Глава 29. Предположения, догадки, сомнения
9 октября 2019 г., 21:20
— Учитывая все обстоятельства, не хочется говорить это, но это потрясающий подарок, дружище. — С восторгом и открытым ртом взирал Рон на снитчи, ящичек с которыми Гарри принес с собой на кухню.
— Знаю, — сказал Гарри, отхлебнув чая. — Наверное, стоили ему целое состояние. Хотя я больше впечатлен тем, что он умудрился заказать их, не проговорившись мне.
Фыркнув, Рон кивнул, соглашаясь. Наслаждаясь теплом кружки, Гарри смотрел на ящичек. На дворе было уже за полдень, но только сейчас все трое добрались до кухни. Проснувшись изрядно потрепанными, они сначала по очереди приняли душ, потом напились чаю, и вот сейчас, наконец, ощущали себя достаточно здоровыми, чтобы говорить и соображать одновременно.
— Ты сказал, там еще была записка, — напомнила Гермиона, не отрываясь от поджаривания бекона. От аромата у Гарри уже слюнки текли, оставалось надеяться, что желудок не подведет.
— Да, — подтвердил Гарри и достал записку из кармана пижамы. — Короткая, но есть.
Даже не обернувшись, Гермиона требовательно протянула руку. Улыбнувшись, Гарри взмахом палочки отправил открытку ей в ладонь.
Пока Гермиона читала, стояло молчание.
— Довольно любопытно, — сделала она заключение, возвращая Гарри записку. — Полагаешь, он говорит не только о снитчах?
Гарри посмотрел на открытку:
— Возможно.
— Что там? — спросил Рон. Гермиона же вернулась к приготовлению завтрака. Гарри перебросил записку Рону, тот читал и брови его поднимались всё выше.
— «С любовью, Драко», — процитировал он с изумлением. — Не знаю, хочешь ли ты слышать это, но он до сих пор по уши в тебя влюблен.
— Думаешь? — спросил Гарри, аккуратно вынимая из ящичка один из снитчей и наблюдая, как тот осторожно расправляет крылышки и впервые пробует их.
— Ну, он купил тебе великолепнейший подарок, и несмотря на все эти заморочки с отменой Связи всё же решил отправить его тебе, — пожав плечами, сказал Рон. — Было ведь совсем необязательно это делать, верно? А потом ты же сам сколько раз говорил, что боишься, как бы он не психанул после того, как уберут Связь. Так что какое-никакое, но это его оправдание.
— Может быть, это его попытка извиниться? — предположила Гермиона, ставя на стол тарелку бутербродов с беконом. Гарри с Роном схватили по одному раньше, чем тарелка коснулась стола.
— Ага, — задумчиво согласился Гарри. Одобрительно поглядев на бутерброд, Гарри откусил еще, и, прожевав, продолжил. — Вообще, вполне в его стиле. Не способен и слова вслух сказать в отличие от всех нормальных людей.
— Значит, это его дар примирения и коленопреклоненная мольба взять его назад, — с набитым ртом пробормотал Рон, и Гарри фыркнул от смеха. Он не сказал Рону, что считает точно так же. Он проснулся утром и пока одевался, умывался и приходил в себя от похмелья, всё размышлял о том, что имел в виду Драко, прислав ему подарок. Разумеется, Драко не мог сказать что-то честно и открыто, так что Гарри приходилось делать заключения о его чувствах из его поступков, подтекста в словах, жестов.
Если Гарри с Роном и Гермионой были правы, Драко хотел вернуться к Гарри. Просто потрясающе, насколько спокойней он чувствовал себя сегодняшним утром. Водоворот эмоций, в котором вчера пребывали его разум и тело, почти пропал. После того, как Драко прислал подарок, Гарри словно обрел подобие контроля над ситуацией. Теперь у него появилось некое представление о том, что думал и чувствовал Драко, и теперь Гарри мог мыслить более логично и четко.
Хотя Гарри не был на сто процентов уверен в своих выводах, сейчас, без Связи, было невозможно быть в чем-то уверенным. Он всё еще не знал, по какой причине Драко ушел от него, и не знал, готов ли тот начать работать над их отношениями в отсутствие Связи. Но он по-прежнему скучал по засранцу. Проснувшись утром, всё еще немного не в себе, он попытался поговорить с Драко по Связи, и только через несколько мгновений вспомнил, что это невозможно.
Не было смысла в том, чтобы и дальше обманывать себя, Гарри был неизмеримо тронут подарком, который послал ему Драко, и еще больше приложенной к нему запиской. Должно быть, Драко потребовалось немало сил, чтобы проглотить свою гордость и прекратить убегать, а это уже было достижение.
Однако у Гарри была и собственная гордость, он не собирался приползать к Драко, только потому что тот решил смилостивиться и проявить добрую волю. Поступки Драко заставили его всё взвесить: с одной стороны, подарок означал, что для их отношений еще есть надежда, что всё еще может наладиться, но в то же время он не собирался торопить события.
— Значит, собираешься принять засранца назад? — спросил Рон, прерывая ход мыслей Гарри. Пожав плечами, тот, снова откусил от бутерброда.
— Может быть.
Рон задумчиво кивнул и спросил снова:
— А подарок оставишь?
Гарри кивнул.
— Конечно.
Усмехаясь, Рон взял кружку.
— Значит, собираешься заставить его бегать кругами, пока тот не докажет, что достоин тебя?
Гарри спрятал ухмылку за бутербродом:
— Точно.
— Ты уж полегче с ним, если собираешься простить его, — серьезно сказала Гермиона. — Знаешь ведь, каким вздорным и колючим он становится, когда чувствует себя уязвимым.
— Он бросил меня за два дня до Рождества, — отрезал Гарри. — Пусть хоть в ежа оборотится, мне плевать. Я жду искреннего унижения.
Рон с Гермионой расхохотались, и Гарри тоже улыбнулся, чувствуя, что, наконец, становится похож на самого себя.
— Значит, планируешь снова быть с ним? — спросил Рон. — Если унижения будут достаточно искренни?
Колеблясь с ответом, Гарри потянулся за другим бутербродом. В глубине души он знал, что ответ будет утвердительным, но еще не был готов произнести это вслух. Он давно усвоил, что всё самое ценное в жизни нужно сначала заслужить. Поэтому несмотря на все сказанное и сделанное, Гарри все еще любил этого ядовитого хорька, так что прощение перестало быть проблемой.
— Посмотрим, — сказал наконец Гарри. — По шагу в день.
— Будешь посылать ему что-нибудь в ответ?
Гарри помолчал.
— А надо?
Рон пожал плечами, а Гермиона задумалась.
— Ты сам хотел бы получить ответ? Если бы конкретно проштрафился, а потом пытался помириться…
— Хмм, — вздохнул Гарри. — Одна часть меня склоняется к тому, что не стоит отвечать и дать ему вариться в собственном соку до самого возвращения в Хогвартс.
— А все остальные части? — заинтересовался Рон.
— Не хотят доводить его до полного сумасшествия, которое грозит ему, если я не отвечу, — сказал Гарри. — Черт, мне, действительно, стоит откликнуться. А то он из окна выпрыгнет, если я оставлю его коптиться. Если я напишу ему ответную записку, отправишь ее со своей совой, Рон?
— Конечно, — ответил тот. — Если ты считаешь, что так будет правильно.
— Пиши по существу, ничего лишнего, — посоветовала Гермиона, и Гарри кивнул. Дожевав, он поставил разогреваться воду для чая и ушел в свою комнату.
Сев за стол, он, покусывая кончик пера, стал размышлять, что же ему написать. Он знал, что Драко будет ждать ответа, исходя от нервов в ожидании того, как Гарри отреагирует на подарок. Гарри хотелось как-то успокоить его, но не придавая этому слишком большого значения. Им с Драко нужно сейчас действовать неспеша, по шагу за раз, и ему не хотелось выдавать все карты сразу и обещать слишком много. Он хотел дать Драко знать, что он благодарен за подарок, и что, в принципе, для них есть надежда на воссоединение, несмотря на все недопонимания и ошибки.
Сделав глубокий вдох, Гарри начал писать. Дело пошло на удивление легко, это был своеобразный разговор по Связи. Можно было сказать, то что хотелось, при этом не произнося слова вслух. Подписав записку, он положил перо и перечитал написанное. Хотел ли он и в самом деле отправить это письмо? А если отправит, поможет ли это им с Драко встать на путь к воссоединению, пусть и с потенциальной возможностью последующих ссор и боли. Если он не отправит письмо, то сможет отойти в сторону, забыть обо всем и двигаться дальше.
С бьющимся сердцем он свернул пергамент. Ведь он будет не он, если станет искать легкие пути, верно? И как бы глупо и смехотворно это ни звучало, но любовь — это та вещь, за которую стоит бороться. Гарри представления не имел, кто установил это неписанное правило «ты-должен-бороться-за-любовь», но ему, наверняка, немало лет, так что не его право отрицать его. Гадая, какой впечатление письмо произведет на Драко, Гарри развернул его и перечитал.
«Получил твой подарок. Не сердись, что открыл его раньше времени. Спасибо. Мне он очень понравился. Не верится, что ты сумел сохранить всё в секрете. С любовью, Гарри».
* * *
— Гарри! Счастливого рождества! Какая радость, что ты решил составить нам компанию. Гарри ответил на рукопожатие Артура, а тот, не дав ему и пикнуть, притянул к себе, чтобы крепко обнять. Похлопав его по спине, Артур, довольный, отпустил парня. — Ты стал больше похож на самого себя. Я рад этому. — Благодарю за приглашение, — искренне сказал Гарри. — Рождество было бы не то без рождественского ужина Молли. — Уверен, что дело не в том, что Рон с Гермионой намекнули, что ты обязан прийти? — с улыбкой спросил Артур. — Когда мы разговаривали через камин, больше походило на то, что выбора у тебя нет. Застенчиво улыбнувшись, Гарри почесал затылок. Честно говоря, он с удовольствием провел бы Рождество на Гриммуалд-плейс, наслаждаясь ничегонеделаньем. Однако у Гермионы были на него другие планы, она заявила, что теперь, когда он в таком отличном настроении после прояснения отношений с Драко, он просто обязан сделать над собой усилие и попробовать наладить отношения с Уизли. Гарри хотел возразить, что настроение у него очень далеко от отличного. Да, на душе у него стало спокойней, теперь он готов был философски взглянуть на ситуацию, не чувствуя себя жалким и униженным, но весельем пока не пахло. Однако строгому выражению лица Гермионы было сложно противостоять, и Гарри промолчал. И вот он вернулся в «Нору» и все еще чувствовал себя несколько не в своей тарелке, но уже был готов справиться с этим. Короткая переписка с Драко подарила ему чувство контроля, да и гриффиндорская храбрость в нем почти возродилась и теперь понукала его к тому, чтобы расставить все точки над «и» с семьей Уизли. К несчастью, начинать приходилось с двух женщин, но, с другой стороны, после этого всё остальное покажется ему просто легкой прогулкой. Поговорив с Артуром еще немного и послушав его восторженный рассказ о старом отработавшем своё ноутбуке, который ему подарили на Рождество. Это было вполне привычное и успокаивающее развитие вещей, которое утвердило его во мнении, что и остальные члены семьи тоже войдут в положение и будут готовы принять его. Извинившись и пообещав, что подойдет попозже, чтобы посмотреть на ноутбук, Гарри отошел в поисках Джинни и миссис Уизли. Ведомый запахом готовящейся индейки и прочих рождественских яств, Гарри направился в сторону кухни, зная, что миссис Уизли все утро будет занята приготовлением праздничного стола. Он продвигался неторопливо и тихо, терзаясь сомнениями и пробуждая в себе слегка увядшую решительность. — …сказал, что Гарри придет сегодня на ужин. Услышав свое имя, Гарри застыл за дверью, несколько шокированный неодобрительным тоном миссис Уизли, он, тем не менее, хотел все же зайти на кухню и поздороваться, когда услышал ответ Джинни. — Это же отлично, — без обиняков заявила Джинни. — Не хочу, чтобы он был один, тем более на Рождество. — Да-а, — с некоторым сомнением сказала Молли. Гарри всё медлил, желая услышать о том, что они думают, и только потом войти. — Но ты не думаешь, что его приход сюда это несколько неправильно? — Что ты хочешь этим сказать? — Ну, ты ведь понимаешь… какова ситуация, — промямлила миссис Уизли, — всё довольно сложно. — Ничего сложно нет, — заявила Джинни, поразив Гарри своей твердой убежденностью. — Мы с Гарри не любим друг друга. Гарри любит Малфоя, и это не изменится. — Возможно, это просто такая фаза… — Нет, — отрезала Джинни. — Я тоже так думала, но это никакая не фаза. Так что, пожалуйста… не переноси всё это на Гарри. Он ничего этого не планировал. — Ну, ты не особо-то его защищала, — мягко возразила Молли. — Пока он был здесь… — Я вела себя отвратительно, знаю, — резко ответила Джинни. — Просто я никак не ожидала, что он появится, не понимала, что происходит… Я собиралась поговорить с ним после фейерверка, но Рон утащил его. Он всё тот же старый добрый Гарри, мам, просто он теперь с другим человеком. Всё просто. Наступила тишина, нарушаемая только клацаньем тарелок. Гарри прислонился спиной к стене, ощущая себя старым и усталым. Он был тронут словами Джинни, а еще в голове вяло мелькнула мысль о том, с каких пор факт его влюбленности в Малфоя стал общеизвестным. Решив, что скрывался достаточно, Гарри постучал в открытую дверь и вошел на кухню. Обе женщины резко обернулись с одинаковым выражением удивления на лице. — Здравствуйте, — мягко сказал Гарри. — С Рождеством. Джинни с подозрением сузила глаза, гадая, как много из их разговора с матерью слышал Гарри. Слегка покачав головой, она кивнула в ответ на его приветствие и расслабилась. — Счастливого Рождества, — сказала она, наконец, улыбнувшись. — А я гадала, придешь ты сегодня или нет. — Вы не возражаете, что я здесь? — спросил Гарри, переводя взгляд на Молли. Она долго взирала на него, а потом положила на стол поварешку, подошла к Гарри и обняла его. Немного ошарашенный, Гарри, тем не менее, испытал чувство облегчения. — Я рада, что ты с нами, — сказала Молли, выпуская юношу из объятий. — Твой подарок лежит под ёлкой. — На лице ее всё еще отражалось сомнение. — Если вы сейчас не заняты, можем поговорить минутку? Молли кивнула. — Если ты не против побеседовать, пока я готовлю, — оживленно проговорила женщина привычным бодрым голосом. Гарри посмотрел на Джинни, которая понимающе улыбнулась ему и, положив ложку, покинула кухню, по пути пихнув Гарри локтем в бок. Гарри ничего не сказал ей, понимая, что они могут поговорить и позже, к тому же у него сложилось впечатление, что между ними все будет нормально в любом случае. Конечно, чувства неловкости не избежать, как и любой расставшейся паре, но тот факт, что она встала на его защиту, говорил о многом. Проводив Джинни взглядом, Гарри приблизился к плите, наблюдая за тем, как Молли ловко управляется с кастрюлями. — Выглядишь повеселевшим, — сказала Молли и принялась резать овощи. — Да, — согласился Гарри. — Простите за вчера. Слишком много всего навалилось. — Да, Рон рассказывал, — Молли помолчала, а потом продолжила. — Он сказал, что ты несколько дезориентирован после избавления от Связи, и вам с Драко лучше побыть на расстоянии. Гарри был впечатлен как ложью, которую сочинил Рон, так и тем, что Молли даже бровью не повела, произнося имя Драко. — Скорее, Драко так психанул из-за прекращения Связи, что предпочел бросить меня. Всплеснув руками, Молли молчала, и Гарри молчал тоже, боясь поднять на нее глаза. — Мне так жаль, милый, — вдруг воскликнула она и взяла его за руку, губы ее дрожали, а глаза подозрительно заблестели. — Тебе приходится проходить через такое, а мы, как какие-то тролли толстокожие… — Всё в порядке, — сказал Гарри. — Я понимаю, что всё это было сложно принять. Я тоже виноват, не разговаривал с вами, не рассказывал, что происходит. — Всё, что мне известно, что между вами с Малфоем случайно возникла легиллименционная связь, а потом Джинни объявляет, что вы с ней больше не вместе, да еще эта статья в «Пророке»… — Молли замолчала. — Знаю, вы хотели, чтобы мы с Джинни оставались парой, — тихо произнес Гарри. Молли дернула головой, но ничего не сказала. — Простите. Я не могу изменить свою природу. А она такова, что я гей, который невзначай влюбился в Драко. Молли нервно хохотнула, странный звук больше походил на икоту. — Просто было бы так здорово, если бы ты официально стал частью нашей семьи. — Ну еще не поздно попытаться избавиться от меня, — пошутил Гарри, и Молли снова рассмеялась. — Прости, что так себя вела, — сказала она. — Тяжело было уложить это всё в голове. — Понимаю, — искренне сказал Гарри. — Мне тоже жаль. Молли посмотрела на него, и Гарри вспомнил, через что за последнее время ей пришлось пройти, сколько испытаний и страданий пережить, потерять сына, беспокоиться за счастье единственной дочери. Это продолжалось мгновение, а потом Молли отвела взгляд и вздохнула. — Ну, что было, то прошло, — сказала она, разрядив обстановку. Молли искренне улыбнулась, впервые за несколько дней. — Займись-ка лучше делом и помоги Джорджу накрыть стол. Ухмыльнувшись, Гарри вышел с кухни в приподнятом настроении. Впервые за последние дни на душе у него полегчало. Так было до тех пор, пока он не столкнулся носом к носу с Джорджем, который держал в руках пачку ножей. — Джинни сказала, что ты заголубел ради Малфоя, и что мне запрещается и дальше тебя игнорировать, потому что ты в этом не виноват, — без всякого вступления огорошил Джордж. — Ясно, но я, скорее, предпочту, чтобы ты игнорировал меня, чем зарезал, — высказался Гарри, глядя на столовые приборы. Джордж пожал плечами, но руки с оружием опустил. — Спорное мнение. — Я ведь не говнюк, которому плевать на чувства других, — без обиняков заявил Гарри. — Я не собирался обижать Джинни. — Знаю, — нетерпеливо перебил Джордж, махая руками. Гарри благоразумно отступил. — Просто… — Джордж умолк, наморщив лоб. — Малфой?! — воскликнул он. — Серьёзно?! Никого лучше найти не мог?! Ты, что, забыл, каким гадом он был? А песня? А статья в «Пророке»? — Он мне нос сломал, — напомнил Гарри. — Если уж я смог его простить, то вы тоже в состоянии простить ему то, каким кретином он был в пятнадцать лет. У Джорджа вытянулось лицо. — Это, что, обязательно? — Нет, — ровно сказал Гарри. — Но тебе необходимо смириться с тем, что мы с Драко вместе. Джордж посмотрел на него с подозрением. — Рон сказал, что вы расстались. Гарри смерил его не менее подозрительным взглядом. — Он сказал тебе, или ты подслушал с помощью удлинителей ушей? — Секрет, — ухмыльнулся Джордж. Несколько мгновений Гарри изучал его, а потом тоже осклабился и протянул руку. Нерастерявшийся Джордж сунул в вытянутую ладонь часть столовых приборов, и они продолжили сервировку вдвоём. Не удержавшись, Гарри улыбнулся про себя, размышляя, не работа ли это Артура или Джинни, что отношение к нему теплело с каждой минутой. — Смотри, что нашел, — послышался голос, и оба парня оглянулись, увидев подходящего Рона с охапкой хлопушек в руках. Свалив их на стол, Рон попросил: — Помоги разобраться с ними. Всё было, как и в любое другое Рождество. Гарри с Роном и Джорджем обсуждали благотворительный матч по квиддичу, Перси громогласно повторял, что всё это пустая трата времени. Вошедшая Гермиона живо переложила сервировочные подложки, как полагается, рождественский ужин был готов, и вся семья собралась за праздничным столом. Было шумно, царила суматоха, но Гарри это нравилось. Зажатый за столом между Роном и Перси, Гарри терпел постоянные толчки локтями в ребра от соседей, но молчал, то и дело возвращаясь мыслями к Драко. Его притихший вид, похоже, никого не смущал, все дружно орудовали ложками и вилками, поглощая вкусную еду, и Гарри поневоле проникся уютной атмосферой, а не был подавлен окружающим весельем, как вчера. Некоторое время спустя Гарри валялся на диване вместе с Роном и Гермионой, живот его был набит едой до упора, и он с трудом отбивался от добавок пирога, которыми его усердно пичкала Молли. Вялый и сытый, Гарри, на удивление, был доволен жизнью. Он всё ещё скучал по Драко, но чувство несколько притупилось, уже не было это терзающей боли словно от дыры в груди, что разрывала на части. Теперь в груди теплилось хрупкое чувство надежды, и общество верных друзей дарило комфорт, и Рождество вдруг показалось не таким уж плохим.* * *
Драко ненавидел Рождество. Будь его воля, он запретил бы этот дурацкий праздник, чтобы навсегда избавиться от всей этой суеты, ожиданий и надежд, с которыми он мирился всю прошлую неделю. Как же он ненавидит магглов, думал он, пробираясь сквозь толпу в тупике платформы Кингс-Кросс. Группа девушек перегородила дорогу, громко споря о том, на какую платформу им нужно попасть, а одна из них ковырялась в сумке, разыскивая что-то, что должно было прояснить ситуацию. Седьмой год кряду Драко клялся себе, что предпримет всё возможное, чтобы как-нибудь заставить Министерство Магии подключить Хогвартс к каминной сети, чтобы не пришлось больше иметь дело ни с Лондоном, ни с вокзалом. Повезло, что хотя бы в этот раз он путешествовал налегке, без багажа. Он терпеть не мог странные взгляды, которыми обдавали его магглы, выпучивая глаза на его школьные принадлежности, будто он какой-то чудик или типа того. Его настроение только ухудшалось при мысли о том, что в поезде может оказаться Гарри, хотя он ни за что не признался бы в этом. Судя по тому, что Аполлон довольно быстро обернулся, следовало предположить, что Гарри, скорей всего, поехал домой на Рождество, а не остался в Хогвартсе. А ему даже не на что было отвлечься, мама больше не покидала Мэнор, так что компанию составить не могла, а друзьям о том, что он не в Хогвартсе, Драко не сообщил. Так что все были уверены, что он благополучно торчит в замке с Гарри, что было бы правдой, не будь он конченым подлецом. Пробившись, наконец, сквозь девушек, он прошел через барьер на платформу девять и три четверти, даже не удосужившись проверить, не смотрит ли кто-нибудь на него. Ему было плевать, он просто хотел сесть на поезд и как можно скорее оказаться в пути. Он прибыл рано, так что, к его облегчению, учеников было еще совсем мало. Он был рад вернуться в магический мир и, зайдя в поезд, сразу последовал в последний вагон и, найдя пустое купе, укрылся в нем. Не то чтобы он ненавидел магглов, но они все делали так медленно, а Драко по натуре легко расстраивался, неважно насколько серьезны были причины и были ли вообще. Драко представил, как Гарри объяснял бы ему, для чего предназначены те или иные штучки, которыми пользуются магглы, и с каким тактом и терпением делал бы это. Гарри считал, что Драко ненавидит те вещи, которые не понимает. Хотя сам Драко придерживался мнения, что ненавидит то, что тупо. Засунув сумку на полку, он устроился в уголке и уставился в окно. Теперь мысли о Гарри заняли всю его голову и, не в состоянии отделаться от них, он занервничал еще больше. Записка, которую отправил ему Гарри в ответ, подарила ему надежду, что, быть может, не всё еще потеряно и что их отношения можно поправить. Однако подъем духа, подаренный возникшей надеждой, быстро угас, и Драко, вчитываясь и изучая каждую букву, пытался выудить из текста возможные предположения по поводу мыслей Гарри и своего будущего. Он постарался взять себя в руки и прекратить бесполезные домыслы и ковыряния, когда поймал себя на том, что анализирует чертов почерк Гарри на предмет того, счастлив ли был Гарри, когда писал это или нет. Смущенный и издергавшийся, Драко решил не продолжать переписку, ведь еще один раунд изысканий в почерке лишил бы его остатков нервов. Или могло быть ещё хуже! Ведь Гарри мог не ответить вообще, и тогда Драко скончался бы в муках ожидания и сомнений. Однако сейчас Драко жалел о том, что не написал. Ведь отсутствие переписки означает, что теперь им придется общаться лицом к лицу, а такая перспектива приводила Драко в некоторый ужас. — Какого черта ты тут делаешь? Драко дернулся так, что чуть окно лбом не вышиб. Обернувшись, он увидел Панси, Блейза и Тео, столпившихся в дверях. — Ты же должен быть в Хогвартсе, — продолжил говорить Блейз. — Что случилось? Драко лишь пожал плечами. — Планы изменились, — не моргнув глазом объяснил Драко. — Решил смотаться домой, а теперь вот возвращаюсь. — Зачем? — спросила Панси, и Драко раздраженно фыркнул. — Да прижмите вы уже задницы, Мерлина ради, — сорвался он. Его резкий тон несколько контрастировал с тем облегчением, которое он испытал от встречи с друзьями. — А то ощущение такое, будто я на допросе. — Ты и есть на допросе, — развеял Тео все иллюзии. Слизеринцы распихали сумки по полкам, расселись и выжидательно уставились на виновника неразберихи. — Позволь мне предположить, — растягивая слова, сказал Блейз, — ты поссорился с Поттером и в гневе сбежал домой. Драко посверлил его взглядом, потом выключил сверло и вздохнул: — Не хочу говорить об этом. — Значит — да, — вынес вердикт Тео, и Драко посверлил взглядом и его. — Ты налажал? — прищурила глаза Панси. — Я не хочу об этом говорить, — с нажимом повторил Драко. — Слушайте, вы угадали, довольны? Мы поссорились. Я не знаю, мы все еще вместе или уже нет. У меня было препаршивейшее Рождество, так что, пожалуйста, давайте сменим тему, а? Повисла пауза, нарушила которую Панси. — Между прочим, за тобой всё еще мой рождественский подарок. — Она хмыкнула. — Даже эти двое прислали мне подарки. Удивленный, Драко оглянул друзей: — Правда? — спросил он, обращаясь больше к Блейзу. Тот в ответ лишь пожал плечами, его эта тема не занимала. Драко хохотнул и помотал головой. — Чёрт. Пора брать себя в руки, раз даже ты ведешь себя как порядочный друг, в отличие от меня. — Ничего сверхъестественного, — вроде бы равнодушно произнес Блейз, но его довольный вид выдавал скрытую подколку. Драко состроил в ответ рожу, но скорее по привычке, чем от обиды, а потом стал слушать беседу друзей о прошедшем празднике, благодарный, что они прислушались к его просьбе и прекратили расспросы. Притихший Драко молчал, даже тогда, когда Панси завела речь об итальянском сыне маминой подруги, который привлек ее внимание на новогодней вечеринке. Драко даже никак не прокомментировал весть о том, насколько нелепо дорогой подарок Блейз послал Парвати Патил. Он сидел в уголке и тихонько улыбался, размышляя, доживут ли они с Гарри до дня Валентина, оставшись при этом парочкой? Из задумчивости его вывели довольно жестко: заехали локтем в бок. Драко пришел в себя, трое его так называемых друзей, зловеще ухмыляясь, сидели, держа палочку у лба. Первым его побуждением было скопировать их позу, крича «НЕТ!», но он взял себя в руки. Они уже лет сто как выросли из этой дурацкой детской игры, с помощью которой решали, кому идти за вкусностями для остальных. К тому же он никогда не проигрывал, что в общем-то было легко, учитывая, что рядом всегда были Крэбб и Гойл. — Вам что, двенадцать? — раздраженно произнес он. — Не собираюсь играть в ваши тупые игры. — Мне тыквенный пирог, — с широкой улыбкой объявила Панси, подталкивая к нему галлеон. — Мне тоже, — сказал Тео. — А мне шоколадных лягушек, — заказал Блейз. — Никуда я не пойду, — запротестовал Драко. — Ничего с этой чертовой тележки мне надо. — Кто последним достает палочку, тот и идет. Ты ведь не забыл правила? — уточнила Панси. — Бегом! — Нет! — упрямился Драко. — Что боишься столкнуться с Поттером? — поддел Блейз. — Ой, отвали, — поднимаясь, сказал Драко и сгреб галлеоны. Назло хлопнув дверью, он надеялся побесить друзей, но те лишь расхохотались. Скрипнув зубами, Драко напомнил себе, впредь не расслабляться в компании этих гиен. Зажав монеты в кулаке, он целеустремленно двинул вперёд, не глядя по сторонам, чтобы, не дай бог, не встретиться взглядом с кем-нибудь, с кем он увидеться не готов. Решительно и быстро он прошел через вагон без всяких инцидентов и открыл дверь в соседний. Стоило ему это сделать, и он нос к носу столкнулся с идущим с той стороны человеком, который едва успел оторвать взгляд от земли, чтобы избежать столкновения с Малфоем. У Драко скрутило живот. — Привет, — слабо выговорил Гарри, не меньше Драко ошарашенный их встречей. — Привет, — на автомате отозвался Драко каким-то не своим голосом. Сглотнув, он в полной растерянности опустил глаза, не представляя, что ему делать и как себя вести в этой ситуации. Тяжелое осознание того, что он натворил, висело в атмосфере, наводя панику и не оставляя никакого шанса на развитие диалога. — Ты в порядке? — не без колебания в голосе спросил Гарри. Подняв глаза, Драко сумел лишь кивнуть, абсолютно не доверяя ни голосу своему, ни языку. Эмоции, охватившие его при виде Гарри, были столь сильны, что он даже подумал о том, что Связь между ними возобновилась. Боже, видеть Гарри было для Драко почти физически больно. Воспоминания о том, как они целуются, держатся за руки, говорят по Связи, нахлынули на него, и Драко накрыло неконтролируемым желанием коснуться Гарри, прижаться как можно крепче и не отпускать. Кого он пытается обмануть? Чтобы он остыл к Гарри? Это невозможно. Тем более, когда этот придурок так близко, и он такой взъерошенный и такой чертовски идеальный… — Ладно, — пробормотал Гарри, вырывая Драко из задумчивости. Повисло неловкое молчание, и Драко почти замутило от смущения и переизбытка эмоций. — Ищу тележку, — выпалил он. — Отправили меня за едой для всех. Мерлин, какой же он кретин, что он несет? Гарри слабо улыбнулся. — Она в следующем вагоне. Рон уже закупился на всю компанию. — А, — сказал Драко, — спасибо. Вновь воцарилось неловкое молчание. Гарри не отрывал глаз от пола, словно ждал, что Драко скажет что-то, первым нарушит повисшее напряжение. Это что, шутка? Гарри что, издевается? Да как Драко мог начать говорить первым?! Он никогда не был на это способен… Наверняка, именно поэтому Гарри и молчал. Черт. Драко нервно сглотнул. — Мне… — начал было Драко, и Гарри резко поднял голову, в зеленых глазах светилась надежда. От его пронзительного, искреннего взгляда Драко всего затрясло, он ощутил себя уязвимым и совершенно безнадежным. — Пора возвращаться, — позорно договорил Драко. — Задержусь, и Панси может Тео слопать. Гарри кивнул и снова уставился в пол. Выражение лица у него было нечитаемое. — Да, я тоже пойду. — Куда ты? — не удержался Драко. В голове пронеслись кошмарные картины того, как Гарри встречает какую-то девушку или, что еще хуже, парня, который будет по-настоящему заинтересован в Гарри и будет ценить его, а не обращаться по-свински, как делал это Драко… — В уборную, — сказал Гарри, с любопытством глядя на Драко. Драко ощутил, как лицо заливает краска стыда. — А. прости, — пробормотал он. — Увидимся позже. Сгорая от стыда и отдавая себе полный отчет в том, что ведет себя как конченый идиот, Драко промчался мимо Гарри в следующий вагон, не отреагировав на оклик Гарри. Засунув руки в карманы, он несся по вагону, отчаянно желая быть хоть чуточку отважней, хотя бы в такие важные моменты.* * *
— Что-то долго тебя не было, — сказал Рон, когда Гарри зашел в купе и сел на место. — Напоролся на Драко, — с грустной улыбкой объяснил Гарри, и Рон с Гермионой немедленно оторвались от Драконьего домино, в которое играли. — Что он сказал? — спросила Гермиона. — Немного, — ответил Гарри. — Застал его врасплох. — Пытался сделать вид, что тебя не существует? — предположил Рон. — Нет, — покачал головой Гарри. — Просто был нервный и напуганный. Словно бы не знал, что сказать. Наверное, обычное его косноязычие, которое одолевает его, когда не надо. — Гарри откинулся на спинку сиденья и потер ладонями лицо. — Боже, я просто хотел схватить его и заставить его нормально поговорить со мной. — Удачи, — фыркнул Рон и, посмотрев в свои кости, отвернул одну доминошку в сторону, чтобы искры не сыпались на соседей. — Кто-нибудь, скажите Джорджу, что эти штуки и убить могут. — Думаешь, вы сможете поговорить? — спросила Гарри Гермиона. — Точно не посреди поезда, — ответил Гарри. — Может, если бы мы переписывались. — Не такая уж плохая идея, — задумчиво сказала девушка. — Всё, что касается Драко — плохая идея, — вздохнул Гарри, игнорируя сочувственно-весёлую улыбку Гермионы. Он всё ещё не отошел после своего нечаянного столкновения с Драко. Совсем не так он представлял их возможное воссоединение. В том, что воображал он, было намного больше слов, больше поцелуев и намного меньше одежды. Хотя, рассуждая трезво, их неловкая беседа — это максимум того, на что он по-настоящему мог рассчитывать. Было еще слишком рано. Просто было так сложно оставаться рассудительным, когда Драко находился на расстоянии вытянутой руки и выглядел таким несчастным и потерянным, и не мог толком и слова из себя выдавить. Подождите-ка, а что если Драко передумал? Что если этот неловкий разговор на самом деле означал, что Драко решил избегать его? Что он жалеет, что отправил подарок? Он ведь никак не ответил на записку Гарри, быть может, начинать радоваться было слишком самонадеянно со стороны Гарри?.. — Гарри! — услышал он мягкий оклик Гермионы. — Перестань накручивать себя, — сказала она, кладя кость. — Ты же знаешь, какой он. Гарри сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться. — Пожалуй, ты права, — не вполне убежденным тоном сказал он. Весь остаток поездки он пытался вести себя как ни в чем не бывало, хотя не переставал обдумывать поведение Драко. Почему они не могут просто взять себя в руки и всё исправить? Наверное, им помешало неудачное место, все-таки вокруг было полно любопытного народа. Недолго думая, Гарри принял твердое решение. Ему нужно застать Драко наедине и всё решить. Плевать на его прежнее решение двигаться постепенно, делать по шажку в день. Это было просто невыносимо: они ходили вокруг да около, оба на грани нервного срыва, боясь первым сделать шаг навстречу. К чертям гордость, он просто выдернет Драко из-за стола на праздничном ужине, если не будет иного способа остаться с ним наедине. Всё просто. Гарри хотел, чтобы Драко снова был с ним, и он готов был сделать всё, что потребуется, чтобы достичь этого как можно скорее. Боже, это почти та же история как тогда, когда ему пришлось осознавать собственную ориентацию: одна-единственная встреча с Драко и все его с трудом нагромождённые выводы и планы разлетелись, как карточный домик. К тому времени, как поезд стал притормаживать у станции Хогсмида, Гарри был так взбудоражен, что на месте усидеть не мог. Не в его характере было ждать у моря погоды, он всегда был человеком действия, хоть в последнее время и стал более рассудительным и терпеливым. Недавно появившийся самоконтроль таял с приближением к Хогвартсу, он схватил сумку и ругнулся, когда ручка за что-то зацепилась. — Да успокойся ты, — сказал Рон, с весёлым изумлением наблюдая за тем, как Гарри освобождает сумку, потом матерится, заметив, что коридор уже заполонили ученики и выйти невозможно. — Думаешь, я могу велеть им очистить мне дорогу, потому что я Избранный? — нахмурившись, поинтересовался Гарри, перекидывая сумку через плечо. — Нет, — в унисон произнесли Рон с Гермионой. Гарри раздраженно фыркнул, открыл дверь и высунул голову, выглядывая, не промелькнет ли в толпе светлая шевелюра. Не усмотрев ничего похожего, он решил, что будет логично переждать, пока все не пройдут, чтобы они с Роном и Гермионой могли спокойно покинуть поезд. По пути к каретам Гарри без передышки вертел головой, гадая, пропустил ли он Драко или решил спрятаться и надел шапку. Гарри раздраженно рыкнул при мысли о том, что Драко может нарочно скрываться от него, его бесило это постоянное бегство Драко в любой непростой ситуации. — Приятель, ты меня пугаешь, — сказал Рон, глядя, как Гарри продирается сквозь группу пятикурсниц, которые, по его мнению, слишком медленно разбирали багаж. — Мы торопимся, — объявил Гарри, не обращая внимания на возмущенные восклицания. Извиняясь направо и налево, Рон с Гермионой не отставали от него, и они все вместе загрузились в карету. Друзья, севшие напротив, не преминули укоризненно посмотреть на Гарри. — Что? — спросил он, глядя в окно в поисках следов Драко. — Сердцу не прикажешь. — Сердцу не прикажешь? — возмутился Рон. — Да еще неделю назад ты на дух не переносил засранца. — Ну да. Но это было до того, как я увидел его воочию, — сказал Гарри, продолжая разглядывать толпу. — Было легко ненавидеть его, пока он был далеко. А сейчас… я просто не могу позволить ему болтаться где-то, когда он должен быть рядом со мной. — Похоже, ты определился, — заметила Гермиона. Оторвавшись наконец от окошка, Гарри выпрямился на сиденье. — Да, — твердо сказал он. — Если бы ты была на моем месте и прошла с кем-то через всё это дерьмо, ты не сдалась бы просто потому что тот не справился с собой, так? — Конечно, мне и в страшном сне не приснится, что вы пережили, — многозначительно сказала Гермиона, и Гарри рассмеялся. Рон нахмурился: — Ты что, на меня намекаешь? — Что? Нет, — невинным тоном ответила Гермиона. — Мы говорим о Малфое. Рона ее слова, видимо, убедили не до конца, он переводил подозрительный взгляд с Гарри на Гермиону. Гарри сжалился над ним и продолжил разговор. — Мне нужно как-то перехватить его сегодня вечером, — сказал он. — Когда никого не будут рядом. — Пошутил? Сегодня торжественный ужин и все такое, это будет просто нереально, — нахмурился Рон и пошатнулся в такт потряхиваниям кареты. — Как раз поэтому условия создаются отличные, — возразил Гарри. — Не уверен, что похищение — это решение проблемы, — рассмеялся Рон. — Кто бы говорил, — намекнул на недавние события Гарри. Рон поднял руки, сдаваясь. — Ладно, спокойно. Однако сказать это я обязан. Знай, что из-за Малфоя ты совершенно съезжаешь с катушек. Фыркнув, Гарри откинулся на спинку. — Ну, с этим ничего не поделать, — ухмыльнулся он.* * *
— Гарри, может, прекратишь пялиться? У меня уже от тебя мурашки. — Прости, Невилл, — отозвался Гарри, поспешно отводя глаза от дверей, и обратил взор на стол. Уже пятнадцать минут они сидели в ожидании, пока все приехавшие ученики зайдут в Большой Зал, и львиную долю этого времени Гарри таращился на входные двери повыше плеча Невилла. — У нас у всех уже мурашки, — сказал Симус, маша рукой перед глазами Гарри. — Завязывай. Оттолкнув его руку, Гарри сказал: — Успокойся, я всего лишь ищу Драко. — А я думал, на каникулы вы вместе остались здесь, — заметил Симус. — Длинная история, — пробормотал Гарри. — Сдается, из-за Малфоя ты совсем сходишь с ума, — сказал Симус. — Мы то же самое сказали, — услужливо поддержал Рон. — Боже, заткнитесь, — рассердился Гарри. — Просто потому… Все возражения замерли на его губах, когда, бросив взгляд на двери, он замер, увидев в проеме только что вошедшего человека с опущенной головой и прибитым выражением. У Гарри перехватило дыхание, пока он наблюдал за тем, как Драко, следуя за Панси, Тео и Блейзом, направился к слизеринскому столу, не обращая никакого внимания на окружающих. Он преодолел половину зала, когда наконец поднял голову и, словно не отдавая себе отчет в том, что творит, посмотрел на гриффиндорский стол… Их взгляды встретились, и Гарри пожалел, что Связи больше нет, иначе он потребовал бы, чтобы Драко прекратил тупить и тащил свою задницу за гриффиндорский стол. Драко изумлённо распахнул глаза и тотчас отвел взгляд, он явно был сконфужен и покраснел. Он поспешно сел за стол и, колеблясь, снова поднял глаза и немедленно отвернулся, поняв, что Гарри все еще смотрит на него. Драко глядел в сторону, на лице отражалось отчаяние, в возбуждении он кусал губу. Остаток ужина пролетел, как в тумане. Гарри что-то ел, смеялся, болтал с друзьями, но всё это как-то на автомате, не в состоянии сопротивляться зудящему желанию посмотреть на Драко. Похоже, Драко был не в лучшем положении. Иногда, когда Гарри поднимал глаза, оказывалось, что Драко уже смотрит на него с тревожным выражением лица, и чем ближе было к концу ужина, тем всё больше тревоги и нервозности отражалось на его лице. — От всего этого у меня голова идет кругом, — глядя на пустую тарелку, пробормотал Гарри Рону, зная, что Драко смотрит на него. — Он ведь снова глядит на меня, да? — Ага, — подтвердил Рон. — И видок у него такой, будто он либо вот-вот разрыдается, либо начнет бить посуду. — И что мне делать? — сказал Гарри, скорее говоря сам с собой, чем обращаясь к Рону. — Думал, у тебя есть план. Ты разве не собирался похитить его и заставить поговорить с тобой? — спросил Рон. — Да, но сейчас я уже не уверен, — признал Гарри. — Не могу понять, чего он хочет. — Сходи и спроси, — предложил Рон. Гарри нахмурился. — Не могу же я как ни в чем не бывало подкатить к слизеринскому столу и заговорить с ним в присутствии всех его сокурсников… — Повезло, он как раз выходит из Зала, — невозмутимо огорошил Рон, указывая в сторону слизеринского стола. Гарри с такой скоростью крутанул головой в нужном направлении, что у него в шее что-то громко хрустнуло, а потом сердце ухнуло куда-то вниз, когда подтвердилось, что Рон не соврал: Драко, действительно, спешно направлялся к выходу, сосредоточенно опустив глаза в пол и избегая пересечься с кем-либо взглядом. Гарри огляделся кругом, отметив, что никто особо не смотрит на Драко, а если кто и смотрит, то им нет до него дела… — Только имей в виду, что вся школа увидит, что ты пошел за ним, — напомнил Рон. — Вся школа. Ты знаешь, чем всё кончится. Сплетням не будет конца. Лаванда уже вытаращилась на тебя. Поколебавшись, Гарри взял себя в руки и принял волевое решение. — Да пошло оно всё. Встав со скамьи, он последовал за Драко, стараясь не переходить на бег. Проигнорировав кого-то, кто окликнул его по имени, Гарри с бьющимся сердцем вышел в двери. — Драко. Гарри не кричал, но в тишине слово будто прогремело на весь входной Зал. Драко застыл на месте посреди помещения. Сглотнув, Гарри сделал шаг вперед, и Драко медленно развернулся с испуганным выражением на лице. Прежде чем Гарри успел понять, что делает, он уже подошел к Драко и обнял его за плечи, лишая того возможности спастись бегством. Гарри ощутил, как дрожащими руками Драко сжал ткань его рубашки в районе плеч. — Не надо… — еле выговорил он. — Я просто… — Почему ты отправил мне подарок? — приглушенно спросил Гарри. — Скажи мне. — Не надо, — отворачивая лицо, промямлил Драко. — Я наблюдал за тобой целый гребаный час и так и не смог сообразить, как мне извиниться, что сказать тебе, чтобы как-то объяснить свое поведение… — Хотя бы попытайся, — сердито прошептал Гарри, взбешенный тем, что Драко уже расписался в своем бессилии и нежелании бороться. Бога ради, они еще толком не начали говорить, а уже зашли в тупик. Драко замотал головой. — Я не могу, понимаешь? — сказал он, и, к изумлению Гарри, в его голосе были слышны рыдания. — Я не в состоянии сказать правильно важные вещи. — Можешь, — настаивал Гарри, но Драко вновь замотал головой. — Не могу, — повторил он. — Я никогда не мог ничего сказать вслух, поэтому это не сработает… Гарри чуть отодвинулся от Драко, чтобы достать палочку. Драко протестующе завозился, попытавшись в панике отступить, но Гарри оказался быстрее. Он поднял палочку и направил ее прямо в лицо Драко. — Легиллимент Экспорте! Оба судорожно вздохнули, но Гарри этого не услышал. Внутри его сознания вновь распахнулось окно, сквозь которое он опять мог чувствовать Драко. Ощущение было невероятное. Однако Гарри заметил, что в вихре мыслей и эмоций он не чувствует переживаний Драко, хотя ощущалось что-то осязаемое и настолько в духе Драко, что совершенно лишало Гарри самообладания. Он почти слышал, как бьется у Драко сердце. «Не отталкивай меня», — сказал Гарри по мыслесвязи. Замерший Драко не двигался и молчал, закрыв глаза, и лишь мелко дышал, втягивая воздух через рот. Прошла вечность, прежде чем он ответил. «Но я всегда не знаю, что сказать». Гарри облегченно выдохнул, услышав тихие слова Драко. Это хотя бы немного походило на диалог, которого добивался Гарри. «И не надо ничего говорить», — сказал Гарри. — «Просто прекрати убегать». Он опустил палочку, и связь исчезла, и теперь стали очевидными их тяжелое дыхание и громко бьющиеся сердца. — Ты… — начал было Драко хрипло. — Ты простишь меня? — Конечно, идиот, — грубовато отозвался Гарри. — Я не хочу проходить через всё это в одиночку. — Но я ушел, — с трудом проговорил Драко. — В Рождество. Какой человек так поступает? — Только последняя сволочь, — ответил Гарри. — И идиот. Поэтому прекрати уже ею быть и возмести мне нанесенный ущерб. Давай уже. Взбодрись. Хватит всей это депрессивной чуши. Я в состоянии простить тебя, так что прекращай быть таким… — Идиотом? — тихо подсказал Драко, и Гарри коротко хохотнул. — Да, точно. Некоторое время они просто стояли молча. Гарри ждал. Желудок у него сводило от переживаний, он ждал, чтобы Драко ответил, сказал что-то, хоть что-нибудь. А Драко, похоже, усиленно обдумывал что-то, глаза бегали по сторонам, а между бровей залегла глубокая морщинка. Минуты шли, а Драко продолжал молчать, и с каждой проходящей секундой становился всё более нервным. Гарри вздохнул, плечи его поникли. — Ладно, — ровно сказал он. — Я понял… — Заткнись, — оборвал его Драко и впился поцелуем в его губы. У Гарри перехватило дыхание, и он крепче прижал Драко к себе. Поцелуй не был актом страсти, это были лишь плотно прижатые к губам губы, но Гарри чувствовал запах Драко, снова ощущал его вкус, всё, по чему так скучал последние пару недель. Ощутив Драко опять в своих объятиях, Гарри почувствовал облегчение. Это было лучшее, что произошло с ним за последние дни. Однако Гарри не успел полностью насладиться поцелуем, как Драко уже отодвинулся и теперь смотрел Гарри в глаза. — Не знаю, смогу ли я, — беспомощно проговорил Драко. Гарри оборвал его поцелуем, а потом обхватил ладонями лицо Драко. — Просто постарайся, — выдохнул он. — Я тоже не знаю, что будет дальше, но мы должны попытаться… Драко кивнул и, закрыв глаза, снова нежно прижался к губам Гарри, всем телом дрожа. — Я не… — пробормотал он, — не знаю… Что бы ни собирался сказать Драко, его слова потонули в шуме, внезапно заполнившем холл. Оглянувшись, они заметили, что поужинавшие ученики стали расходиться по комнатам. — Черт, — выдавил Драко. — Нам лучше уйти. — Не уходи, — сказал Гарри. — Не сегодня. Мгновение Драко пристально смотрел ему в глаза, затем глубоко вздохнул, словно готовя себя к чему-то. — В башню, — в итоге выдал он. — Могу пойти с тобой, если хочешь. — Говоря это, он пожал плечами, но Гарри разглядел за вроде бы непринужденным жестом его истинную суть. Драко всё еще был испуган и потерян, не был уверен ни в своих поступках, ни в будущем, но он хотя бы был готов провести ночь вместе с Гарри… Да черт с ним. Всё это бесконечное анализирование и ковыряние в чужих мозгах может подождать до утра. — Пойдем, — сказал Гарри. Отступив, он протянул руку, которую Драко без раздумий сжал в своей, переплетя пальцы с пальцами Гарри, и послушно последовал за ним в Гриффиндорскую башню.
