Мой тигровый питон

      Проснувшись поутру с первыми лучами солнца, что настырными и игривыми солнечными зайчиками проникли в окно его комнаты, Эммет далеко не сразу смог вспомнить, что с ним произошло прошлой ночью. Первое, что бросилось в глаза, это измятое и испачканное постельное бельё, при виде которого на щеках омеги вспыхнул яркий румянец. Однако верить в то, что его первым партнёром стал один из его же собственных хладнокровных любимцев, он по-прежнему отказывался наотрез.       — Сон. Это был всего лишь абсурдный сон, – поспешил заверить самого себя Рейес. – Нет, определённо, пора бы уже озаботиться поисками подходящего альфы, а то из-за этой глупой течки уже всякие извращения с участием ни в чём не повинных животных снятся…       Стоило только подумать об этом, как по всему телу прошлась горячая волна. Тряхнув головой, Эммет поспешил встать с постели и, собрав в охапку всё грязное постельное бельё, направился в ванную комнату, чтобы его постирать, а заодно привести себя в порядок и смыть остатки сна.       Уже проходя мимо одной из комнат, в которой обычно отдыхал Тайгер, Эммет остановился и, сам не зная зачем, осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. К его немалому облегчению, змей и на этот раз находился там, свернувшийся в клубок в куче старых вещей, которые ему специально выделил хозяин, и, судя по всему, спал. Рейес облегчённо вздохнул – выходит, это и правда всего лишь безумный сон.

***

      Закинув грязное бельё в стиральную машину, Эммет набрал горячую ванну и уже спустя всего несколько минут как ни в чём не бывало с удовольствием нежился в воде. Изначально в его планы входило лишь помыться, а после заняться какими-нибудь домашними делами, чтобы хоть немного отвлечься от скуки и от специфичных ощущений ниже поясницы, но принятие ванны оказалось настолько расслабляющим, что омега и сам не заметил, как задремал, укрытый по самую шею пушистой белой пеной с лёгким цветочным ароматом.       Разумеется, довольно скоро разморённый обволакивающей его теплотой омега задремал и, потеряв всякое подобие бдительности, уже не заметил, как дверь тихонько приоткрылась, впуская внутрь тигрового питона, который, принюхавшись, направился в сторону ванны, где по-прежнему находилась его ничего не подозревающая цель. Почувствовав прикосновение чего-то скользкого, Эммет вздрогнул и резко распахнул глаза, чтобы вновь столкнуться взглядами со своим «сном». Нет, не сном – эротическим кошмаром любого нормального человека. Впрочем, когда Эммета Рейеса вообще нормальным?       — Нет-нет-нет, Тайгер, только не снова!.. – исступленно шептал Рейес. – Это всего лишь сон, такого просто не может быть…       А между тем рептилия времени зря не теряла и, воспользовавшись замешательством своей жертвы, уже успела целиком забраться в ванную, придавливая своим немалым весом. Эммет знает, что мог хотя бы ради приличия, не говоря уже об инстинкте самосохранения, попытаться бороться с одним из тех существ, которых никогда в жизни не боялся и, как он думал, знал достаточно хорошо, но… Вновь это чувство беспомощности, сковывающее по рукам и ногам невидимыми цепями и мешающее не только пошевелиться, но даже просто издать хоть какой-то звук, кроме слабых стонов и прерывистых вздохов, когда раздвоенный язык касается его разгорячённой кожи. Сначала плечи, затем ключицы, шея, поалевшие от резкого притока крови щёки… Апогеем всего этого безумия для омеги стал момент, когда кончик змеиного жала коснулся губ, слегка припухших от собственных нервных и нетерпеливых покусываний…

***

      В себя Эммет пришёл во всё той же ванне, в уже порядком поостывшей воде. И вновь, уже вытирая своё тело и заворачиваясь в тёплый махровый халат, он приложил все усилия в виде остатков здравого смысла, чтобы убедить себя в том, что произошедшее – лишь плод разыгравшейся извращённой фантазии.       — Клянусь, как только всё это закончится, тут же возьмусь за поиски подходящего альфы, – вздыхал светловолосый, потуже затягивая пояс любимого халата. – Даже если это будет этот треклятый выскочка Брук!