы, надеясь, что Рон и Гермиона уже внизу, обедают в Главном Зале. «Я тоже нет. Осталось три последних сделать». «Если ты застрял, то приходи ко мне, у меня есть нужные книги».       Гарри озадачился, но улыбнулся: не ожидал он от Драко прямолинейного предложения помочь. И он не такой дурак, чтобы отказываться от реального шанса разобраться с заданием. И кроме того, будет славно снова поговорить с Драко лицом к лицу. В последний раз всё прошло не так скверно, как можно было ожидать. А со времени их совместного завтрака прошло уже четыре дня. Оставалось только надеяться, что Драко не будет пытать его насчет пропавшего шарфа. Гарри сильно сомневался, что сможет врать о его местонахождении, глядя Драко в глаза, прекрасно зная, что шарф преспокойненько лежит у него под подушкой. «Спасибо. Приду».       Он спустился по лестнице, невольно задержав внимание на банде девиц, которые, завидев его, начали дико хихикать. Они, конечное дело, могли ржать по любому поводу, но в нем почему-то укрепились неприятные подозрения, что речь шла именно о нем.       Естественно, настроения ему это не добавило. Он зло дернул ремень сумки, закидывая ее покрепче на плечо, и промчался мимо, зыркая по сторонам в поиске знакомых лиц. Если Рон с Гермионой уже отчалили в общую гостиную без него, придется прописать им пару ласковых… слов. Или не очень ласковых. В толпе перед входом в Большой Зал вдруг блеснула копна знакомых светлых волос, и сердце у Гарри нервно дрогнуло, но сейчас же вернулось на место. Он с радостью подошел бы поздороваться с Луной, если бы рядом с ней не торчала Джинни.       Он растерянно заозирался, выискивая безопасный путь к еде, но только он присмотрел перспективную свору гриффиндорцев-первокурсников, которая могла послужить ему отличным прикрытием, как услышал бодрый голос, выкрикивающий его имя. Он съежился. — Гарри! Ты чего так вытаращился на малявок? Хоть бы поздоровался. Делать нечего, пришлось ковылять к Луне, с каждым шагом чувствуя всё бОльшую неловкость. Луна махала ему и ела взглядом, а Джинни пожирала взглядом пол, скрестив на груди руки. — Привет, Луна! — несколько громче нужного поприветствовал Гарри и после паузы добавил, — Привет, Джин. Та стрельнула в него глазами. — Привет, — тихо буркнула она. Ответ её почти потерялся на фоне необычно активного приветствия Луны. Та взволнованно продолжала: — Давно не виделись! Ой, ты, наверное, был занят с Малфоем, да? Могу себе представить, какое бремя все эти дела со Связью. — Да, есть такое, — слабо отозвался Гарри, желая, чтобы в Луне пробудился от вековечного сна здравый смысл и она помолчала. — Думаю, «бремя» — это не вполне верное слово, — вмешалась в разговор Джинни, и Гарри уставился на нее. — Что? — Уверена, что «бремя» как раз отражает ситуацию, — озадаченно возразила Луна. — Малфой, как ни крути, довольно трудный человек, не так ли? — Ну, а я слышала от Гарри совсем другое, он как раз не находит Малфоя сколько-нибудь трудным, — сказала Джинни, подняв наконец злые и страдающие глаза на парня. — Скорее, он полагает, что общаться с ним легко и просто. У Гарри челюсть отвалилась. Он повел глазами вокруг и отметил несколько человек неподалеку, с любопытством навостривших уши, и, что хуже, явно находящихся в зоне слышимости. — К чему ты клонишь? — понизив голос, спросил он Джинни, шагнув к ней. Девушка обожгла его взглядом. — Не делай вид, что не понимаешь. — Понимаю что? — с нажимом спросил он. — Предполагается, что я о чем-то знаю? Поэтому на меня все так пялятся в последнее время? Джинни горько рассмеялась. — Шутишь, что ли? Или окончательно от реального мира отрезали? — Она развернулась, собираясь уйти, но Гарри проворно схватил её за рукав. — Если тебе есть что сказать — говори, — рассерженно потребовал он, стараясь не повышать голос. Джинни сделала большие глаза. — Ты что, совсем тупой? — Не смей меня оскорблять, — выпалил он, отпуская её рукав. — Ну, а как тебя еще называть? Ты действительно тупой, если считал, что никто не узнает! Как будто не знаешь, что в этой школе сплетни разносятся со скоростью света, к тому же, ты и скрывать-то особо не пытался… — Скрывать что? — воскликнул Гарри. — Что вы с Малфоем теперь вместе! — взорвалась Джинни, отшибив Гарри мозг. — Все в курсе, Гарри! Лаванда Браун видела, как вы обнимались в коридоре. Вся школа наблюдала, какими глазами ты на него смотришь, как говоришь о нем. Еще этот ваш треклятый романтический завтрак… — Откуда ты знаешь, что мы завтракали? — вырвалось у Гарри. Джинни аж рот открыла. — Тебя это больше всего волнует? Вся школа гудит, обсуждая, что ты встречаешься с Малфоем, а тебя беспокоит только это?! Гарри услышал позади себя сдержанные смешки. — Мы с Малфоем не встречаемся, — сказал он и обернулся на смех: на них уставились несколько групп учеников разных курсов и факультетов — слишком много народу, чтобы велеть им заткнуться. — Я не встречаюсь с Малфоем, — громко и зло повторил он, повернувшись назад к Джинни. — И поэтому ты так отдалился от нас, да? — выкрикнула Джинни, сверкая глазами. — Поэтому ведешь себя так странно? Едва цедишь слова, когда говоришь со мной, зато с Малфоем почесать языками проблем не возникает… — Мы «связаны»! — повысил голос Гарри. — Я, что ли, в этом виноват?! — Связь не обязывает тебя завтракать с ним или обниматься с его шарфом, или проводить с ним больше времени, чем с нами! — вопила Джинни. — Да ты, блин, просто помешан на нем! — Вовсе нет! — запротестовал Гарри, а на задворках разума вспыхнула мысль, что он сейчас не очень-то искренен. — Да неужели?! — саркастически произнесла Джинни. У Гарри пошла кругом голова, мысли смешались и перепутались. — Вовсе нет, — повторил он. — Какого хрена?! Бога ради, Малфой парень. Джинни покачала головой. — Сдается, для тебя это не имеет значения… — Твою мать, Джинни, я не голубой! Луна нахмурилась: — А в этом что-то есть… Гарри повернулся к ней: — Я не голубой! — Конечно, нет. Разойдись. Гарри повернулся на раздавшийся из-за спины знакомый голос — к ним приближался Рон с Симусом на буксире. — Джинни, успокойся и отвали от Гарри, — сурово приказал Рон. Девушка открыла было рот в негодовании, но Рон заткнул её одним лишь строгим взглядом, определенно перенятым у Гермионы. Гарри подумалось, что пора уже предложить Рону должность личного спасателя, пока тот брал девицу под локоток и спроваживал в сторонку, шепча что-то ей на ухо. — Ну и концерт вы тут устроили, — усмехнулся Симус. Гарри собрался возмутиться, но Симус уже не глядел на него. — Давно не виделись, — дружелюбно кивнул он Луне. — Обычно в компанию меня приглашает Гарри, а он был несколько занят в последнее время, — серьёзно заметила Луна. Гарри виновато опустил голову. Оказывается, это не просто истерики Джинни, но вот и Луна пала жертвой его затруднительной ситуации. — Вот оно что. Ну, если ты не против, присоединяйся к нам завтра на прогулке, — предложил Симус, и Луна с энтузиазмом кивнула. Серьги-земляники у нее в ушах так и взметнулись вверх. — Было бы замечательно! — согласилась она и повернулась к Гарри. — Вы с Малфоем тоже пойдете? Гарри закрыл глаза, пытаясь что-то сообразить. — Эм, нет, сомневаюсь. Луна вздохнула. — Жаль, было бы славно. Тем более мы толком и не виделись после того, как он принес извинения, — она погладила его по руке, — Ладно, лучше я пойду за Джинни, похоже, ты её расстроил. Увидимся, Гарри. Тот проводил её взглядом: девушка прошла мимо возвращающегося в одиночку Рона. Видок у того был сумрачный. Народ так и бурлил вокруг, нагло смеясь и почти наступая на пятки. — Идём, — сказал Рон. — Надо выбираться отсюда.       Без возражения Гарри последовал за ним. Он кожей чувствовал на себе любопытные взгляды учеников, пока они с Роном спешно покидали Большой Зал. Они двинулись в направлении библиотеки, которая должна была пустовать, пока ученики утянулись на обед. В груди стали вздыматься смущение и злость на Джинни по мере того, как он осознавал, что к ужину уже вся школа будет извещена об её обвинениях.       Господи, Драко придет в бешенство. Если начнутся сплетни и будут распускать слухи о том, что между ними что-то есть, то он яро психанет. Что было, когда только один Гарри узнал о его ориентации, а тут вся школа…       Боже, да побоку Малфоя, Гарри сам одуревал от происходящего. Все убеждены, что он голубой, Джинни твердит, что он голубой — а ведь это неправда. Тут в голове у него всплыл шарф, который он прятал под одеялом, и тот факт, что он по какой-то причине никак не может с ним расстаться… нет. Он не такой. — Гарри, ты в порядке? Гарри заколебался, но не повернулся к Рону, а замедлил шаг и совсем остановился. — Нет, — ответил он нервно. — Все говорят… Я даже не знаю, что за фигня происходит в моей жизни. — Он прислонился к доспехам, стоящим у стены, и Рон с Симусом встали рядом. Гарри уронил сумку на пол и стал тереть лицо, ероша челку. — Тебя можно понять, дружище, — после паузы сказал Симус. — С тобой столько всего произошло. Гарри убрал руки от лица. — Это же просто бред сивой кобылы. Мы с Драко стали разговаривать, и все тут же записали нас в любовники. Рон с Симусом переглянулись. — Ну… — неуверенно заикнулся Рон. — Ты-то ведь не думаешь, что это правда, да?! — слабо спросил Гарри. — Рон, я не голубой… я же с твоей сестрой встречался… Рон серьезно посмотрел на друга, и щеки у него под веснушками налились румянцем. — Гарри, в последнее время ты говоришь странные вещи. Симус кивнул, соглашаясь: — Ты зовешь его Драко. — Но это же ведь его имя, — начал было Гарри и осекся, с каждой минутой чувствуя себя все более сбитым с толку и сконфуженным. — На днях ты пошутил о том, чтобы встречаться с Малфоем, — напомнил Рон. Гарри ошеломленно заскрипел извилинами. — Ну про то, что мог бы поучаствовать в пари насчет финала вашей Связи. «А. Вот он о чем. Но ведь это была шутка. Почему Рон приплетает сюда еще и это?» — Да ведь я пошутил… Однако Рон покачал головой. — В твоем тоне не было намека на смех. Ты говорил так… так будто всерьёз готов на это, — серьезно сказал Рон. — Да еще я в курсе, что этот треклятый шарф все еще у тебя. — Его шарф у тебя? — изумился Симус. Гарри хотел отступить, но уперся спиной в стену. — Всё не так, — хрипло каркнул он, мотая головой. — Это всё уже вышло из-под контроля. — Ну раз уж ты осознал, — Рон кинул взгляд на Симуса, а потом многозначительно поглядел на Гарри, — то ты знаешь, что не обязан давать задний ход. — Осознал что? — с любопытством спросил Симус, переводя взгляд с Рона на Гарри и обратно. Рон проигнорировал его. — Гарри, ты ведь знаешь, что никому нет дела… — Боже, да прекрати уже, а?! — заорал Гарри, наклонился и подобрал свою сумку. — Я не такой… Я просто пытался завести друга, а вы все… Да пошло оно всё. — С пылающим лицом он протолкнулся мимо Рона с Симусом и помчался прочь, желая убраться подальше от их глупых разговоров. — Гарри, подожди! Он не обернулся к Рону, а унесся по коридору, почти срываясь на бег. Это же просто смехотворно! Он не голубой! Не голубой он и всё. Впадая в панику и теряя способность ясно соображать, он проскочил через гобелен, за которым скрывалась потайная лестница, и стал подниматься, в спешке запнувшись о первые ступени. Помимо воли мысли его вернулись ко сну Драко, тому, как он безуспешно силился что-то понять, прижимая шарф Драко к лицу. «О, Боже». Он же не такой, правда?       Только один человек был в состоянии оказать ему помощь, вытащить из этой задницы, в которую он вляпался. Иронично, что это был тот же человек, благодаря кому он в ней и оказался. «Драко, где ты?» Он замедлил шаг, сердце бухало в груди из-за бегства от Рона с Симусом и шумящего в крови адреналина. Вне сомнений, это была хреновенькая идея: идти к гею, когда все дружно считают геем тебя. А с другой стороны, у него, возможно, были ответы, услышать которые Гарри был не готов. «Класс Арифмантики. Третий этаж, комната рядом с изображением китайского фейерверка».       Сердце у Гарри ёкнуло. Если прикинуть, то Драко был практически рядом: подняться по лестнице, завернуть за угол и войти во вторую справа дверь. Не давая себе времени на сомнения относительно того, хорошая ли эта идея, он взлетел вверх по лестнице с такой скоростью, будто за ним гнались. Проходя через гобелен на другом конце лестницы, он чуть не свалил с ног профессора Вектор. Он, однако, даже не притормозил, только бросил извинение на бегу. Завернув за угол, промчался мимо картины с изображением широко известного вредного дракона и стал замедляться у класса Арифмантики.       В голову ему вдруг взбрела мысль, и он остановился. Почему Драко здесь? Он один или в компании с Паркинсон? Или, там, Ноттом или еще с кем? Он потянулся к дверной ручке, чувствуя, как сердце заходится в груди и перехватывает дыхание. «Ты один?» «Да. А что?»       Гарри не стал утруждать себя ответом. Он быстро оглянулся по сторонам, а затем скользнул в кабинет, тут же закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, тяжело дыша и ища глазами Драко. Тот сидел за партой неподалеку от входа, с пером в одной руке и бутербродом в другой. На столе перед ним лежали несколько пергаментов и раскрытая книга. Он изумленно воззрился на Гарри: — Ты что, бегом сюда бежал? — спросил он, хмурясь и откладывая бутерброд в сторону. Гарри сглотнул, наблюдая за его движениями. — Вообще, да. Сбежал ото всех. Драко его слова заинтриговали. — Почему? Что они натворили? Смутившись, Гарри отвел взгляд. Он оттолкнулся от двери и, засунув руки в карманы, подошел к парте Драко. — Почему ты здесь занимаешься? — Потому что здесь тихо и спокойно. И ты не ответил на вопрос. Продолжая избегать глаз Драко, Гарри перевернул одну из книг к себе, глядя, что читает Драко. Тот нетерпеливо крякнул и обиженно перевернул книгу обратно к себе так быстро, что Гарри не успел даже мельком что-то увидеть. — Я так полагаю, ты примчался сюда совсем не за тем, чтобы заниматься Трансфигурацией, — неспеша проговорил Драко, вращая перо между пальцами. Так и не подняв глаз, Гарри покачал головой. С чего начать разговор? О чем ему вообще говорить? — Мне нужно было поговорить с кем-нибудь, — тихо произнес он, не осмеливаясь взглянуть Драко в лицо. Некоторое время стояла тишина, потом Драко заговорил. В голосе его звучало любопытство. — А почему ты не пошел к Уизли или Грейнджер? Думаю, от них тебе будет больше пользы. — Люди стали обсуждать нас, — выпалил Гарри, чувствуя, что неумолимо краснеет, и желая провалиться сквозь землю. — Болтают всякое. — Всякое? — Они думают… Я никому ничего не говорил о тебе, клянусь, но все считают… что ты мне нравишься и что между нами что-то есть. Гарри заставил себя взглянуть на Драко и напрягся в ожидании как минимум ядерного взрыва. Его не последовало. Драко каменной статуей сидел на стуле, пожирая Гарри глазами, потом сглотнул и после самой длинной паузы в жизни Гарри, прочистил горло и спросил: — И почему, по-твоему, они говорят такое? Гарри с трудом удалось не отступить и устоять на месте. Драко смотрел прямо на него, совершенно лишая Гарри равновесия. Он-то был убежден, что Драко озвереет и обидится насмерть, а тот сидит себе спокойненько и не трепыхается, будто речь не о нем. — Ты что, не понял? — уточнил Гарри, и даже на его слух голос звучал странно. — Если они считают, что между нами что-то есть, то очевиден вывод, что ты… Казалось, Драко обдумывает слова Гарри. Он опустил глаза, хмурая складка между бровей стала глубже. А потом он поглядел на Гарри и сделал медленный глубокий вдох. — Да, пожалуй, вывод очевиден. Гарри громко сглотнул, потому что Драко неспеша отъехал со стулом назад, поднялся, обошел стол и приблизился к Гарри вплотную. Он стоял теперь так близко, что их плечи соприкасались. — Почему ты решил прийти ко мне? — негромко спросил он, проводя пальцем по краю книги, к которой Гарри проявил интерес. Поттер открыл рот, пытаясь выдать какое-то логичное объяснение, но не нашел его. — Я не знаю. Люди думают, что я… И я подумал… — Он умолк, мотая головой. Он совсем потерялся. Внезапно Драко стал медленно перемещаться, вынуждая Гарри отступить в панике и растерянности от их близости. Гарри дернулся, но было поздно: он оказался зажат между соседней партой и Драко. — Ты очень близко, — глупо озвучил он очевидное, и Драко усмехнулся. — Именно, — подтвердил он, глядя Гарри прямо в глаза. — Не боишься, что кто-нибудь войдет и увидит, как ты загнал меня в угол? Тогда все убедятся, что ты гей, — выдавил-таки Гарри, глядя на Драко большими глазами. Столешница больно давила в спину, да еще Драко был так близко. — Это больше неважно, — тихо проговорил Драко. — А вот что важно, так это то, почему ты решил найти меня. Поспорить могу, что ты и сам не отдаешь себе отчет в том, почему приходишь ко мне чаще, чем к друзьям. Быть может, тебе пора перестать беспокоиться обо мне и начать задумываться, по каким-таким внезапным причинам ты полагаешься на меня больше, чем на собственных друзей, с которыми знаком семь лет? Гарри тихонько помотал головой. И едва не задохнулся, когда Драко подступил вплотную, так что теперь их ноги соприкасались. — Причина в том, что ты здорово хлебнул дерьма благодаря Темному Лорду, и ты чувствуешь свою сопричастность моей судьбе? — тихим голосом спросил Драко. Он осторожно потянулся и взял в руки краешек галстука Гарри. И Гарри заметил, что пальцы у Драко дрожат. — Или это потому, что ты спас мне жизнь? — продолжил Малфой, глядя на свои пальцы и аккуратно перехватывая красно-золотую ткань между ними. Он сделал глубокий вдох, выдохнул, казалось, собираясь с силами и подбадривая себя, а затем поднял на Гарри горящие глаза. — Или всё дело в том, что я гей, и это как-то касается тебя?       Гарри парализовало. Он никогда не был настолько близко к другому парню. Вот чтобы так близко: лицо к лицу, глаза в глаза. Так близко, что они могли бы поцеловаться. Но мозг Гарри уже, вероятно, отключился, и думать он был не в состоянии. О Боже, они все были правы, он повернут на Драко и том факте, что Драко гей. И, может статься, он не мог оторваться от чертового шарфа, потому что предпочел бы, чтобы к нему прижимался Драко. Именно Драко, а не кто-нибудь другой. Но, твою мать, Драко пиздец как близко. Спокойно можно различить все искорки синего в его серых глазах.       Паника и ужас просто выворачивали Гарри наизнанку. Ведь он был в глубочайшей заднице, так как не находил ни грамма дурного в том, что Драко сейчас к нему впритык. О, Боже, он такой… Похоже, Драко не требовался ответ. Он нежно потянул к себе галстук Гарри. — Ты предпочел бы сейчас сбежать? Гарри удалось кивнуть и прохрипеть: — Да, с твоего позволения. Губы Драко дрогнули в улыбке. — Тогда беги. Гарри рванул с места в карьер. Он умчался из кабинета, захлопнув за собой дверь. Он пронесся по коридору и затормозил о стену, прижал руку к сердцу, отчаянно рвущемуся из груди. Ну, похоже, он получил ответ на свой вопрос. <br>