Выжить в новом мире.

      Невидимка вышла из своих покоев. Причёска была слегка растрёпана, корсет с несколькими пропущенными петлями сидел свободнее, чем раньше. Один чулок был слегка порван, но за длинной юбкой этого не было видно. Девушка была одновременно смущена и счастлива. Подпрыгивающая походка и дрожащие пальцы рук делали её похожей на влюблённую школьницу, а не девушку, почти женщину, потерпевшую столько ударов судьбы.       Она вошла в столовую, и всё очарование разрушилось, стоило ей только увидеть Пятнистую Звезду. Сразу вернулась та холодность и некая ненависть к той женщине. Невидимка села напротив опускающей вниз глаза Пятнистой Звезды. — Я согласна. Я еду.       Приведя себя в порядок, попрощавшись с домом и его хозяевами, договорившись с Горелым о дальнейшей связи, она отправилась в путь.       Ехали молча.       Наконец, Пятнистая Звезда решила разрушить молчание. — Прости меня, — коротко сказала она.       Невидимка молчала. — Я… Я не могла ничего сделать.       Невидимка ничего не ответила. — Я… Я испугалась! Я так корю себя за эту слабость.       Девушка смотрела в окно, не обращая внимания на раскаивавшуюся королеву. — Я решила передать тебе власть. Ривертаум пришёл в упадок при моём правление. Это… Ужасно! Я не могу ничего сделать. Я не рождена для власти над целой страной. Я могу править городом, полком, но страна…       Невидимка казалось глухой. И вправду. Её слух остался там, где-то вдалеке от Королевств, в маленькой деревушке, на милой ферме, в её покоях. Ей казалось, что она до сих пор слышит голос Горелого, чувствует его ласки, как будто на её губах, шее и груди всё ещё горят его поцелуи, совершённые в тот момент, когда успокаивание перешло в кое-что, от чего ещё надо успокоится.       Невидимке одновременно было стыдно за то, что она поступила так глупо. Но душа пела.       Вскоре, она увидела родные места, и Горелый на несколько часов вылетел из головы влюблённой девушки. Реки, озёра, запруды. Но не такие, как раньше. Грязные поверхности воды встречали будущую королеву, наравне с нищетой, скалящейся на богатую карету. На миг, он испугалась. Несколько неотёсанных мужиков жарили на вертеле тело, ужасно похожее на человеческое. Орава голодных ребятишек бегали вокруг них, ожидая лакомого кусочка человечины. — Голод, — холодно и пусто ответила Пятнистая Звезда, как будто каннибализм в Ривертаум был обычным делом.       Через милю-другую, подросток делил с престарелой матерью кусок мёрзлого яблока.       Невидимку встретил богато украшенные ворота столицы. В ней, как будто не знали о ужасах пригородах. Вот, молодожёны выходят из дома, и подружки счастливой невесты бросают зерно вслед молодым. — И это тогда, когда народ голодает! — буркнула Невидимка. — Это традиция, — напомнила Пятнистая Звезда. — Традиция, унижать простолюдинов, заставлять их жрать всякую падаль?! — Республика ужасно влияет на тебя.       Пятнистая Звезда всем своим видом показала, что разговор закончен. Невидимка зашторила штору окошка кареты, чтобы не видеть сытые рожи дворян, от которых её так воротило.       Раньше она не замечала этого. До чего ужасен её дом! Всегда ли он был таким, или только сейчас?       Наверно, всегда.       На любом материке, в любой стране, в любом городе найдутся голодные и обездоленные. Одни по прихоти Бога, другие по наглостям дворянства, третьи по собственной лени.       Они подъехали к дворцу.