Часть 11
29 мая 2017 г., 19:43
***
Наша новая и очередная миссия или новое, но не имеющее статус слишком серьезного, дело, о котором я с радостью бы поведал также в своем много упомянутом в моем повествовании блоге, заключалось в проведении очередных экспериментах над нервами лондонской полиции. По прибытию в Скотланд-Ярд, Лестрейда мы не обнаружили: он, к сожалению, в этот момент отъехал из участка и отсутствовал, потому, по идее пришлось довольствоваться малым, но развлечься всё же удалось — Шерлок, как всегда, успел порадовать и впечатлить полицейских своей несомненной эксцентричностью, заодно выставив Донован и Андерсона полнейшими идиотами, пустив очередную неуместную шуточку по поводу их отношений. Впрочем, на удивление, Андерсона в этот раз задеть не удалось, как выяснилось, он наоборот ожидал появления детектива и даже был безумно рад этой встрече — оказывается, он даже создал фан-клуб, связанный с деятельностью, направленной на рассмотрение, подробный анализ и сопоставление самых разнообразных версий относительно того, как удалось выжить Шерлоку Холмсу — о, приверженцы этого клуба не сомневались в том, что детективу удалось избежать чёрного покрова смерти и, как всегда, отыскать выход и найти правильное решение, более того, у них имелся особый хэштег — #SherlockAlive. Конечно, моего друга это не особо впечатлило, разве что немного позабавило и, естественно, по устоявшейся традиции, потешило его самолюбие, и да, он, к сожалению, в силу особенностей своего характера, не соизволил проявить хотя бы некоторую благосклонность и избавить бедного Андерсона от своих прямолинейных язвительно-насмешливых реплик и комментариев. Впрочем, это, бесспорно, было стабильно неизменно — в привычном стиле и репертуаре, присущем, однако, из моего окружения, как вы сами понимаете, только одному единственному человеку — Шерлоку Холмсу.***
Наше маленькое вечернее представление для Грегори Лестрейда заключалось в виде небольшой постановки, в которой, что вполне очевидно, главными героями действия были я и мой лучший друг. Собственно, суть постановки была вполне себе примитивна — мы просто хотели подкараулить нашего друга и приятно удивить своим внезапным появлением, вернее, не мы, а в первую очередь, конечно же, Шерлок. Просто, видимо, я настолько привык красиво обыгрывать свою речь, например, для того же блога в интернете, что осмелился обозначить происходящее как театральное действие, сомневаюсь, что вы сочтете это за наглость с моей стороны.***
Итак, мы приняли решение встретить инспектора после шести часов на парковке, потому что сегодня нашему юмористическому спектаклю (по мнению моего детектива) конкретной кульминации в виде встречи с Лестрейдом — он ведь изначально и являлся нашей главной целью — а Шерлок, что далеко не является секретом или тайной, привык всегда достигать того, к чему стремился. Естественно, что детектив располагал соответствующей информацией, так как без труда смог выяснить время прибытия Грега ещё днём, и потому, повеселившись вдоволь в полицейском участке, мы с ним в хорошем настроении отправились на прогулку по лондонским улицам и закоулкам. К вечеру мы наконец прибыли на место встречи — парковку, находящуюся неподалеку от Скотланд-Ярда, и, затаившись за стенками (я с одной стороны, Шерлок — с противоположной), выжидали подходящего и нужного момента, ещё одного, подвернувшегося мне за последнее время, так сказать, часа пик — появление Грега, он должен был как раз заехать вечером в участок, после чего отправиться на своем автомобиле домой. Мы с другом подумали обо всех возможных вариантах и поворотах событий, конечно, правильнее сказать, что продумал, безусловно, всё именно сам Шерлок, в своей гениальной голове, и, тщательно подготовившись, настоятельно порекомендовал не совсем в мягкой форме сотрудникам полиции не разглашать информацию о своем появлении и возвращении в Лондон. Причем ему удалось всё провернуть таким образом, чтобы ни у кого даже не возникло лишних сомнений — все обещали сохранять молчание, о да, мой друг был, как всегда, несносен, но по-своему прекрасен.***
Мы были наготове, когда Грегори в седьмом часу появился на горизонте, он, в свою очередь, ничего, естественно, не подозревая, не торопясь, достал из кармана пальто сигареты и зажигалку, намереваясь покурить (он старался не позволять себе курение во время управления автомобилем и в пути). Именно тогда Шерлок вышел из своей тёмной тени, чтобы приступить к осуществлению своего замысла и двинулся по направлению к нашему дорогому инспектору, ступая медленными, осторожными, пожалуй, даже практически неслышными шагами, будто дикий зверь, который готовится напасть на свою жертву. Я же оставался за стеной, ожидая времени своего выхода на сцену спектакля, который разыгрывался в программе сегодняшнего вечера. — Эта дрянь вас погубит, — озвучил свою реплику Шерлок, впрочем, реплики мы заранее не готовили, условившись только, что при появлении Грега, первый в игру вступит именно детектив.***
Лестрейд, услышав знакомый голос, мигом убрал сигарету в сторону и моментально поменял свои прежние намерения, справедливо расставив свои приоритеты, сжал в крепких объятиях со словами: «Ну ты паршивец!» — подошедшего к нему, весьма любящего подобные проявления нежности, Шерлока. Здесь уже я не удержался — на такое не посмотреть я не мог. Видели бы выражение лица моего друга, очень жаль, что у меня не было с собой фотоаппарата, а про камеру на мобильном я на тот момент по глупости забыл и вовсе. Да, однако, хорошо, что у людей присутствует фотографическая память, пускай это и нельзя обозначить как равноценную замену — воспоминания, к сожалению, тоже имеют способность рассеиваться и теряться из виду в непроглядном тумане нашего сознания. Но пока этот момент хорошо отложился в карте моих воспоминаний, а к большему я и не стремился. Только вот эти чудесные минуты, запомнившиеся мне, улетели слишком быстро, не только из глубин сознания, но и из границ реальности. Так обычно и бывает, сразу же вспоминаются слова Фауста из Гёте… «Остановись, мгновение, ты прекрасно.» Увиденное было столь забавно и даже, пожалуй, чем-то мило, что вызвало у меня самую искреннюю улыбку, а это, по моему сугубо личному мнению, более чем ценно. И вновь повторяясь, подмечу, что главное, наверное, именно то, что мне удалось отразить это в своем сознании хотя бы на некоторое время.***
— Господи, Шерлок, я не могу поверить, что вижу тебя снова живым и здоровым. Дай обниму тебя ещё раз, — говорит Лестрейд, очень хорошо заметно, что его радости нет предела, он даже слегка начинает мешкать и заминаться в связи с происходящим, а про курение — так и напрочь забывает. Видимо, иногда нам действительно просто одного хорошего впечатления, чтобы забыть про всякие дурные наклонности и переключиться на что-то более положительное и приносящее пользу. — Нет, спасибо, думаю, не стоит, — поспешно откликается на такое предложение мой друг, — И, к слову, о курении. Эта дрянь, конечно, нас погубит, но все мы склонны немного к самоуничтожению, верно ведь? — ответа он, естественно, не дожидается и уверенно продолжает свою речь, — Так что раз уж вы собирались покурить, Грэм, то давайте пройдемся как раз по вечернему Лондону и выпьем кофе, уверен, это будет гораздо уместнее для нас обоих. Заодно расскажете, что успело произойти за время моего отсутствия и насколько полиция Лондона успела распуститься без моего руководства и участия в процессе, — предлагает в результате свою альтернативу Шерлок, не забывая при этом «блеснуть своим мастерством». «Скромность, как всегда, главный конёк Шерлока.» Мне безумно хотелось произнести эти слова вслух, уместные по отношению к моему другу в большинстве случаев, но пока я сохранял терпение и ожидал более подходящего и уместного момента для своего комментария — однако я не Шерлок Холмс, неуместные фразы меня совсем не выделяют и не возвышают, а наоборот — подводят. Но всё же, не озвучивая вслух фразы выше, я принял решение, не делая никаких комментариев, хотя бы осуществить приветствие, чтобы, так сказать, напомнить о своем присутствии и участии. — Привет, Грег, — говорю я, окончательно выйдя из тени и расположившись рядом со своими друзьями, стараясь выделить голосом имя Грега, чтобы как можно лучше дать понять детективу, что он, как всегда, забыл имя инспектора, но тщетно, того, как всегда, интересовало другое, и он предпочел пропустить мои слова мимо ушей и не концентрировать на них должное внимание.***
— Замечательная идея, у меня как раз нет планов на вечер, Шерлок, так что да, конечно, с радостью, давай пройдемся. Давно ты в Лондоне? — отозвался, не скрывая своих положительных радостных эмоций инспектор, и что было ожидаемо — не замечая даже моего приветствия и, по сути, всего вокруг, одарив меня, пожалуй, разве только кивком головы и улыбкой, но улыбка, скорее всего, была адресована совсем другому человеку. Я же, совсем не держа обиду на инспектора и прекрасно понимая его реакцию и все обстоятельства ситуации, обратил внимание на кое-что другое. «Опять ты завел тему про самоуничтожение. Не к добру это всё.» Потоптавшись на месте, говорить я ничего не стал: не решился портить радость друзей и, не побоюсь в своем изложении слегка грубоватой трактовки, «поганить ситуацию». Да и тем более, на меня особо сейчас и не смотрели — Лестрейд был полностью погружен в общение с Шерлоком, что тоже было логично и объяснимо, а вопросов не создавало.***
— В Лондоне я уже как несколько дней, успел даже мимоходом заглянуть в Скотланд-Ярд, — сообщает детектив в ответ на вопрос, не спеша и как бы между слов, между строчек, так сказать. — И не оповестил меня! — сразу же позволяет себе возмутиться Грег, уже когда мы находимся у выхода из парковки и движемся по направлению к близлежащему ларьку с закусками и напитками, вдыхая аромат вечернего Лондона. — Не моя вина, что когда я заехал, тебя там не было, — как всегда невозмутимо произнес Шерлок. — Мне нужно было разрешить некоторые вопросы — я был вынужден уехать чуть ли не с самого утра в другой конец Лондона, даже поесть толком нормально не успел, — поясняет инспектор, подходя к ларьку, — Кстати, не возражаешь, если я возьму себе перекусить? — участливо интересуется он так, будто Шерлок вообще имеет хоть какое-нибудь право ограничивать его в подобной сфере, видимо, наш дорогой инспектор до сих пор находился под впечатлением от происходящего. — Нет, конечно, — вполне очевидно реагирует детектив, хотя, несомненно, нотки, если так можно выразиться, главнокомандующего, в его голосе безусловно присутствуют, но, возможно, после эксцентричного представления в полицейском участке он решил всё же немного сбавить свои обороты, — И как прошла поездка? — задает он вопрос Лестрейду. «О, неужели Шерлоку и правда захотелось просто поговорить, без его фокусов, штучек и спецэффектов?»***
— К слову, я тоже успел опять проголодаться, — я всё-таки решаю вкрадчиво внести в текущий диалог и свою лепту, — А с утра настолько замотался, что даже почистить зубы не успел — жвачка бы сейчас не помешала, — позволяю себе я усмехнуться вслух. Моя фраза, бесспорно, выглядит на фоне происходящего не очень умно и, возможно, даже нелепо, но я пытаюсь таким образом хотя бы окончательно не терять нить беседы. Но, конечно, многого мне достигнуть не удается: Лестрейд в данную минуту занят покупкой еды и кофе, а Шерлок лишь прищурившись, бросает взгляд в мою сторону, но ничего не произносит вслух, будто безмолвно намекает и сообщает мне о моей глупости. Что же, и такая реакция от него была вполне предсказуема, потому я пока решил отодвинуть все свои мысли куда подальше — и по возможности постараться больше не возникать.***
Итак, вечер в самом разгаре, он покрыт занавесой хитросплетенных словес в виде бесконечного диалога моего друга и Лестрейда. Я пока лишь вынужден играть на общем фоне роль покорного слушателя. Кстати, полагаю, к обстановке текущего вечера вполне себе подойдет фраза Джойса из произведения «Улисс», которое мне так и не удалось осилить до конца и прочитать целиком, но поверьте, то, что я вообще смог освоить эту книгу даже частично — уже сильный прогресс, слишком уж замысловатый там язык и особенности стиля. И в подтверждение этого факта, в качестве конкретного примера, я дарю вам цитату непосредственно из данного произведения. «Слитносплетенных словес словно волн белогрудых мерцанье. Облако медленно наползает на солнце, и гуще делается в тени зелень залива…» Именно на этой, слегка, пожалуй, интригующей фразе, я пока вынужден откланяться — в вечернюю атмосферу Лондона и в компанию своих прекрасных друзей.
