Маленькая история большой любви.

Филипп.

Опять эти сны. С момента переезда прошла почти неделя, а Филипп никак не может привыкнуть ни к тому, что он теперь в новой семье, ни к ужасному отношению в школе, ни к странному чувству, которое он испытывает к блондину из школы. Филипп знает, что он гей, он понял это давно. Но знать, что ты можешь влюбиться в парня и ощущать это - две совершенно разные вещи. Мысли заполняли голову, он лежал, пытаясь найти ответы на миллионы вопросов в своём сне. Как относятся к нему Хелен и Гейб? Знает ли о его существовании тот красавчик? А если и знает, то что думает? Есть ли хоть малейший, самый крохотный шанс, что они когда-либо будут парой? И главная мысль, не покидавшая его сознание ни днем, ни ночью - что там с его мамой? В порядке ли она? Хорошо ли ей в той клинике? И когда он сможет её увидеть?.. Будильник звонит примерно через полчаса после того, как в доме началось движение : Хелен встала довольно рано и пока она собиралась на работу, Гейб готовил ароматный завтрак. -Доброе утро, Филипп,- послышалось из кухни, когда он, сонно потягиваясь, вышел из комнаты. -Вам того же,- вяло ответил парень. Остатки неприятного сна и куча вопросов без ответа изрядно подпортили ему настроение. Филипп практически не притронулся к еде и, расковыряв вилкой пару блинчиков, пошел собираться. За спиной он слышал все тот же заботливый шёпот Гейба "всё хорошо, милая, ему лишь нужно время". Время... Ему бы на самом деле не помешали пару часов на свежем воздухе. Там, где нет этих взглядов, сменяющихся от дома к школе с жалостливых на презрительные, а шёпот с сострадательного на едкий. Он твёрдо решил, что сегодня он отдохнет от этого в компании самого себя. Филипп быстро оделся, взял рюкзак и вышел из дома. -Тебя подбросить?- спросила Хелен, выходя вслед за ним. -Хочу сам прокатиться,- отмахнулся Шей и, бросив быстрое "пока", выехал на дорогу. На полпути он свернул влево и понесся по небольшим тропинкам неизвестно куда. Парню хотелось выплеснуть свои эмоции, накопившиеся за это время и он крутил педали изо всех сил, разгоняя свой велосипед до предела. В городе так не покатаешься, уж слишком много всего вокруг. А здесь столько пространства и тихих мест, где можно спокойно подумать, остаться наедине с самим собой, что чувствуешь вкус настоящей свободы. Ветер дует Филиппу в лицо, развевая его каштановые волосы и распахивая легкую куртку, силы переливают через край и он дает им высвободиться, продолжая гнать по тропинкам. Пейзажи быстро меняются от голых полян до лесиситых местностей, от ухабистой земли до ровных асфальтированных дорог. Прошло часа два, не меньше, прежде чем он окончательно вымотался и теперь, завидев небольшую свободную от деревьев площадку, медленно шел туда, ведя велосипед рядом с собой. "Интересное местечко",- подумал Филипп обводя взглядом поляну, где стояли какие-то самодельные трамплины, вырыты небольшие овраги, но самое главное - здесь было полно следов от шин. Гораздо уже автомобильных, но шире, чем те, что были на его велосипеде. "Мотоцикл...Интересно, кто тут катается?"- мысли пробежали одна за другой и идея опробовать площадку, пока та пустует, родилась совершенно спонтанно. Филипп оглянулся и прислушался : где-то вдалеке был слышен звук мотора, но, окончательно убедив себя в том, что это лишь машины, он всё же решился воспользоваться небольшим трамплином. Отъехав на достаточное для хорошего прыжка расстояние, Шей резко оттолкнулся от земли и, несколько раз усиленно прокрутив педали, набрал нужную скорость. Теперь он мчится настолько быстро, насколько ему позволяют остатки сил и, в считанные секунды преодолевая расстояние до конца трамплина, он взлетает... куда выше, чем планировал! Под ним оказывается тот самый ров, который так легко Шей планировал преодолеть. Велосипед начинает прокручивать назад и Филипп, пытаясь вернуть себе контроль над положением, изворачивается в разные стороны, от чего несчастный байк и не менее несчастный Филипп просто валятся на землю. Парень приземляется прямо на руку, которую сейчас же пронзает жгучая боль. А велосипед, ударив беднягу по голове, отлетает на пару метров и остаётся лежать в грязи. Шей стонет от неприятного ощущения в руке, но больше, конечно, от осознания глупости своего поступка. "И куда я только полез со своим то велосипедом?"- снова вопрос, который останется без ответа. Голова кружится и вставать с холодной земли он не спешит : мир перед глазами всё никак не перестаёт бешено вращаться, а звон в ушах не желает заканчиваться. Сквозь какую-то пелену до Филиппа доносятся всё те же звуки мотора, но только теперь они кажутся куда громче и утихать не собираются. Еще несколько секунд он прислушивается к нарастающему гулу, пока не понимает, что мотоциклист уже совсем рядом, буквально... Пыль и куски земли летят прямо на него, когда кто-то совершает прыжок с того же трамплина, что и Шей. Он откашливается и пытается встать, но пыль и грязь не хотят помогать ему в этом, из-за чего Филипп снова валится в яму. Человек, так лихо управляющийся с байком, заметил его и поэтому в считанные секунды оказался около "места происшествия". Мотоциклист ловко припарковал свой транспорт на краю ямы и, быстрым движением стянув с себя шлем, откинул его в сторону. Филиппу было всё ещё плохо: пред глазами плыло, а рука наливалась болью, но того, кто наклонился над ним он не мог не узнать. Это был парень из его школы. Это был парень из его снов. Лукас Валденбэк