Слишком живой труп для слишком мёртвого экстраверта.

"Если у Вас есть ёбнутый друг, которого, судя по его виду, беспрерывно таращит, но, на самом деле, это его нормальное состояние; друг, постоянно вытворяющий дикую хуйню, которая не поддаётся абсолютно никакому логическому анализу, то Вы, будьте уверены, в скором времени станете таким же отбитым. Но, что наиболее вероятно, Вы уже. А теперь просто купите себе пони." Я думаю, лекции примерно такого содержания проводили голоса-профессора в голове Джерарда, когда я, себе на зло, предложил ему устроить ненастоящую охоту за детьми в Доме с Приведениями. В итоге я ели оттащил его от бедной девочки-панка, чью кровь он грозился выпить до последней капли, повалив подростка на пол. - Но я же просто шутил! - хныкал он, пока я тащил его за шкирку за пределы Дома. Как бы местные не вызвали в город ещё с десяток охотников из-за этого случая. - Хорошая шутка, идиот, это когда все смеются, - бурчал я, продолжая волочить за собой сопротивляющегося Уэя. И за какие грехи мне такие пытки? Эй, Иисус, я вроде бы не просил тебя об этом. Ну а тащил я парня куда-то в неизвестность, ведь встроенные Гугл-карты в моей голове уже давным-давно отказали из-за заменившего их возмущения. - А ты бедняжку чуть до инфаркта не довёл. Конечно, блин, она чуть в штаны не навалила. Я более чем уверен, что в детстве мама пугала её страшилками на ночь как раз о таких кровожадинах, как ты. - Кровожадинах? Отличный каламбур, чувак. Добро пожаловать в клуб дерьмовых юмористов. И это я ещё молчал об охраннике, который стоял на входе и подозрительно на нас косился. Представляю, как он заглючит, когда из аттракциона выползут перепуганные до смерти дети и начнут рассказывать ему о страшнючем вампире-стендапере и о его перекошенном дружке, которые напали на них в тёмном тоннеле. Ой, зря я всё это устроил.... Ну конечно, ведь Уэй просто не смог обойтись без дурацких, но пугающих панчей, вместо того, чтобы воспользоваться эффектом неожиданности. Вот я и говорил ему всю дорогу, мол, хреновый из него Луи Си Кей. Зато меня так корчило, что, я думаю, из меня вышел бы отличный Джим Керри. - Ебать мой хуй, где это мы? Низкий тон голоса Джи спустил меня с орбиты, куда я улетел на жопной тяге, обратно на Землю. Я остановился, заметив, что парень больше не сопротивляется и что мне уже можно было перестать пытаться оторвать его руку. Мы находились прямо посреди широкой длинной аллеи, утопающей в тусклом жёлтом свете уличных фонарей. Здесь, вдоль гранитных бордюр, не стояло фургончиков с мороженым, никто не готовил приторную сладкую вату, а шумные аттракционы и карусели остались далеко позади, в центре парка. Зато в этом месте было ощутимо тише, спокойнее и уютнее. Тут гуляло бесконечное множество семейных пар с детьми, подростков (в основном, конечно же, пьяных в дерьмо), влюблённых и, - чего уж там? - немало бездомных. - Романтичненько, - пожал плечами Уэй, осторожно, но вполне уверенно взяв меня за руку. Я немного затупил, потому что, как-никак, но моей последней мыслью были бомжи, так что, кхм: "Какая, нахрен, романтика?" - думал я. А потом проржавевшие шестерёнки в черепной коробке вновь принялись со скрежетом крутиться в нужную сторону, словно, - я вам клянусь, - натягивая моё лицо на череп, и через мгновение я уже в шоке пялился огромными белыми шарами на наши переплетённые пальцы. - Да не ломайся ты как пятнадцатилетний девственник, я просто прикалываюсь, - хохотнул он, а я тем временем получил укол смертельной инъекции прямо в сердце. Прикалывается он.... Не хватало только драматичного обморока или наигранного "Нет-нет, всё в полном порядке...". - Джи? - я вновь обратил внимание парня на себя, когда мы, нерасторопно прогуливаясь вдоль по аллее и то и дело пихаясь плечами назло друг другу, свернули в какие-то кусты на одну из протоптанных и замусоренных бутылками и пакетами тропинок, ведущую к местному говностоку, именуемому речкой. Мы тут же оказались будто бы в ином мире, где зрение не садили тусклые фонарные лампы и с соседней лавки не матерились обдолбанные малолетки. Уэй чуть склонил голову в мою сторону и опустил на меня какой-то слишком уж расслабленный взгляд, словно он сраный ангел Божий, а не кровопийца. А вообще, он просто шёл рядом и тепло улыбался. Чёрт, и зачем я нарушил эту идиллию своими вопросами? Наверное, потому, что так сложились звёзды. Или потому, что я скорпион. В любом случае, деваться было некуда: - Такое дело... в первый раз ты укусил меня там, на заброшке, когда я спал, так? - задал я вопрос, на самом деле не требующий ответа, но всё равно дождался от парня подтверждающего мои слова кивка. Нахуя, спрашивается? А вот захотелось. - И я почувствовал боль сквозь сон. Ну а потом, с утра, шея жутко ныла. Под вечер, конечно, стало легче, но всё же.... Я хотел узнать, в этот раз будет так же больно? Не то, чтобы я жаловался, просто.... Джерард громко фыркнул и принял стойку смирно, расставив руки по бокам. Не заметив того, что он встал на месте, я прошёл ещё на шаг вперёд. Но потом заметил, что он выпустил мою руку из своей и куда-то пропал, так что я тоже остановился, развернулся и оказался с Уэем, можно сказать, "лицом к лицу", не считая разделявшего нас метра - опустим это. Хорошо, что я догадался обернуться, а то так бы и топил вперёд. А потом меня бы изнасиловали волки. Как только мои брови изогнулись причудливой дугой, наглядно показывая Джерарду, что я, блять, нихрена не понял его действий, его рот растянулся в широкой улыбке. Я бы так и не увидел выражение его лица, если бы не достал телефон и как дебил не включил бы блядский фонарик, но, после всего сказанного ранее, моя рожа явно горела от смущения в разы ярче, чем какая-то там вспышка, которая, кстати, всё же немного освещала мой помидорный цвет лица. Мне от чего-то хотелось зарыть себя в землю прямо сейчас или ускакать в чащу с диким воплем. Где-то совсем недалеко от нас смеялись дети, разговаривал по телефону какой-то нервный мужской голос и кричала из соседнего куста ночная птица (ну или ночной бомж - без понятия), но, знаете, это всё уходило на задний план. Мне больше даже не хотелось отшучиваться по этому поводу у себя в мыслях, потому что я был шокирован, поражён, убит наповал. Меня, на пару с моими глупыми странными чувствами, застали врасплох. Дерьмо. - Фрэнки, ёбаный насос, это не приём у проктолога, не красней ты так, - фыркнул он, и я стиснул зубы. - В тот раз я ставил метку, поэтому было гораздо больнее, чем могло бы быть при обычном укусе, но, клянусь, в этот раз я постараюсь сделать всё как можно более аккуратно. В моих клыках, конечно, не содержится анестетика, но я и не безмозглое животное, чтобы дать волю первобытным инстинктам и причинить вред такому сладкому мальчику, - захихикал он. Мне казалось, моё лицо просто вспыхнет и устроит чёртов лесной пожар. - Окей, у вас там ещё и техники укусов разные? - выкрутился я. Нео из Матрицы сосёт. - Ты у меня спрашиваешь? Я не хренов библиотекарь и не вампирический учёный. То, как я поставил метку, объяснить просто невозможно, потому что это нечто подобное магии Гендальфа Белого, а я, - вот незадача! - самый обычный Сангвис. Это всё на автомате, дорогуша. Как налить в тарелку с хлопьями ровно столько молока, сколько тебе нужно, с первого раза. - Ты нихрена не умеешь объяснять, - рявкнул я. - Даже парализованный дед-маразматик рассказал бы более доходчиво. Чувствую себя школьником на скучном уроке, ибо что за новые термины? - я всплеснул руками и громко вздохнул. - Не, чувак, это для умных. Канини-хуини, Сангвисы-хуянгвисы, - что это за названия такие ебаные? Какой придурок это выдумал? Покажите мне этого мудазвона, и я набью ему ебало. Я словно читаю состав освежителя воздуха, сидя в туалете. - Это латынь, безграмотный ты хуелов, - Уэй склонился ближе к моему лицу, чтобы смерить меня эдаким "скептическим взглядом" как-нибудь поэффектнее. - Раз ты так хочешь, я расскажу всё прямо сейчас, - сдался он. Я хмыкнул и скрестил руки на груди. - И не смотри на меня так, нормально расскажу. - Прямо сейчас, говоришь? Ну рискни. И вообще, я не догоняю, ты планировал тянуть кота за яйца? - Скорее, тебя, - передразнил он. - С чего начать? Я прикрыл глаза и потёр переносицу. Он серьёзно? Это я должен знать, с чего ему начинать?! - Хорошо, - раздражённо протянул я. - Как ты там себя назвал? Вот давай про это. - Отлично, - воодушевлённо улыбнувшись, он хлопнул в ладоши, а затем подхватил меня под руку и потащил дальше по тропинке. Я сунул телефон обратно в карман. - В этом дерьме не многие разбираются. Лично я скажу вот что: здесь всё зависит от особенностей строения организма вампира и от его происхождения, но я, если честно, хуй на это клал, - признался Джерард, пожимая плечами. Я кивнул, прижимаясь к парню чуть ближе. - У всего ведь должна быть предыстория, так что, прежде всего, задам маленький риторический вопрос: почему современные люди не боятся вампиров? Ведь во времена, когда нас, как ведьм и колдунов, насаживали на осиновые колья, топили в реках и сжигали заживо, пригодная для питания людская кровь была в дефиците из-за "чёрной смерти" и антисанитарии. Хотя, в принципе, людей и так было не особо много, и кусать их не ради пищи, а ради пополнения в стае было не выгодно, потому что укушенные всегда нуждались в огромном количестве свежей человеческой крови, которая была, как я уже сказал, в дефиците. А род-то продолжать надо было. И тогда, то ли эволюция, то ли ещё какая хуйня, разделила нас, кровопийц, на пять видов. Конечно же, церковь сразу же пресекла все попытки изучения вампиров, но некоторым любознательным чувакам всё же стало до зуда в заднице интересно разузнать обо всём этом дерьме побольше, и вскоре выяснилось, что существуют Канини, Сангвис, Мордере, Генус и Лутум. - Мда, повторюсь, но названия просто ебаные, - прокомментировал я. - В точку, - согласился Уэй, коротко хмыкнув. - Так почему же современные люди не боятся вампиров? Точнее, ведут себя халатно по отношению к вероятности кончины. Вон, гуляют в парках по ночам, веселятся. Да потому что человечество вечно приравнивает минимальную опасность к нулевой. Потому что человечество знает, что многим вампирам больше не нужно убивать свою жертву после трапезы. Соснул и съебался. Раньше, чтобы жертва не превращалась в кровопийцу, её добивали, ибо в клыках каждого содержался яд. А сучка-эволюция такая - ОП, - и лишила некоторых вампиров ядовитых клыков. Это были первые Сангвисы. Но у кого-то же должны были быть эти хреновы ядовитые клыки? Кланы, стаи и семьи требовали вечного пополнения для поднятия статуса, расширения территории своих владений и показушного влияния. Так и появились Канини. До сих пор на всём белом свете таких как вы, - Джерард пихнул моё бедро своим, - пиздецки мало. Ваша кровь считается самой драгоценной. Как для Чистых вампиров, чей вид мы именуем Генусом, так и для лошков, вроде меня. Но прикол в том, что мне нельзя пить много твоей крови. Во-первых, ты сдохнешь-.... - Солнечная перспектива, Уэй! - ...а во-вторых, сдохну я. Твоя кровь вызывает привыкание. Она питает намного сильнее человеческой. Это как дерьмовый растворимый кофе и настоящий, зерновой. Огромная разница, в общем. А вот кровь вампиров моего вида ядовита. И, к слову, ни чуть не меньше твоих клыков, детка, - Джи ткнул пальцем мне в щёку. Но, что бы он не делал, я планировал сохранять эмоцию сосредоточенности и озадаченности. - Эй, ну что ты? Просто не хочу видеть твою кислую мину, хочу улыбку. А ну, улыбайся! - он тут же ткнул ещё раз. Как-то слишком уж быстро сдавшись, я улыбнулся в ответ. Не знаю, стоил ли этот разговор того, но он помог мне допетрить хотя бы до чего-то в этой истории. Но всё же я чувствовал, что мне ещё многое предстоит узнать. - Вот это я понимаю. А то как на похоронах любимого попугайчика. Улыбаться я не перестал. Умеет заставить, Дьявол. - Генусы, кстати, весьма специфичны. Они помешаны на чистоте крови. Трахаются только с другими чистокровными, выпивают жертв до последней капли. В общем, настоящие шизики. Но дети у них не всегда рождаются Чистыми, как им хотелось бы. Так, например, ребёнок-Мордере для такой семьи - настоящий траур. Обычно их убивают при рождении. - Почему же? - нахмурился я, одновременно с этим наступив в какую-то жижу. Фу-у. Знак ли это свыше о том, что мне пора убить себя? - Я же сказал про чистоту крови? А у Мордере дети рождаются людьми. Так что род на них заканчивается. Ну, сам посуди: Сангвисы бывают только укушенные, Канини - рождённые исключительно в ночь на Хэллоуин да ещё и в той семье, где три поколения назад один из родителей был вампиром. Короче, судя по всему, твой родственник скрывал зубки и желание убивать от вашей семьи. - Просто супер... - выдохнул я, усердно пытаясь переварить услышанное и не задымиться от перегрузки. - Ну а Лутум - это вообще отдельная тема. Только в тот момент я смог расслышать некий шум, по первым впечатлениям походивший на плеск воды. И лишь потом мне стало понятно, что плеском воды этот шум как раз и являлся. Под ногами зашуршал твёрдый гравий, и всё вокруг неожиданно стало на пару тонов светлее, словно Боженька на небесах, напившись, задел локтем выключатель. Кроны деревьев окрасились в нежно-синий и блистали во тьме. И, так как мы оказались у говнотечки, к которой как раз направлялись, через пару кустов я убедился в своей правоте: из-за листвы показалась стремительно текущая по чуть обмельчавшему руслу вода. Джерард выпустил мою руку из своей хватки и пошёл чуть быстрее, обгоняя. Ему не терпелось выйти к самому берегу. - Дай угадаю, - кричал я ему вслед, - Лутум - это та стрёмная хуйня, которая сожрала Филимона? В смысле, та хуйня, которую я прикончил в гипермаркете? Поздновато я прочухал, что сболтнул лишнего. - Да, в гипермаркете. Но что за Филимон? - Уэй повёл бровью, обернувшись на меня на секунду. Чёрт. Я нервно рассмеялся и догнал Джерарда. Я знал, что в этот момент он закатил глаза. - Долгая история. Потом как-нибудь расскажу. Мы встали у самой воды. Глубоко внутри я чувствовал нарастающую только рядом с этим местом тревогу, но я старался отбросить такие чувства как это. Тут было красиво, в конце-то концов. И чего мне было волноваться? Ну вот не знаю. - Это твой парень? Бывший? - как-то слишком уж небрежно кинул Джер. Сначала я думал, что он говорил с сарказмом. Но, нет, от был серьёзен. Очень серьёзен. - Эм... - замялся я, не зная, что сказать. - Типа того. Или нет? Не знаю. Нет, наверное. Забей.... - Как скажешь, капитан, - отчеканил он и уставился в одну точку. - Уэй? - позвал я. Джерард продолжал молча пялиться в воду, но я знал, что он слушает. - Ты уже говорил мне про метку, но всё же.... - Что? - приглушённо спросил он и его голос дрогнул. - Это ведь значит что-то ещё, кроме защиты? Я боялся услышать ответ, если честно, так что, конечно же, как обычно попытался рассеять своё внимание. И мой воспалённый мозг вдруг напомнил мне о том, что кожа Джерарда из-за отражающегося от воды лунного цвета, приняла голубой оттенок. Голубой, - думал я, - ха-ха, очень смешно. - Это значит, что мы-... Я никогда не любил фильмы-мелодрамы с размазывающимися на протяжении всего экранного времени соплями. Но всё же я знал, что обычно должно происходить в таких моментах. Главные герои признаются друг другу в чувствах, пьют крепкий чёрный чай, а затем, держась за руки, уходят в закат. Или какой-нибудь супер-дупер-мудак прерывает их на самом главном. Из моего кармана заиграла блядская ушераздирающая мелодия. Нелепо ойкнув, я выловил мобильник и посмотрел на светящийся во тьме дисплей. На самой середине экрана высвечивалось имя. "Джамия" - Ебаный, сука, гамбургер, - выматерился я. - Секунду. И, так как мне нахуй не сдалась эта девушка, её батя и их деньги, так как я уже и думать забыл о деле, ради которого приехал в Техас, так как важнее сейчас было услышать слова стоящего напротив меня педика, её звонок в качестве резкого напоминания о себе стал для меня чёртовым ударом по яйцам. И я сбросил вызов. - Так что ты там говорил? - улыбнулся я, проводя рукой по волосам и кидая телефон обратно в карман. - Я-... И снова звонок. Мы с Джерардом в унисон прорычали что-то злобное и невнятное. - Да что ж ей неймётся? - воскликнул парень, всплеснув руками. - Ой, ну её в пизду, - фыркнул я, снова вытаскивая телефон из кармана. Ага, и вправду, опять "Джамия". - Дай сюда! - рявкнул Джерард, выхватив у меня мобильник. - Алло, - гаркнул он. - Нет, это не Фрэнки. Кто-кто, конь в пальто. Ваша сделка отменяется, мадам. Не звони сюда больше. Ой, да кого ты пытаешься запугать? Ты ведь его сюда не только по мою душу послала, верно? Ой, ну конечно, попизди мне тут. Мать я твою ебал. И отца. И собаку. Да знаю я, что Хагрид мёртв. И о том, что всю вину вы свалили на меня, тоже знаю! Ох, да что ты говоришь, убил вашего человека, какая жалость! А то, что он дюжину людей до этого выпотрошил, это так, мелочи жизни, да? Бе-бе-бе, какой я плохо-о-ой! Всё, отсоси, - ядовито выплюнул Джерард прямо в динамик и положил трубку. - Тупая пизда, - пробубнил он, будто бы забыв о моём присутствии. - Ну как, что сказала? - А? - очухался он. - Да так, привет передала, - радостно взвизгнул он, но тут же посерьёзнел. - Я не договорил. - Я весь во внимании, - поклонился я, лестно улыбаясь. Нахуй Нестор! - В общем, скажи, ты слышал что-нибудь про родственные души? Я замялся, безмолвно уставившись на парня. Конечно, блять слышал, - хотел сказать я, но мой рот словно клеем залили. Я набрал полные лёгкие воздуха. - Мы с тобой... мы - начал он, но тут же замолчал, опустив взгляд на носки своих ботинок. - Оу, - выдохнул я, и так всё поняв. - Что ж, ладно, ты мог бы... раз такое дело... типа, ты укусить меня хотел, помнишь? - Вообще-то, я как раз собирался, - хихикнул Джерард, как-то слишком уж по-доброму мне улыбаясь. А ведь в первую нашу встречу я чуть было в штаны не навалил от его взгляда, и тут вдруг такие резкие перемены, бабочки в животе, глисты в кишках и прочая ванильная херня. - Будешь со мной нежен? - вторил я его смешку, резко подаваясь вперёд. - Ну блин, а я ведь так хотел тебя изнасиловать, расчленить и сжечь, - театрально горько выдохнул он и покосился на пульсирующую жилу на моей шее, бегло облизав пересохшие губы. Не успел я ничего ляпнуть, как Уэй вдруг шагнул совсем вплотную ко мне. Я тут же вцепился дрожащими от волнения пальцами в его одежду, как-то испугано дёрнувшись и смешно пискнув от такой близости. И куда за один день исчез тот самый Злой Фрэнк, обычно сидевший у меня на плече и дерущий глотку чем-то типа: "Этого трахни! И этого! А того облапай!" - Такой бесстрашный охотник боится плохиша-вампира? И какое-то неизведанное мною ранее чувство вдруг навалилось всем своим весом прямо на мою голову. Я впервые в жизни чувствовал себя на своём месте, знал, что весь этот трепет в грудной клетке, если всё хоть раз пойдёт по маслу, не на один паршивый вечер. - Не зазнавайся, манда, - буркнул я, по привычке хмуря брови. Уэй лишь сощурил глаза и, не говоря больше ни слова, прильнул к моей напрягшейся шее. Но он не пытался её укусить, он.... - Иисусе, Джи... ах, что ты.... Ч-что ты делаешь? - неразборчиво шептал я следом за рваными вздохами, нехотя прижимаясь к Уэю всем телом. Но я не хотел его отталкивать. Его руки как бы совершенно, блять, случайно оказались на моих ягодицах. Джерард исследовал влажными губами мою кожу, а я всё крепче цеплялся за его пальто пальцами, словно именно это, на самом деле, с самого рождения поддерживало мою жизнь. Этот сексуальный-во-всех-смыслах маньяк делал со мной что-то невероятное и невозможное. Я чувствовал тёплый, мокрый и скользкий язык на своей шее. Пальцы на моих ногах сжимались и разжимались, когда игривые, лёгкие покусывания на кадыке и смазанные поцелуи у самых ключиц покрывали мою кожу. Моё сердце собиралось вырваться из груди и, судя по всему, запрыгнуть в грудь Уэя, потому что оно, чёрт возьми, билось в унисон с его сердцем, наплевав на поддержание жизни в моём организме. А бабочки в моём животе всё множились в количестве и увеличивались в размерах, никак не помещаясь в столько узком для них пространстве. И в то же время я терпел нарастающую пульсацию члена в джинсах (которые с чего-то вдруг оказались узкими), приносящую весьма двоякое ощущение: вроде я весь такой возбуждённый и чувствительный, но охуенно сильно хочу выебать всё, что движется прямо сейчас. А двигался тут только Джерард. И если сначала я думал, что таким образом Уэй выбирал место для укуса, то потом я просто потерялся в "догадках и предположениях" не особо приличного содержания. Я испытывал самое настоящее вожделение, причём такой силы, что ели как мог стоять на ногах. - О мой Бог, Джи, ах... - судорожно шептал я, слушая развязные причмокивания и ощущая на себе обжигающие касания чужих губ и рук. Джерард плавно поднимался вверх по шее дорожкой из чувственных поцелуев, изредка задерживаясь кое-где немного подольше и присасываясь к распалённой коже. Судя по звукам, которые доносились из его горла, когда он, переставая посасывать, покусывал меня, слегка царапая клыками, он чертовски любил всё это. Я тоже. И я, блять, думал, что мой член просто взорвётся. Он был настолько твёрд, что им можно было играть в бильярд. - Привет! - заголосил я, вытягивая гласные. - Что за хуйня?... А Джерард меня не слушал. Или слушал, но игнорировал. Вот пидорас! Но, бесспорно, с одной стороны, мне было чертовски приятно хотя бы потому, что я давно мечтал о чём-то таком. А с другой - я нестерпимо хотел объяснений. И Джи дал мне их: С ярким, звонким звуком отстранившись от моей шеи, он прикрыл глаза, и руками, покоящимися на моей заднице, прижал к себе мои бёдра, потираясь своей эрекцией о мою. Никогда бы не подумал, что смог бы получить столько незабываемых ощущений с возбуждённым парнем, который мне нравится, даже не снимая джинсы, так ещё и в каких-то кустах. Последний воздух вышел из моих прокуренных лёгких, когда я почувствовал горячий и ужасно слюнявый язык Джера в своей ушной раковине, и в этот момент я думал только о том, как охуенно было бы почувствовать этот его язык в моей глотке. - Блять, - провыл я, изнывая от желания второй раз за вечер запустить руки в трусы. Вместо этого я совершенно неожиданно (даже для самого себя) скользнул рукой в трусы Джерарда, сжимая сквозь слегка намокшую от естественной смазки ткань боксёров почти полностью эрегированный, пульсирующий и горячий член, наслаждаясь обострившимися до предела ощущениями и вызывая у парня громкий стон. Ещё пару раз он тихо неразборчиво проматерился, опаляя раскалённым дыханием моё ухо, и чуть дёрнул бёдрами навстречу моей руке. - Ебать, Фрэнк... - выдохнул он. - Ты не представляешь как бы я хотел вытрахать из тебя весь дух прямо здесь и сейчас. Просто повалить на холодную землю и сесть на твой огромный толстый член. Я бы хотел оседлать его, а потом скакать на нём до потери пульса. Я бы хотел, чтобы ты заполнил меня не один раз, а снова и снова, но, чёрт, сейчас совсем не время, и я не мылся уже, наверное, месяц или два. Я такой чертовски грязный, Фрэнк, но я, блять, хочу тебя. Шаткое "ох..." было всем, что я смог выдавить в ответ. - Прости, - выдохнул он, мягко целуя меня за ухом и параллельно этому со всей силой воли, что у него была, вытягивая мою руку из своих штанов. - Я первый раз испытываю сексуальное влечение к парню. Я даже не знаю, когда ощутил всё это в полной мере. Знаю только то, что час назад, в общественном туалете, ты не отливал, а.... Чёрт, я ведь делал то же самое, когда кусал тебя в первые. Прости что я... я трогал себя, когда пил твою крови и... блять.... Мне так стыдно, ты бы знал, - протарахтел он. - Знаешь, Уэй, - я начинал раздражаться от его пустой болтовни, - я так давно не трахался, что мне, откровенно говоря, насрать: мылся ты месяц назад или два. Я точно так же как и ты пиздецки грязный, но ничто не может помешать мне выебать твою тощую задницу. Ясно тебе, ты, самый сексуальный труп в мире? Мой голос в этот раз был гораздо ниже, чем обычно. Я так близко прижимался к Джерарду, что не видел вокруг себя практически ничего. Его длинные волосы лезли мне прямо в рот, так что я, запустив пальцы в его шевелюру, убрал её назад, так и зависнув руками в спутанных патлах. И мне открылось что-то воистину невероятное. Такое, что я даже ахнул. Ахнул от красоты Джерарда. Его глаза блестели ярче звёзд на небосводе, милый острый носик почти что утыкался в мой, а влажные губы растянулись в такой до оцепенения тёплой, но всё же немного самодовольной улыбке. Я не мог отвести от него взгляд. - Земля, приём, - шепнул он, скользнув ледяными ладошками по моей оголённой шее. - Хьюстон, у нас проблемы. Приём, - подхватил я, не отрываясь он разглядывания лица Джера. Я смотрел на подрагивающие длинные густые ресницы, на мягкую бледную кожу, сияющую в ночной синеве, на ямочки на щеках.... - Можно мне поцеловать Вас, приём? - выпалил парень. - Разрешаю. Конец связи, - заключил я. А дальше я просто захлебнулся. Будто бы упал в море... нет, в открытый океан. И что-то мягкое, тёплое, как вода, заполнило мои лёгкие. Я шёл ко дну. Губы Джерарда накрыли мои, и мы застыли вот так на несколько долгих секунд. И я тонул, тонул, тонул.... А когда Уэй отстранился, в голове вдруг что-то щёлкнуло. Я тут же вжался в его рот своим, практически мгновенно проникая языком внутрь. Вспыхнула былая ярость в наших движениях, разгорелась неукротимая страсть. Уэй не отставал не на миг. Своим языком он проникал в мою глотку настолько глубоко, что, если присмотреться к горлу, наверное, можно было бы увидеть его очертания. Я же, в свою очередь, не раздумывая, пихнул его куда-то вниз, и мы вместе повалились на землю, больно стукнувшись лбами. Оказавшись подо мной, Уэй изогнулся в спине и гортанно простонал, когда острые камни вонзились в его копчик и лопатки. Мы чуть не откусили друг другу языки и, чёрт, это была бы самая нелепая смерть на свете. Но даже это нас не остановило. Быстрыми движениями ловких пальцев, не разрывая при этом слюнявый развязный поцелуй, я расстегнул пуговицы на пальто Уэя, а затем, не церемонясь, задрал его кофту и вцепился в худощавые бока, поглаживая выпирающие нижние рёбра большими пальцами. Нам не хватало воздуха. Моё лицо горело, как и тело, а эрекция становилась болезненной, так что я, оторвав руки от талии Джерарда, наскоро дёрнул собачку молнии вниз и расслабил ремень, облегчённо выдохнув в губы Уэя и оторвавшись от них как раз в этот момент. Мой взгляд опустился на лицо распластавшегося подо мной парня. Волосы его разметались, руки не находили себе места на этой, блять, планете, постоянно вороша сырой гравий, а от припухшей и искусанной мною нижней губы вниз по подбородку тянулась дорожка слюны. Моей, наверное. Самым наиглупейшим на свете из всего, что я только мог сделать сейчас, была потеря бдительности. Я сидел на бёдрах Уэя, низко склонившись над ним и громко вдыхая накалившийся только вокруг нас осенний воздух. Одна из моих рук, более мне не подвластная, опустилась к низу моего живота, стремительно проскальзывая к паху и сжимая его через ткань таких чертовски грязных боксёров. С моих губ слетел шаткий вздох, и я откинул голову чуть назад, всё ещё имея возможность смотреть на Уэя. - Блять, - выдохнул он, прикрыв глаза и подкинув бёдра чуть вверх, утыкаясь огромной выпуклостью на своих джинсах в тыльную часть моей руки, которой я самозабвенно ласкал свои яйца, перекатывая их в кулаке и мелко подрагивая от блаженного удовольствия. Джерард выглядел так возбуждающе. - Ну нет, если ты продолжишь в таком же темпе, всё закончится слишком быстро, - пробасил он. Вот тут-то я и прокололся. У него ведь была та же самая специализация, что и у меня - он был охотником. Только вот сейчас, когда я дразнил себя и его такими непристойными вещами, Уэй имел гораздо больше преимуществ. Именно поэтому он, не успел я даже пискнуть как резиновая пищалка для собак, на которую наступили посреди ночи, резко подскочил с земли и толкнул меня на землю, оказавшись верхом на мне, точно так же, как и я на нём секунду назад. Но его лицо было так пиздецки близко и.... ...сначала я испугался. В его глазах, помимо пламенного вожделения, поселилось что-то ещё. Нечто обжигающее и демоническое, такое, что я уже видел однажды в глазах десятков вампиров, которых убил, не моргнув и глазом. Но все мои страхи тут же исчезли, как только я вспомнил о том, что в глаза мне смотрел не какой-то там левый ублюдочный вампир. Это был Джи. Горячий и такой охуенно желанный Джи. - Просто Джи, - вторил я своим мыслям осипшим голосом. Разум был затуманен, я был опьянён желанием. Желанием дрочить так по-блядски быстро, как это вообще возможно. Со скоростью, мать его, звука. И тот самый огонь в глазах парня больше не пугал меня, он только распалял моё изнывающее от возбуждения тело ещё больше. Потому что это был взгляд Джи, просто Джи, и он мог значить только одно. Только то, что из моего члена вытрахают всю сперму, и я сдохну прямо здесь от лучшей дрочки в своей жизни. Уэй чуть приподнялся с меня, чтобы стянуть мои джинсы с бельём хотя бы до колен, а потом приземлился обратно и скинул с плеч свой плащ, в котором он уже весь вымок от пота. Его вечно холодная ладонь оказалась на моей пульсирующей плоти, нерасторопно поглаживая её. Я дёрнулся под его ласками и громко застонал, чуть было не перейдя на крик. Не отрывая руки от моей эрекции, Джерард склонился к моей шее, начав небрежно и мокро вылизывать ту часть кожи, под которой в бешеном темпе пульсировала разгорячённая кровь. Он убрал руку с моего члена и опёрся на неё. Я знал, что он сделает это. Я ведь сам предлагал ему, не так ли? Острые зубы пронзили мою плоть, и я, то ли он неожиданности, то ли от выстрелившей в шее резкой боли, крепко зажмурился и вцепился руками в спину вампира. Все мои мышцы напряглись до такой степени, что я, право, думал, что они навсегда останутся в таком каменном состоянии. Я был бы как Железный Человек без штанов. Но потом что-то изменилось. Вместо невыносимой боли я начал чувствовать одурманивающее наслаждение, словно в меня в огромных количествах вкачивали пыльцу фей и блёстки с грив единорогов. Джерард шумно дышал мне в шею, продолжая пить кровь, и в какой-то момент его ледяные руки оказались на моих скулах, а больше пальцы принялись нежно массировать щёки и уголки губ. Я поморщился, учуяв запах своего тела от рук Уэя, и смущённо улыбнулся самому себе, закусив губу. Разлепив, наконец, глаза, я увидел подрагивающие от слабости, пронзившей их, ноги Джерарда, а затем я ощутил эту дрожь во всём его теле ладонями, что находились на его спине. - Джи, - томно протянул я, не переставая улыбаться. Джерард, услышав мой голос, вдруг затрясся не понять от чего ещё сильнее, и колени его неожиданно разъехались так, что головка моего члена стала касаться бляшки его ремня и моего живота одновременно. Не долго думая, я расстегнул её, раз появилась хорошая возможность до неё дотянуться. Джерард заскулил, предвкушая то, что я собирался сделать, и подтянул ноги в прежнюю позу, чтобы было удобнее стоять на четвереньках. - Говоришь, дрочил на меня, пока я спал? - напомнил я, запуская руку в его трусы и тут же начиная надрачивать пульсирующий, горячий и перепачканный в естественной смазке член. Джерард замычал мне в шею и крепче сжал моё лицо, интенсивнее терроризируя большими пальцами мой рот. - Всё никак не насладишься вдоволь, малыш? - чувственно прошептал я, продолжая водить одной рукой по члену Уэя, а другой потянувшись к своему. Но меня опередили, перехватив за запястье. - Нет, детка, не трогай, - промурлыкал мне на ухо Джи, только что отстранившийся от моей шеи. Он задыхался в предоргазменных судорогах, бормоча какой-то бред и всё быстрее и быстрее вбиваясь в мой кулак. - В тот вечер я назвал тебя Пэнси и ты... ты обиделся. Ох, чёрт.... Это всё потому что ты слишком... слишком вкусный, Фрэнки. Слишком вкусный, чёрт.... Ах, - стонал он. А я... я в исступлении извивался под его телом, получая какое-то нездоровое удовольствие от наблюдения за таким Уэем. И когда по всему его телу пробежала волна дрожи, когда он зажмурился, лицо его вытянулось, брови взлетели вверх, а алые губы образовали идеальную букву "о", я думал, что кончу от одного только вида изливающегося в мою руку Джерарда. Хотя всё же для того, чтобы кончить, мне нужно было к себе прикоснуться. Но я не мог, потому что Джерард сжимал мою кисть с такой силой, что кости в ней, казалось, в любой момент могли сломаться и рассыпаться в прах. Джерард вдруг обмяк, расслабился и почти повалился на меня, но вдруг заметил моё напрягшееся лицо и, чёрт, его тонкие алые губы растянулись в улыбке, которую я никогда до этого не видел. Она была максимально пошлой и жадной, её нельзя было сравнить ни с чем, кроме как с олицетворением всех грехов Ада вместе взятых. - Боже, блять, мудак дай мне уже кончить, - гортанно простонал я, откинув голову на твёрдый гравий. Тут же я услышал копошение, а затем я понял, что Джи спустился вниз. Я почувствовал, как он уселся на мои колени и наклонился к моему члену, который готов был просто взорваться. С трудом приподняв голову, я из-под опущенных век наблюдал за Джерардом. Он сидел там и ждал, когда я взгляну на него. Наши взгляды пересеклись. Он снова гаденько улыбнулся. - Ну же! - взмолился я. - Ебать, прошу, сделай уже хоть что-нибудь, иначе я сейчас сам схвачу свой член и буду дрочить его, пока он не отвалится! Джерард хихикнул и в тот же миг буквально, блять, упал лицом в тёмные кудри лобковых волос, зарываясь в них носом и жадно втягивая в себя мой запах. Что-то вдруг взорвалось во мне чуть ниже солнечного сплетения, и пульсация оттуда скользнула прямо к паху. Я знал, что всё ещё не могу кончить, но это был почти самый-самый предел. В уголках моих глаз скопились слёзы, голова закружилась и я жалобно заскулил. Мои бёдра рефлекторно подлетели вверх, подкидывая голову Джерарда. Он оторвался от моего обнюхивания и последний раз посмотрел на меня выискивая что-то в моих глазах. - Ч-что? - выдавил я не своим голосом. Впервые в жизни я так сильно хотел просто, блять, кончить. - Фрэнки, - шепнул он, эротично закусив губу. - Мне просто интересно, настолько ли ты хорош здесь на вкус, как и на запах? - Ну так попробуй уже, блять, - выпалил я, не в силах больше терпеть. - Спасибо, детка, - улыбнулся Джи, подмигнув мне. И вот я почувствовал его горячие губы и язык, посасывающие головку моего готового-взорваться-члена. Этого хватило, чтобы сильнейшая волна оргазма ударила в моё тело. Я изогнулся в спине до хруста позвонков, царапая задницу об острый гравий, и откинул голову так, что из меня можно было изгонять чертей, и то, что накатило на меня во время разрядки, можно было сравнить, разве что, с Хиросимой. Очнулся я только тогда, когда Джи опустился на землю рядом со мной. Он лёг на бок, уткнувшись носом в мою щёку, и слушал мою тяжёлую одышку, постоянно облизывая свои губы. - Спасибо, Фрэнки, - шепнул Джерард и чмокнул меня в приоткрытые пересохшие губы. - Лучшее, что я когда-либо пробовал, - хихикнул он и чмокнул меня ещё раз. Я слегка скривился, распознав вкус собственного семени на его губах. А потом я просто непроизвольно улыбнулся в ответ. - Это было... - я замялся, не зная, какие слова подобрать. - Чудесно, - закончил Джерард. - Да, - кивнул я, улыбаясь, - чудесно. Именно так. И тут меня накрыло волной воспоминаний. Я снова слышал голос Джамии в своей голове, снова думал о том, что должен был прикончить вырубившего меня вампира и его брата. Но я не знал причин: почему я должен был убить их, почему всё ещё не убили меня и что, блять, не так с семьёй заказчиков. Я вспоминал тот особняк, в котором ночевал и впервые встретил братьев Уэев, вспомнил тот ужас, которым пропитан воздух в том месте. И тут меня осенило. Там я жил. Там убили моих родителей. - Джерард, - я резко поднялся, отчего чуть снова не упал, но всё же смог устоять на ногах, - нам срочно нужно... - продолжил я, натягивая на себя штаны и бельё, чего сам Джи делать не спешил.- Нам срочно нужно на нашу точку.