School of the supernatural

      Он атаковал без колебаний. Кулаки его, замотанные в полоски ткани, так и рвались соединиться с обнажённым торсом парня. Сначала правый, потом левый. Каждый последующий удар сопровождался тихим, верно сдержанным, стоном. Впрочем, тот даже не старался сопротивляться, но жмурил глаза от боли, чувствуя, как сил становится всё меньше и меньше. Тело покрывалось новыми ссадинами, а кислород с каждой долей секунды постепенно заканчивался, пока сильная мужская рука сжимала ему горло. Мистер Чон докуривает сигарету и тушит её о плечо парня, которое слегка повредилось после нанесённого им же удара. Он злорадно ухмыляется и спускается на корточки к сыну. — Твои навыки начинают улучшаться, может, я и не зря позволил тебе жить, — хмыкнул тот, после чего нанёс очередной последний удар кулаком по лицу парня. На сей раз более ровный, нацеленный прямиком на левый глаз. Без какого-либо сожаления или капли жалости. Учебный процесс, рассчитанный на выживание, уже стал основой в утро отца и сына перед новым днём. Оба привыкли, поэтому не испытывали никаких чувств, кроме одного, который лежал сейчас на холодном полу. — Увидимся вечером, сынок, — мужчина поправил на ходу синий галстук и скрылся за дверью подвала, оставив за своей спиной полуживого подростка, по-тихому истекавшего кровью.       Взгляд его был устремлён в окно. Словно птица в клетке, бредит мечтами о свободе, издавая нервный смешок. Нет, он определённо псих, если думает, что это возможно.       Свобода, любовь, дружба — понятия неизведанные и никак не привлекающие. Ему не нужна поддержка близкого. Чонгуку не нужна семья или родное плечо брата рядом. Ему нужно дождаться совершеннолетия, чтобы осуществить задуманное ещё с ранних лет: покончить с паршивой жизнью тех, кто посмел перейти дорогу, а после залечь на дно, продолжая свою бессмысленную жизнь где-то в укромном уголке леса — план, который не терпится воспроизвести в действие. И ведь всего-то нужно выйти победителем из турнира, став лучшим и в совершенстве овладев своей стихией. Ничего сложного, если постараться. Однако сколько этих стараний понадобится — одному Богу только известно.       Месть затмила ему глаза. Не успеет он и оглянуться, как жизнь пройдет мимо него. Он обречён, и это его, как бы печально не прозвучало, устраивает…

***

       Субботняя ночь 03:00       Машина останавливается у ворот небольшого по размеру дома, где двое давно спящих людей совсем не ожидали визита поздней гости, чьему приходу наверняка никто не будет рад. Открывая ловко замок, с совершенно спокойным видом вступает на территорию и останавливается всего в пяти шагах от входа. Передумала? Нет. Просто повторно оглядывается по сторонам, лишний раз убеждаясь в отсутствии посторонних лиц рядом. Никого нет. Отлично. Можно идти дальше.       Беззвучно следующий замок с таким же успехом открывается, и на порог вступает она, нежданная гостья, с совсем не благими намерениями на их счёт. Ей нужно достать одну вещь или просто убедиться в её отсутствии, чтобы спокойно уйти, не разбудив тех, кого совершенно нет желания видеть. С одной стороны, даже как-то наплевать на возможное разоблачение в этот час, а с другой — время поджимает и хочется побыстрее уйти, чтобы не нарваться на ссоры. Всё-таки дела не ждут, а желания вызвать проблемы — нет. Поэтому она просто идёт в комнату напротив, где должна лежать та самая вещь, изначально так важная для неё.       По дороге случайно натыкается на приоткрытую дверь справа и, не сдержавшись, заглядывает внутрь комнаты, где женщина, подобно ребёнку, в руках держала плюшевого зайца, посапывая и издавая странные звуки во время сна. «Прямо как раньше… Ничего не изменилось», — подумала она и пошла дальше.       Дверь в нужную комнату тоже оказалась приоткрытой, и тогда женщина задумалась о человеке, который может там быть. Удивляться не спешит, но быстро сокращает расстояние между комнатой и заходит в неё. Затем вспоминая, что времени не так много, сразу принимается за поиски желаемого. Она нервно перебирает полки шкафа, переворачивая всё, в надежде отыскать нужную вещь, пока не переходя на конечную, последнюю полку, не замирает, услышав чужой девичий голос за спиной: — Кто ты такая? И что забыла в моей комнате?       Та ухмыляется, а после подымается, задвинув последнюю полку шкафа внутрь. Теперь появилась более интересная причина для пребывания здесь, и она стоит сейчас прямо перед ней, скрестив руки на груди, и прожигает её крайне недовольным взглядом, совсем не ожидая её присутствия здесь.       Такие знакомые черты заставляются на секунду задуматься о возможном родстве с этой девушкой, но факт этот настолько маловероятен, что поверить в него весьма сложно. Может, она дочь хозяйки? Но так красива и так не похожа на неё… — Я сейчас немедленно позову свою тетю, — возмутилась сонная девушка и, убрав с себя одеяло, встала, направляясь в сторону двери. Однако дверь захлопнулась прямо перед её лицом и сама по себе уже закрылась на замок. — Ну, конечно, — иронично усмехнулась Лиса и, растянув губы в полоску, а после развернувшись, убийственно взглянула на женщину. — Кто вы? И что вам нужно?       Немая пауза.       Глаза незнакомки удовлетворённо блеснули. Она поднесла палец к губам, прося тишины. Не время выяснять отношения. Она не обязана перед ней отчитываться. Но собственное любопытство, вызванное случайным обстоятельством оказаться здесь, не терпится удовлетворить. Кто эта девушка, что так похожа на неё? И что она делает в этом доме, смея задавать ей такие вопросы? Она проделывает медленные шаги в её сторону и, останавливаясь всего в пару сантиметрах от лица, спрашивает как бы невзначай: — Как тебя зовут? — А какая вам разница, какое моё имя? Вы разве за этим сюда пришли?! — Тише, тише, — шепотом просит та, снова поднеся палец к своим губам. Она склонила голову набок и осмотрела её сверху вниз. — Нет, я пришла сюда не за этим. Но теперь кое-что прояснить всё же придётся, — пожав плечами, незнакомка быстрой хваткой ухватила Лису за руку, а второй уже прикрыла рот марлевой тряпкой. Через пару секунд девушка в её руках отключилась, получив укол гибискуса в шею. Конечно, всё можно было решить мирным путем, но кто виноват, что эта девчонка такая неугомонная?

***

Спустя 2 дня

      Урок закончился. Из класса под ручку на школьный двор вышли Сыльги и Дахен. Кан была расстроена из-за результатов прошлого теста, а Ким просто витала в своих раздумьях: «Где паразит Тэхен?», «Куда он снова провалился?», «Почему не отвечает на смс?». Она весь урок то и делала, что пялилась на экран телефона, ожидая хоть одного ответа от него. — Йа! Ким Дахен, что за вид? Это из-за Тэхена? О Господи! Нашла из-за кого расстраиваться! Тоже мне, пф… — Да мне всё равно, просто… — А вообще, знаешь, ты сама виновата. Постоянно командуешь им, упрекаешь, скандалы устраиваешь. Да какому парню это понравится? — Сыльги дёрнула подбородком и свела губы уточкой, поправив лямку рюкзака. Она подошла к их любимой лавочке и села на неё, после чего достала два питьевых йогурта из рюкзака и протянула один Дахен. — На, держи. — Спасибо, — отблагодарила её Ким и, открутив крышку пластиковой бутылки, сделала два глотка из горлышка. — Я бы нашла кого получше, но никого нет. Он красив, силён и привлекателен. Если я брошу его, то моё место быстро кто-нибудь займет, а вместе с этим и моя репутация отдаст концы. Думаешь, мне это нужно? Вот ещё… — Дахен тоже поправила лямку рюкзака и дьявольски сверкнула глазками.       Сыльги покивала головой в знак понимания. — Может.       Тем временем неподалеку возле школы, облокотившись на белую стенку спиной, стояла Чеён. Девушка внимательно читала книгу, пока не заметила двух одноклассниц, внимательно исследующих её. От такого пристального внимания к своей персоне стало немного не по себе. Она сделала глубокий вдох, но это ей не помогло, потому что именно в эту секунду из школы, как по волшебству, вышла компания первого класса. Все они заливисто смеялись, запрокинув головы назад. Однако один из них остановился, кинув любопытный взгляд на одноклассницу. Брюнет подошёл вплотную к девушке, засунув руки в карманы брюк, а глаза его опустились на книгу. — Что тут у нас? — парень, лишённый всяких манер, бесцеремонно выдернул вещицу у девушки и принялся за прочтение, предварительно прокашлявшись в кулак: — Он смотрел на неё особенным взглядом — всякая девушка мечтает, что когда-нибудь на неё будут так смотреть. — Отдай, пожалуйста, — тихо промычала она, ломаясь, опустив голову вниз. — Тэхен, да ладно, оставь её, — положил ему ладонь на плечо Джин, но тот и с места не сдвинулся. Взгляд его быстро пробежался по жертве, а после спустился на стройные ноги. Ким облизнул нижнюю губу и, коротко усмехнувшись, швырнул книгу на землю. — Перестань читать сопливые романы. В твоей жизни всё равно такого никогда не будет.       Завершив своё умозаключение, парень подлетел к друзьям и вместе с ними зашёл за угол в «курильню», даже не обернувшись. С разных сторон на неё тыкали пальцами, прикрывали рот и тихонько смеялись. А Чеён замечала это и, сжимая кулаки по швам юбки, чувствовала, как её втоптали в грязь. От обиды вдруг стали накапливаться слёзы, и она едва сдерживалась, чтобы не устроить тут всемирный потоп. Убрав тыльной стороной ладони упавшую слезу, она опустилась на корточки, собираясь взять книгу в руки. Но прежде чем взять её, она случайно наткнулась на цитату:       «Ничтожество на ничтожестве, вот они кто. Вы один стоите их всех, вместе взятых».       Чеён улыбнулась такой случайности от судьбы и проглотила слезу. Выпрямившись в спине, она убрала книгу в портфель и быстрой походкой направилась в школу.

***

— Я ей такой говорю: «Твои глаза, как океан, в них хочется утонуть», а она мне отвечает…       Пока Тэхен вёл свой увлекательный рассказ про очередную девушку на стороне, один, казалось бы, совсем не слушает его… Под задумчивым взглядом парень сверлит белую стенку школы и курит свою сигарету, не получая должного наслаждения от поступающего никотина в лёгкие.       «Мне никогда не приходилось так тяжело… Тогда я ещё не знал, чем могла обернуться эта встреча с ней. Постоянный дотошный контроль, волнение. Ведь страшно даже и подумать, что могло бы случиться в тот день. Не окажись рядом Хосока, всё могло бы полететь к чертям… Но она не понимает. Ведёт себя так странно, а порой непредсказуемо, что предугадать её действия попросту невозможно… И вот сегодня опять: не пошла в школу, не вышла из дома и даже не перезвонила. Как может человек приносить столько проблем другим людям? Она как пятно, от которого хочется избавиться. Но тогда почему я продолжаю думать об этом?» — Эй, что с тобой? — отрывает Пака от мыслей Ким. — В последнее время ты сам не свой. — Внезапно объявившаяся сестра так на тебя повлияла? — Честно признать, она просто совершенство. Не понимаю, почему ты так относишься к ней… — И я не понимаю.       Чимин на подобные возгласы от парней только фыркнул и выкинул сигарету на землю.       Тогда день окунулся во мрак. Тучи выложились синей пеленой, а время от времени шёл небольшой дождь, постепенно превращаясь в самый, что ни на есть, настоящий ливень.       Парень припарковался у калитки небольшого белого дома и вышел из машины; без предупреждения входит на территорию дома и, останавливаясь всего в шаге от двери, стучит. Ответа не последовало. Уже как 5 минут он просто стоит и смотрит на деревянную закрытую дверь. Девушка, привыкшая быть в центре внимания, эгоистка, думающая только о себе, решила просто забить на школу? Что за чёрт вообще? Получается, зря только приехал? — Открывайте, или я сам войду! — уже не на шутку закричал Пак во все горло, пнув дверь ногой со всей злостью. — Ладно, не хотите открывать, пожалуйста!       Парень понимает, что поступок его верх безрассудства, однако выбора другого не остаётся. Чимин сосредотачивается на белой стене и, слегка поддаваясь вперёд, проходит в неё и перемещается в дом. Теперь он в тёмном коридоре, а поблизости никого нет — пугающе и наводит на страх.       Он оглядывается по сторонам, подмечая каждую деталь, каждый сантиметр этого дома и находит его весьма миловидным. Невысокие потолки, синие стены и дешёвая мебель создавали тёплый уют. Однако привлекательность всю эту, на первый взгляд, разбавляла гнетущая тишина, царящая в помещении на данный момент. Она давила и не давала возможности здраво мыслить.       Чимин бродит по дому и не может найти себе места. Никого нет. Дом пустой. Он в этом убедился, и теперь нужно что-то предпринимать. Только вот что?       Позвонить отцу — как вариант, но правильный ли? В другом случае он бы так и поступил, но будет ли это значить, что он снова облажался по-полной? Ответ очевиден. Поэтому, засовывая телефон обратно в карман, Пак заходит в ближайшую спальню и с верхней полки шкафа достаёт пыльный сундук. Вещица весьма грязная, словно пролежала там тысячу лет. И выглядит очень старинной.       Первым делом он старается открыть её, но все попытки тщетны. Сундук был непоколебим и не поддавался всякому взлому. — Чёрт… — ругается в слух и, подымая голову вверх, замечает чью-то фигуру у двери. — Так-так, молодой человек, что вы здесь делаете?       Уверенность Чимина в этот момент развеялась в воздухе, и теперь ему просто было стыдно. — Эм… простите, что ворвался в ваш дом и… — Ой, да не оправдывайся, я знаю, что ты друг моей племяшечки, — махнула рукой та и радостно хихикнула.       Чимин почесал затылок. — Простите, а где Лиса? Она просто два дня уже как не ходит в школу. Никто не знает причину… И я в их числе. — Да? Ну, я не знаю, — пожала плечами она и развернулась в сторону коридора; сняла промокшую до ниточек куртку и повесила на крючок.       Чимин от подобного ответа поднял брови и занервничал ещё больше. Стало ещё больше непонятно, как можно не заметить пропажу близкого, живущего рядом человека под одним крылом, за целых 2 дня… С этой женщиной действительно что-то не так, но думать теперь нет времени. Нужно срочно поставить на уши всю компанию, чтобы к завтрашнему дню не возникли подозрения об исчезновении.

***

      Одурманенное гадким веществом, сознание Лисы постепенно стало проясняться, и она, приподнявшись на кровати, попыталась нащупать стакан с водой, обычно стоявший на прикроватной тумбочке. Но рука её схватила лишь воздух. Твёрдая поверхность заставила задуматься о мысли, что кровать вроде тоже была не её. Она больше, твёрже… И всё же помещение было незнакомым…       В голове полный туман, словно у тебя забрали возможность мыслить. Абсолютный провал в памяти, будто кто-то хорошо поработал с мозгами. «Меня похитили?» — вдруг задала очевидный вопрос себе. — «Или это просто затянувшийся сон?» Всё вокруг выглядело до чёртиков незнакомым. Впрочем, сейчас это не имело особого значения, как осознание того, что нужно побыстрее выбраться из этой ловушки, пока женщина, похитившая её, не вернулась. — Проснулась?       Теперь возможность рассеялась в воздухе, как только сама похитительница зашла в комнату. Босиком с белой фарфоровой кружкой в руках прошлась она по ковру и остановилась возле окна. Слегка отодвинув белые шторы, она посмотрела в окно. — Скоро будет закат, — сказала она, а после посмотрела на девушку. Выглядела хозяйка дома как-то по-особенному уютно: слегка волнистые взлохмаченные волосы, наверняка до этого накрученные на плойку, выразительный взгляд из-под длинных ресниц и ямочки на щеках. В руке её была красивая фарфоровая кружка, из которой лёгким паром доносился запах кофе.       И всё же… Ведь если бы она хотела её убить, то давно бы уже убила, разве нет? Значит, ей что-то нужно. Вопрос: что?        Ситуация стала немного проясняться, а самообладание Лисы по-тихому возвращаться. Внутренняя паника с каждой секундой нарастала. Но держать себя в руках всё же получалось. Пусть и немного жутко. — Кто, — делает паузу, сузив глаза, она, — вы? — Меня зовут Хана. Можно просто Кан Хана, — отвечает она, после чего откладывает кофе в сторонку, приподнимаясь к ней. — А ты Лиса? Так? — Допустим так, — Лиса снова сощурила глаза, — и что? Что с того? — Спустись вниз и поужинай со мной, нам есть, что обсудить. Ты слишком долго спала…

***

— Так Вы знали мою мать? — Лиса делает глоток апельсинового чая, попутно выбирая глазами сладость, лежащую на прозрачной скатерти. — Мы были очень хорошими подругами, — женщина нескромно улыбается, убирая прядь каштановых волос за ухо. — И я рада встретиться с её дочерью.       Лиса прячет подозрительные мысли у себя в голове за какими-то другими воспоминаниями, пытаясь не обижать Хану едкими вопросами. А они-то у неё имеются. — Давайте перейдём к тому, что Вы хотели со мной обсудить, — девушка ставит фарфоровую чашку на маленькую тарелочку, выжидающе смотря на свою собеседницу. Та смущённо оглядывается и кивает. — Ах, да-да, я бы хотела поговорить с тобой о турнире, — начинает она. — Ты ведь знаешь, что туда нужно хорошо подготовиться, да и призы там отличные, — в её голосе слышится странное звучание. — Я хотела предложить тебе свою помощь в обучении некоторым техникам и…       Её обрывают: — Да не стоит, у меня уже есть напарничек хороший, — Манобан вспоминает о недавних событиях, подавляя нервный смешок. — Мы с ним так ладим, он точно поможет мне, поэтому не стоит беспокоиться, — она встаёт с места и идёт к выходу из красивого дома в стиле модерн. Так и хочется унести отсюда что-нибудь — слишком красиво.       Хана тут же вскакивает с места и, пытаясь остановить дочку своей подруги, перекрывает лестничный проход. — Лиса, послушай, я могу помочь.       Но Лиса не слушает, только слегка отталкивает женщину от себя, делает поклон в знак прощания и покидает дом, стукая себя по лбу.       «Дура, как я могла забыть об этом чёртовом турнире», — думает про себя она. У неё ведь нет ещё нормальных сил, да и на занятиях она ничего не слушает.       Гордость ломается в ней ветками деревьев, когда она пишет сообщение Чимину: Привет, дай номер Чонгука. Пожалуйста.       Клетки капель дождя сворачиваются на жилках листьев. Небо делает неторопливые шаги навстречу своим ночным краскам, и маленькие деревья кажутся огромными, оседая на шляпках ядовитых грибов. Природа вырисовывает своей фантазией вечерние пейзажи, ударяя палитрой света в каждый дом, чтобы те загорались фонариками. И грядёт новый день, готовящий горсть сложных испытаний, высыпающейся на долю каждого человека.

***

— И зачем вы её отпустили? — спрашивает служанка и по совместительству близкая подруга женщины с нескрываемым интересом, наблюдая за тем, как та хаотично двигается в такт музыке руками. — А ты как думаешь? — нервный смешок раздался эхом по помещению, от которого служанке вдруг сделалось неловко. Хана подняла бокал с вином и отпила совсем немного, напевая какую-то песенку себе под нос. — Я скоро стану обладателем счастливого приза, благодаря этой девушке. Такой алмаз Манобан долго от меня скрывал. Ну что ж… Как там говорится? Всё тайное становится явным? — Да, именно. — Прекрасно, — улыбнулась брюнетка и снова отпила совсем немного. — Так и что ты собираешься делать? — А разве не очевидно?       Две женщины злобно ухмыльнулись и издали еле слышную усмешку.       Кажется, игра только начинается…