Брак по расчету

Джин валяется на кровати с книжкой «Портрет Дориана Грея». Книжка глупая, девчачья, Намджун ее читал по молодости, и разочаровался. У него самого в руках Скальци Джон «Обреченные на победу», фантастика и никакого смысла. Он вообще не вникает в смысл, он думает о другом, об утреннем пробуждении в объятьях Джина пахнущем перегаром, полностью в одежде. Сейчас Джин после душа, свежий, сытой, довольный, мурлычет песенку и болтает ногой, лежа на своей половине кровати. Сам Намджун лежит рядом, хотя вполне мог свалить в любую комнату из множества других. Но сегодня муж дома, что видеть необычно, не пропадает где – то, а лежит себе мирно и даже не возражает против ладони Намджуна на бедре. Альфа битый час не переворачивает страницу, боится убрать руку с чужой ноги, которая, о, боже, в шортах, гладкая и упругая, под кожей, спасибо футболу, четко прощупываются мышцы. У Намджуна никогда не было спортсменов среди любовников, он привык к тощим мягким омегам. Он и спрашивает напрямую: – Почему футбол? – Вопрос звучит неожиданно и Джин сначала даже не понимает, что обращались к нему. «М?» Книга опускается на колени через пару секунд. На носу у омеги очки, волосы без укладки растрепаны, а губы, опухшие из – за ночных поцелуев, Намджун зависает чуть – чуть, любуясь. – Почему футбол, говорю. – Альфа придвигается немного, прислоняется плечом к плечу и внимательно смотрит в глаза. – Не совсем омежий спорт. – Взгляд опускаются на припухшие губы, они гладкие, красные, поблескивают, опять чертов бальзам для губ, хочется поцеловать, но он помнит, что сам отшил мужа в первый же день знакомства. –В Германии как – то сходил на игру местной команды, там было 60 тысяч болельщиков. Так захватывающе! – Глаза напротив загораются восхищением. – Я как будто переживал моменты игры вместе с игроками: радость от забитого гола, восхищение от красивого финта, сердце как будто замирало, когда мяч пролетал рядом с воротами. А болельщики! Я как будто дышал вместе с ними, мы были единым целым, там такая атмосфера! Вот я и подсел. – Сочные губы растягиваются в мягкой улыбке. – Мы перед выпуском будем играть с вашим университетом, приходи посмотреть, у меня неплохо получается. – Джин отворачивается убрать книгу на столик рядом, а Намджуну хочется оголить плечо омеге и провести по коже губами. – А ты, вроде, тоже подкаченный. Тренажерка? – Джин снова смотрит в глаза, а уши покрасневшие. – Качалка 2 раза в неделю. Рядом с университетом, хожу с однокурсниками. – «Смотришь на мою фигуру, негодник?» пролетает в голове у Намджуна. Он широко ухмыляется и включает сексуальный взгляд. – Кстати, давно хотел спросить, зачем тебе такая большая машина? Джин рассказывает о том, что машина принадлежала Чонгуку, и омега на ней учился водить, теперь другие машины кажутся ему неудобными. Что на ней удобно ездить в поход и в путешествия, в ней не надо сидеть свернувшись в клубок и можно возить целую ораву друзей. А потом рассказ сам переходит о друзьях, школе, увлечениях. Альфа слушает с увлечением, рассказывает с упоением и не может перестать улыбаться. Рука сама по себе начинает поглаживать бедро, и Намджун готов пищать как девчонка, когда чувствует под пальцами мурашки. Он уже почти решается переходить к активным действиям, когда в комнату заглядывает Хосок и зовет ужинать.