И все-таки, у жизни есть чувство юмора

      А тем временем дома у Лебедевых, Людмила и Кирилл, даже не подозревая, что происходит с их невесткой, тащили своего сына из очередного клуба вместе с Олегом — двоюродным братом Кости по маминой линии. Сейчас они ехали в машине. — Ты хоть понимаешь, что у тебя жена есть?! — в отчаянии кричала Людмила. — Ей плевать, — отмахнулся младший Лебедев, пытаясь заткнуть уши от надоедливых криков. — Это тебе так кажется! Ей не плевать! В конце концов подумай о своей репутации! — Чего мне о ней думать то? — Люда, он ничего не поймет, — устало проговорил Кирилл, смотря на время. Уже без десяти девять. — Считаешь, что я тупой?! — прокричал в ярости парень, потряхивая каштановой шевелюрой. — Да заткнись ты уже, — простонал Олег, откидываясь на спинку сидения. — Тебя не спрашивают! — Костя! — пыталась образумить сына мать. — Нет, пускай уж договаривает, — отмахиваясь, произносит Кирилл, выворачивая руль в сторону дома. — Я хочу подать на развод! — заявляет Костя. — Еще раз скажешь такое, я… — Что, мама? — Я исключу тебя из завещания!       Повисло молчание. Машина припарковалась в гараже, и все люди вывалились из машины, вдыхая осенний вечерний воздух. Родственники продвинулись в дом, Кирилл Петрович первый, чуть поодаль от него Людмила Анатольевна, а Костя мог идти только с поддержкой Олега, которому так и хотелось набить братцу в его прекрасную морду.       Все спокойно выдохнули только когда оказались в своих комнатах. Но Люда, решив проверить комнату Анны, заглянула за деревянную дверь. Света не было. На кровати валялся рюкзак, пенал с футляром от очков. Из ванной комнаты не слышалось никаких звуков, поэтому женщина решила, что та на балконе. Но, какого же ее было удивление, когда она не застала девушку и там. Где же она тогда? Почему-то первая мысль зародилась сразу же, возможно Костя и знает, где она, но на всякий случай проверив весь дома, она убедилась, что обращаться нужно именно к нему. Поспешив в комнату сына, она по пути встретила Олега. Это был молодой человек, всего лишь на два года старше самого сына Люды. Темно-русые волосы коротко пострижены. Мощную накаченную фигуру облегала обычная черная футболка, а сверху был накинут серый пиджак. Синие джинсы и черные лакированные туфли прекрасно дополняли образ солидного молодого человека. — Олежка, нужно с Костей поговорить. Ты мне не поможешь? — словила племянника женщина. — Я бы с радостью, но он уже заснул. — Это поправимо, — уверенно произнесла женщина, доставая из сумочки маленькую бутылочку с водой. — Да, я помогу. А поговорить по поводу чего? — Анны нет в доме. В это время она должна быть уже здесь. — Но почему вы уверенны, что Костя знает, где она находится? — Потому что именно он отвозил утром ее в школу. Ворвавшись в комнату сына, Люда застала его беззаботно посапывающим на кровати. На полу валялась бутылка достаточно дорого коньяка, который неизвестно каким образом попал сюда. — Костя, поднимайся! — начал расталкивать брата Олег. — Нет, здесь такое не пройдет, — проговорила женщина, откручивая крышку бутылки и начиная выливать воду на лицо сыну. — Блять! — выругался он, сразу же подскакивая и, ошалело смотря на своих посетителей. — Где Анна? — Что? — непонимающе прорычал Константин, стряхивая воду с своих волос. — Анны нет дома. Говори, где она. — Я-то откуда знаю? Дома у себя чей сидит. — Почему? — Ну, утром я отвез ее к себе в дом, она так сказала, а потом уехал. — Да ты хоть понимаешь, что у тебя жена пропала?! — хватая за грудки парня, проорал Олег. — Тебе то какое дело?! А, ну да, ты же у нас принципиальный защитник женщин… — Просто я терпеть не могу, когда какие-то выродки вроде тебя смеют что-то утверждать что-то о женщинах, а в твоем случае о девушке, зная ее только несколько дней! — Можно подумать, что я хотел брака с ней! — А это неважно! Тут же за ними хлопнула дверь. Люда удалилась из комнаты. Парни поспешили за ней, Олег, потому что ему отчаянно хотелось найти Анну, а Костя чисто из интереса. Да, двоюродный брат Лебедева знал Анну, пусть не так уж и хорошо. Он знал, что девушка эта, по-настоящему хорошая и добрая и жалел, что она замужем за таким, как этот придурок. Пусть Олег с Костей довольно неплохо общаются, но происходят и такие сцены. И происходят они довольно часто. — Кирилл! — ворвалась в кабинет мужа Людмила.- Анны нет в доме. Возможно она у себя. — Нет, она не у себя, — глухо отозвался мужчина. Люда включила свет в комнате. Кирилл Петрович сидел за компьютером, сгорбившись и поддерживая голову руками, смотря в стол. — А где? — Иди сюда. Людмила Анатольевна подошла к столу мужа и ужаснулась, увидев на мониторе свою невестку. Она сидела в темной комнате, привязанная к стулу и видимо без сознания. — Где она? — Я не знаю. Посмотри на цену, за которую они предлагают ее вернуть, — чуть пролистав фото, она увидела огромную сумму. Конечно, такие деньги у них имелись, но это почти все их состояние. — Нужно позвонить Инне, — заявила женщина. — Нет. Сами разберемся. — Но это же ее дочь! — Разберемся сами, — твердо произнес Кирилл, переводя взгляд на только что ворвавшихся в кабинет Олега и Костю.- сообщим позже, когда она будет у нас. — О чем вы? — запыхавшись, спросил Олег, подходя к монитору.- Что?! — взревел он, увидев фото.- Кто это сделал!? — Мы должны выкупить ее до послезавтрашнего дня. — Но такая сумма даже нам не по зубам. — Я одолжу, — встрял брюнет.- И это не обсуждается. Кирилл Петрович многозначно кивнул, пожимая руку племяннику. — Иди, посмотри на нее! — рявкнул мужчина, подзывая своего сына. Костя подошел к компьютеру и, увидев на экране Анну, равнодушно повел плечами и развернулся. — Меня это не касается. И вышел, набирая номер какой-то очередной любовницы и начиная щебетать с ней. — Я его убью, — тихо сказал Олег, срываясь с места.       Ночью того же дня по стационарному телефону поступил звонок. На другом конце и сидел похититель, диктуя им свои правила. Им нельзя было сообщать про это полиции, иначе Анна могла бы умереть. Напомнив про день, когда должны прибыть деньги, он лишь сказал, что о времени и месте встречи они договорятся также, по телефону и отключился. Это ввело в еще большую ярость семью, но обсудив все, они все-таки пришли к выводу, что все будет по-мирному.

***

      Я очнулась в темной комнате. Первые ощущения прорезались сразу же: болели руки, спина и голова. Слегка подергавшись, я поняла, что привязана. Лицо было закрыто растрепавшимися волосами, и рассмотреть помещение было довольно-таки трудно. А первые мысли появились уже позже, когда пришло осознание того, что я, черт его подери, сижу тут привязанная к стулу, абсолютно обездвиженная!7 — Помогите! Эй! — закричала я, подпрыгивая на стуле и пытаясь хоть каким-то образом развязать веревки. Через минуту в комнату вошел огромный «шкаф» в дорогом светлом костюме и нацепленными на нос черными очками. Он просто молча развязал сначала руки и ноги, мертвой хваткой придерживая меня, так, что возможности сбежать не предоставлялась вообще. — Отпусти! — прорычала я, пытаясь пнуть его ногой.Но видимо моя активность ему не понравилась, раз вскоре щеку огрела крепкая и сильная пощечина. Страх заколотился внутри еще больше. Такое вязкое и противное чувство, окутывающее все твое тело, доводящее до мурашек и до потери пульса. Я ненавижу это. Ведь страх — это в какой-то степени слабость, хотя его естественно испытывать каждому человеку.       Меня со всей дури кинули на каменный пол. Только моя макушка встретилась со стеной, ее пронзила острая боль. Я уже машинально схватилась за ушибленное место, понимая, что на пальцах остается кровь.       Снова этот амбал взял меня за шкирку и потащил в неизведанном направлении. Все попытки вырваться из хватки не увенчивались успехом. Мы вошли в лифт. Мужчина бросил меня в угол, а сам принялся набирать номер этажа. Двери захлопнулись, лифт начал движение.       Да, несомненно, здание обладало роскошью. Через прозрачные окна я наблюдала за движением маленьких людишек несколькими пролетами ниже. Конечно, со своим ужасным зрением больно рассмотреть мне здание не удалось, но зато появилась догадка, что это какой-то огромный офис. Да уж, у богатых людей много чего бывает. И клетка в престижном офисе.       Наконец, лифт остановился, двери открылись, и я увидела огромный кабинет, сделанный в красно-черно-белых цветах. Напротив стены, полностью уделанной в панорамные окна, за столом восседал мужчина, перебирая бумаги. Но только меня вволокли в комнату и бросили на ярко-красное кресло, его взгляд оторвался от документов и начал осматривать меня. — Кто вы? — прошептала я, поджимая под себя ноги. — Дорогая Анна, — начал он приторно-слащавым голоском.