The evil dead

*** Миша едва не вынес плечом дверь, перелетел через порог и замер. Отстававший буквально на шаг Руслан тоже невольно остановился – в комнате никого не было. - Даня! - Я…. Я здесь! Я внизу! – раздался голос из-под пола, в углу комнаты, где Руслан не сразу заметил напольный люк, вероятно, ведущий в подвал или погреб. - Какого хуя ты там делаешь? - зарычал Кшиштовский, подходя ближе и опускаясь на колени, - Твою мать, здесь даже нет ни ручки, ни кольца, как ты открыл эту херь? - длинные тонкие пальцы зашарили по щелям между краями люка и досок, выискивая наиболее широкую. - Он сам открылся! – крикнул в ответ Даня, - Я решил спуститься проверить, в чем дело. Но ступенька сломалась, я скатился вниз, а люк захлопнулся. Я даже не могу допрыгнуть до него. Руслан видел, как Миша выругался себе под нос, а потом протиснул кончики пальцев в наиболее широкий паз и приподнял крышку. Руслан тут же просунул ладонь в образовавшуюся щель и вместе они смогли поднять люк. - Держи меня, - сказал Руслан, вытягивая ноги и свешиваясь всем корпусом в подвал. Пальцы Миши крепко впились в бедра чуть выше колен. - Даня, я не вижу тебя, хватай меня за руки, - пропыхтел Усачев. Через секунду влажные от пота ладони вцепились Руслану в запястья, и теперь Даня болтался как безвольная кукла, не способный подтянуться. - Даня, я не смогу поднять тебя, давай, вспомни физкультуру! Даня принялся дергаться, и Усачев невольно поморщился – занозистый край полов остро врезался в живот чуть ниже пупка, мышцы рук начинали подрагивать от напряжения. - Не… Получчается, - напряженно прошипел Поперечный. - Попробуй упереться во что-нибудь ногами, - раздался голос Кшиштовского, а потом Руслан почувствовал, как тот сел ему на ноги, стиснув их своими острыми коленями с боков, а одной рукой схватил за ремень джинсов, - Схватишь Руслана за шею, а я втащу тебя наверх. - Оккей, - пробурчал Даня, и снова принялся извиваться и пыхтеть, пиная ногами воздух. Наконец, когда Руслан уже чувствовал, что готов разжать пальцы, Поперечный вдруг радостно взвизгнул и резко толкнулся вверх, хватаясь рукой за шею Усачева. Тут же сверху навис Миша и потащил Поперечного за шиворот, будто котенка. Даня напоследок огрел Руслана подошвой кроссовок по затылку, но через секунду Миша обхватил Усачева руками поперек живота и потянул на себя, уронив их обоих на спину. С трудом пытаясь отдышаться, Руслан осознал, что лежит на Кшиштовском, который все еще держит его правой рукой за пояс. Усачев подумал, что мог бы лежать так вечно, спиной чувствуя, как ходит ходуном мишина костлявая грудная клетка с горящими от усталости легкими, как учащенно бьется между ними сердце, но он заметил, что Кшиштовский сорвал до мяса ногти на указательном и среднем пальце и с них медленно капает кровь. - Обработать нужно, - прошептал Руслан, аккуратно взяв его за запястье, тем самым все испортив – Миша тут же грубо спихнул Усачева с себя, буркнул «Я в норме» и, поднявшись на ноги, протянул левую руку Дане. - Ты как? Ударялся головой? – зло спросил Кшиштовский, хватая Поперечного за подбородок и внимательно глядя в глаза, - Какое сегодня число? В глазах двоится? Сколько пальцев я показываю? - Да все в порядке, - принялся отмахиваться Даня, - Я не сильно ударился, со мной все хорошо, правда. Миша, кажется, удовлетворился ответом, кивнул, и отпустил Поперечного. Но лишь для того, чтобы через секунду отвесить ему подзатыльник. Руслан хотел было возмутиться, но потом вспомнил, что рука у Миши легкая, а левой он не прибил бы даже мухи. - Придурок! Нахера ты туда полез?! – закричал наконец Кшиштовский. Даня же невпопад ответил: - Я нашел, откуда пахнет падалью. Лицо у Поперечного было непривычно мрачным, и Миша замер с приоткрытым ртом. - Чего? Мы же нашли дохлую птицу и выбросили ее, просто дом еще не проветрился. - Поверь мне, дело было не в ней, - угрюмо хмыкнул Даня.