Освобождение
14 мая 2017 г., 20:37
Ф’Жухрай уже много дней грустный. Эти злые норды заставляют его долбить киркой камень. Ф’Жухраю очень тяжело здесь. Он уже давно не был на улице и не читал интересные книги. Всё это указывает на то, что Ф’Жухрай в неволе. Он два раза видел госпожу Фарти издалека. Она очень сильно похудела, Ф’Жухрай видит, что ей очень плохо. Ф’Жухраю тоже плохо, на его лапах появились больные мозоли, а живот уже давно не ел досыта. Ему очень холодно, он скучает по ласковому тёплому солнцу Эльсвейра. Почему злые норды отняли у Ф’Жухрая его тёплые вещи и книги? Он пробовал завести разговор о том, что такое солнце, с редгардом, который долбил камень рядом с ним, но злой норд не дал Ф’Жухраю это сделать. Он больно ударил его большой палкой и обозвал нехорошим словом. Ф’Жухраю от этого стало совсем грустно.
После тяжёлой работы Ф’Жухрая отводят обратно в тюрьму и оставляют его на несколько часов в покое. Правда, два злых норда регулярно подходят к решётке и проверяют, на месте ли Ф’Жухрай. Ф’Жухрай думает, что они боятся его побега. Ему остаётся только сидеть на холодном полу и размышлять.
Размышлять о свободе и заточении. Вот Ф’Жухрай сидит в тюрьме и одновременно не связан. С одной стороны, он заточён, ограничен в праве передвижения. А с другой, Ф’Жухрая никто не связывал. Его лапы свободны, он может ходить и что-либо делать. Вопрос только в том, хватит ли ему силы и умения выбраться из тюрьмы.
Ф’Жухрай имеет возможность взломать замок, но у него нет нужных знаний, чтобы воспользоваться этой возможностью. Он имеет шанс уговорить злых нордов выпустить его отсюда, но он не может увлечь их своей речью, они не будут слушать Ф’Жухрая, не откроют решётку.
А что же злые норды? Они свободны, не связаны. Но их свобода уже не зависит только от их умения. Они могут уйти, куда угодно, есть, что угодно, пить то, что хотят. Но это всё они смогут сделать, только если перестанут следить за Ф’Жухраем. Они ограничивают себя тем, что им надо, чтобы у Ф’Жухрая свободы не было. Злые норды связывают свою свободу заточением Ф’Жухрая. Ведь если они уйдут, делать то, что хотят, Ф’Жухрай убежит и обретёт свободу. Получается, что у Ф’Жухрая свободы больше, чем у злых нордов. Хм, Ф’Жухрай слышит шаги, к нему опять кто-то идет.
Решётка заскрипела, и в камеру вошёл огромный бретонец.
— Эй, кошак, мне сказали, ты хорошо болтаешь и читаешь на древненордском. Иди за мной, для тебя книгочтейская работа есть.
Ф’Жухрай ничего не будет отвечать бретонцу, так как его за это постоянно бьют палкой. Он просто молча пойдёт за этим грубияном и посмотрит, что тому нужно от Ф’Жухрая.
Бретонец спускался всё ниже и ниже, в шахты. Наконец он, дойдя до конца одного прохода, остановился. Перед ним был небольшой проход, пробитый киркой одного из невольников.
— Ну, вот, кошара, мы пришли. За этим лазом находится каменный зал какой-то гробницы. На стенах непонятные каракули и картинки. А с торцов по двери. Одна полностью завалена, а другая, из камня, заперта на странный механизм. Твоя задача — к концу этого дня высказать соображения на тему её открытия. Ясно?
— Ф’Жухрай всё понял. Он сделает всё, что в его силах.
— Валяй. Найдёшь способ открыть дверь, получишь дополнительную порцию жрачки.
Ф’Жухраю стало интересно посмотреть на эту комнату. Как-то в проёме темно, хоть глаза Ф’Жухрая и видят в практически полной темноте, но всё равно, нужен хотя бы маленький источник света. Поэтому надо взять побольше факелов.
Ну, вот, у Ф’Жухрая теперь есть несколько факелов; ему нужно протиснуться в дырку. Да, Ф’Жухрай чуть не застрял. А ведь он довольно сильно исхудал за последнее время.
Вот, Ф’Жухрай оказался в длинном зале, обе длинные стены которого изрезаны рунным письмом и изящными рисунками. По углам стоят чаши, наполненные чем-то, что напоминает Ф’Жухраю масло. Он сейчас попробует их зажечь. Да! Ф’Жухрай был прав, это жаровни. Зал они осветили довольно тускло, но Ф’Жухрай всё и так прекрасно видит. Итак, начнём.
Начало, судя по форме барельефа, в том конце зала. Так, Ф’Жухрай способен это перевести, хоть и не знает значения некоторых слов в таких случаях. Тут говорится об ученике человеческого дракона-монаха. Хотя, нет, может, жреца-дракона? Нет, драконьего жреца! Точно, тут говорится об ученике драконьего жреца — Амертесе, почти достигшем мастерства командования природой. Хотя, нет, отдачи приказов миру? Ф’Жухрай не понимает общий смысл этого ряда слов. Пусть будет приказ мирозданию. Так вот, этот ученик почти достиг высшей ступени владения приказами мирозданию. Но он что-то не поделил с другим драконьим жрецом, и у них был разговор. Хотя, нет, Ф’Жухрай ошибся, не разговор, а смысловая дуэль. Нет, приказной бой? Не-е-ет, Ф’Жухрай не может хорошо это перевести. Ладно, он будет переводить дальше. Амертес был убит драконьим жрецом и учитель, в наказание за проигрыш, поставил его хранить некий источник силы. Стену просьб? Нет, стену слов! Вот! Ф’Жухрай понял, дуэль между драконьим жрецом и Амертесом была словесная! Но как тогда драконий жрец убил Амертеса? Ф’Жухрай явно что-то или пропустил, или не так понял! Хм-м, нет, ничего не пропустил, значит, был ряд слов с двойным смыслом или подтекстом. Ладно, Ф’Жухрай будет переводить дальше. Амертес был поставлен на стражу одной из легендарных стен слов. Его обязали стоять так до полного осознания своей вины и до того момента, когда его разбудит один из каких-то дова. Хм-м, дова, Ф’Жухраю не понятен смысл этого слова, хотя он где-то слышал нечто подобное. Где же Ф’Жухрай мог это слышать или видеть? Точно! Книга сказаний Скайрима! Там была песнь о неком довакине — норде с драконьей кровью в жилах и имеющем некий дар голоса, ту’ум, или крик. Вот, Ф’Жухрай понял, что за дуэль там была. Амертес был убит силой ту’ума! И сам он учился ту’уму! Ф’Жухрай молодец, догадался! А дова — это дракон.
Получается, что тут похоронен Амертес — ученик драконьего жреца, почти достигший высшего мастерства владения ту’умом и после смерти поставленный на охрану стены слов. Также тут сказано, что открыть эту дверь должен дракон при помощи специального ту’ума. Но зачем же тогда на двери эти кольца с выгравированными животными? Ф’Жухрай попробовал их повернуть, они поворачиваются. А посередине изображение драконьей лапы. Думай, Ф’Жухрай, думай.
Стоп, а что это там, с той стороны зала? Завал, но Ф’Жухрай видит небольшую щель внизу, между камнями. Она спряталась в глубокой тени, даже Ф’Жухрай её заметил не сразу. А если там завал не такой широкий и через несколько метров выход наружу?
Ф’Жухрай в последнее время стал очень худ, так что он должен пролезть в эту трещину. Ох, там совсем нет света. Ф’Жухраю нужен факел. Вот, он пролез в щель. Как же тут узко; Ф’Жухраю кажется, что камни сейчас сожмутся и раздавят его. Вот лапа Ф’Жухрая нащупала свободное пространство, лишь бы факел не перестал тлеть.
Кажется, Ф’Жухрай выбрался в какую-то комнату. Надо раздуть факел. Вот, теперь Ф’Жухрай всё видит. Он оказался в длинном коридоре, по бокам которого высечено два ряда полок, на которых лежат забальзамированные мертвецы. Ф’Жухраю как-то не по себе. Такое ощущение, что все эти древние вот-вот восстанут и захотят убить Ф’Жухрая. Но он переборет свой страх и на цыпочках двинется вперёд.
Факел горит слишком ярко: глаза Ф’Жухрая приспособились к почти полной темноте, и свет от него очень сильно мешается. Ф’Жухрай слегка притушит его, вот, так-то лучше. Какая могильная тишина, звуков совсем нет, хотя…
Ф’Жухрай слышит странные звуки за спиной. В прошлый раз ничего хорошего ему это не сулило. Поэтому Ф’Жухрай спрячется за вон ту колонну и потушит факел. Ох-х-х, как же Ф’Жухраю страшно! Судя по шаркающим звукам, кто-то или что-то медленно прошло мимо колонны, за которой прятался Ф’Жухрай. Как же страшно и почти ничего не видно, только очень смутные очертания стен, колонн, полок с мертвецами. Факел Ф’Жухрай выбрасывать не будет. Хоть он уже и не горит, но им можно, при случае, попробовать отбиваться.
Ф’Жухрай уже довольно долго крадётся по этой гробнице. Он не удивится, если уже весь поседел от всех тех ужасов, что перенёс за последнее время. Ф’Жухраю много раз приходилось прятаться от страшных шаркающих мертвецов, боясь слишком резко вдохнуть или выдохнуть. Оказывается, легенды не врут, и мертвецы здесь действительно что-то охраняют. Ф’Жухрай больше никогда не полезет в нордские гробницы. Одно только его радует: коридор постоянно поднимается, и Ф’Жухрай надеется, что скоро покажется выход и что его не завалило.
Вот, Ф’Жухрай видит очередную дверь, только на этот раз не деревянную; на ощупь, металлическую и покрытую барельефами. Он попробует толкнуть её. Не поддаётся. Давай, Ф’Жухрай, навались сильнее, плечом! Кажется, немного поддаётся. Да, вон щель между створками появилась. А из неё льётся свет! Сильнее, ещё! Вот, вот, вот!
Ой-й-й-й, а-а-а-а, ух. Как же больно! Оказалось, что дверь выходит в лес. А прям перед ней овраг. Ф’Жухрай упал прямо в него. И, кажется, какая-то ветка поранила Ф’Жухрая. О-о-о-ох, прямо в бок. У Ф’Жухрая идёт кровь. Бедный, бедный Ф’Жухрай! Надо встать и идти искать ближайшее поселение жителей Скайрима. О-о-ох, как же Ф’Жухраю больно! Но, кажется, он видит дорогу. А любая дорога приведёт Ф’Жухрая к какой-нибудь деревне или городу.
У-у-ух, как же больно, Ф’Жухрай больше не может идти, ему надо прилечь и отдохнуть. Вон у того камня, возле дороги. О-о-ох-х-х…
