Pray to your God, bro

— Бла-бла-бла, — немного изменяется интонация и снова, — бла-бла-бла. Я изредка киваю, типа делаю вид, что слушаю тебя. Хотя на самом деле мне все равно, что ты там сейчас скажешь. Потому, что все фразы однотипные, я слышал их от тебя миллион раз. Мне просто скучно. Смотрю на твой неказистый вид, не глаженая рубашка и порванные штаны…. Твои поклонницы могут сколько угодно восхищаться твоим внешним видом, но мне он не нравится…. Они считают, что ты специально купил порванную куртку, но нет. Реальность намного интереснее – ты вывел из себя своего старшего брата, и он пытаясь тебя убить всего лишь порвал рукав. Твои джинсы грязные? Ты просто забыл когда их стирал…. Для тебя внешний вид не имеет никакого значения, как и все остальное. Потому, что единственное, что тебя волнует это твой внутренний мир – его многогранность и неповторимость. — Шенн? – Джаред криво ухмыляется и смотрит мне в глаза. – Ты меня совсем не слушаешь! — Я задумался. – Отмахиваюсь от тебя. Я не знаю, откуда взялось безграничное раздражение на собственного брата, почему мне постоянно хочется все кинуть и подойти к тебе и просто набить морду…. Не знаю, но это желание меня не покидает давно. Я даже больше скажу, часто во сне мне снится как я тебя избиваю до крови, а потом …. Потом я делаю с тобой такое, Джа, что узнай ты, тут же сбежал бы от своего старшего брата. — Слушай, да что с тобой такое? Ты постоянно витаешь в своих мыслях, не слушаешь то, что я тебе говорю! — Ты делаешь обиженное лицо, и смотришь на меня с такой детской обидой, что я начинаю смеяться. Ты какое-то время недоуменно смотришь на меня, потом толкаешь в грудь. – Прекрати! От этой фразы я начинаю смеяться еще больше: — Ты как малое дите, Джей. – Я треплю твои волосы на макушке. – Тебе только еще майку с Микки Маусом не хватает. Я беру свой плеер и иду в соседнюю комнату, оставив тебя стоять с разинутым ртом. Через полчаса (ты что так долго думал о том, что я тебе сказал?!) ты показываешься в дверях моей комнаты. На тебе все та же мятая рубашка, только теперь она расстегнута до половины твоего торса. Худощавого торса. — Слушай, Джа, — я даже не даю тебе рта открыть, — не беси меня, выйди из комнаты, поговори с кем-нибудь по телефону или в форточку покричи, если энергии много.... Ты нагло так растегиваешь до конца свою дебильную рубашку, киношным жестом кидаешь ее на пол: — Прекрати со мной так разговаривать, я тебе не шлюха какая-нибудь... — Ну что, — я приподнимаюсь на своей кровати, — молись своему Богу, Джей, сейчас я буду тебя убивать. Я хватаю брата за руку и тяну на кровать, он не удерживаясь на ногах валится на кровать. Выставляет вперед руки, когда я наваливаюсь сверху. — Ты что? На тебя весна так действует? Я киваю головой и целую его. Грубо так, в засос. — Ты.... ты — ну, ну, попытайся еще поговорить и хуже будет, проносится мысль у меня в голове. Какое-то время ты тщетно сопротивляешься, а потом расслабляешься и начинаешь сам целовать меня в ответ. — А знаешь, что? Мне понравилось тебя бесить, Шенн, — Джей заливисто хохочет, подставляя шею под поцелуи. — Засранец.....