Одинокие души

Ноги задрожали мелкой дрожью, и плечи невольно поднялись вверх. Он снова ушел. А чего еще можно было ожидать? Одинокий, в фарфоровой маске взрослый мужчина, имитирующий детский голос. Этот человек не только неадекватен, но и смертельно опасен. Мысленно Сара отругала себя за черезмерную смелость, пойдя с ним на контакт. Все могло закончиться для нее еще на лестничной площадке, задав ему интересующий девушке вопрос. «Он знает этого мальчика, значит, должен знать и остальных людей на картине, - ее коленки подкосились. – Он мог их убить». Сглотнув большой комок в горле, Сара неспешно направилась на первый этаж, в гостиную. Шагая по скрипучим доскам, минуя большую картину, красивую антикварную люстру, пыльные деревянные перила, она точно знала – он рядом. Эта мысль преследовала ее везде, как жвачка, прилипшая к подошве ботинка. Еще днем Сара заприметила в гостиной большой камин, что навело ее на мысль, как бы было хорошо погреться у него вечером. Заметив краем глаза подставку для ножей на кухне, в которой красовались три рукояти, девушка не долго думая, схватилась за один из них, и вытащила холодное оружие. Кончиком пальца она легонько провела по лезвию. Острый. Иногда ее голову посещал вопрос – стоит ли убивать его, если попадется подходящий момент? Для этого ей всего-лишь нужно хорошо себя вести, словить момент, когда он отвернется, потеряет бдительность, доверится ей, и не колеблясь ни секунды, одним взмахом перерезать ему горло. И тогда он упадет на колени, схватится обеими руками за горло, захлебываясь в собственной крови, будет стараться истошно кричать, но выйдет один лишь хрип. В лезвии ножа отразилась полная луна. Она не видела причины его убивать. За чуть больше недели пребывания здесь, он заботился о ней. По своему. Засунув нож за спину под футболку, ей словно стало чуть легче дышать. В одном Сара была точно уверена – она не даст ему себя убить. У тумбы возле камина лежало несколько коробков спичек. Зажгя одну, пальцы девушки обдало приятным теплом. Сначала она бросила в камин одну спичку, потом еще одну, и так одна за другой все они летели к холодным дровам. Остановилась только тогда, когда заметила в коробке всего пару оставшихся деревяшек. Отложив коробок и не сводя глаз с огня, Сара попятилась назад и села в кресло. Картина полыхающего огня в камине завораживала. Тело окутало теплом, и девушка, сама того не замечая, полностью расслабилась. Брамс стоял, плечом прислонившись к дверному косяку. Сквозь маску его глаза словно блестели огнем камина. Ему невероятно одиноко, и он жаждал ее компании. Гостья не оттолкнула его после того, как увидела, что скрывает эта грязная, потрескавшаяся маска. Следил за ней еще с тех пор, как она ворочалась в кровати от бессонницы. Как только Сара вышла из комнаты, Брамс немедленно проследовал за ней, все также наблюдая из стен. Действия гости не оставили его равнодушным. Не обнаружив его в детской, глаза ее расширились, уставившись только в одну точку. Тело замерло, и тонкие, искусанные губы сжались. Ему так хотелось пробраться в ее голову, узнать, о чем же она думает. Пройти через дебри мыслей и воспоминаний, и узнать кто же она и почему пришла сюда. Одно ему льстило – в тот момент незнакомка думала о нем. Немного позже Брамс видел, как гостья взяла кухонный нож, и спрятала его за спиной под одеждой. В воспоминаниях всплыла Гретта. Обманчивая улыбка американки, которой он поверил. Нежная, бархатистая кожа, каштановые волосы, веселые темно-зеленые глаза. На секунду он задумался. Какие были ее губы? Мягкие, малинового цвета с ямочками по краям? Или же сухие, тонкие, но все такие же манящие? Устами она лишь однажды легко прикоснулась к холодной маске, но не к нему. И в нем, словно огнем, вспыхнул интерес. На миг девушка совсем забылась. Обнаружив себя в кресле, распластавшись как масло на сковороде, тело словно онемело. Веки предательски тяжелели. Ей бы очень хотелось свернуться калачиком на этом же самом кресле, и уснуть глубоким сном, как минимум до обеда. В детстве Сара так и делала. Еще будучи девчушкой, она забиралась к матери на колени, и приняв позу эмбриона, засыпала. А та лишь бережно укрывала ее теплым пледом, и напевала колыбельную. Доски в камине заскрипели. Мысли постепенно сходили на нет, и разум окутал туман. Брамс подошел ближе, чтобы еще раз рассмотреть ее. Женское лицо олицетворяло полную безмятежность. На опущенных веках фиолетовыми ниточками проходили капилляры, впалые щеки залились ярким румянцем от огня, а слегка приоткрытые губы говорят о том, что гостья задремала. Худые кисти рук расположились на подлокотниках. Брамс медлил. Кровь прилила к лицу, и из груди доносился быстрый, глухой стук. Казалось бы взрослый мужчина, а в сердце еще совсем ребенок. Медленно, дотронувшись до тыльной стороны ладони, Брамс проверял реакцию гостьи. Все то же, ровное дыхание. Провел от запястья до костяшек, и одним быстрым движением, сплел свои пальцы с ее воедино. Внезапное пробуждение заставило девушку врасплох. На одном колене, в зеленом кардигане и белой майке, в этой проклятой маске, предстал перед ней хозяин поместья. Рука было хотела сжаться в кулак, но безуспешно. Вместо этого, девушка только сильнее схватилась за его руку. Разум охватила паника. Ноги сжались плотней, тело с каждой секундой все больше вдавливалось в кресло, а вторая рука медленно тянулась за спину. Ему не впервой видеть страх в этих девичьих глазах. Всякий раз как она видит его, он наблюдает за одной и той же картиной. Но ведь эта девушка может быть и другой. Когда готовит себе обед, она полна энтузиазма; когда убирает крыс из мышеловок, ее лицо искажается в брезгливой гримасе; смотря на фотографию из своего портмоне, она грустит. Какой же он ее еще не видел? Брамс неспеша тянулся к испуганному девичьему лицу. Крепкая мужская грудь уперлась в дрожащие колени, и Сара почувствовала его сердцебиение. Такое учащенное, как если бы он был возбужден или сильно волновался. - Мы можем поговорить, - девушка неуверенно обронила фразу, и сильнее вжалась в кресло. И Брамс остановился. Сейчас их отдаляло только одно – весьма потрепанная фарфоровая маска. Зеленые глаза заблестели. Пальцами он взялся за край маски, и немного сдвинул в сторону. На его губах красовался розоватый, уже затянутый временем шрам, который шел выше, и у уровня носа скрывался за маской. Его дыхание словно обжигало нежную женскую кожу. «Думай! Быстрее!» - эта фраза пронеслась в ее голове как фихрь. Все произошло в считанные секунды. Она уже успела пожалеть о том, что решила этим холодным вечером погреться у камина. Но игра в кошки-мышки не может продолжаться вечно. Кончик ножа впился в кожу спины, и чем больше девушка прижималась к креслу, тем глубже он входил. От боли хотелось выть, но нельзя выдавать наличие оружия при себе. «Он может почувствовать угрозу, и расправиться со мной на месте». Тем временем мужское лицо приближалось к ее губам. Этот псих «подарил» ей кров, еду и мягкую постель. Должна ли она быть благодарной ему за то, чего Сара не просила, но в чем так отчаянно нуждалась? Говорила ли она ему хоть раз «спасибо»? Ведь он дал ей все, чтобы спокойно существовать в стенах этого поместья. Это ведь не большая плата за все что он ей дал? Всего один поцелуй. В горле застрял ком из нецензурных слов и криков. Дрожащие руки выдавали в ней страшную трусиху, а не борца за свою жизнь. Может быть, после этого он откроется ей? Ответит на вопросы, которые кружат у нее на уме уже много дней, и расскажет свою историю. И цена всему этому только поцелуй. Брамс не даст ей уйти. У него вновь появился шанс обрести свое счастье, познать то, что ему еще никогда не удавалось испытать – женское тепло. Словно сама судьба дала ему второй шанс. Вломившись в дом, незнакомка его жутко заинтересовала. У нее есть свои секреты до которых он хочет добраться. Девичье сердце замерло. Их губы соприкоснулись в трепетном, почти невесомом поцелуе, словно крылья бабочки дотронулись до кожи. Волна мурашек прошлась по его телу. Никогда не испытывая ничего подобного, Брамс поддался ближе. Он почувствовал прикосновение горячих, сухих губ незнакомки, и этого казалось мало. Страстное вожделение сводило с ума и заставляло желать большего. Одним быстрым движением сняв с себя маску, его уста перешли на румяные щеки девушки. Кожа у уголков губ отдавала легким запахом клубничного джема, но здесь было что-то еще, то, от чего Брамс не хотел отрываться. Прикосновения были неловкими, и казалось даже нежными. Она отвечала ему взаимностью, позволяя целовать себя, и при этом чувствуя ласковые касания его губ на коже. Неровное дыхание девушки, только усиливало его «аппетит». Отпустив руку, он двумя руками обхватил ее голову, и все также судорожно дыша, губами «исследовал» женские черты лица. Через нее проходила буря эмоций. Хотя бы на несколько минут ей хотелось бы представить, что все это нереально – это поместье, убийство отчима, смерть матери. Как во сне. Но от реальности не убежишь. Перед ней безумец. Брамс стал напорист. Тело жаждало продолжения. Приподнявшись на обе ноги, девушка нехотя последовала его действиям. Мужские губы жадно вцепились в шею незнакомки, оставляя после себя красные следы. Убрав с рукояти ножа руку, Сара попыталась оттолкнуть его, но безуспешно. Животная сила, с которой он прижимал хрупкое женское тело к себе, не позволяла ей так легко вырваться. Разум его был затуманен, и как в бреду хотел лишь одного. - Отпусти, пожалуйста, - мольба вырвалась из ее уст, но не была услышана. – Хватит, прошу! Мне больно! – женский голос перешел на крик, и он опешил. Хватка моментально ослабла, и девушка смогла отойти на пару шагов. Мужчина выглядел растерянным. Опустив взгляд, как провинившийся ребенок, Брамс ожидал дальнейших действий. Маска, скрывающая уродство, все это время лежала на полу под ногами. Последний раз по имени его звала только Гретта. Он почувствовал, как налитые кровью щеки горели, то ли от камина, то ли от возбуждения. Его тело тряслось мелкой дрожью, а пальцы на руках подрагивали. - Почему ты не хочешь просто поговорить? – с горечью в голосе спросила она. Ей казалось они могут стать ближе, однако эти мысли с каждой секундой молчания сходили на нет. Болезненно большой шрам на его лице говорит о непростой судьбе, которую ей очень хочется услышать. Эта тишина словно резала изнутри обоих. Подняв глаза на незнакомку, Брамс впервые увидел серьезный взгляд в ее глазах. Алые исцелованные губы гостьи напоминали о том, что он чувствовал пару мгновений назад. Такие незнакомые сильные эмоции переполняли его и одурманивали. Девушка сделала глубоки вдох, и на выдохе медленно вытащила из-за спины нож. Лезвие поблескивало искрами огня, привлекая его внимание. На кончике был едва заметен багровый след. Душу стрелой пронзила обида. После всего, что было сделано, девушка отвергает его. Брамс нахмурился, и сделал шаг назад. В воздухе повисло напряжение, и Сара это почувствовала. Словно стоя на мосту, перед ней предстал выбор. Сделать еще один шаг на пути к пониманию друг друга, или закончить все здесь и сейчас. Гостья внимательно рассматривала своего противника. Она понимала, каким бы ни было решение, конец один – ее будущее окончательно окутал мрак. Нож в руке дрогнул. В офисе становилось душно. Обычный стационарный телефон разрывало от звонков. Бумажная волокита не щадит даже полицейских. Клацанье по клавиатуре уже действовало на нервы. Расстегнув верхнюю пуговицу на рубашке, девушка откинулась на спинку стула. Работа здесь шла полным ходом. Со всех рабочих столов стоял гул старых компьютеров, где-то в углу офиса бесперебойно работает «пожилой» принтер, с кухни идет приятный запах свежезаваренного кофе. Нэнси словила себя на мысли, что не ради этого она поступала на государственную службу. Чтобы сидеть целые сутки в офисе, и разгребать барахло. - Вы что, не понимаете? Он украл из моего магазина пачку шоколадных батончиков! И вы говорите, что не можете ничего обещать? – лицо мужчины багровело. Девушка лениво перевела взгляд на приемную. «Бедный Стефан. Только вчера закончил стажировку, и уже столкнулся с проблемой». - Сэр, поймите, - его ломкий голос выделялся среди всего офисного гула, - у вас в магазине нет камер. И он... - Да-да, он был в капюшоне и солнцезащитных очках. Но ваша работа ловить таких мерзавцев! Если бы я увидел это вовремя, я бы переломал ему все ноги, - и его кулак со всей силы приземлился на стол. Девушка прищурилась. Стоит ли вмешаться? «Несомненно, мы должны найти и арестовать мелкого воришку. Но учитывая то, что у нас нет никаких зацепок по его внешности, это практически невозможно. Можно записать его приметы: по что он был одет, его походка, какие-то отличительные черты, может татуировка на руке...» - монолог прервала увесистая, большая мужская рука, приземленная на женское плечо. - Нэнс, к тебе пришли. Леон. Слишком высокий, и крупный для своего возраста парень. Ему всего 27 лет, а тело как у спортсмена на анаболиках. «Уверена, его выпирающие вены на руках несут ему хорошую службу в любовных делах», - подумала она ненароком. За ним стоял мужчина с уже поседевшими волосами на висках. Он то и дело сжимает губы, и его зрачки пронеслись уже по всему офису с десяток раз. - Спасибо, Леон, - девушка кивнула в знак благодарности, и вновь обратила внимание на гражданского. – Присаживайтесь. Его глаза наконец остановились на девушке, и он нерешительно сел. По виду ему около пятидесяти лет, морщины на лице и седина предательски выдают его возраст. Под ногтями скопилась грязь. «Либо он проводит время в саду, либо недавно закапывал труп». На его голове был старенькая, потрепанная темно-зеленая фуражка. Под мясистым красным носом густые усы. В глазах у него читалось беспокойство. - Я вас слушаю, - как можно слащавым голосом сказала она. Где-то с несколько секунд мужчина молчал и просто смотрел на нее, будто все его слова застряли в горле. Его рука потянулась в карман куртки. - Я видел девушку, - спешно он вытащил сложенный несколько раз лист бумаги. Полностью развернув его, мужчина подвинул лист ближе к офицеру. – Ее. Женские глаза загорелись, как у «ночных бабочек» при виде дорогущего бриллиантового ожерелья. Это было объявление о пропаже Сары Кроуфорд, которое офицеры развесили по всему городу почти неделю назад. Они взяли фотографию из рамки у нее дома, и распечатали в черно-белом цвете. Ни у кого из полицейского департамента и мысли не было, что это все-таки сработает. Люди быстро забывают мимолетно встреченных незнакомцев. - Где вы видели эту девушку? – потянувшись к блокноту с ручкой спросила она. Устало выдохнув, мужчина ответил: - На своем рейсе. Я водитель автобуса. - Поточнее, сэр? - Неделю назад это было. Я как обычно ехал по своему рейсу, до конечной, - он сделал паузу, будто ждал когда девушка начнет писать в блокнот. Но не дождавшись продолжил, - это у начала леса за городом. Она там и вышла. Только она и вышла. Нэнси размашистым почерком записала сказанное. - При ней что-нибудь было? Что на ней было надето? Мужчина почесал у затылка. - Рюкзак. Тяжеленный с виду казался. – Он отвел взгляд в раздумьях. – На ней были... Джинсы? И кажется толстовка. Я не уверен. Девушка «нацарапала» на листке внешние приметы и поставила точку. Выходит, Сара знала, что за убийство последует наказание, и сбежала. То, что она сбежала, говорит о том, что скорее всего она была в вменяемом состоянии, раз ушла сразу же после того как застрелила отчима. Даже собрала свои вещи. В ее комнате не было найдено мобильного телефона или кошелька. - Вы уверены что это была именно эта девушка с фотографии? Его взгляд устремился в открытое окно. Солнца уже не было видно. Прохладный ветерок приятно ласкал кожу. - Она так на меня посмотрела... – его голос становился все тише. – Будто ей некуда больше идти. Девушка застыла. Почему она не стала скрываться в городе у кого-нибудь из своих друзей? Есть ли у нее друзья? Где же она скрывается сейчас, если ей некуда больше пойти? - А что, если я последний, кто видел ее в живых? Эта мысль явно еще какое-то время не будет давать ему спокойно засыпать по ночам. Стало понятно, от чего он так нервничает. - Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы найти эту девушку. – Нэнси одарила его легкой улыбкой, и указала на приемную. – Спасибо за сотрудничество. Если Вам нечего больше рассказать, пройдите, пожалуйста, в приемную. Наш стажер даст вам бланк, заполните его, чтобы мы могли в случае чего с вами связаться. Обдумав сказанное, мужчина кивнул в знак прощания, и удалился. Есть загадка, теперь есть и зацепки. Девушка с задумчивым видом откинулась на спинку стула. «Я просто обязана распутать этот клубок».