И все-таки, у жизни есть чувство юмора

Маленькая глупая белая кошка знает, что такое любовь. Любовь — это лежать на неудобных скользких коленях неудобного скользкого, постоянно шевелящегося любимого существа, сползать с них каждые несколько минут, но не выпускать отросшие после стрижки когти, не цепляться, а шмякаться на пол, вздыхать, запрыгивать обратно на скользкие неудобные колени, сворачиваться клубком и снова сползать на пол, но не выпускать когти, не цепляться, падать, вздыхать и возвращаться — и так до бесконечности. Глупый большой неудобный и скользкий человек тоже знает, что такое любовь. Любовь — это сидеть в неудобной позе, задрав колени, едва касаясь пола кончиками пальцев ног, стараться поменьше шевелиться, чтобы маленькая глупая белая кошка падала и вздыхала как можно реже, и в этом удивительном мире, сотканном из глупости и любви, было чуть больше тишины и покоя. Макс Фрай       С морозного воздуха я забегаю в аптеку, которая полна людей. Да… выбежала на пять минут называется. По крайней мере, именно так я и сказала Косте, но видимо прийду домой я не раньше, чем через полчаса. Встаю в очередь, нервно крутя в руках телефон.       И почему именно сейчас нужно устраивать скандалы продавщицам? В итоге к кассе меня подпустили ровно через тридцать минут. За это время я уже успела наслушаться тысячу раз «У тебя все хорошо?» от Лебедева, на последний раз, не выдержав, наорать на него, чтобы отстал и не бесил, плюсом, припомнить ему все его грешки и обидеться. И, наконец, купив этот чертов тест, я топаю домой, вся злая и взъерошенная после аптеки, полной старушек, которым ведь не объяснишь, что если этих таблеток нету, то их нет.       Скинув с себя пальто, в котором кстати уже становится холодно, я иду в ванную комнату, пряча в кармане юбки тест и игнорируя всех вокруг. Это ведь не может оказаться правдой?       Но как выяснилось, может. Высветились две полоски, что повергло меня в самый настоящий страх перед будущем. Неужели правда? Ну, зашибись, Анна, залететь в семнадцать! И что будешь дальше делать? Аборт?       Я присела на бортик ванны, обхватив голову руками. Вот кем-кем, а мамашей я себя себя в ближайшем будущем никак не видела. А тут бац тебе, и две полоски. Ладно, нужно сделать спокойный вид и дойти до своей комнаты. Как бы это не было сейчас трудно. Только выйдя из ванны, я, как на зло, наткнулась на свекровь. — Ой, Аня, мне как раз надо было с тобой поговорить, — с серьезным видом проговорила женщина, утягивая меня на первый этаж. — Про что? Мы пришли в гостиную и Людмила Анатольевна усадила меня в кресло, сама садясь на противоположное. — Слушай, Ань, нам нужно… устроить… похороны. Нужно выбрать день, когда… — Я поняла, — слезы снова проступили на глаза.- Извините, это… еще щепетильная тема. — Извини. Может, поговорим потом? — Не вижу в этом смысла. — Я хотела обсудить с тобой дату. Когда лучше будет? — Чем быстрее, тем лучше. — Мы рассматривали вторник на следующей неделе. Утирая слезы, я кивнула. — Может, чаю? — поинтересовалась женщина. — Нет, я не хочу. Домашка ведь тоже хочет внимания,- через слезы улыбаюсь я, встаю с кресла и ухожу к себе. Мысли сейчас у меня заняты абсолютно другими вещами.       Эта неделя пролетела незаметно быстро. Хоть нервов в ней было предостаточно, но в раздумьях, как признаться Косте про мое забавное положение, я даже не заметила, как пролетали дни. Про беременность я никому так и не рассказала, и все страхи с потаенными мыслями накопились во мне до предела. — Где же этот автобус? — проворчала я, прыгая на одном месте, чтобы хоть как-то согреться.       Поблизости никого не было видно. На остановке я так же стояла в одиночестве. Холод пробирался по всему телу, а телефон разрядился еще на второй перемене, так что возможности попросить кого-то забрать меня не получится. Вот вдаль улетает последняя видимая машина на трассе. Улица остается пустынной и застывшей в своем зимнем очаровании. С неба кружатся ажурные снежинки, оседая на мою вязанную шапку. Под ногами хрустит переливающийся на белом солнце снег.       В дали видно вырывающую я из густого тумана черную лакированную машину. Она подъезжает к остановке и останавливается. Дверь открывается, но из нее никто не выходит, да и подсаживать вроде бы некого. Спустя пару минут, из салона вылезает высокий, мускулистый мужчина, лицо которого мне почему-то кажется знакомым. Вот он подходит ко мне, и я, наивная дурочка, думаю, что ему нужно подсказать дорогу, но совсем не ожидаю того, что эти мускулистые руки хватают меня за талию и пихают в машину. Я отбиваюсь, кричу, но почувствовав несильную, но острую боль в области живота, замолкаю, хватаясь за него. Но все происходит слишком быстро — я оказываюсь на заднем сидении и меня вырубают чем-то массивным и тяжелым.       Первое, что я услышала, это были слова. Голос мужчины говорил грубым баритоном грубые слова. Далее, прорезалось пиликанье телефона, который верно разряжался. На одной руке повисло что-то серьезно тяжелое и в последствии, немного поводя ею в воздухе, я поняла, что это цепь, которая приковывала меня к стулу. С левой ногой было проделано тоже самое. Голову жутко саднило на макушке, там, куда меня ударили. С невероятным усилием я открываю глаза. Свет, который я вижу, сначала саднит их, но затем, я отличаю, что свет этот отходит от лампы, висящей прямо надо мной. Вдалеке стоят два амбала, раскатистым басом переговаривающиеся друг с другом.       Место, где я нахожусь, очень сильно похоже на гостиную. Прямо передо мной стоит круглый стол, с раскиданными на нем картами и пистолетом. Сбоку находится камин, с потрескивающими от огня деревяшками. Я вижу белую маленькую арку на правой стене, а за ней виднеется лестница на второй этаж. От туда же и проливается уже вечерний свет в эту полу-темную комнату. Сколько же я провалялась в отключке? И... все ли в порядке с ребенком? - Тупицы,- слышен новый, уже женский голос.- Вы тут для чего находитесь? К вашему сведению, девка то очнулась. Что рты разинули? Идите, босса зовите.       Стул резко разворачивают за спинку. Надо мной нависает молодая девушка. Из-за почти нулевой видимости я не могу разглядеть черт ее лица, но чувствую, как ее жесткие на концах волосы застыли надо мной и щекочут щеки и нос. - И чего в тебе красивого?- задумчиво проговорила та. Тут я чувствую, как что-то острое и холодное касается моей шеи. И через несколько секунд резкую боль. Непроизвольно я закричала, одной свободной рукой пытаясь хоть как-то оттолкнуть ее. По шее побежали маленькие кровавые дорожки. - Катя! Отойди от нее,- слышен мужской крик. Девушка моментально слезает с меня и отходит в сторону.- Так, так, так. Моя кукла чуть поцарапала чужую,- рассмеялся он, подходя ближе. Катя так же начинает смеятся. - Кто вы?- уже глотая слезы, спрашиваю я. - А ты напряги извилины,- мужчина обратно поворачиаает меня и садится на стол передо мной. Блондинистые локоны на его голове торчат в разные стороны. На лице блестят капли пота, а болотные глаза смотрят прямо в душу.- Вспомни, три месяца назад. - Это вы тогда меня держали в офисном центре? - Правильно мыслишь. - Но зачем я вам снова? - Затем же, дорогая. Ты отличная денежная приманка. - Все ради денег? Мужчина снова рассмеялся. С ним засмеялись и пришедшие в комнату мужчины, причем не в маленьком количестве. Я с испуганным видом начинаю осматривать всех громилл. - Ох, не переживай,- заметив мой страх, сказал он.- Твой принц тебя уже скоро спасет. - Костя? Он здесь? - Ну... по крайней мере, мы его ждем. Я непроизвольно кладу руку на живот, успокаивающе его поглаживая.       Спустя наверное час я уже отчаилась на спасение. Может, муженек опять наплевал на меня и нашел более важные для себя дела. Но, услышав как к дому подъезжает машина и по звуку не одна, я снова обрела надежду. В коридоре позади меня начали слышаться крики, маты, ругань, все начинают бегать в разные стороны. Катя подбегает к столу, хватает пистолет и прислоняет его к моему виску. Страх окутывает меня с головы до ног. - Что там?- спрашивает она у подходящего к нам блондина. - Полиция,- приглушенно произносит он. Полиция? Органы прознали про это? - Отдай пушку. Быстро. Как только пистолет оказывается в руках у мужчины, он сам прислоняет ствол к моей голове и разворачивает меня к входной двери. Я вижу, как омон пробирается к нам. Только зайдя в комнату, они направляют свое оружие на белобрысого. - Спокойно, ребята. Мы же не хотим, чтобы в ее черепе оказалась дырка? - А ты наверное хочешь проверить на своем опыте?- до боли знакомый и наверное уже родной голос слышится сзади. Ко мне подходит Костя, направляя свое ружье на мужчину. - Мне нужны деньги, и я отпущу ее без повреждений,- он качает мою голову пистолетом и я вижу, как Лебедев затаивает дыхание. Неужели переживает? - Отпустите девушку,- произносит один из сотрудников полиции. Внезапно, блондин стреляет вверх. Выстрел звонким гулом раздается по ушам. - Я считаю до трех. Либо деньги, либо она. Раз... Случайно встречаюсь глазами с Костей. Он расстерян и не знает, что делать дальше. - Два... Я закрываю глаза и кладу руку на живот. Слезы скатываютя с моих глаз. - Три... Выстрел.