Градиент малолетки

      Вы наливаете себе любимый напиток. Это может быть сок, газировка, простая вода — что угодно. Вы берёте чашку или стакан, открываете бутылку и льёте то, что внутри, пока всё не начинает выходить из-под контроля. В какой-то момент жидкости становится всё больше и больше, капли начинают лететь в разные стороны, ваши руки становятся мокрыми. Всё вышло из-под контроля, потому что вы хотели наполнить ёмкость до краёв. А что, если бы вы убрали бутылку, наполнив чашку/стакан не полностью? Что было бы, если бы вы вовремя остановились? Тогда бы последствий не было, тогда ваш любимый напиток не разочаровал бы вас. Ведь это именно то, чем занимаются наши любимые вещи — разочаровыванием.

***

      Ненавязчивая идея вздёрнуться стала более навязчивой и внушительной, когда на часах перевалило за полночь. В баре почти никого не было, только двое мужчин, которые сидели по разные стороны заведения и которые совсем не были намерены покидать «Клевер». Один из них, левый, имел откровенно бродячий вид, когда как правый был вполне прилично одет, да и вообще выглядел так, словно забрёл и напился здесь по ошибке. Возле него и сгрудились все официанты — кто предлагал вызвать такси, кто заказать детокс-напиток или кофе, а хорошая знакомая Лив и вовсе тихо шептала тому идти домой пока не обокрали, хотя сама перед этим три раза подряд подносила ему его счёт, который мужчина не уставал оплачивать. Мало того, он ещё и каждый раз оставлял ей на чай. Пожалев пьяного и только, Лив стояла у барной стойки и через каждую минуту с усталыми вздохами смотрела на часы. Но внезапно клиент слева, что, судя по всему, теперь был полностью её, поднял руку вверх, подзывая к себе официанта или официантку, и как девушка и подумала, никто из работников и не шелохнулся в его сторону, продолжая обхаживать того мужчину. Вновь тяжело вздохнув и получив утешительный кивок от владельца заведения, что будто говорил ей держаться, она, поправив фартук, направилась к менее привлекательному клиенту.       — Господи… — вырвалось у неё тихо, как только девушка подошла ближе: от мужчины немного за пятьдесят воняло перегаром, самыми дешёвыми сигаретами и тухлыми яйцами. «Ну просто подарок», — добавила Лив, но уже про себя, когда тот стал пьяно варнякать что-то себе под нос. — Простите, вас не слышно! — почти закричала девушка.       — И незачем так орать, — хихикнув, сказал дед, протягивая ей пустой пивной бокал. — Ещё пинту пива, леди.       — У нас сейчас проходит акция, — в сотый раз за день завела Лив, зная, что за всем процессом наблюдает Рик, владелец бара, чёрт бы его побрал. Без его всевидящего ока она бы не стала повторять условия акции сразу по двум причинам: а) этот алкаш и так в сто раз превысил свою алко-норму и б) он и без того акцию эту уже выучил, почти с утра ведь торчит в пабе. — Купите пинту пива и получите лаймовый шот в подарок.       — А боди шоты у вас есть? — после этих слов старик стал неистово смеяться, да так, что всё вокруг, казалось, стало под стать ему трястись. Рик тихо прыснул в кулак, когда как Лив лишь закатила глаза: эту шутку она слышит уже в тысячный раз.       — Нет, отсутствуют. Знаете, сегодня вечер пятницы, а мы закрываемся через тридцать минут, так что…       — О! Ещё целых тридцать минут! Неси пиво! И шот!       — Господи боже… — снова протянула Лив, на этот раз уже отходя от вонючего гостя. Спина болела, ноги устали так, словно она пробежала марафон, а голова шла кругом от алкогольных испарений, пока лёгкие с каждым новым вдохом заполнялись сигаретным дымом всё больше и больше. Ей хотелось закричать от усталости, сбросить ненавистный зелёный фартушок и выбежать из бара, напоследок избив поздних клиентов чем придётся, но девушка лишь продолжала… Делать то, что нужно было. И так с тринадцати лет.       — Голову выше и улыбайся, если хочешь получить деньги. — начальник затряс толстым белым конвертом в воздухе — сегодня был день первой зарплаты. Деньги они получали два раза в месяц и плюс мелкий чай, которого едва хватало, чтобы купить пачку сигарет и хлеба. И хоть зарплата была мизерной, она с большим трудом выпрямилась и улыбнулась начальнику той самой улыбкой, которой привыкла делиться со всеми, кто её раздражал. — На тебя смотреть больно, вали домой. — не поверив своим ушам, Лив тут же стала собираться, боясь, что босс передумает. Долой форму! Кинув грязный залапанный стакан старика в раковину на кухне, она стянула с крючков на дверях свою ветровку и портфель, после чего направилась обратно к Рику — тот уже приготовил нужное количество денег для официантки. Пятьсот фунтов. Тихо заскрипев зубами, Лив сжала и разжала кулачки, после чего трясущейся от усталости рукой забрала свою долю и вышла, кинув одно-единственное слово благодарности через плечо.       — А я? — ей в спину возмутился мистер вонючий дед, всё также ждущий свои пинту пива и шот. «А ты сиди дальше, — в который раз за день закатила она глаза, застёгивая молнию на дешёвой курточке. — Время сваливать».       Лондон был донельзя красив ночью, но только не тогда, когда ты не спал несколько суток. Сейчас для Лив была милой лишь мысль о своей скрипучей кроватке, что уже ждала появления девушки. Но, как потом оказалось, не только она ждала её…       Кстати говоря о доме. Она жила не в самом благоприятном районе города-миллионника, да и квартира была не самым новым, чистым или хотя бы достаточно светлым для жизни местом, но она была уж точно получше детского дома, даже несмотря на то, что-то учреждение было не из худших в городе. Там кормили, была крыша над головой и раз в месяц каждому послушному воспитаннику давали двадцать пять фунтов на личные расходы, но… Люди, живущие и работающие там, угнетали. Нельзя было и лишнего шага сделать, нельзя было вздохнуть лишний раз, одни сплошные нельзя преследовали каждого ребёнка, а также строгие наказания, очень строгие наказания… И если кто-то ещё мог с такой жизнью смириться, то Лив… Не смогла. Не скажешь, что она была слишком привередливой или неженкой, ведь раз она сбежала, значит было от чего. Да, было…       Добиралась Лив до своих скромных апартаментов на своих двоих: общественный транспорт уже не работал, а такси было слишком дорогим для неё удовольствием. А вот маленький магазинчик у её дома продолжал работать, так, по крайней мере, гласила вывеска. Но даже несмотря на то, что завтра у девушки намечался выходной, и ей понадобится много еды, чтобы восстановить ушедшие силы, желание заходить в магазин напрочь отсутствовало. Она с трудом-то домой добралась, какой уж тут шоппинг, пусть даже это был её самый любимый вид шоппинга — в продуктовых. Покопавшись в карманах в поисках ключей, она из последних сил выудила их и уже даже поднесла руку к замочной скважине, приготовившись взбираться по лестнице на третий этаж, как вдруг Лив заметила, что входные двери всё это время были отперты и даже чуть приоткрыты, а предыдущие манипуляции с карманами были, получается, бессмысленны. Зубы в который раз заскрипели, и угадать очередную причину злости было несложно — соседка снова опростоволосилась, забыв запереть двери. Но сколько бы раз Лив ей не говорила, что любой прохожий при таких условиях может войти и ограбить их, та всё равно забывала или же намеренно не запирала их, и именно поэтому Лив пришлось дополнительно потратить пятьдесят фунтов чтобы установить замок на двери собственной комнаты. Это в одно время и удручало, и… Внезапно та замерла. Девушка услышала громкие шаги как минимум двоих людей наверху, отчего сердце ушло в пятки, а волосы на затылке встали дыбом. По дороге сюда Лив чувствовала ужасную сонливость и усталость, но теперь их как рукой сняло. Это не может быть её соседка, ведь та бы уже давно спала в такое время, да и не топает она так… Тогда кто шастал по их квартире?       Практически все дома в этом далёком от центра районе были построены по старым и довольно странным стандартам, и почти все не превышали высоты пятиэтажного дома, даже если считать чердаки. Если вы хотите попасть на первый или третий этаж, то будьте добры заходить с одного входа, а уж если вам нужно добраться до второго или четвертого этажа, то извольте продать душу дьяволу, так как Лив, проживая здесь уже три года, до сих пор не знала, как это сделать. Но, в принципе, жить ей это не мешало, девушка даже нашла плюсы в этой ситуации — не нужно было ни с кем лишний раз здороваться или неловко пересекаться в коридорах. У них с её соседкой, впрочем, были соседи снизу, но они никогда не заговаривали ни с Лив, ни с Даеной, и те так же не собирались налаживать контакт. Все эти мысли о соседях били ключом в голове девушки, пока она нерешительно переминалась с ноги на ногу, стоя на пороге. Она думала о том, что при таких обстоятельствах могла поступиться гордостью и пойти к ним, но… Не услышат ли люди наверху, как она стучится к тем в двери? Или как звонит в звонок? «Боже, конечно же услышат», — сделала вывод Лив, вспомнив, как она каждый божий день слышит, как злосчастные соседи начинают ругаться, смотреть телевизор или по-очереди распевать одну и ту же песню Бонни Тайлер. Ту, что из второго «Шрека». Соответственно те, кто вломился к ней на третий этаж, так же услышат Лив на первом, как она ежедневно слышит проживающих снизу. Следующая мысль была о том, чтобы позвонить мужчине, который сдает им с Даеной квартиру, но не будет ли ему всё равно? Вряд ли воры покусятся на его старую мебель, но и у них с соседкой не было ничего такого, что могло бы заинтересовать грабителей… А вдруг это наркоманы? Лоб девушки покрылся испариной, ведь если это и вправду были местные наркоши, которые обычно тусуются у заброшенного продуктового, но периодически перемещаются по всему району, то впору было вызывать полицию… Полиция, как она раньше не подумала! Достав потрёпанный телефон из кармана джинсов, она зажала большим пальцем кнопку запуска, так как во время работы полностью отключала устройство из-за слабой батареи, и… Было слишком поздно, когда она поняла, что натворила. Весёлая и до ужаса громкая холодящая душу приветствующая мелодия телефона пронеслась по всему дому эхом, и как бы Лив не зажимала динамики трясущейся рукой, громкость всё равно зашкаливала, а когда телефон прекратил издеваться над девушкой, шаги наверху уже прекратились. Она со страхом сглотнула и уже было попятилась к выходу, сжимая злосчастное чудо техники в руках, как вдруг… Быстрый приближающийся топот пронесся по верхней части лестницы — кто-то спускался, перепрыгивая разом по две-три ступеньки. Ничего лучше чем плотно закрыть входные двери и погасить экран телефона, устроив кромешную тьму, она не придумала. Вот кто-то довольно крупный, судя по звукам, преодолевает вторую лестничную клетку, и вот он уже здесь, стоит в трёх метрах от Лив и вглядывается в темноту, навострив уши. Если бы Лив находилась сейчас в какой-нибудь книге, она бы вслепую накинулась на постороннего, переборов свой страх, но в реальной жизни та стояла и тряслась, как осиновый лист, боясь того момента, когда глаза вломившегося привыкнут к темноте и смогут разглядеть её очертания. А возможно, тому и не надо привыкать, и он уже отчётливо её видит… Она задержала дыхание, то же самое, казалось, сделал и грабитель/наркоман. Но, как оказалось, он наоборот набирал воздуха в лёгкие, чтобы заговорить с Лив.       — Кем вы приходитесь Даене Лэйк? — разрезал тишину приятный мужской голос, пока девушка переваривала услышанное. Заданный вопрос не был чем-то из ряда вон выходящим, чтобы переваривать его, но девушка совсем не то ожидала услышать, а поэтому её ответ был совсем неподходящим.       — У меня пистолет, — она удивилась твердости собственного голоса, который был будто был совсем не её, когда как мужчина лишь тихо фыркнул.       — У вас телефон старой, нет, старющей модели. — пока тот говорил, она с легкостью нащупала дверную ручку, и мигом рванула с места, распахнув двери и впустив в комнату слабый лунный свет вместе со светом одиночного уличного фонаря, который буквально лишь на секунду смог ослепить вторгшегося в её дом, после чего тот поспешил следом за ней. Как бы быстро она не бегала и какой бы форы у неё не имелось, высокий мужчина быстро её нагнал и уже было схватил за руку, как вдруг девушка вильнула в сторону, свернув за угол дома напротив. Адреналин в крови и желание жить подгоняли её, но мужчина всё так же оставался проворным и быстрым, а поэтому уже через две секунды тот вновь её догнал, и она тут же оказалась поваленной на асфальт, а победитель этакой погони с такой силой упал на неё сверху, что подбородок и правая щека были до крови счёсаны об пыльную дорогу.       — Чёрт! — выругалась она, чувствуя как минимум семьдесят пять килограмм над собой. — Слезь с меня, урод!       — Я повторюсь: кем вы приходитесь Даене Лэйк?       — Я её соседка! У меня в кошельке пятьсот фунтов, это всё, что есть. Ещё мой мобильник и дорогая заколка, мне её бабушка подарила когда-то, я не видела вашего лица, так что заберите всё, что хотите, и встаньте с меня, я даже в полицию не обращусь! — затараторила девушка, чувствуя боль и дикую панику.       — Что? — грабитель/наркоша, казалось, немного опешил. — Нет, я не… Мне не нужно ваше имущество. — сказал тот, после чего встал и силой подтянул Лив к себе, поставив на ноги. Но свою руку с её локтя он убирать не спешил, так как боялся, что эта прыткая снова бросится бежать.       — Тогда что вам от меня надо? Наркотиков у меня нет, — страх потихоньку исчезал, так как не слишком было похоже, что держащий её человек хотел причинить ей боль или ограбить.       — Я не нарко… Хотя не будем спешить с выводами, — в ответ сказал он, хмыкнув.       — Может, отпустите?       — Нет, ведь вы снова побежите, а я не в настроении бегать.       — А зачем вам знать, кто я Даене? Она что, опять указала меня своим экстренным контактом на работе? Учтите, я ещё не ответственное лицо!       — Даену Лэйк убили в вашей с ней общей, как я понял, квартире. Судя по всему, вас с этой новостью можно поздравить.       Обратно к дому они шли уже спокойно, и теперь она держалась за мужчину, а не он за неё, так как голова пухла от информации, которую Лив только что услышала, а ноги словно не держали. Она не могла поверить в сказанное незнакомцем, девушка прокручивала его слова у себя в голове снова и снова, проверяя, всё ли правильно расслышала. Её соседка… Мертва? Её убили? Но кому в голову могло прийти такое? Зачем убивать эту простушку? Неужели помимо работы в косметическом магазине она промышляла чем-то другим?.. Но пусть о покойниках и не говорят плохо, мозгов у неё для дополнительного заработка, а тем более нелегального, не было… «Покойник», — про себя промолвила Лив, а потом ещё раз и ещё, словно проверяя слово на подлинность и прочность, словно пробуя его на вкус. Лив не была испугана смертью, она не боялась и того, что убийца из своих каких-то побуждений может прийти и за ней, девушка скорее была очень сильно… Удивлена. Нет, конечно же она знала, какой мир на самом деле злой и недружелюбный, мягко говоря, и естественно, Диана была не первым умершим человеком в жизни Лив, но… Убийство? В её в квартире? Кто это был? Зачем ему или ей понадобилось убивать такую простодушную девушку? Углубившись в раздумья, Лив и не заметила, как отпустила мужчину от себя и как они зашли в дом. В нос ударил привычный резкий запах отбеливателя, и именно это полностью привело её в чувства. «Ничего уже не поменяешь, ничего не изменишь», — повторяла девушка сама себе, готовясь увидеть свою соседку. Мёртвую соседку. А ведь ещё этим утром та сидела в своём кресле и тихо хихикала, читая что-то у себя в новом телефоне…       — У вас всегда света нет? — внезапно задал вопрос мужчина, поднимавшийся по лестнице впереди неё почти так же быстро, как он спускался.       — Периодически выключают. — Ответила ему Лив, уже давно переставшая обращать внимание на отсутствие света. Она пару раз просила Диану поинтересоваться у кого-нибудь, в чём причина этих отключений, так как сама она сделать этого не могла, ведь и жила здесь не совсем законно и могла запросто выдать себя, начав решать эту и другие проблемы дома, но соседка так и не сделала этого, и уже не сделает… Придётся либо срочно искать нового совершеннолетнего соседа, либо съезжать, пока люди не прознали о том, как живёт Лив, и оба варианта, нужно заметить, были весьма проблемными. Ну ничего, уже через два месяца ей наконец исполнится восемнадцать, и тогда…       Мужчина аккуратно толкнул двери, но сам не зашёл, пропуская тем самым девушку вперёд. Входить ей совсем не хотелось, но незнакомец всё ждал, и лишь этот факт подтолкнул её внутрь. Их гостиная была густо обставлена фонариками, чтобы второй мужчина средних лет мог хорошо разглядеть обстановку и… Труп. Диана лежала на кухонном столе, её руки и ноги безвольно свисали с его краёв, а пустые глаза, жутко отражавшие ярко-белый свет фонариков, безжизненно смотрели в потолок. Странно, но увидев тело, Лив не почувствовала тошноту, и ей не захотелось упасть в обморок, как обычно это делают в фильмах, она лишь пожалела свою соседку, ведь ей было всего двадцать три года. Нет, и всё же ей слегка поплохело. Сглотнув, она прошлась дальше, надеясь не учуять никаких запахов от тела убитой, но убийство, видимо, было совершено совсем недавно… И именно от этой мысли всё тело Лив покрылось мурашками.       — Соболезную вашей утрате, — сходу сказал второй мужчина, который что-то рассматривал на их маленьком круглом столике и даже не взглянул на девушку, когда та вошла внутрь.       — Не распинайся, она ей всего-навсего соседка.       — Шерлок! — сцепив зубы, окликнул он своего коллегу в надежде пристыдить, но увидев, что тот явно ни о чём не пожалел, следователь лишь устало продолжил говорить. — Тогда зачем вы здесь? — немного выждав, спросил незнакомец учтиво.       — Для опознания. — ответил за Лив другой мужчина, у которого лишь сейчас появилось имя — Шерлок. И где-то девушка его уже слышала…       — Опознание проводится в морге и близкими людьми жертвы, если такие имелись.       — Брось, я сэкономил вам время, — Лив так и слышала, как мужчина, всё так же стоявший позади неё, на доли секунды закатил глаза.       — Я инспектор Лестрейд, это детектив Шерлок Холмс… — услышав в придачу к имени и фамилию загадочного нового знакомого, соседка умершей наконец всё поняла.       — А я о вас слышала! — резко обернувшись к тому, сказала Лив, принявшись разглядывать звезду интернета и журналов. Теперь уж полисмен без зазрения совести закатил глаза, шумно выдохнув. Детектив же лишь кивнул девушке в ответ, не зная, как реагировать на такие слова.       — Нам не хочется этого говорить, но вашу соседку убили сегодня в районе десяти вечера. — от этих слов у неё снова внутри что-то сжалось. «Не боюсь я смерти, ага, как же», — истерически хмыкнув, чем она привлекла к себе дополнительное внимание инспектора, подумала девушка, сглотнув. — А где вы были…       — Она не убийца, она только вернулась из бара, работала в две… Три смены. — Лив снова обернулась на детектива Холмса, и теперь, снова забыв о главной причине всего происходящего, на её лице читалось полное удивление вместо скорби, ведь, если честно, она не думала, что этот человек действительно такой гений, каким его все рисуют. Но в принципе… Не так уж и трудно, наверное, было узнать, что она только вернулась из бара, где пахала в три смены, ведь только взглянув на неё можно было понять, что девушка смертельно устала, а спиртом и сигаретным дымом от неё несло уже так, что ещё чуть-чуть и Даена оживёт и скажет ей такую привычную фразу: «Иди вымойся, от тебя несёт». И ведь только сейчас до Лив дошло, что ей нравилась её соседка. По-настоящему. Она всегда говорила правду, много шутила, и хоть и была раззявой, но Лив к ней так привыкла… С ней было комфортно. В её жизни и так было мало людей, с кем ей было комфортно, и теперь их стало на одного меньше.       — Шерлок, ради бога! Ещё хоть раз меня перебьёшь и я никогда больше тебя с собой не возьму! — складывалось впечатление, что детектив уже нереально достал полицейского, хотя говорил он не так уж и много. От повисшего молчания и неловкости Лив чуть не пустила нервный смешок, но снова вспомнив, почему оба мужчины здесь, она лишь прокашлялась, слегка разрядив обстановку. Не дожидаясь, пока тот повторит свой вопрос, девушка заговорила, и то, что она сказала, вызвало у детектива ухмылку, инспектор же опять закатил на того глаза.       — Я была в баре «Клевер», что на улице Мертон, я там работаю официанткой. Была я там весь день, три полных смены. Можете проверить и спросить других рабочих, они подтвердят. Нам сегодня как раз зарплату давали, так что я не могла пропустить это и точно была в баре.       — А сколько вам лет? — даже в полумраке было заметно, что девушка уж слишком юна, чтобы работать в таком месте, но Лив не растерялась, так как вопрос о её возрасте часто фигурировал в беседах. Например, каждая женщина после тридцати считала своим долгом спросить, какого она возраста, когда девушка позволяла себе купить пиво или сигареты в том самом магазинчике в шаговой доступности от дома, где с одной из продавщиц у них уже давно была своя особая договорённость. Или же любой выпивший мужчина в баре всегда спрашивал её о возрасте с намёком на секс, отчего было до безумства тошно. Для всех ответ был разный, ну, а сейчас…       — Восемнадцать. — и она почти не соврала полиции, ведь день рождения у неё будет уже в августе.       — Учиться, видимо, уже не в моде, — с лёгкой ухмылкой подметил мистер Холмс.       — Не ваше дело, — даже не обернувшись, ответила ему Лив, наблюдая почти незаметную ухмылку сотрудника полиции, которую тот тут же поспешил скрыть. Слова об учёбе так же часто преследовали её, как и слова о возрасте, и от них уже давным-давно хотелось скрыться, но куда бы девушка не пошла и с кем бы она не заговорила, они всё равно рано или поздно прозвучат, и ставок не надо было ставить.       — А как ваше имя?       — Наконец-то, — тихо прошептал детектив у неё за спиной.       — Я Л… — начала уже было она, но так и не продолжила, замявшись на пару секунд, и тем самым дав детективу новое поле для размышления. Сделав вид, что её внезапно задушили слёзы, она достала из сумки платок и якобы вытерла им глаза, не забыв наклонить голову, чтобы никто ничего не заметил и не увидел. — Меня зовут Роуз Стивенсон.       — Есть какие-нибудь документы, подтверждающие это? — девушка как раз это и ожидала услышать дальше, поэтому тут же стала копаться в портфеле, пока инспектор Лестрейд заканчивал фразу. Протянув ему липовые права, она вдруг услышала шаги сзади — это детектив обходил её, чтобы вместе со своим коллегой посмотреть на документы Лив. Та нервно сглотнула.       — А мопед у вас, стало быть, в ремонте, раз вы вернулись домой пешком? — абсолютно непринуждённо спросил её детектив, смотря прямо в глаза.       — Да, детектив, — не отводя взгляда, уверенно соврала она. Конечно же, никакого мопеда у неё не было, ведь чтобы его купить нужны деньги, чтобы сдать на права нужны деньги, и чтобы содержать транспорт тоже нужны деньги, а у неё их было крайне мало. В месяц девушка получала плюс-минус тысячу фунтов (чаевые она никогда не считала, ведь их было слишком мало), и из них шестьсот только шло на квартиру. Двести пятьдесят ежемесячно уходило на еду и другие бытовые потребности, ещё сто фунтов шло на школу, в которой она была вынуждена учиться онлайн, а поэтому и платно. И в остатке мы имеем пятьдесят фунтов. Как раз хватит, чтобы чёртов мопед содержать. — В ремонте, — ещё раз твёрдо сказала девушка, не забыв утвердительно кивнуть головой. Понимая, что он затеял с ней игру, она, прежде чем хорошо подумать, тоже бросила ему вызов. — А как вы догадались? — тот в ответ лишь ухмыльнулся, а Лестрейд, в свою очередь, с непониманием оглядел обоих, после чего вернул Лив её качественно-подделанные права.       — Так… — протянул инспектор, выдыхая. — Скоро сюда приедут наши парни, заберут тело.       — А вы уже опросили соседей снизу? — спросила Лив, внезапно почувствовав себя словно в криминальном сериале. «Это вообще не то, что ты сейчас должна чувствовать», — напомнила сама себе девушка, осознавая, что холодная волна осознания ужасного происходящего ещё просто её не успела догнать.       — Соседей на первом этаже вот уж как неделю нет в городе, они выселились. А к соседям на втором и на четвертом этаже мы никак добраться не можем, странно у вас дом построен. — девушка понимающе кивнула, молча переваривая новую информацию. — Вам есть где переночевать? — вот же чёрт! Убийство Дианы также означало, что Лив придётся как минимум неделю теперь жить в другом месте, это она знала из тех же сериалов.       — Нет, — снова прошептал мистер Холмс. Лив грозно на того зыркнула, но инспектор всего это не услышал и не заметил, вновь начав что-то рассматривать на столике.       — Да, — наперекор детективу сказала девушка, хотя Шерлок Холмс был прав — пойти ей было некуда. Хотя… В голове уже зарождался небольшой план, пока инспектор надевал на руки светло-синие резиновые перчатки, после чего резко дернул то, что так долго рассматривал, и поднёс предмет ближе к свету — нож Лив красовался в руке у полицейского.       — Ваш? — спросил тот.       — Да. Ой, э-э… Но вы же не думаете, что это я… — девушка перевела глаза на мёртвую соседку, внезапно поняв, что так и не спросила, как её убили. А это, возможно, была бы одна из главных улик, доказывающих её причастность, будь она причастна.       — Нет, не думаем. Жертву задушили, а не зарезали. Но зачем вы воткнули нож в стол?       — Удобства ради. Даена часто берёт мои вещи и не кладёт их обратно, а ножем я особо дорожу. Не хочу потерять, вот и втыкаю его в стол чтобы видно было, и Даену к этому приучила. — будто это было яснее ясного, ответила Лив, а в ответ Лестрейд лишь промолчал, и вид у него был какой-то непонимающий, когда как детектив слабо кивнул головой, будто зная, о чём та говорит. Наблюдать за ним было так любопытно: то он застывал, то начинал шевелить губами, то смыкал пальцы у волевого подбородка, и глаза его в тот момент абсолютно ничего не выражали… Жаль только, что он быстро приходил в себя или же замечал, что на него смотрят, нет, не смотрят, пялятся. Осторожным движением руки инспектор воткнул нож обратно, после чего снял перчатки и в который раз за ночь устало выдохнул. На часах уже было два часа ночи. Что же дальше?..       — Думаю, вам можно не дожидаться, всё равно квартира некоторое время будет недоступна. Могу сходить в вашу комнату и подать вам вещи первой необходимости, — предложил Лестрейд, а Лив с облегчением согласилась, так как покупать новые вещи, пока полицейские тут будут фигнёй страдать, она не собиралась. Вот только оставаться наедине с детективом… У девушки уже было такое чувство, будто ему было что ей сказать, но захочет ли она это услышать? Вряд ли.       — Моя комната справа, вот ключ. — быстро затараторила она, надеясь, что мистер Холмс не сможет и слова вставить, пока она командует инспектором. — Откройте, пожалуйста, шкаф, он будет слева, там у меня все вещи повешены. Возьмите пару чёрных штанов, три свитера, две футболки и рубашку какую-нибудь, всё равно, какую. И в ванную зайдите тоже, пожалуйста, там моя зубная щетка, она жёлтенькая такая… Точно, щетка для волос! Там же и расческу возьмите, пожалуйста. И косметичку, косметичку! Она красная такая. — пока она всё это диктовала, мистер Холмс внимательно её рассматривал, изучал… Его глаза бегали то туда, то сюда, и детектив не успокоился, пока не рассмотрел её с головы до ног. Большинство людей обычно не замечало, с какой проницательностью их разглядывал Шерлок Холмс, но от Лив это не укрылось, отчего ей было дико неудобно и как-то стыдно. — Что вы так смотрите? — чувствуя себя так, словно она стояла перед мужчиной абсолютно голая, спросила Лив.       — Вас не Роуз зовут. И вам не восемнадцать. Мопед не в ремонте, его просто нет, пф… Вы тут наврали на пару часов в камере точно, а ещё заработали повод вас заподозрить, — в этот же момент в гостиную вернулся инспектор, неся в руках аккуратной стопкой сложенную одежду, поверх которой были принадлежности из ванной, но вместо того чтобы тут же рассказать полисмену о лжи девушки, которую мистер Холмс раскусил ещё когда она только сорвалась с губ Лив, детектив замолчал, наблюдая за реакцией девушки — Лив быстро перевела глаза с него на инспектора полиции, после чего с благодарностями приняла свои вещи и тут же заторопилась уходить.       — Я тогда пойду, наверное. Можно я ещё кеды возьму сменные, они здесь, в коридоре?       — Нет, извините. Эта комната — место преступления, здесь ничего брать нельзя, пока место не изучат специалисты.       — Я уже всё изучил. — сдвинув брови, ответил своему коллеге детектив. Удержавшись от смешка, Лив, прежде чем у мужчин опять разгорится перепалка, поспешила и в свою очередь вставить пару слов на прощание.       — Было приятно познакомиться, инспектор Лестрейд, детектив Холмс, — каждому мужчине она уважительно кивнула, и лишь на детективе задержала свой взгляд, но тот, казалось, больше совсем ею не интересовался — мужчина лишь разглядывал труп, даже не удосужившись сказать что-то типа «взаимно» или «мне тоже», как это сделал полицейский.       — Взаимно. Жаль, что при таких обстоятельствах, — а Лив была и рада снова забыть, что их сюда привело… — И не покидайте город пока что. — напоследок сказал Лестрейд.       — До свидания, — быстро проговорила Лив, почувствовав тоску, когда она наконец повернулась к Даене спиной. До этого она просто старалась не смотреть в сторону остывшего тела соседки, но сейчас ей наоборот хотелось посмотреть на неё ещё хотя бы один раз, словно она больше никогда её не увидит. Хотя так, наверное, и есть. Прошло уже больше получаса как она узнала о смерти соседки, и только сейчас девушка стала испытывать настоящую грусть? «Будь я Шерлоком Холмсом, сочла бы это подозрительным», — подумала Лив, и тут же начала себя корить за эту мысль. Зачем она вообще думает об этом позёре? Лучше бы подумала, где ей теперь жить… И снова в голове та самая идея. Но воплощать ли её?.. Лив колебалась, хотя глубоко в душе и понимала, что другого выхода у неё не было. «Не на улице ведь снова спать», — убеждала она саму себя, и таки убедила…       Прежде чем выйти из квартиры, девушка достала телефон и после этого, мысленно пожелав самой себе удачи, сделала вид, что кого-то набирает. Секунд пять она якобы ждала пока кто-то возьмёт трубку, а далее начала телефонный разговор, чувствуя себя при этом последней дурой.       — Алло, привет, не разбудила? — ответом ей служило, естественно, молчание. — Хорошо, слушай… Ты не будешь против, если я к тебе приеду переночевать? — продолжая громко имитировать телефонный разговор, она стала почти прыжками спускаться по лестнице, специально создавая невообразимый шум, грозясь поднять на уши весь дом. — Спасибо тебе большое! Может что-то купить к чаю? У меня тут рядом круглосуточный магазинчик, — и вот она на первом этаже, стоит у закрытой квартиры уехавших соседей и не знает, как подступиться к двери. Но что она, зря создавала весь этот цирк? «Если уж играть, то до конца», — твёрдо решила она, после чего стопроцентно была настроена вскрыть чужую квартиру. Вздохнув поглубже и посмотрев вверх на открытые лестничные пролёты, она убедилась, что за ней никто не наблюдает, после чего стала говорить ещё громче. — Хорошо, хорошо… А как там твой муж? Я надеюсь, всё хорошо… — Девушка уже почти срывалась на крик, но то, как она дёргает ручку двери, всё равно было отчетливо слышно… А может ключ, как всегда, под ковриком? «Блин», — зря только присев, подумала она. Посмотрев вверх ещё раз, на этот раз выискивая за что бы ей взяться чтобы подтянуться и встать, её взгляд внезапно зацепился за небольшое отверстие между верхней частью хлипкой двери и дверной рамкой. Достав из кармана случайную листовку, она осторожно провела ею в этом крошечном расстоянии и… Удача ей наконец-то улыбнулась — маленький ключик победно звякнул об пол. — Да ты не поверишь, что произошло! — отпирая двери, продолжала практически кричать Лив. Щёки горели от стыда и усилий, а горло уже начинало болеть, но тем не менее её старания окупились — уже через секунду девушка была внутри. — Да ты что?! — громко и чётко проговорила она последнюю фразу, тем временем закрывая чужие двери на всевозможные защёлки. Сердце стучало бешено. Неужели удалось?       «Вот так завершение дня», — подумалось Лив, пока она беззвучно сползала вниз по двери. Казалось бы, мысли об убийстве и страх должны были буквально убить в ней всё желание находиться одной и смыкать глаза дольше чем на секунду, но она так устала, так выдохлась… Положив принесённую одежду рядом с собой и достав другой свой нож-бабочку из кармана ветровки, она раскрыла его и сжала в ладони, после чего не имея ни желания, ни сил искать в чужой квартире кровать или диван, так и закрыла глаза, продолжая полусидеть-полулежать, облокотившись о входную дверь, словно что-то охраняя. Свою жизнь, например. «Главное не захрапеть», — выдал шикарную мысль мозг Лив, прежде чем погрузиться в хоть и не очень крепкий, но долгожданный сон…