Мой лучший враг

Мы еле-еле доковыляли до машины. Погрузив Зэда на заднее сиденье и достав аптечку из багажника, я поспешила хоть немного обработать полученные им раны. Он мужественно выносил все пощипывания и покалывая, изредка вскрикивая. — Я не думал, что так все получится. Прости, что впутал тебя в это. — Я сама себя впутала еще тогда, в первую нашу встречу. Ты не виноват, что твой друг такой придурок. — В этом нет, но сейчас подверг тебя опасности, когда ушел. — Ах, ты об этом, ну да, косяк твой. С тебя причитается. — А вот какая ты оказывается, — и мы в пол силы засмеялись. Смех был не совсем был в привычной нам всем манере — радостный и восторженный, а скорее уставший и разочарованный. Оба слишком выдохлись за этот вечер, который не предвещал ничего негативного, а обернулся полным крахом для всех. Зэд искал, из лучших побуждений, друга, но наткнулся на эгоистичную сволочь, а я хотела помочь этой самой сволочи вытащить из его же дерьма, однако наткнулась на безразличного человека, который уже не в первый раз топчет мое сердце. Есть победитель в этой ситуации - Хардин. О нем заботятся, переживают, хотят самого лучшего, а ему это не нужно. У него есть лучшие люди, но он никого не ценит. Спустя некоторое время после отработки ран, мы тронулись с места. Я уговаривала его обратиться в больницу, потому что ушибы были серьёзные, как по мне, но он отказался. Зэд пытался шутить, хоть немного развеселить меня, рассказывая разные истории из жизни. Постепенно его повествования приносили свои плоды и мне становилось легче дышать. Он старался избегать историй про Хардина, но так или иначе про него заходила речь. Мне было интересно послушать о нем, так сказать посмотреть на него с другой стороны его жизни. После того, как я отвезла Зэда, мне захотелось ещё немного покататься, развеяться и я позвонила Стеф. Наш разговор не включал в себя произошедшее недавно, так как мы договорились с моим спутником не говорить ей об этом, а просто сказать, что не нашли его. С моей подругой почти единогласно решили сходить развеяться в какой-нибудь клуб: немного нелепого флирта, алкоголя и танцев — никому не помешает, но отложили это на следующую неделю. Не уверена, что это то, что мне нужно, но моя голова забита одним человеком и как же мне быть, чтобы оттуда его выгнать? После всей этой грязи он все равно на первой полосе в заголовке газеты моей жизни. — У тебя точно все нормально? Голос какой-то не такой. — Точно. Ты не заметила, что стала очень подозрительной в последнее время? — А мне есть в чем подозревать тебя? — А я даю повод? — Пора прекращать нам отвечать вопросом на вопрос, потому что ничего не выясним, — смеясь, произнесла она. — Подытожим, у тебя все хорошо и ты мне не врешь. — На том и порешали. Все следующие три недели мы общались с Зэдом и Стеф. Ходили в кино, ездили на день в спа-центр, сидели у костра, посещали клуб, в общем, они пытались меня подбодрить. Зэд принимал активное участие в моем выздоровлении от Хардина и мы помногу времени переписывались и обсуждали разные темы, но от нашей общей знакомой почему-то скрывали сей факт. Он очень помогал мне: веселил, отвлекал и даже зарегистрировал меня на сайте знакомств. Представляете? — Ты что с ума сошёл? – увидев в сообщении скриншот экрана мою страницу на сайте знакомств, закричала я. В этот момент мы болтали по телефону уже второй час. — Фотка не удачная? — язвительно спросил он. — Ты зачем вообще меня там зарегистрировал? — Я считаю, что тебе нужно найти нормального пацана, — в эту секунду он отправил мне фотографию одного парня. — Как тебе этот? — О, господи, — рассмеялась я. — У него усы же! — Ну, знаешь, как говориться? Не усики, а… — Не продолжай! — закричала в трубку я, прервав его. — У тебя тоже есть усики, но тебя же за них никто не осуждает. — Ну ты и гад! Когда Стеф уехала погостить к своим родственникам, мы с Зэдом стали ещё больше проводить время вместе и никого это не смущало. Я не чувствовала к нему ничего, да и он ко мне тоже, поэтому мы все также проводили оставшиеся дни лета. От Хардина не было вестей нигде: ни у Молли, ни у «райского наслаждения», ни дома. Все места, где он мог быть — были пустые. Моя злость и ненависть постепенно проходили, а на смену приходила тоска по былым дням, по нему. Странные ощущения. Я совсем запуталась в себе. У меня не должно возникать этого чувства, вообще никаких не должно быть, однако они все еще присутствовали. Почти перестала болеть голова от воспоминаний, слезы все высохли и на лице можно было увидеть мою улыбку, которую я скрывала последние недели. Оказывается фраза о том, что время лечит — не такая уж и киношная, потому что со временем мне действительно стало легче. Я приняла ситуацию и перестала постоянно накручивать себя. Конечно, во многом мне помогла моя подруга и, неожиданно ставший для меня не последним человеком, ее парень, который оказывал огромную поддержку. Днем мы созвонились с Зэдом, когда я начинала собирать свои вещи для переезда. — Какие сегодня планы? — Мне нужно решить пару дел, так как я сейчас вместо Хардина, то прибавилось ответственности. А чего? — Да, скучно, — простонала я. — Последние недели лета тоскливые. — Пойдём со мной? Дела не криминальные, если что. Ну и плюс ко всему, они проходят в клубе. Отдохнёшь. — Ну даже не знаю, — протянула специально я последнее слово. Зэд начал уговаривать на том конце телефонной трубки. — Ладно. Во сколько? В назначенное время, приодевшись в чёрное платье, которое подчёркивало все мои достоинства, волосы аккуратно уложены в хвост, который я немного подкрутила, а макияж был легкий и непринужденный, я стояла ждала такси, но вдруг подъехала черная машина и из неё выглянул Зэд. — Ничего себе, — удивленно произнесла я. — Я решил, чего тебе томиться в такси с потными мужиками, если можешь потомиться со мной? — Как заботливо, — сказала я садясь на переднее сиденье. Только-только мы тронулись и я уже мечтала, чтобы меня вез потный мужик в такси. Манера вождения Зэда напоминала мне детский аттракцион, где всех тошнит. Скорость, резкие повороты, неожиданные остановки на светофорах, на которых он находит соперника, а потом они вместе газуют и кто быстрее, обгон — теперь я понимаю почему он говорит о том, что я слишком следую всем правилам, потому что он нарушает их. Хардин ездил точно также, но к этому времени я уже немного от этого отвыкла, поэтому это было для меня все равно что в первый раз. Мы доехали до клуба, переведя дыхание я вышла из машины, а точнее Зэд открыл мне галантно дверь и подал руку. Также как и в прошлый поход в игровом клубе стояли два мужчины, которые никого не впускали. Рядом стояли и пытались войти несколько человек, но у них это не выходило каждый раз. Зэд что-то шепнул одному из них и нас впустили, поприветствовав его рукопожатием. Мы поднялись по крученой лестнице и я увидела перед собой: по середине клуба находился бар, за которым уже сидело несколько дам, которые обольщали мужчин, на удивление пока ещё никто не спал за стойкой. У левой и правой стены располагались столики, диваны, стулья, а рядом со входом был диджейское ложе. Свет был приглушённый, мерцающий, стены показались мне синие, но из-за светодиодов они были пурпурно-фиолетовые. Мы прошли ещё вверх по лестнице к vip столикам и там сидели все знакомые мне лица — друзья Хардина. Они оживленно о чем-то разговаривали, но когда увидели нас замолкли. Крис, сидевший поблизости, приобнимая девушку, первый начал говорить: — Э-э, п-п-привет, Зэд и, — смущенно оглядев меня, он, наконец-то, назвал мое имя. — Тереза? — Тесса, — поправила я его. — Да точно. Что вы тут оба делаете? — Я пришел по нашему делу, а Тесса со мной за компанию отдохнуть, — сказал Зэд строго. — Есть проблемы? — В некотором роде да. — Какие? — Эм, я думал, что ты знаешь, эм, — он начинал мямлить. Зэд его осек, положив руку на диван и наклонившись над ним. Крис начал говорить очень тихо, поэтому я ничего не услышала, но когда до моего друга дошли слова, он встал ровно и начал оглядываться. В ту же секунду, он схватил меня за руку и повел от них. С молниеносной скоростью мы спустились по лестнице и направились к выходу, как резко остановились, услышав позади себя хлопанье в ладоши. Мурашки прошли по всему моему телу, волосы на руках встали дыбом и сердце участило свой ритм. До меня тоже дошло. Зэд не оборачиваясь потянул меня за руку к выходу, но я стояла как вкопанная и собиралась духом развернуться. Удивительно, что человек не издал ни звука, но я уже поняла кто это. Развернувшись, я могла лицезреть перед собой Хардина. Он стоял как всегда во все оружии: белая футболка еле выглядывала из-под кожаной куртки, волосы уложены, а на лице виднелась ядовитая ухмылка. Я тоже сегодня при параде, поэтому надеюсь он захлебнется слюной, пока смотрит. — Тесса, пойдем, — сказал Зэд, все также стояв спиной, держа меня за руку. — Зэд, отпусти. Однако он не собирался меня отпускать, вместо это он развернулся и увидел причину нашего скорейшего побега. Я видела его изумленное лицо, хотя он очень старался скрыть свои эмоции. Мою руку, кстати, так и не отпустил. — Рад вас видеть. Зэд как твои ребра? Надеюсь, я не сильно тебя потрепал? — язвительно спросил Хардин, подходя ближе к нам. Спрашивал он Зэда, но пристально с ухмылкой смотрел на меня. Я попятилась назад. — А ты как, Тереза? Теперь обхаживаешь парня своей лучшей подруги? Нервно сглотнув, я была готова ответить на его колкости, однако Зэд встал между нами, отпуская меня. — Не надо, Хардин. — Не надо что? — Не надо так с ней поступать. Ты и так ведешь себя, как последняя мразь, хоть сейчас поступи умнее и дай нам уйти. — Нет. — Что? — Зачем вам обоим уходить? Вы же только пришли! — Я не желаю это больше слушать, — прорычал Зэд. — Ах, да, Тесса, — заглянув за плечо Зэда, обратился ко мне Хардин. — Так и тянет на плохих мальчиков? — Хардин, прекрати это! — оттолкнул его Зэд. — Она тебе ничего не сделала! — Зэд, спасибо, но я могу и сама ответить, — похлопав Зэда по плечу и выходя из тени, сказала я. — Зачем ты сейчас издеваешься? — А зачем ты с ним сюда пришла? — Потому что мы с ним друзья. Ещё вопросы? Он ехидно улыбнулся и ушёл от нас. Зэд тут же подскочил ко мне и начал расспросы о том, как у меня ощущения. Я отвечала, что все плохо, но в то же время все хорошо, однако его ответ не устроил и он попытался уговорить меня уйти отсюда. Однако у меня были совсем иные планы. Я хотела остаться и показать Хардину, что отныне я могу быть сильной. И я знаю, что где-то внутри ему я не безразлична, просто чувствую это. Его глаза, когда я обернулась выражали совсем не то, что он пытался показать под своей бесчувственной маской. Они с волнением разглядывали меня, а его аплодисменты означали то, что он хотел обратить на себя внимание. Может я все слишком притягиваю за уши, но иногда хватает лишь взгляда понять, что человеку ты не безразличен. — Ты уверена, что хочешь остаться? — Я пришла отдохнуть. Почему я должна уходить? — Как скажешь. Музыка начала выводить из ступора и танцевальные движения получались сами собой. Зэд принёс пару алкогольных коктейлей, а затем ушёл по своим намеченным делам. Я не чувствовала себя одиноко, наоборот наслаждалась тем, что не обращаю внимание ни на кого и танцую только для себя. Приятно осознавать, что ты что-то делаешь исключительно исходя из собственных желаний. Коктейли начинали давать свои плоды и мои танцы становились все ярче, ну или мне так казалось. Мои руки запущены то в волосы, то над собой, бёдра двигаются влево, вправо, глаза закрыты, в ушах только музыка. Молодые люди втягивали в танцы, кружа меня и танцую рядом со мной, что меня забавляло, потому что я чувствовала один самый пристальный взгляд, который прожигал все мои танцы. Зоркие глаза могли только напряжённо наблюдать со стороны за тем, как один из парней подал мне руку и притянул к себе, а затем положил свою ладонь мне на талию. Пронзительный взор бегал по всему танцполу, когда я скрылась за людьми, чтобы его помучать. Неотрывный взгляд мог только лишь наблюдать. Не трудно догадаться, кто обжигал меня своим созерцанием и кому совсем не нравилось то, что я это делаю. Однако моя персона не оставалась без внимания человека, который стоял на втором этаже, оперевшись руками на перила и проявлял бдительность. Он злился, потому что я пришла сюда с его другом, сердился за мои танцы с незнакомцами, негодовал из-за того, что не слушалась его и не поддавалась на его отсутствующую эмоциональность, но прежде всего он выходил из себя потому что не мог быть здесь и сейчас со мной, потому что все испортил. Две песни спустя я перестала чувствовать на себе его взгляд и, честно, была раздосадована этим фактом, но увидела как он спускался по лестнице держа за руку девушку. Не было нужды гадать о том, кто же эта персона, потому что эти розовые волосы я узнаю из тысячи. Ее локоны падали на кожаную куртку, под которой красовался топик еле прикрывающий пупок, а юбка из такого же изделия была слишком мини, что добавляло длины ее ногам. Она то и дело хихикала, когда он смотря на меня что-то шептал ей на ухо, вешалась на его шею, как дешёвое украшение. Заиграла медленная песня и несколько секунд после ее начала он, как и я, замер, но легкое прикосновение по моему плечо заставило меня пробудиться и я обернулась. Сзади стоял Зэд, протягивая мне руку, тем самым приглашая на медленный танец. Улыбнувшись, я положила свою руку в его, склонила голову к его груди и мы начали двигаться в такт музыке. Я была лицом к Хардину и видела, как его лицо стало выражать гнев, но он быстро натянул свою маску и рывком опрокинул Молли в свои объятия, положив свои руки ей на талию, а затем все ниже и ниже. Предательская дрожь пробежалась по моей коже и к своему ужасу, я увидела то, что совсем не желала лицезреть. Хардин начал ее целовать, смотря все это время на меня и в этот момент во мне разразилась молния по всему телу. Было ощущение, что я падала с большой высоты и вот-вот разобьюсь. Внутри сгущались грозовые тучи, образуя ураган эмоций и голова начала кружиться. В ушах больше не было музыки, я слышала лишь своё учащённое сердцебиение, которое оглушало меня. Прижавшись сильнее к Зэду, я закрыла глаза и пыталась успокоиться, прогнать это чувство сосущее под ложечкой. Открыв глаза, я увидела, что больше никто не танцует медленно и я отстранилась от Зэда. Заглянув за его плечо, где недавно лицезрела Хардина, никого не увидела и облегченно вздохнула. — Ты как-то напряглась, — заметил Зэд. — Мне нужно подышать. Когда мы вышли на улицу, рваным вздохом пыталась поймать немного свежего воздуха. Глаза пощипывало, но я сдерживала поступающий порыв и крепко взяла себя в руки. — На тебе лица нет. Тебе плохо? Поблевать? Я невольно улыбнулась и заверила своего приятеля, что все порядке и просто стало немного душно. Я сбегаю с ума от увиденного, потому что одно дело, когда эта Молли сказала об их отношениях и это могло быть обычной ложью, но когда Хардин лапает и целует ее прямо на моих глазах, то на сердце появляется ещё один отпечаток от моей больной любви. Так, что да, Зэд, мне плохо, даже бы сказала хреново, и меня сейчас вправду может стошнить, потому что твой друг каждый раз разбивает мое сердце сильнее, хотя всегда думаю куда же ещё больше, но вместо этого я говорю: — Нет, я в порядке. Сейчас ещё немного подышу и можем пойти дальше зажигать это место. — Как скажете, Тесса Янг, великая тусовщица и зажигательница танцполов. — Буду считать это комплиментом. — Все воркуете? — послушался сбоку от нас голос Хардина. — Чего тебе надо? — А ты чего к ней присосался? — Ни к кому я не присосался… — Да ты только и делаешь, что трешься около неё, — прервал его Хардин. — Окей, Хардин. Я не буду с тобой это обсуждать. Пойдём, — уводя меня внутрь клуба, бросил Зэд. — И вот опять, ты уводишь ее. — Каждый раз, когда ты рядом, она страдает, так что, да, увожу ей во благо. — А ты че телохранителем заделался личным? — Так, все, хватит, — встряла в их разговор я. — Зэд, спасибо за заботу, но я могу и сама отвечать, а ты, Хардин, уже никакого права не имеешь влезать в мою жизнь и интересоваться с кем я общаюсь, как и сколько. Выясняй со своей крашеной стервой кто трется около нее, а я сама решаю эти вопросы. — Так задел наш поцелуй? — О, Боже мой, — удивленная его наглостью, сказала я. — Ну же, Тесс, не злись, давай поговорим, — подходя ближе, произнёс Хардин. — Что для тебя является разговором, то для меня домогательство. Хочешь поговорить, купи себе попугая или хомячка. — Всегда нравилось это в тебе. Ты очень легко можешь осадить человека одной фразой. — Хардин, нам пора, — взяв Зэда под руку, я ушла прочь. Однако он подбежал и схватил меня за правую руку, останавливая меня. — Что ты делаешь? — вырывая руку, крикнула я. — Мне больно! — Прости, прости, прости, — он резко отскочил от меня и развёл руки по сторонам. В его глазах уже не было былой наглости, а голос приобрел беспокойный тон. — Я не буду тебя трогать, но давай поговорим, пожалуйста. — О чем? — Тесс, — он стрелял глазами на Зэда. Было видно, как ему неловко говорить, то что он действительно хотел в присутствии кого-то. Поджав губы и нахмурившись, Хардин еле громко что-то сказал, но я не расслышала. — О нас. Он повторил это чуть громче, но я уже услышала все. Посмотрев на Зэда, который явно не хотел оставлять нас вместе, попросила его уйти, но он начал немного возникать и сказал, что не уйдет, но отойдет и будет ждать меня около входа. Согласившись с его условиями, я подошла к Хардину. В области грудной клетки ощущалось давление, словно мне уронили на нее пятьдесят килограмм, а к ногам привязали гирю из-за чего каждое движение казалось невыполнимым. Подойдя к Хардину, весь груз, который я чувствовала удвоился и теперь по коже пробежал озноб, закружив мое тело неприятным волнением. Наверное, Хардин собирал все свои мысли воедино и молчал, когда я уже была возле него, но мне хотелось совсем быстрее разобраться, поэтому я первая прервала наше безмолвное общение спустя пару минут. — Извини, мысли еще читать не научилась. — В смысле? — Ты позвал поговорить, так говори, потому что на освоение телепатии у меня не было времени. — Хотел поговорить, но когда ты согласилась и подошла ко мне, то у меня все мысли вылетели из головы. — Тогда я, наверное, пойду. — Нет, — вскрикнул он, от чего я вздрогнула. — Я хотел извиниться за все. — Я тебя совсем не понимаю. Сначала мы встречаемся и все хорошо, но потом ты пропадаешь и у тебя оказывается девушка, потом ты просишь оставить тебя в покое, ведешь себя по-хамски, дерешься с Зэдом, целуешься с Молли, а сейчас ты хочешь извиниться? — Черт, когда ты это преподносишь так, то извинений мало. — Ага, тебе придется купить мне вертолет. — Что? — Это шутка, Хардин. — Вы вместе? — спросил он тихо и неуверенно. — Какая тебе разница? — Тесса, ответь на вопрос. — Я не буду отвечать на этот вопрос. Он неуместен. — Еще как уместен. Он не может встречаться с тобой. — Это еще почему? — Да потому что ты моя, — сорвался он. — Ты моя Тесса. Я делаю глупые вещи, когда вижу тебя с другим. Меня сильно парил тот факт, что ты уедешь и меня не будет рядом, поэтому мне нужно было просто подумать, что делать дальше, но меня как обычно занесло и, блять, я оказался там где оказался. Когда я увидел тебя с ним в игровом клубе, то во мне вспыхнула такая агрессия, которую я никогда в жизни не испытывал. Он держал тебя за руку, мило разговаривал, а потом просто оставил тебя у рулетки и к тебе тут же начал подкатывать этот старый хрен и тащить в туалет. Я очень разозлился и поэтому набил ему рожу! Мне нужна была помощь, но отверг ее, потому что увидел вас вместе и повел себя, как мудак. — Засовывая Молли язык в рот, ты тоже хотел подумать? — Мы не вместе с Молли и никогда не были. Она всегда так думала, но я просто с ней спал и тусил время от времени. Не знаю, что она тебе наплела, но все что она сказала это неправда. — Хотела бы тебе верить, но не могу. Не знаю как отличить очередную порцию лапши, которую ты вешаешь мне на уши и возможную правду. — Понимаю, но прошу тебя просто дать мне еще один шанс. — Шанс? Ты должно быть шутишь? Хардин замолчал. Не знаю, что происходило у него в голове, но вид у него был слишком озабоченный и нервный. Во время нашего диалога он постоянно теребил собачку на своей крутке, кусал губы и активно жестикулировал, при этом практически всегда смотря мне прямо в глаза. Однако когда последний мой вопрос завис в воздухе, его руки опустились и перестали двигаться, глаза потускнели и уже не смотрели на меня, а рот слегка приоткрылся. Внимательно наблюдая за сменой его реакции, я ожидала ответа. Неожиданно для себя появилось чувство уверенности, груз, который был на груди исчез и появилась смелость и решительность, которая помогает мне не принимать поспешных выводов. — Нет. Я серьезно. Хочу ли я дать еще один шанс Хардину? На этот вопрос ответов было тысячи, которые крутились в моей голове, словно торнадо. Каждый из них в той или иной степени не устраивал меня. У меня все еще есть чувства к нему, но верить мне ему с трудом удается, потому что раз за разом эти шансы делают мне больно. Я не могу сказать, что шансов нет, потому что тогда я совру, и дать ему то, что он просит — тяжело. Он терпеливо ожидал моего ответа, с полной надежды глазами, однако я не совсем торопилась со своим решением. Его нельзя принять в одночасье. — Я не могу тебе верить. Что будет, если будет тяжелый момент для нас обоих? Ты опять уйдешь в свое райское место? Ты опять исчезнешь, но когда тебя немного начнет отпускать, ты вернешься? — Я буду работать над собой, обещаю! Понимаю, что нельзя вернуть все то, что было и снова довериться, но я буду стараться оправдать твои ожидания! И...о черт..., — сказал он и посмотрел куда-то позади меня. И через секунду я поняла его выражение, потому что услышала до боли знакомый женский голос, который кричал его имя.