Еноты не плачут

      Еноты не плачут. Просто не умеют. Но Ракета — плод подпольных мутаций. И Ракета не плачет. Он выше этого.       …Но не всегда он может сдержать этот противный порыв слабости…

***

      Ракете плохо. Мелкие капли слез скапливаются в уголках глаз, скользят по шерсти. Ракета тихо скулит от боли.       Кучка мертвых, обыкновенных веточек — вот все, что осталось от Грута. — Остановись, идиот, ты же себя убьешь… — тихо плачет енот, а Грут аккуратно стирает его слезы…       Ракета с диким, отчаянным полурыком — полукриком бросается на Ронана, надеясь отомстить, пытаясь заглушить душевную боль. Но Обвинитель отмахивается от енота, как от надоедливой мошки.       Воздух вышибает из легких, как пыль из мешка. В первый момент Ракете кажется, что он уже не встанет — просто потому, что все кости перемолоты в труху. Но эта боль ничто по сравнению с тем, что он испытывает, только кинув взгляд в сторону веточек, плотным слоем устилающих несколько метров земли…       И сейчас ему кажется, что они обречены. Не только команда жалких созданий, что в бесполезной попытке защитить совсем чужих им людей серьезно пострадали, но и все жители Ксандара. Стражи Галактики не защитили Галактику. Вот они, валяются, побитые, поверженные. Как сломанные куклы. Старые, бесполезные.       Только вот… Они не имеют права сдаваться. Просто ради Грута.       …И они победили. Но какой ценой?       Ракета снова тихо плачет, изредка всхлипывая. Все его тело ноет, сердце сжимается от боли. Он плачет, бережно сжимая в лапах веточки. — Вот вам и деревяшка бесчувственная…

***

      Ракета не верит. Он легко и незаметно улыбается и резко стирает слезинку, набухшую у глаза.       Доселе мертвая и недвижимая веточка, воткнутая в землю в горшке в слабой надежде, что его еще можно спасти, развела в стороны ручки — листики и потянулась. Потом моргнула темными знакомыми глазами и растянула щель рта в столь дорогой Ракете улыбке.       Гамора тихо смеется, Питер вторит ей столь же тихо. Дракс хотел как-то нелепо пошутить, но увидев неподдельное счастье на морде енота, замолкает и неуверенно улыбается.       На них смотрит своими темными, мудрыми глазами маленький Грут.

***

      Ракета смеется. Он смеется настоящим, не издевательским смехом. Счастливым.       Он, аккуратно придерживая Грута за веточки — ручки, достает его из горшка и ставит на пол. Грут высотой не больше пятнадцати — двадцати сантиметров, и ни разу еще не вставал, не покидал горшок.       Грут сразу же падает, не устояв на дрожащих ногах. Ракета снова терпеливо ставит его, аккуратно придерживая. — Ну, давай. Правой, левой…       Енот плачет. Тихо, незаметно, сдерживая счастливую улыбку и разъяренно шипя на смеющегося Питера, что с умилением наблюдает за первыми шагами Грута.

***

      Ракета волнуется. Он не плачет, нет. Просто с беспокойством наблюдает за маленьким Грутом, что под любимую музыку Питера танцует, пока остальные сражаются с монстром. Ракета просто краем глаза наблюдает.       Как и остальные. Это ходячее дерево, ростом как мальчик-с-пальчик (так говорит Питер, сам Ракета мало себе представляет мальчика ростом с палец, да и не думает он, что этот персонаж из мира Квилла имеет что-то общее с Грутом), стал очень дорог всем Стражам Галактики.       Вот Гамора раздраженно кричит Груту, чтоб тот был аккуратнее, а то еще пострадает. Драка, в конце концов, идет.       Вот Ракета заметил, что Грут схватил какого-то жука и начал его жевать. В тот же момент подлетев к ребенку, енот начал нервно орать что-то про то, чтоб Грут выплюнул бяку…       Ракета привык, что теперь у него есть маленький, непоседливый ребенок, обожающий земную музыку.       Ну, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало, решал Енот, и терпел земные песни, столь любимые Питером и теперь Грутом.       Иногда Ракета даже готов был сам врубить эту какофонию на полную, так, чтоб в ушах звенело, лишь бы Грут не грустил.       Да и привык он к этой музыке.

***

      Енот хотел биться головой об стену. Так, чтоб наконец мозги появились.       Он оставил Йонду и Питера на Эго.       Сейчас он мечтал только об одном — повернуть время вспять. Чтобы не пришлось ему вырубать Гамору, оставлять друзей на планете, что скоро взорвется, отдав последние скафандр и летательное устройство. Чтобы не пришлось молчать на вопрос, где Питер. Чтобы Дракс не кричал так зло и отчаянно. Чтобы не плакать, понимая, что он снова теряет дорогих себе существ.       Обратным отсчетом стучит в его голове…       Добро пожаловать в звезданутые Стражи Галактики.       Парочка, что идет войной на целую планету.       Мы прям как сладкая парочка.       Я знаю все о тебе, потому что я — это ты.       Ракета плачет и рычит, в отчаянии ударяя лапой по стене, потому что знает, что сегодня потеряет… часть себя.

***

      Питер старается сдержать слезы. Получается не очень. Не только Ракета потерял дорогое себе существо…       Ракета не пытается его утешить. Самого бы кто утешил…       Ракета уходит к себе в каюту. Он тихо плачет, свернувшись клубочком на постели.       Кажется, что он один. Совсем один…       Но в каюту вваливается Дракс, чуть не вышибив дверь, следом появляются Питер и Гамора, забегает Грут, тихо заходит Мантис.       Нет, Ракета не один. Ему есть, ради кого жить.