Ментальная связь

Гарри не верилось. Несмотря на, мягко говоря, досадное столкновение с Девлином Кроули и сомнительную по приятности беседу с Аберфортом, Драко в общем и целом пребывал в настолько приподнятом настроении, что даже согласился с тем, что Гарри провозгласил их официальной парой. Потому что возмущенные протесты и негодующие взгляды и фырканья нельзя счесть серьезной препоной, когда для принятия решения требуется примерно полчаса. И вот теперь рука об руку они шли по улочкам Хогсмида. Ощущение было невероятное, и Гарри вдруг понял, откуда у Рона та кривая улыбка, которая украшает его лицо каждый раз, когда Гермиона берет его за руку. Это было так правильно. Гарри осознавал, что они просто идут рядом, а он так рад, что улыбается, как полный идиот, но ничего не мог с этим поделать. Конечно, немалую долю этой радости составляло чувство морального удовлетворения от того, что они разобрались с Девлином Кроули. В каком-то смысле такая победа приносила больше удовольствия, чем вульгарные побои или насланные проклятия, а еще было здорово, как их с Драко команда четко и слаженно сработала, поставив Кроули на место, попутно доведя его до бешенства. А теперь… у него есть парень. Бойфренд. Партнер. Вторая половина. Заноза в заднице. Человек, рядом с которым хочется быть. Человек, которому придется терпеть его импульсивность и упрямство, исполнять его хотелки и требования. Мужчина, который раньше был трусом, но смог измениться совершенно, чем невообразимо интриговал Гарри. Если подумать, то это было тотальное сумасшествие. Однако если не вдаваться в ненужные подробности и не перегибать палку, анализируя эти отношения, то наружу проступал очевидный факт – с Драко Гарри чувствовал себя обычным нормальным человеком, просто подростком, которому нравится проводить время с важным для него человеком: нежничать, подразнивать, самому терпеть подначки и переживать бьющее через край желание целовать. На их хрупкие отношения всё это временами оказывало ощутимое давление. Теперь, они отвечали не только каждый сам за себя, сейчас у них были определенные обязательства друг перед другом. Учитывая, что у Гарри был не особо успешный опыт, включающий в себя отношения всего с двумя людьми, то можно было с твердой уверенностью сказать, что Гарри представления не имеет, в чем заключаются эти «определенные обязательства». Пофигу пока на все обязательства, в данный момент всё, о чем Гарри мог думать, это о том, что он хочет поцеловать Драко. Он всё чаще ловил себя на том, что пялится на губы Драко, но ничего не мог с этим поделать. Ему хотелось просто прижать Драко к ближайшей стене и целовать, пока не кончится дыхание. После их полуночного свидания несколько дней назад у Гарри не было возможности продуктивно побыть с Драко наедине, и терпение его подходило к концу. Похоже, и его чувству морали и растущему либидо было совершенно безразлично, что сейчас они находятся посреди улицы. Плюс к этому, они теперь пара, так что Гарри разрешено целовать Драко, когда и сколько захочется, верно? Драко официально лишился права жаловаться на то, что его лапают в публичном месте, и дал согласие на то, чтобы Гарри… ну, вы поняли. − Что? – спросил Драко, щеки его украсил нежный розовый румянец. – Чего ты так смотришь на меня? Они не спеша шли по улице. − Да вот гадаю, проклянешь ли ты меня, если я поцелую тебя прямо здесь на одной из главных улиц, − честно признался Гарри и ухмыльнулся. Драко кинул на него взгляд одновременно яростный и игривый и прищурил глаза: − Да, мне тоже интересно, − усмехнулся он. Пораженный Гарри мгновенно справился с изумлением: − Меня такой ответ устраивает, − сказал он и, схватив Драко за воротник пальто, притянул его ближе и поцеловал прямо в губы. Преодолев секундное колебание, Драко встал поудобнее, взяв Гарри за рукава, и приоткрыв рот, ответил на поцелуй. Гарри ликовал. Губы Драко были влажными, жаркими и просто великолепными. К тому же в кои-то веки Малфой не жаловался, не ворчал и не ныл, что им надо где-то укрыться. Он просто целовал Гарри, сжимая его предплечья и выделывая языком такие чудеса, что у Гарри просто крыша ехала. − Господи, места поприличней не нашли? Услышав оклик, Гарри с Драко отпрянули друг от друга и повернули головы на голос. По улице к ним шли Рон, Гермиона и остальные гриффиндорцы. Гарри расстроился, что их прервали и ощутил волну раздражения и разочарования, окатившую также и Драко. «Скажи им, чтоб отвалили», − зло потребовал Драко и, засунув руки в карманы и поворачиваясь к компании спиной. Слава Богу, что он отвернулся, потому что в этот самый момент из-за спин Лаванды и Симуса выступили Джинни и Дин. − Ребята, привет! – сказал Гарри, без особо энтузиазма помахав им рукой, а свободной рукой схватил Драко за рукав и притянул к себе. Драко, собравшийся по-тихому свалить на сторону, гневно хрюкнул, но активно сопротивляться не стал. «Твою за ногу!» − возмущенно вскрикнул Драко, повернувшись и увидев Джинни. – «Я передумал. Скажи лучше ей, чтобы проваливала!». − Вы из «Кабаньей головы?» − спросил Рон. – Мы собираемся зайти выпить. − Ага, мы уже оттуда, − ответил Гарри, проигнорировав брюзжание Драко. – Хотим немного прогуляться. − Ага, мы заметили, как вы прогуливаетесь, − подковырнул Симус. Гарри крепче вцепился в пальто Драко, ощутив, как тот в раздражении дернулся, скрипнув челюстями. Гарри хоть и считал, что Драко, находясь в численном проигрыше, смолчит, но не был в этом на сто процентов уверен. И тут же задумался, чью сторону он примет, если ситуация выйдет из-под контроля. − Куда вы собирались пойти? − спросил Рон. – Думаю, через Восточные ворота вам не пробраться, их завалило снегом. Гарри пожал плечами. − Не знаю. Куда глаза глядят. − Ну, вы как хотите, а мне надо согреться, а для этого выпить, − сказал Симус, потирая руки. – Уверены, что не хотите присоединиться и выпить с нами по кружечке? − Не, мы только-только вышли оттуда, − объяснил Гарри, хотя это была лишь малая часть правды. На самом деле, причин для отказа было несколько. Печальное понимающее выражение на лице Джинни было одной из них да плюс неуместные шуточки, которых не избежать. Ну и взрывной нрав Драко также играл не последнюю роль. Основной же и самой весомой причиной была вполне реальная перспектива продолжить целоваться под снегопадом. − Ну, если вас точно не уговорить, − начала было Гермиона, и Драко, громко вздохнув, нетерпеливо крутанулся на месте, глядя куда-то вдаль. Гарри так бы и закатил глаза: Драко только дай повод, и он превращается в избалованного мальца. Было немного дико, что сейчас Гарри это, скорей, забавляло, чем бесило. − Нас точно не уговорить, − ответил Гарри и ощутил, как Драко напрягся, а потом чертыхнулся. − Блядь. − Какая же теплая компашка у нас тут собралась, − прозвучал чей-то визгливый голос. Гарри развернулся, поглядев в ту же сторону, что и Драко. Сердце у него упало, когда он увидел приближающихся: Панси Паркинсон и Тео Нотта. У Тео был встревоженный вид, тогда как Панси выглядела озлобленной, и Гарри как-то сразу понял, почему Драко предпочел наложить на себя чары невидимости, лишь бы не столкнуться с ней, пока она явно не в духе. Гриффиндорцы за их спинами резко умолкли. − Теперь тусуемся с грифами, да, Драко? – с горечью сказала Панси, останавливаясь в паре метров от них. – Боже ты мой, до чего дошло. Гарри вздрогнул, ощутив, как Драко и все гриффиндорцы вскинулись, услышав ее слова. Мерлин, доходит до нее явно небыстро. Гарри догадывался, что она бесится из-за того, что Драко предпочел его, Гарри, ей, уничтожив тем самым её девичьи иллюзии об их с Драко идеальном романе, но остальные-то об этом представления не имели, так что не будут долго сомневаться, прежде чем вытащить палочку и ответить на брань проклятием. − Я еще могу понять, что ты решил примазаться к Поттеру, − сказала Панси, − но уж никак не думала, что ты скатишься до такого. − И как это понимать? – рассердился Рон, угрожающе выступая вперед. Гермиона схватила его за руку и оттащила назад. Симус с Джинни хоть пока и промолчали, но оба вздрогнули и рефлекторно потянулись за палочками. Гарри уловил движение со стороны Драко и посмотрел на него: тот рьяно потер лицо, потом поднял глаза на Панси, перевел взгляд на рассерженных гриффиндорцев – выражение лица у него было ровное и отрешенное. Это было просто чудовищно: стоять вот так в окружении двух групп друзей, враждебно настроенных друг к другу, и понимать, что не способен ничего сделать. Гарри разрывался, осознавая собственную беспомощность. Если бы речь шла о ссоре между слизеринцами и гриффиндорцами, он, разумеется, безоговорочно принял бы сторону друзей. Однако речь шла о Драко, и бросить его он не мог. Мало того, копни поглубже, и станет очевидно, что в этот раз дело не ограничивается банальным местным эпизодом межфакультетской вражды, в данном случае имели место противоречивые эмоции, переживаемые подростками. Окружающий их мир менялся, и их разрывали запутанные эмоции по отношению к друзьям и самим себе: обиды, непонятные претензии и чувство предательства. Они жаждали найти себе место в этом новом мире, которому было уже абсолютно неважно, к какому факультету ты принадлежишь. Драко задержался взглядом на гриффиндорцах. Гарри, в свою очередь, смотрел на него, пока тот безмолвно оценивал ратную готовность гриффиндорцев встать на защиту чести своего факультета от посягательств глупой девчонки, обозленной тем, что всё складывается совсем не так, как хотелось бы ей. Секунды капали, и, когда во всеобщем молчании раздался негромкий голос Драко, Гарри затаил дыхание. − Угомонись, Панс, − тихо сказал он. Гарри ощущал через Связь его смущение и напряжение и задался вопросом, стоит ему уйти или остаться. – Поговорим позже. − Драко, − начала было она, но он оборвал ее, резко мотнув головой. − Если не можешь оставаться в рамках приличий, то даже не начинай. Всему свое время и место, − отрезал Драко. – И явно не здесь и не сейчас. Панси пристально смотрела на него, а потом её лицо перекосило от гнева и обиды. Быстрым шагом она бросилась вперед, пропихнувшись мимо толпы, попутно толкнув плечом Гарри и Лаванду. Тео, вздохнув, тоже сделал шаг вперед. − Мне жаль, − тихо проговорил он, и Гарри осталось лишь сомневаться, обращался ли Тео ко всем ним или только к Драко. – Она просто… − Знаю, − угрюмо отозвался Драко. – Но передай ей, пусть уймется, пока я не забыл, что мы друзья. − Она успокоится, − сказал Тео, неловко похлопал Драко по плечу и последовал за Панси, на ходу кивнув Рону и остальным. Спустя несколько мгновений он растворился в вихрях снега, и оставшиеся сразу выдохнули, расслабились и убрали руки с палочек. Симус с Дином посмотрели друг на друга, подняв брови, и обменялись какими-то репликами, которые Гарри не расслышал. Рон шумно выдохнул, коротко хохотнул, переглянувшись с Гермионой, а потом обернулся к Гарри с Драко. − Отлично сработано, Малфой. − Отвали, − вспылил Драко, и Рон в шоке отступил. – Не для тебя старался. − Прости. – Рон поднял руки, сдаваясь. – Просто хотел проявить вежливость. − Обойдусь, − отрезал Драко и повернулся ко всем спиной, скрестив на груди руки. Гарри вздохнул. Конечно, в случившемся никто не виноват, но Драко не стоило вымещать свое недовольство на всех остальных. Гарри был расстроен тем, что их волшебный момент наедине был разрушен в мгновение ока и никаких особенных усилий для этого не потребовалось. А еще он по Связи ощущал недовольство Драко и надеялся, что при первой же возможности, сумеет вернуть их свиданию уютную атмосферу. − Простите, − пробормотал Гарри, повернувшись к Рону и Гермионе, тогда как Драко продолжал уперто стоять ко всем спиной. – Панси психанула из-за того, что он… «Не смей говорить обо мне так, будто меня здесь нет!» − а не из-за того, что встретилась с вами… − неуверенно договорил Гарри, стушевавшись от сердитой вспышки Драко. Гарри беспомощно пожал плечами и устроил втайне от Драко целую пантомиму: указал на голову и помотал головой. Гермиона тем не менее поняла, кивнула и стряхнула с себя снег. − Ладно, Гарри. Кабанья голова, последний шанс, − бодро предложила она. − Увидимся, − благодарно улыбнулся Гарри. Гермиона кивнула еще раз и, повернувшись к остальным, скомандовала отправление. Все дружно помахали Гарри на прощание, тот, с усилием изобразив улыбку, кивнул в ответ, желая, чтобы все наконец свалили. − План «Бэ»? – одними губами произнес Рон, проходя мимо, и Гарри, еле сдерживая хохот, отпихнул его. − Исключено, − сказал он, и Рон пошел дальше, по пути состроив печальную рожу и вытерев со щек воображаемые слёзы. − Это еще что? – холодно поинтересовался Драко, глядя на Рона. И только тут Гарри понял, что упустил момент, когда Драко успел обернуться к ним. − Ничего, − поспешил откреститься он, наблюдая, как Рон поворачивается к ним спиной и резвой трусцой отправляется догонять остальных. Их смех и болтовня еще были слышны, но слова уже неразличимы. – Он меня подкалывал, не тебя. − Ладно, − сказал Драко. Он встал рядом с Гарри и с непроницаемым выражением на лице глядел, как отчаливают гриффиндорцы. «Ты сердишься, что я не согласился пообщаться с твоими друзьями?» «Нет», − ответил Гарри. – «Я хотел провести день наедине с тобой». Драко выдохнул, в морозном воздухе тут же образовалось облачко пара. Он подхватил выпавшую прядку волос со лба и заправил ее обратно под шапку. «Прости, я… о стольких вещах нужно подумать. Столько устаканить в голове. «Не только плохое, так?» Гарри взял Драко за руку, и тот вздохнул. − Я испортил нам день, да? − Вовсе нет, − не согласился Гарри. – Пойдем. Прогуляемся. Может, встретим кого, на кого ты еще сегодня не срывался. − Отвали, Потти. Гарри ухмыльнулся и перехватил руку Драко так, чтобы держать его еще крепче. Он не стал реагировать на грубость; это могло и подождать. Между ними воцарилось то же уютное молчание, что и по дороге в Хогсмид, хотя теперь они рука об руку медленно брели по направлению к Визжащей хижине. В такую погоду здесь не было ни души, но обоих это устраивало. Помимо собственной воли Гарри задумался о том, что бы сказали его родители, увидь они его сейчас. По какой-то причине он был уверен, что они не стали бы возражать, с кем бы во взаимоотношениях ни оказался их сын, пока он ведет себя достойно с выбранным партнером, а тот отвечает ему тем же. Конечно, наверняка он знать этого никак не мог, и на лице его появилась слабая печальная улыбка, отражая боль пронзившую сердце. Реакцию Сириуса было предсказать гораздо легче. Сначала откровенный скептицизм и недоверие, упорные настояния проверить Гарри на заклятие «Империуса», несколько часов или, быть может, дней настырных расспросов и допросов, дабы проверить, в своем ли Гарри уме, пара дней на то, чтобы гневаться по поводу того, что теперь с Малфоем надо быть вежливым, если такое вообще было возможно. Просто Гарри надеялся, что все остальные смогут повести себя так же, как сделали его друзья: быть счастливыми, пока счастлив Гарри. − Ты чего весь зачах? – спросил Драко некоторое время спустя, стряхнув снежинки, прилетевшие в лицо. – Ты ведь в курсе, что я все это чувствую? Гарри не ответил вслух. Между ними уже вошло в привычку, что о сложных тонких вещах они говорят через Связь. Так им было спокойнее и легче. «Просто задумался о том, как всё это восприняли бы родители». «Как потрясающе ужасно». «Думаю, для них было бы главным то, что я счастлив». Повисла пауза. Драко замедлил шаги. Гарри посмотрел на него и увидел, что тот задумчиво хмурится. «Они ненавидели моего отца». «Но ты не твой отец». Драко пожал плечами. Гарри промолчал. Честно говоря, он не знал, что сказать. Люциус Малфой был одной из запретных тем, обсуждать которую Гарри пока не был готов, несмотря на только что ставшие официальными отношения. Гарри не хотел каким-то неудачным комментарием по поводу отца Драко разрушить с таким трудом доставшееся ему доверие, которое он шаг за шагом укреплял в течение всего этого времени. Он уже выучил этот урок, пока исследовал границы Связи на свой страх и риск, и повторять ошибку не собирался. «Всё выглядит как-то по-другому. Почему-то», − внезапно сказал Драко, когда они завернули за угол и их взгляду предстала визжащая хижина. «Что всё?» «Это место. Не производит того же впечатления как в первый раз, когда я увидел его». − Ага. Ну, мы же как-никак подросли с третьего курса, − пожал плечами Гарри. Драко фыркнул. − Точно. На третьем курсе мне нужно было беспокоиться только о призраках и парящих в воздухе головах. Прошло несколько мгновений прежде, чем Гарри сообразил, что Драко имеет в виду, но, когда, наконец, вспомнил, то не удержался от смеха. Неприятностей из этого не произошло. Драко это скорее веселило, чем бесило, так что Гарри нахохотался всласть, вспоминая, как поиздевался над Драко, надев мантию-невидимку. − Какие же мы были дураки! – рассмеялся Гарри. – Круглые дураки. Драко приподнял брови: − Это ты был дурак. А я лишь принимал ответные меры. Гарри издал негодующий возглас и выпустил руку Драко, чтобы толкнуть его. − Ты всегда первым начинал, разве нет?! − Ну, это, типа, всё давно в прошлом, − Сказал Драко, закатив глаза. Гарри изумленно покачал головой, и они снова двинулись по дороге, приближаясь к визжащей хижине. Гарри чуть обогнал Драко и оперся на забор, окружающий дом, стряхнув нападавший снег. − Здесь ведь никогда не было призраков, да? – спросил Драко, подходя к Гарри и не сводя глаз со здания. – Снейп говорил, что это был Люпин. − Да, − мягко проговорил Гарри. – Дамблдор объявил, что дом проклят, чтобы сюда никто не ходил. − Гриффиндорец солгал?! – деланно удивился Драко. – Невероятно! − Случается сплошь и рядом, − рассмеялся Гарри, обрадованный, что Драко стал больше похож на привычного себя, стоило им отдалиться от группы сокурсников. Как ни крути, а так оно и есть: наедине друг с другом им намного комфортней. − О, я-то знаю! – усмехнулся Драко. – Ты же до фига раз нарушал комендантский час и насылал на меня проклятья. Гарри пихнул его локтем. − Говоришь так, будто я только и делал, что изводил тебя! − Ну да, − вздохнул Драко. – Мне недавно говорили, что я только и знал, что всячески мучил тебя, но я ведь на самом деле ничего такого специально не планировал. Оно как-то само собой так получалось. Ну, кроме того трюка с Дементором. − И того раза, когда ты втянул меня в дуэль, участвовать в которой не собирался, − добавил Гарри. Драко в замешательство уставился на него. – На первом курсе, – напомнил Гарри. – И еще тот случай, на шестом курсе, если ты забыл, когда ты сломал мне нос… − Ну, хорошо-хорошо! – сдался Драко, явно пристыженный. – Я был та еще сволочь, признаю. − Да, − небрежно согласился Гарри. – Теперь всё не так запущенно. − Ты не держишь на меня зла? – осторожно задал вопрос Драко, не глядя на Гарри. – Я много всего плохого натворил, о чем у нас пока не хватило духа поговорить… Гарри понимал, что Драко прав, но по какой-то причине, это не казалось ему такой уж важной проблемой. Сейчас, когда война закончилась, его детские планы мести потеряли какое-либо значение. «Мне не нравился тот человек, каким ты был. Гораздо больше мне импонирует то, каким ты становишься», − негромко проговорил Гарри. Драко залился ярким заметным румянцем. Он открыл было рот, потом прокашлялся. «Что за невероятно розовые сопли, шрамоголовый», − выдал наконец Драко неодобрительным тоном. – «Это было почти романтично!» Гарри ухмыльнулся, повернулся и, взяв Драко за запястья, притянул его ближе. «Просто изо всех сил стараюсь соответствовать запросам твоей матушки». Закатив глаза, Драко фыркнул: – Нам обязательно говорить о моей матери? – Полагаю, совсем необязательно, – согласился Гарри. – О чем тогда хочешь поговорить? «Давай не будем говорить вообще», – ответил Драко и прижался губами ко рту Гарри в теплом настойчивом поцелуе. Без раздумий Гарри ответил на поцелуй, притянув Драко еще ближе, прижимая к груди. Он ощутил, как руки Драко скользнули по его плечам, и Гарри поощряюще застонал… …и тотчас ощутил, как руки Драко напряглись, и тот, чуть отодвинувшись, мощно толкнул его в грудь. Гарри рухнул спиной в снег и скатился с насыпи возле дома. Затормозил он внизу, запутавшись в руках и ногах, задыхаясь и брызжа слюной, полностью потеряв ориентацию в пространстве, и ощущая, что в волосы и шарф набился снег. – Какого хрена? – в ярости заорал он, стряхивая с глаз снег. Драко, оставшийся наверху, согнулся от хохота. – Твоя расплата за третий курс, Потти! Гарри не знал, то ли рассмеяться за компанию, то ли продолжать ругаться. Он вытащил палочку и нацелил ее на Драко, который в то же мгновение перестал смеяться и завизжал, ощутив, что ноги его потеряли опору. Гарри взмахнул палочкой и Драко съехал с насыпи, повалившись прямо на Гарри, параллельно осыпав того ругательствами. – Твою мать! Больно же! Теперь пришла очередь Гарри нахохотаться всласть. Он встал на колени и, схватив Драко за запястья, прижал их к земле за головой Драко. Тот пребывал в полном замешательстве, глаза широко распахнуты, рот изумленно открыт, лицо и шапка в снегу. У него был такой совершенно беззащитный вид, что у Гарри перехватило сердце. – Свали, скотина! – Мстим, значит, да? – умудрился выдохнуть Гарри, взгромоздившись на Драко и используя вес своего тела, чтобы прижать того к земле. Драко перестал брыкаться и замер, глядя на Гарри с подозрением и беспокойством. – Ты не посмеешь, – сказал он. Гарри отпустил одно из запястий Драко и пальцами освободившейся руки нежно провел по спинке носа Драко. Глаза у того стали еще больше. «Нет», – мысленно произнес Гарри, щелкнув его по кончику носа. – «Конечно, не посмею». Облегчение Драко от этих слов было физически ощутимым, что одновременно и озадачило, и обрадовало Гарри, потому что рука об руку с облегчением со стороны Драко шли волны симпатии и расположения. Поэтому Гарри нежно улыбнулся и наклонился, чтобы снова поцеловать Драко. Поцелуй был совсем не таким, как наверху: в этот раз он был мягким и осторожным, почти невинным, что казалось самым правильным в этот момент. Гарри отодвинулся и дал Драко подняться, и тот, ошеломленно моргая, занял сидячее положение. – Отлично постарался. Я насквозь промок. – Ну, это была твоя идея столкнуть меня с насыпи, – напомнил Гарри, поднимаясь на ноги и поднимая Драко. – Пойдем назад? – Да, – кивнул Драко. – Вернемся, когда скажешь. Стряхнув с себя снег, они некоторое время смотрели друг на друга в нерешительности, а потом одновременно потянулись, чтобы взяться за руки. Гарри ухмыльнулся, Драко в ответ скорчил рожу, и они отправились по дороге через снег бок о бок.

***

– Ург, ненавижу холод, – пожаловался Драко, когда они наконец добрались до замка. Аргус Филч так и продолжал выгребать снег от входных ворот, безудержно ворча, при виде каждого ученика, с приходом которого в зал врывались все новые хлопья снега. Тут же торчали несколько изможденных учеников, не обративших на Гарри с Драко ни малейшего внимания. – Вот мы и вернулись, – резонно заметил Гарри, стягивая перчатки и засовывая их в карман. – Хотя до обеда еще куча времени. «Ты вернешься в башню?» Гарри обернулся к Драко, который пронзительно смотрел на него, и в выражении его лица было нечто такое, от чего по телу Гарри побежала дрожь. «Ну, собирался, да. А что? Куда ты пойдешь?» «В подземелья», – ответил Драко и опустил глаза, уставившись в пол. Он немного помолчал, а потом продолжил как ни в чем не бывало, нисколько не одурачив Гарри своим псевдо непринужденным тоном. – «Можешь пойти со мной, если хочешь». Гарри в изумлении распахнул глаза: «Я? С тобой? В подземелья?» «Ну да», – подтвердил Драко с самым непосредственным видом, хотя Гарри четко ощущал испытываемое им нервное напряжение. – «Не думаю, что Тео и народ уже вернулись». Скрытое значение его слов вогнало Гарри в краску. Он тоже опустил голову, изучая свои ботинки, затем снова посмотрел на Драко, сердце у него громыхало так сильно, что Драко, наверняка, слышал удары. Если Драко прав, то они окажутся наедине в пустой комнате, и явно не будет смысла тратить время, ведя вежливую беседу на отвлеченные темы, сидя на разных кроватях. «Испугался, Поттер?» Драко ухмылялся, глядя на Гарри с выражением лица, на котором одновременно смешались бросаемый им вызов, нервозность и жажда. Осознание того, что Драко не терпится заполучить Гарри наедине, взбудоражило и заставило его нервничать, ощутить сладостное чувство предвкушения, какого еще никогда не ощущал прежде. Наконец ему предоставлялся шанс воплотить наяву сны и фантазии и получить неограниченный доступ ко всем интересным частям тела Драко. Гарри подавил довольную ухмылку, поняв, что, быть может, план «Бэ» осуществится-таки. Он придал лицу невинное выражение. «Мечтай», – отозвался он, усмехнувшись, и сделал шаг по направлению к коридору, ведущему в подземелья. Он ощутил волну изумления и предвкушения, прошившую Драко, а секунду спустя услышал позади себя шаги. «Ты даже не знаешь, куда идти!» «Знаю», – ухмыльнулся Гарри, – «Я уже бывал в вашей гостиной». – Не был ты, – насмешливо ответил Драко. – Пришлось, – возразил Гарри, – Ты же меня и впустил! – Врёшь! Гарри лишь рассмеялся над полным возмущения недоверчивым возгласом Драко. Эту историю вполне можно было отложить на потом. В конце концов, перспектива предстоящих обжималок была гораздо важнее, и все рассказы об Оборотном зелье и тайном проникновении в общую гостиную Слизерина могли подождать своего часа. Наступит который позднее, намного позднее. – Если ты мне не скажешь, я никуда с тобой не пойду, – пригрозил Драко Гарри, который уже повернул к коридору, ведущему к входу в подземелья. «Я всё расскажу, только попозже», – пообещал Гарри, остановившись у каменной стены, которая по команде должна была превратиться в проход. – «Честное слово». Драко раздраженно хмыкнул, оттолкнул его с пути и замер, неуверенно глядя на стену. – Что такое? Пароль забыл? «Нет», – нахмурился Драко, бросив на Гарри мрачный взгляд, и снова отвернулся к стене. «Ты уверен, что это хорошая идея? Не знаю, кто может быть внутри». Гарри тоже посмотрел на камень, понимая, что Драко прав. Что если в гостиной сейчас засел Девлин Кроули или еще кто-нибудь не менее неприятный? Теперь, когда он окончательно определился с тем, чего и кого он хочет, для Гарри было гораздо проще поставить людей на их место, однако, зачем ввязываться в разборки, если можно их избежать? – Чары Разочарования? – нерешительно предложил Гарри. Драко с облегчением выдохнул: – Думал, ты никогда не попросишь». С этими словами он направил на них обоих палочку, и Гарри вздрогнул, ощутив, как по телу прошла холодная волна. – Порядок? – спросил Драко (вернее, зыбкий силуэт в форме Драко). – Ага. Погоди… – сказал Гарри, которого вдруг осенило. – Что, необязательно касаться кого-то, чтобы наложить это заклинание? – Нет, – ошеломленно ответил Драко. – Вот козлина, – чертыхнувшись, пробормотал Гарри с жалкой улыбкой, вспомнив, как в первый раз такие же чары на него накладывал Грозный-Глаз Грюм. – Не ты, – уточнил он на вопросительное выражение лица Драко. – Пойдем. Пробормотав в ответ что-то невразумительное, Драко, тем не менее, послушался. Он повернулся к стене, прошептал пароль, и перед ними в стене проявилась арка, открывшая проход к комнатам Слизерина. Юноши проскользнули внутрь, Гарри следовал за Драко по пятам, практически слившись со стенами. Гостиная Слизерина почти не изменилась с того времени, как он побывал в ней на втором курсе, хотя сейчас, с высоты прошедших лет, для почти взрослого Гарри она утратила свою пугающую ауру. Теплее в ней, однако, не стало, и Гарри в промокшей оледеневшей одежде ощутил, как кожу кусает мороз. Гостиная Слизерина не пустовала, хотя находились в ней по виду в основном первокурсники и второкурсники. К их облегчению, никаких признаков Кроули или Паркинсон не наблюдалось. Прошмыгнув мимо группы второкурсников, которые резались во Взрыв-Карты, Гарри с Драко оказались в другом конце комнаты, перед аркой, обозначившей начало небольшого коридора с низким потолком и тяжелыми дубовыми дверями по стенам. В коридоре царила тьма, нарушаемая лишь тусклыми светильниками, оформленными в виде факелов-змей. – Ну и местечко, – пробормотал Гарри, следую за Драко мимо дверей. – Тшш, – шикнул на него Драко, тормозя перед последней дверью слева. Рядом висел портрет волшебника с крайне надменным выражением лица, который подозрительно сканировал коридор с намерением разнюхать, шум чьих шагов он услышал. – Снова накладываем на себя чары разочарования, юный Малфой? – с ядом в голосе громогласно поинтересовался мужчина на портрете у Драко, открывавшего дверь. Гарри от неожиданности подскочил. – Трус. Драко не ответил. Он подождал, пока Гарри зайдет, и прикрыл дверь. В спальне кроме них никого не было, и Гарри вдруг осознал, что они с Драко теперь наедине друг с другом. То, на что он втайне надеялся, на шанс побыть только вдвоём, свершилось. А теперь, когда они официально стали парой, настал самый подходящий момент для того, чтобы сделать шаг вперед в получении сексуального опыта. – Кто это? – безобидным тоном поинтересовался Гарри, пока Драко снимал наложенные им чары. – Лорд Ярдли Платт, – скривил губы Драко. – Истребитель гоблинов. Провозгласил себя «лордом», больше так его никто не зовет. Мертв уже пятьсот лет, так что всем глубоко плевать. Гарри промолчал. Он был слишком занят тем, что озирался вокруг, осматривая комнату, в которую они вошли, и окончательно проникаясь мыслью, что он действительно находится в слизеринской спальне. По краям прямоугольного помещения стояли пять кроватей, две у боковой стены и три у дальней, закрытых зелеными покрывалами. На свободной стене размещались четыре больших арочных окна, сквозь которые просматривалось озеро. Напротив стекол колебались зеленые водоросли, оттеняя мутновато-зеленый цвет воды. – Ничего себе! – воскликнул Гарри, делая шаг к ближайшему окну, но тут же дернулся назад, когда за стеклом мелькнула громадная темная тень. – Привыкнешь, – утешил Драко, снимая перчатки и шапку и бросая их на кровать. Смотрящего на него Гарри так и пробрало. Его, Драко, кровать. О, боже! Гарри в паре метров от постели Драко, и Драко снимает одежду. Всего лишь перчатки и шапку, но всё же! От осознания возможных последствий у Гарри пересохло во рту. Он торопливо отвел глаза, и его взгляд уперся в кровать, соседнюю с кроватью Драко, рядом с которой стоял открытый дорожный сундук, наполовину загруженный аккуратно сложенными стопками одежды. – Чьё это? – полюбопытствовал Гарри, делая попытку завести ничего не значащий разговор, который отвлек бы его от навязчивых мыслей о том, что Драко, вполне возможно, продолжит раздеваться дальше. Расстегнув пальто, Драко сделал шаг навстречу Гарри. – Тео, – ответил Драко, вешая пальто на вычурную железную вешалку, стоящую в углу. – Он всегда заранее пакуется. Гарри снова посмотрел на сундук, в суматохе происходящих событий он почти забыл о том, что через несколько дней все уедут встречать Рождество дома. Его мысли были настолько поглощены предстоящим походом в Хогсмид, что он даже не сообразил, что в среду они с Драко окажутся единственными восьмикурсниками в Хогвартсе. – А Забини тоже уезжает? – Ага, – подтвердил Драко. «Остаюсь только я». От Гарри не укрылось то, как Драко произнес эти слова, с оттенком неуверенности и печали, и ему стало не по себе. Свалившаяся на них ниоткуда Связь была виной тому, что Драко не может поехать на Рождество домой и увидеться с матерью. Сам Гарри воспринимал свое вынужденное пребывание в Хогвартсе с позитивной стороны и видел в этом плюсы: у Рона с Гермионой появится возможность провести время наедине друг с другом, сам Гарри будет избавлен от необходимости так или иначе контактировать с Джинни, и как-то объяснять сложившуюся ситуацию миссис Уизли. «Ты собираешься весь день провести в этой дурацкой шапке?» Гарри моргнул и вернулся в реальный мир. Сидя на краю кровати, Драко глядел на него, явно нервничая, но в тоже время с плохо скрытым нетерпением. С новой силой и бешеной скоростью в Гарри вновь загорелось чуть потухшее из-за размышлений о Рождестве возбуждение. Ведь они с Драко наконец наедине друг с другом… он наедине с… ладно, о синониме к слову «бойфренд» можно подумать и позже. Ведь они наконец оказались вдвоем в спальне Драко, и напряжение между ними все росло с каждой минутой тишины. – Почему бы и нет? – усмехнулся Гарри. – Не вижу никаких причин снимать ее. – Заткнись и иди сюда, – сказал Драко, нисколько не сумев скрыть нервозность за угрожающим тоном. Гарри фыркнул от смеха и не спеша подошел к Драко так, что они оказались почти нос к носу. Смех тут же оборвался, когда Гарри осознал, как близко они друг от друга. Так близко, что он ощущал дыхание Драко на щеке и видел каждое мимолетное движение глаз Драко, когда тот переводил взгляд с глаз Гарри на его губы. «Ну что?» – тихо сказал Драко. – «Готов к большему?» Гарри чуть кивнул и нагнулся, прижавшись губами к губам Драко. Тот сразу стащил шапку с головы Гарри и бросил ее на пол. Они ожесточенно целовались, чувствуя себя на пределе. Быть может, это было связано с тем, что их общая нервозность и нетерпение резонировали через Связь, а может быть, потому что оба слишком долго ждали этого. Задумавшись об этом ненадолго, Гарри вскоре напрочь об этом забыл, ведь Драко стал дергать за пуговицы на его пальто. Гарри довольно быстро сообразил, что Драко вовсе не перепутал пуговицы с кнопками, а намекает на то, что Гарри пора снять пальто. Не прекращая отчаянного поцелуя, Гарри скинул пальто на пол. Следом за ним на пол упали перчатки и шарф. На очереди был свитер. Пока Драко помогал стащить его через голову, очки Гарри съехали набекрень. «Порядок?» – спросил Драко, покрывая поцелуями подбородок Гарри. «Полный, главное, чтобы нам никто не помешал», – выдохнул Гарри в ответ. Драко хрипло хохотнул и отступил, опустив руки на талию Гарри. Подцепив носком, Драко снял ботинки и сел на кровать, слегка откинувшись в такой позе, что у Гарри слюни потекли. Разве Гарри мог устоять? Скинув ботинки, он сел на кровать рядом с ним, наклонился и, положив руку на шею, жарко поцеловал. У Драко перехватило дыхание, и он еще больше откинулся назад, вынуждая Гарри следовать за ним, если тот не хочет разрывать поцелуй. У Гарри от эмоций кружилась голова. Драко откидывался всё дальше, забрался с ногами на кровать, и Гарри, неловко зависшему над Драко, пришлось довольно неуклюже возиться на кровати, занимая более удобное положение. В итоге он улегся на бок рядом с Драко, чуть нависая над ним. Немного дрожа, он снова склонился, чтобы поцеловать Драко. Пока оба стояли на полу, это были всего лишь еще одни обжималки, но сейчас, когда они оба лежали в постели, всё было совершенно по-другому. Проведя рукой по груди Гарри, Драко вовлек его в нежный, романтичный поцелуй, словно Драко не мог насытиться Гарри. От самой мысли об этом у Гарри сносило крышу, что уж говорить о том, что он и так уже терял голову от страсти. Окинув взором тело Драко, Гарри сглотнул, увидев выпуклость в его брюках. Гарри перевел взгляд на его лицо и закусил губу. Драко тяжело дышал, волосы у него были в беспорядке, на лице горело желание. Драко положил руки Гарри на затылок и притянул к себе, так что тот почти лег на него. У Гарри перехватило дыхание, когда Драко положил ногу сверху его ноги. – В… вдруг кто-нибудь войдет? – задыхаясь, пробормотал Гарри, потому что Драко ласкал языком его ухо. Драко приостановился и обозрел комнату. – Ты хочешь… «Можем опустить полог», – нерешительно предложил Драко. Целую секунду Гарри молчал, а потом кивнул. Да пошло оно всё к черту. Ему восемнадцать лет, у него появился возлюбленный, и он имеет право заняться пошлостями со своей второй половинкой. Драко тотчас достал палочку, взмахнув ею, опустил темно-зеленый полог на кровати и, произнеся «люмос», сотворил мягкое освещение. В дополнение он сотворил заглушающее и запирающее заклинание, чтобы их наверняка никто не потревожил. – Пойдет? – уточнил Драко, и Гарри кивнул. Драко отбросил палочку и нервно сглотнул, а потом наклонился и снова поцеловал Гарри. Как только их губы соприкоснулись, Гарри осознал, чего ему так не хватало всё это время. Прикосновения, поцелуи – всё это так будоражило, он не знал, где в следующий момент окажутся пальцы Драко, а его негромкие стоны и вздохи в ответ на движение рук Гарри, все больше кружили ему голову. И кому, на хрен, какая разница, что он занимается этим с другим парнем? Гарри точно уже было все равно. Все недовольные могут идти лесом, потому что не может быть неправильным то, что приносит столько удовольствия. Поцелуи становились всё более отчаянными, всё с большим усердием играли языки, касания теряли застенчивость и нежность. Гарри провел рукой по груди Драко, поражаясь гладкости мышц под его ладонью. Ощущая дурманящую свободу, он вел руку всё ниже и ниже, в жилах его бурлила кровь, он дошел уже до живота Драко и пальцы его добрались до пояса его брюк. Не сдерживаясь больше, Драко закричал, и пульс Гарри ускорился за мгновения, стало тяжело дышать, пока он наблюдал за тем, как Драко под ним слегка изогнулся, откидывая голову назад. «Пожалуйста…», – с трудом вымолвил Драко, задыхаясь. – Что? – вслух спросил Гарри без всякого намека на поддразнивание, он отчаянно хотел знать, что именно ему нужно сделать, как заставить Драко еще больше кричать от наслаждения. Похоже, на этом выдержка Драко дала сбой. Он резко выпрямился, принимая сидячее положение, в процессе боднув Гарри головой, потом уселся на колени рядом с Гарри, чуть не свалившись с кровати, пока в поспешности менял позу. Приняв устойчивое положение, он тут же схватился за край футболки Гарри и ожесточенно потянул наверх, стараясь стащить ее через голову. Гарри не особо понимал, чем это все может закончиться, но ему уже было плевать, он жаждал большего. Очки почти съехали с носа, но он не обращал внимания, ведь, боже, никогда в жизни у него еще не было такого стояка. Всё же поправив сдвинутые при снятии футболки очки, Гарри взялся за рубашку Драко, чтобы тоже раздеть его. А в следующий миг он уже повалил Драко обратно на спину, вскарабкался сверху и целовал его так, будто от этого зависела его жизнь, прижимаясь грудью к его наконец оголенному телу. Всё было сумбурно и отчаянно, а вовсе не так гладко и гармонично, как воображал себе Гарри. В их касаниях не было чуткости, они неловко щупали друг друга, сталкивались локтями, случайно царапали, но это было просто феноменально. И Гарри внезапно понял, каково это быть обычным подростком, у которого играют гормоны и который наконец нашел им выход, и может грубовато, наивно и счастливо шарить руками по чужому телу. – О, блядь, – простонал Гарри, когда Драко толкнул его на бок и протянул руку, чтобы ладонью погладить сквозь брюки член Гарри. Непроизвольно Гарри дернул бедрами вперед, и уже мгновение спустя он вдруг осознал, чего он на самом деле сейчас хочет. Он оторвался от губ Драко и посмотрел вниз, тяжело дыша. Он взялся за пуговицу на брюках Драко, расстегнул их и стянул вниз одной рукой. – Твою мать, – пробормотал Драко, убрав руку от промежности Гарри, чтобы посмотреть вниз, как Гарри снимает с него брюки. Рот у Драко был приоткрыт, грудь вздымалась, и засранец никогда еще не был таким привлекательным в глазах Гарри, как в этот момент. Гарри продолжал тянуть и дергать, инстинктивно чувствуя, что это ему просто необходимо, хотя и не смог бы толком объяснить зачем. А затем Драко приподнялся, чтобы ему помочь, и внезапно брюки и нижнее белье оказались уже в районе колен. Гарри застыл на месте, руки у него дрожали, а все мысли оставили его. Подозревая, что, наверняка, вот так пялиться на член другого парня – не то, что принято в обществе, Гарри все равно не мог ничего поделать. В ушах у него будто звенело и шумело от часто бьющегося пульса, и он не мог ни думать, ни двигаться, только смотреть. Грудь и шею Драко покрывал легкий румянец, бедра его подрагивали, но приковало внимание Гарри не это. Вместо этого взгляд его сосредоточился на стволе Драко: налитой соками и твердый как камень он лежал на животе, нежно-розовая головка поблескивала на свету. Несколько отвлеченно, Гарри подумал о том, что это он вызвал такую реакцию, такое несомненное и очевидное возбуждение. Дрожащими пальцами Гарри потянулся к твердой плоти и нерешительно коснулся. Драко резко втянул в себя воздух, мышцы живота непроизвольно сжались. Гарри отметил, что член у Драко примерно такой же длинный, но уступает его собственному в толщине. Он представления не имел, как их размеры соотносились со среднестатистическими мужскими показателями, но ему было абсолютно все равно. Сейчас его волновал только Драко, ему не терпелось исследовать его тело и никогда не останавливаться. «Всё еще интересуют мальчики?» – затаив дыхание, задал вопрос Драко, прервав мысли Гарри. И Гарри был ему за это благодарен, иначе его любопытствующее обозрение превратилось бы в извращенный досмотр. «Вполне», – ответил Гарри, с трудом переводя глаза на лицо Драко. «Лучше лишний раз удостовериться», – заметил Драко и занялся штанами Гарри, без особых церемоний сдернув их вниз. Гарри только и успел судорожно вздохнуть, как Драко запустил руку ему в трусы и крепко обхватил пальцами его член. – О, Боже, – вскрикнул Гарри, когда Драко свободной рукой дальше спустил его штаны и боксеры вниз, выпуская член Гарри на волю. Затем Драко начал двигать рукой, и мир для Гарри пропал, потому что его полностью поглотило удовольствие. – Давай же, – прошептал Драко ему в подбородок, водя ладонью сверху вниз по всей длине ствола Гарри, и голос его был полон жажды и нетерпения, – Гарри, коснись меня тоже. Потрогай меня так же, как касаешься себя… Гарри удалось переместиться так, чтобы дотянуться до члена Драко и взять его в руку. Он был горячий и твердый, и в то же время бархатно мягкий, не так сильно отличный от его собственного, кроме нескольких мелких деталей, которые служили ему непрестанным напоминанием, что он трогает чужой прибор. Их рты снова жадно соединились, несколько неряшливо и неточно. И Гарри забыл обо всем на свете, кроме руки Драко на своем члене и его пенисе в своей руке. Возбуждение набирало обороты, резонируя через Связь, отчего кожу у Гарри покалывало. Драко сместил руку так, что его пальцы теперь дразнили только головку члена Гарри, перекатывая ее между кончиками пальцев. Гарри застонал, и стал двигать рукой быстрее вверх и вниз, чуть сжимая член Драко. – Я… Гарри вздрогнул всем телом, потому что Драко снова обхватил его полной ладонью, жестко ему дроча. Гарри ощутил, что момент икс приближается, внизу позвоночника начала скапливаться приятная тяжесть, и через Связь Гарри ловил похожие ощущения от Драко. Никогда он не испытывал ничего более восхитительного… Одно ловкое быстрое движение пальцев Драко, и Гарри кончил так сильно, что непроизвольно подогнулись пальцы ног. Он смутно слышал, как Драко ругнулся, и попытался снова начать двигать рукой, но это оказалось бессмысленно, потому что по его дрожащим пальцам потекла теплая жидкость, а Драко выгнулся на кровати дугой, тяжело дыша. Оба рухнули в постели, задыхаясь, покрытые потом, обессиленные и пресыщенные. Некоторое время единственным звуком был шум тяжелого дыхания, пока они старались отдышаться и привести в порядок тело и разум. Спустя длительный период послышался шорох, это Драко отпихнул Гарри и сел на кровати, чтобы взять палочку. Гарри пребывал в эйфории. Произошедшее с ним сейчас было настолько грандиозным, что никаких слов не хватало, чтобы это описать. Он рассеянно потянулся, поперебирал липкими пальцами, а затем ощутил волну магии, которая очистила его руку. Рядом с ним плюхнулся Драко, засадив попутно ему локтем в бок. – Засранец, – проворчал Гарри, переместившись, чтобы занять более удобное положение. – Заткнись, – ответил Драко, и Гарри усмехнулся. «Итак. Быть геем – на самом деле здорово, да?» Драко улыбнулся, губами задев голое плечо Гарри. «Ну, я согласен, что всё намного лучше, когда никто не помирает от стыда и не отрицает происходящее». Гарри повернул голову и посмотрел на Драко. Тот лежал на боку, положив ладонь под голову, смотрел на Гарри и томно улыбался. – Значит, больше никакого отрицания? – спросил Гарри. Драко закатил глаза. – О чем ты говоришь? Эти обвинения давно неактуальны. Если бы я что-то отрицал, то не целовался бы с тобой в Хогсмиде. – Пожалуй, – согласился Гарри. – Мне нравится твоя ничего не отрицающая версия. Драко изогнул бровь. – Ты имеешь в виду того меня, который дразнит тебя, изводя до полусмерти? Гарри улыбнулся. «Да, его сАмого». Драко улыбнулся в ответ. Гарри дотронулся до плеча Драко и провел ладонью по бледной коже. Не то чтобы сам Гарри был суперсмуглым, но по сравнению с ним Драко был почти неприлично белым. Пробежав глазами по выставленной напоказ коже, Гарри решил, что ему это нравится. Должно быть, Драко это заметил, потому что, зарумянившись, поторопился натянуть трусы и брюки. Гарри последовал его примеру, не желая оставаться единственным, кто светит своими прелестями, а потом заново посмотрел на Драко. Он и прежде бросал взгляды на Драко, но никогда не уделял время тому, чтобы действительно увидеть его. Он скользнул взглядом по плечам Драко, по его голой груди, провел пальцами по впадине между ключицами, на мгновение замер, а потом перешел на его ребра. На свету на коже слабо выделялся шрам, пересекающий по диагонали грудь Драко. Он был едва заметен, Гарри даже засомневался, не показалось ли ему. Он наклонил голову, и при изменении угла падения света, разглядел шрам, отличающийся от здоровой кожи. В горле у Гарри встал ком, в груди что-то сжалось, и он беспомощно поднял глаза, осознав, что это он оставил этот шрам на теле Драко, что это его вина. «Драко…» Тот резко оттолкнул его руку. «Прекрати. Я не хочу об этом говорить». «Но…» – запротестовал было Гарри, чувствуя, что не может промолчать. «Нет!» – яростно оборвал его Драко. – «Не хочу говорить об этом, ни сейчас, ни в будущем. Ты слишком мне нравишься, чтобы вспоминать о том, что по всем правилам, я должен тебя ненавидеть». Гарри на мгновение закрыл глаза, потом молча кивнул, соглашаясь. Он отодвинул руку, пытаясь больше не смотреть на шрам. «Прости меня», – просто сказал он, и лицо Драко прояснилось. «Долго же мне пришлось ждать», – подковырнул он, криво улыбнувшись. Гарри улыбнулся в ответ и, проведя пальцами по шее, положил руку Драко на затылок. Тот расслабился, но буквально через мгновение лицо его вновь помрачнело. Он закусил губу и отвел взгляд. – Что такое? – тоже нахмурился Гарри. Драко не поднял глаз. «Что будет с нами, когда Связь оборвется?» Гарри не ответил. Он переместил руку, положив ее на плечо Драко, и стал утешающе водить большим пальцем, рисуя небольшие круги. Первым его побуждением было назвать Драко идиотом и заявить, что всё будет в порядке со Связью или без неё, но что-то его удерживало. Он уже настолько привык к тому, что чувствует то же, что и Драко, ощущает с помощью Связи его эмоции вне зависимости от того, что выражается на его лице или в позе, выставленное на обозрение всему остальному миру. А еще он привык к тому, что в любой момент может услышать голос Драко у себя в голове. Если быть честным, то надо признаться, что он начал особенно ценить эту возможность: дружеский голос, который всегда рядом, давал ему ощущение, что он не одинок. По спине Гарри поползли неприятные мурашки, когда, задумавшись, он стал осознавать, насколько они стали зависимыми от Связи. Мысль об этом и раньше посещала его, но он всегда отбрасывал её, почти забыв о том, что назначенный срок приближается и что до наступления двадцать второго декабря остается всё меньше времени. Как они будут справляться без Связи? Как они узнают, что в действительности чувствует другой? Как он сможет утешить Драко или попробовать надавить, вытаскивая из того ответы, если не будет знать, что тот переживает в данный момент? Как он узнает, что Драко просто дразнится, избегает чего-то или пытается скрыть свою боль или стыд? Черт, да как они вообще будут разговаривать?! Как они смогут поговорить обо всём том, что пережили и накопили на душе, о чём они только-только начали потихоньку делиться друг с другом?! Всеми теми мыслями, которые они не в состоянии высказать вслух, словами, которые они не способны произнести из-за нервов, страха быть отвергнутым или стать уязвимыми? «Гарри…» Это был едва различимый шепот. Гарри поднял обеспокоенный взгляд и встретился глазами с Драко, и сердце его оборвалось. Драко был таким открытым и уязвимым, таким настоящим в своем несовершенстве и таким прекрасным, что на него было почти больно смотреть. «Да не парься ты так, глупый», – отозвался Гарри и для показа закатил глаза, разыгрывая притворное раздражение, а потом наклонился и поспешно поцеловал Драко в губы. На самом деле, он не знал ответа и понимал, что Драко видит его игру насквозь. Об этом лучше всяких слов сказало то, как крепко прижался к нему Драко, оставляя невысказанным то, о чем ни один из них не осмелился заговорить даже через Связь. <div><br></div><div><br></div>