13 (рабочее)

Той ночью дежурил я. Я сел, приготовился к томительному ожиданию, как вдруг через щель между досками просочился свет – в учительскую кто-то зашёл. Я расплостался по полу и стал тише тихого. Там внизу директор интерната какому-то дядьке в круглой шляпе и плаще рассказывал про дерево. Подробно так рассказывал. Как я понял, он успел даже взять несколько листьев для анализов и сделал несколько снимков. А когда сказал, что у нас всех носом пошла кровь, гость заметно оживился. - Значит, дерево напало на детей? Очень хорошо! Интересно! Лично я ничего хорошего в этом не видел. - И эффект продержался всего несколько часов? – спросил дядька в шляпе. Директор согласно кивнул. - Какие есть предположения? – снова спросил дядька в шляпе. И тогда директор открыл шкаф с личными делами – я замер! Вот честно, даже сердце биться перестало! Он открыл тайник, переложил папки с нашими настоящими делами и достал досточку. Что-то сделал с ней, и на досточке зажегся прямоугольник. Он заводил пальцами по прямоугольнику – по нему замелькали картинки. - Смею предположить, что это либо Грег, либо Хелависа, - сказал директор. – Отец Грега – эльф. Причем из древа лесных эльфов. Их специализация – лечение деревьев. А мать Хелли – дриада. Правда, их специализация – цветы, но дерево цвело. Дядька в шляпе ответил: -У нас нет данных, что они могут использовать деревья или цветы в качестве оружия. – Или способа отравления. Но это не означает, что они не могут применять свою магию против врага. Так всё-таки Грег или Хелависа? Чего? Что за чушь он несёт? Или это не чушь? Неужели, правда, дерево напало на нас? Но зачем? Я аж вспотел! - Скорее Грег, - ответил директор. – Он достигает нужного возраста. Мы сделали несколько дополнительные тестов, результаты будут завтра. А ещё мы усилили наблюдение за ним. И за Хелависой. На всякий случай. Ого! Значит, теперь Грегу нельзя подниматься на чердак. Вот чёрт! Буду дежурить с этим очкастым чудиком. От перспективы сдохнуть от недосыпания засосало под ложечкой. А дядька в шляпе сказал: - Будет лучше, если вы дополнительно протестируете всех подопечных. Особенно обратите внимание на Реджинальда. Тут я не просто вспотел, а прямо-таки взмок ручьями. - Смею заметить, что он – весьма посредственный ребенок, - сказал директор. – Его средний балл 3,5, особых нарушений дисциплины нет. Он ни в чём не привлекает внимания. - Его родители до определенного возраста тоже особо не привлекали внимания, - резко ответил дядька в шляпе. – Именно поэтому мы не смогли их найти. Я судорожно сглотнул. - Хорошо, - согласился директор, - мы проведем дополнительные тесты. * * * Я кинулся в спальню, чтобы разбудить Грега и лупоглазого. А там – вот жесть! – все на вытяжку стояли у кроватей, а фигура воспитателя переливалась с ноги на ногу посередине, монотонно бубня кодекс поведения. Ночью нам запрещалось покидать спальню, но раньше никогда не проверяли: все ли мы на местах? Куда нам деваться-то, собственно говоря? Кому мы нужны?.. Ой. Нужны. Папам. Мамам. Только они не знают, что мы тут. В общем, приплыли. И что делать? Я робко заглянул в спальню, судорожно пытаясь придумать более или менее сносную причину отсутствия. Вот про что наплести? Заболела голова, пошел подышать свежим воздухом? Ога, за это ещё больше накажут. Забыл занести книгу в библиотеку? Какая библиотека ночью, ты о чём? А! заболел живот и… В этот самый момент меня увидел толстяк Пуся. Подмигнул. И – клянусь так и было! – быстро сунул в рот хвост… Ну и знатно же он блеванул! Воспитатель подскочил, затряс подбородком. Я кинулся в кладовку при спальне, схватил тряпку, ведро. Бросился в спальню. Пуся схватил ведро, скорчил жалобную рожу, и его снова вырвало. Воспитатель так скривился, что даже забыл добавить строгость в голос: - Где вы были, воспитанник? Я, как и полагалось, вытянулся, отрапортовал: - Пусю… Эээ… Питера вырвало, господин воспитатель. Я пошёл за тряпкой и ведром. - Разве вы сегодня дежурный? Вообще-то нет, тупицаГум. Сейчас воспитатель посмотрит на график – и мне хана! И тут Гум перекосился лицом, схватился за живот и застонал: - Пуусяаа! Отобрал ведро, сунул туда голову и весьма правдоподобно зарыгал. Офигеть! - По правилам, господин воспитатель, - встряла Хелли, - если дежурный не может выполнять свои обязанности, то их выполняет следующий по графику. А это он, - указала на меня. Кстати, это правда. Воспитатель покачался на каблуках. Внимательно посмотрел сперва на Пусю, потом на Гума, потом на меня. Спросил: - Кто-нибудь ещё заболел? - Нет, господин воспитатель! – отрапортовал я так бодро, как будто он спросил: «Если ли отсутствующие на уроке?» - Хорошо, - воспитатель снова качнулся. – Завтра утром вы двое должны явиться в медкабинет, вот вам освобождение от первого урока. – Он достал из кармана блокнот с бланками, вырвал два листа, чирканул на них имена. – Уберите тут, и всем спать! * * * Убирали мы всё вместе. И я подумал, что мы впервые делаем что-то вместе. Ну, по-настоящему. Без приказа, надзора, а потому что так надо. Вместе. Но после никто не лег спать. Остальные десять ребят оттеснили от меня Лоло и Ганса. Хелли уткнула руки в бока и грозно так сказала: - А теперь рассказывай! * * * Так нас стало тринадцать.