Второй шанс

2005 год, всё тот же небольшой городок на северо-востоке Германии.

От Айясель Я шла по улице, в лёгком сарафане, балетках и с рюкзаком за спиной. Настроение было отличное. Последний экзамен сдан. Я вдохнула горячий летний воздух полной грудью и счастливо прикрыла глаза. Начало июля. Сегодня очень жарко, 32 градуса. Аж припекает спину. Именно такую погоду я обожаю. Сейчас только четыре часа, солнце сядет не скоро. Не то что зимой. Последний экзамен был устным и сдала я его на отлично, как и все предыдущие. Как хорошо, что с моими оценками я могу поступить куда угодно. Я уже отправила документы в Свободный университет Берлина на экономический, ещё в апреле. Скоро. Скоро моя мечта исполнится и я уеду отсюда. Даже приезжать в гости наверное не буду. Пускай мама и Айдар ко мне приезжают. Ненавижу этот город. Первый семестр начинается в октябре. Ответ придёт в августе и тогда я начну подыскивать общежитие в Берлине. Я постараюсь устроиться где-нибудь на подработку, чтобы хватило на какую-нибудь маленькую съёмную квартирку. Думаю, пособия, которое мне будут платить во время учёбы, на это не хватит. В планах и мечтах я не заметила, как дошла до поворота на мою улицу. Завернув за угол, я пошла к нашему подъезду. Сняв рюкзак с плеча, я стала рыться в нём в поисках ключей. Не знаю, что именно заставило меня повернуть голову влево. Но сделав это, я увидела парня, сидящего под кустом на земле у соседнего подъезда. Голову он опустил на колени и держался за неё руками. Ему что, плохо? Пойти спросить или лучше оставить? Мало ли, может пива напился. У нас в районе это не редкость. Пока я раздумывала, парень поднял голову и посмотрел прямо на меня. Твою ж налево, это ведь Лукас. Нос, да и вообще всё лицо было окровавлено. Никак не отреагировав, он снова опустил голову и упёрся лбом в согнутые колени. Я отвернулась и сделала шаг к двери, уже держа ключи наготове. Меня это не касается. Мы друг другу никто. Мало ли чего у него там. И вообще, чего он домой-то не идёт. Сидит на солнце. Ещё пекло такое, солнечный удар же схлопочет. Твою… Не могла я его так оставить. Совесть не позволила. Когда-то он мне помог. Пока это всё проносилось в моей голове, ноги уже несли меня к тому месту, где он сидел. — Лукас, с тобой всё в порядке? — спросила я, подойдя к нему и чуть сама себе не врезала. Как у него может быть всё в порядке? Идиотка. Сидел бы он тут на солнце весь в крови. — Вернее, я хотела спросить, может тебе чем-нибудь помочь? Он снова поднял голову и уставился на меня. В такой близи я его почти три года не видела. Ух ты, хоть и побитый, а красивый. Волосы отрастил на несколько сантиметров, а я и не знала, что они у него вьются. — Айясель. У меня всё окей. Посижу немного и домой пойду. Откуда он моё имя знает? Хотя, я ведь его имя тоже знаю. — А почему сейчас не идёшь? На улице жарко, а тебе бы умыться не помешало и к лицу что-нибудь холодное приложить. — Дома отец. Начнёт нотации читать. Да и Йоханнес увидит меня, начнёт выяснять кто, да что. Захочет разобраться. А я сам уже разобрался. Так что немного отдохну, и пойду. Я хмыкнула. Разобрался он. Оно и видно. Но вслух я этого не сказала. — Давай тогда хоть ко мне зайдём, умоешься, прежде чем домой идти, — даже не знаю кто из нас удивился больше, я или он. Но отступать было поздно, ведь уже предложила. — Мама на работе, а брат ушёл на тренировку по футболу. Лукас всё ещё недоверчиво на меня смотрел, но всё же стал подниматься. Когда он выпрямился в полный рост, мне пришлось задрать голову прямо к солнцу. Ну и вымахал. На голову выше меня. Ему должно быть сейчас шестнадцать. Это же расти ещё будет. Тут его повело немного в сторону. Я схватила его за руку, чтобы не упал. Но он мотнул головой и устоял на ногах. Думаю, если бы он вздумал упасть, я скорее всего полетела бы за ним. — Так, ладно. Давай вместе со мной медленно идём к подъезду. Он послушно пошёл, не выпуская моей руки. Подниматься было не высоко, жили мы на втором этаже. Открыв входную дверь, я завела Лукаса в маленький коридор. Сама скинула рюкзак и балетки и сразу направилась в ванную. — Лукас, снимай кроссовки и давай за мной. Помыв руки, я достала чистое полотенце из небольшого шкафчика в углу ванной и повернулась к двери. Он стоял в дверном проёме. Ванная малюсенькая, вдвоём там не развернуться. Ванна от стенки до стенки, справа раковина унитаз и стиральная машина, слева тумба, корзина для белья и небольшой шкаф. Посередине можно стоять и поворачиваться, дотягиваясь до всего, не делая при этом ни шага. — Заходи, вот тебе чистое полотенце. Умоешься, выходи, посмотрим, что у тебя с лицом. Я положила полотенце на машинку и сделала шаг в сторону двери. Ещё шаг и я уткнусь ему в грудь. Я вопросительно взглянула вверх. Лукас пристально смотрел на меня сверху вниз. — Дашь пройти? — сама не знаю почему вдруг разволновалась. Наверное поэтому фраза получилась немного грубой. Он просто отошёл в сторону и я быстро проскочила в коридор. Сердце ускорило темп и я воровато оглянувшись, увидела, что дверь в ванную комнату уже закрылась. Я вздохнула с облегчением и пошла в зал. Что это со мной? Неужели из-за него так волнуюсь. Ну да, симпатичный, но таких у нас в гимназии тоже достаточно, причём старше него. Нет, тут другое, он какой-то особенный. Так смотрел на меня, открыто, взгляд не отводил. Я помотала головой и полезла в шкаф за аптечкой. Обстановка у нас была скромной, но уютной. Небольшой зал, в смысле гостиная комната, с диваном, двумя креслами, столиком, стенкой со шкафами и полками и ковром на полу. Но мама упорно называет эту гостиную залом. В углу квадратный стол и четыре стула. Вся мебель дешёвая, но хорошая и светлая. Ковёр на полу светло-коричневого цвета. Из зала можно пройти на маленькую кухню, размером, как и ванная комната. Там можно было только готовить. Места очень мало. Я достала аптечку. Положила её на стол и открыла. Так, что тут у нас. Пластыри, бинты, какие-то таблетки, дезинфекционное средство. Я выкладывала предметы на стол. Дверь ванной комнаты открылась, я услышала негромкий скрип. Лукас уже стоял посреди зала и смотрел на стол. — Не беспокойся, Айясель. Со мной всё в порядке. Видишь, даже пластырем заклеивать ничего не надо. И нос не сломан, просто наверное сосуд лопнул, вот и кровь шла. Я указала пальцем на кресло сзади меня. — Ты садись. Сейчас посмотрим, всё ли действительно в порядке. И зови меня Айя. Лукас послушно сел в кресло. Я повернулась к нему и всмотрелась в его лицо. И правда, на первый взгляд всё хорошо, но над правой бровью кожа повреждена. И под губой с левой стороны небольшая ранка. Я нахмурилась и взяла со стола ватку и пластырь. — Я всё равно обработаю твои повреждения. Хоть они и незначительны. Он вздохнул и просто кивнул. Обработав все видимые раны, я наклеила пластырь на бровь и ещё один под губой. Странно, но моё волнение куда-то ушло. Я была полностью сосредоточена на том, что я делаю. Закончив, я стала собирать всё обратно в аптечку. Внезапно я услышала: — А от тебя приятно пахнет, Айя. И глаза у тебя красивые. Удивилась ли я? Не то слово! Я застыла с аптечкой в руках посреди зала и медленно обернулась к сидящему в кресле парню. — Что, сильно ударили тебя? — я даже помахала у него перед глазами. — Не двоится в глазах? Лукас грустно улыбнулся и отвёл взгляд. Убрав аптечку, я прошла в кухню и достала из холодильника замороженный пакет с овощами. Завернула его в полотенце и вышла в зал. Протянув Лукасу полотенце, я сказала: — Вот приложи к носу, да и к глазу. Станет полегче. Он снова послушался меня. Надо же, вот сказанул-то. Пахнет от меня приятно. И глаза красивые. До этого хорошее настроение поползло ещё выше. Он это серьёзно? Неужели подкатывает? Но он же младше. Аж на два года. Да и не интересуюсь я мальчиками из нашего города. — Ты голодный? Я собиралась что-нибудь перекусить, — вдруг предложила я. И снова удивление. Моё и его. День сюрпризов, блин. — Ну если тебе это не в тягость, то я бы поел. Сегодня не обедал, — проговорил Лукас, смотря на меня одним глазом из-под полотенца. Я улыбнулась ему и кивнув, отправилась на кухню. Я ничего не могла с собой поделать, ни с моим, опять появившимся волнением, ни с хорошим настроением. Решила сварить пельмени. И быстро, и вкусно, и сытно. Благо, мы с мамой на выходных налепили их немало. Он наверное такое никогда не пробовал. Ну не захочет, и не надо. Отварив 30 пельменей, я стала накрывать на стол в зале. Лукас внимательно за мной следил. На середину стола я поставила глубокую миску с пельменями, уксусно-перечный соус и сметану. Накрыла на двоих и, пригласительным жестом руки, показала на стол. — Давай садись. Кушать будем, — я отодвинула стул и села. Лукас поднялся с кресла и сел рядом со мной. — Что это? Я хмыкнула. Этого вопроса я ожидала. — Пельмени. Внутри теста фарш. Это вкусно. Попробуй. Можешь макать в сметану или в тот соус. Я насыпала себе восемь штук, а Лукасу на пробу всего пять. Мы стали есть. Я предпочитала сметану, а Лукасу понравился уксусный соус. В итоге я доела свои восемь пельменей, а он съел все остальные. Уплетал за обе щеки и даже глаза щурил. Когда мы доели, я убрала со стола, а Лукас стал собираться домой. Уже стоя в коридоре он сказал: — Айя, спасибо тебе. А пельмени — это очень вкусно. Почему у нас их не делают? Надо будет маме сказать. — Вообще-то, что-то похожее продаётся в магазине, просто название другое. Ну и не так вкусно, — ответила я, глядя, как он обувается. Лукас выпрямился. — Что ты делаешь завтра? Его вопрос застал меня врасплох. — Эм... я не знаю, сейчас каникулы. Буду высыпаться наверное. — Не хочешь сходить на озеро? — вдруг предложил он. Так. Ну подумаешь, погуляем мы с ним немножко. Ничего ведь страшного. А на озере очень красиво. Почти достопримечательность нашего городка. Вокруг деревья, небольшой лесок. И лето сейчас. Почему-то именно с ним погулять хотелось. — Ну можно сходить, — неуверенно сказала я, скрестив руки на груди. — Тогда дай мне свой номер мобильного. Я тебе напишу смс, во сколько встретимся. А он хорош. Хитрый. Вон и улыбается, довольно так. Я продиктовала ему номер, он забил его в свой телефон. — Ну окей. Спасибо тебе ещё раз и до завтра, — Лукас сделал шаг ко мне и крепко обнял. Я опешила. Очень уж неожиданно всё произошло. Меня ещё ни разу парень не обнимал. Постояв так около десяти секунд, он отстранился и поцеловав меня в щёку, развернулся и вышел из моей квартиры. Это что сейчас было? Я в шоке стояла посреди коридора, всё так же со скрещёнными руками на груди. Ни хера себе, мальчик-то смелый. Сердце гулко билось в груди. Дыхание участилось. Это он со всеми так или я ему нравлюсь? Я пару раз видела его с разными девчонками. Всегда блондинки и высокие. Если это его вкус, то я по-любому в пролёте. Тогда чего он меня обнимал и поцеловал даже… Весь остаток дня я провела в раздумьях о нём. Крутила и вертела всю ситуацию в голове, анализировала каждое сказанное им слово и каждый жест. Пыталась понять. Но так ни к чему и не пришла. Думала, он мне напишет, но телефон молчал. Так и легла спать в непонятном, взволнованном настроении. *** Следующим утром меня разбудил писк входящего сообщения. Я тут же схватила мобильный и жадно уставилась в экран. «Хэй, Айя. Давай встретимся сегодня в три на углу? Лукас». Я откинулась на подушку и задрыгала ногами по кровати. Ааааааа. Он мне написал. Мы идём гулять. Вскочив с кровати, я подбежала к шкафу с зеркалом в полный рост. Ого. Вот это улыбка. Сама себя испугалась. Надо взять себя в руки. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Отвечу ему где-то через часик. Чтоб не думал, что я с телефоном в руках сидела и его сообщения ждала. Часы летели очень быстро, а я всё это время летала и парила. Я всё одёргивала себя, но всё равно ничего не могла с собой поделать. В животе поселились бабочки, а от моего, обычно не очень хорошего, настроения не осталось и следа. Мама посматривала на меня с подозрением, но ничего не спрашивала. Даже Айдар удивлённо наблюдал за моими передвижениями по квартире. Ответ Лукасу я настрочила уже через пол часа: «Привет Лукас. Окей, в три. До скорого.» Наряд я выбирала долго. В конце концов остановилась на зелёном платье без рукавов с неглубоким декольте. Юбка была свободной, а верх облегающим. Волосы решила не оставлять распущенными, чтобы не так явно было видно, что я прихорашивалась, а заплела высокий хвост. Косметикой я в принципе не пользовалась, но пудра и тушь имелись. Немного подкрасила ресницы. Вроде готова. Так как я коротышка, а каблуки не люблю, почти вся обувь у меня была на платформе. А вот и летние босоножки на самой высокой платформе. Их и наденем, и к темно-коричневой сумке они подходят. Ровно три часа. Ещё раз взглянула в зеркало. Вообще я себе редко нравлюсь, но сегодня осталась довольна. Выгляжу вполне себе ничего, симпатично. Спускаясь по лестнице вниз я внезапно подумала, а что если Лукас меня развёл и не придёт. Или стоит на углу со своими братьями, а я выйду и они начнут издеваться. Так, Айя. Ты всегда очень много думаешь, хоть иногда просто делай, а потом думай! С этими мыслями я вышла на улицу и сразу увидела Лукаса. Он стоял не на углу, а у моего подъезда. Бежевые шорты до колен, белая футболка и кроссовки. А волосы отливают рыжиной на солнце. — Привет, Айя! — он подошёл ко мне и обнял, целуя в щёку. Теперь всегда так здороваться будем? Хм, ну мне нравится. Приятно. И волнительно. Я обняла его в ответ. — Привет Лукас. — Ну что пойдём? До озера пол часика пешком, можем поесть там мороженого, если хочешь. — Мороженое я хочу всегда, — я улыбнулась и мы двинулись по улице в направлении озера. По дороге мы разговорились. Он расспрашивал меня обо всём. А я, которая с другими всегда закрытая и неразговорчивая, вдруг открылась ему. Рассказала о нашем переезде в Германию, и о жизни в России, то что помнила. О том, как ушёл отец. Он слушал очень внимательно. Я также узнала от него, что его оставляют в десятом классе на второй год. Что он пытается не давать своим братьям влазить в мелкие криминальные делишки. Типа травки и лёгких наркотиков. А ещё он подрабатывает на складе, только по-чёрному. Поэтому и проблемы в школе, на учёбу не хватает времени. Придя к озеру, мы пошли к лотку с мороженым. Он, конечно же, меня угостил. Я взяла моё любимое — ванильное, а Лукас — шоколадное. Людей здесь было много, погода — просто прелесть. Не так жарко, как вчера. Много мамочек с колясками, молодёжи и вообще семей с детьми. Мы решили пройтись вокруг озера по тропинке. Было так хорошо, спокойно на душе и присутствовало чувство правильности всего происходящего. Мне очень нравилось слушать Лукаса, у него красивый голос, немного хриплый, хотя он не курит. А его улыбка вызывала у меня буквально дрожь в коленях. За час прогулки мы успели и насмеяться и поговорить на какие-то серьёзные для нас темы. Вдруг Лукас взял меня за руку и повёл в сторону от тропы. Я не сопротивлялась. Через деревья к воде пролегала очень узкая, практически незаметная тропинка. Пройдя сквозь заросли, мы вышли на небольшой участок, поросший травой. Отсюда открывался шикарный вид на озеро. Людей не было видно, только мельтешение на противоположном берегу. Там был официальный пляж. — Тут очень красиво, — тихо проговорила я. Мою руку Лукас так и не выпустил. — Да очень красиво, — ответил он. Я взглянула ему в глаза. Он смотрел на меня в упор. — Лукас, ты всех девочек сюда водишь? — лукаво спросила я, а в мыслях драла этим кошкам волосы. — Нет, Айя. Не всех. Только особенных. — Так я — особенная? — он кивнул. — И сколько ещё таких особенных? — Ты мне поверишь, если я скажу, что только ты? — Поверю, если ты скажешь правду. — Айя, ты первая, кого я сюда привёл, — серьёзно проговорил он, смотря мне в глаза. И я поверила. — Ты знала, что ты мне давно нравишься? Я глупо и недоумённо улыбнулась. — Почему же ты никогда мне об этом не говорил? — Да с тобой же не то что поговорить, даже поздороваться было нереально. Я опустила глаза вниз. — Да, я знаю. Ты извини меня, что я так себя вела. Ты мне тогда очень помог. Просто мне было стыдно, — я вновь посмотрела на него. — И давно я тебе нравлюсь? — С того самого дня. Лукас перевёл взгляд на мои губы. Я сглотнула. Он меня сейчас поцелует?! Я даже додумать не успела, как почувствовала прикосновение его губ к моим. Вау. Мурашки побежали по коже. Он отстранился на мгновение, окинул меня быстрым взглядом и вновь прижался в поцелуе. Теперь Лукас, вполне себе настойчиво, обнял меня за талию и поцеловал намного крепче. Мои мурашки жили отдельной жизнью, посылая в мозг импульсы каждый раз, как Лукас делал новое движение губами. И тут я почувствовала его язык. Я прерывисто вздохнула, а он с тихим стоном приподнял меня над землёй. Сильный. Я постаралась повторить его движение языком, от этого он ещё крепче сжал меня в объятиях. Хотя казалось бы, куда уж крепче. Не знаю сколько мы так простояли целуясь, может минут пять. Неизведанные до сих пор чувства восторга и удовольствия полностью захватили меня. Оторвались мы друг от друга, когда услышали голоса на тропинке. Я не знала куда себя деть. Вот это да! Надо же, как изменилась моя жизнь всего за двадцать четыре часа. Лукас взял меня за руку и повёл на основную тропу. Я шла рядом, не смея поднять на него глаз. Мы прошли мимо каких-то прохожих. Постепенно вечерело, солнце ещё не село за горизонт. Предзакатные мягкие лучи скользили сквозь деревья и окутывали всё вокруг волшебным золотым свечением. А я шагала рядом с Лукасом, держащим меня за руку, и не понимала, почему вдруг я превратилась из неприступной заучки Айясель Шмидт в такую покорную овечку. Иду туда, куда меня ведут. Определённо этот парень мне сильно нравился, даже в тот вечер я подметила, какой он симпатичный. А потом я просто сторонилась его, может чувствовала, что всё к этому приведёт. Но это ведь не так плохо. Да, он младше меня, но в наше время это не редкость. Выглядит он старше своих лет, моим ровесником как минимум. — Айя, тебе не понравилось? Я подняла на него глаза и тут же вспомнила наш поцелуй. Почувствовала, как кровь приливает к лицу. Надеюсь румянца не видно из-за моей смуглой кожи. — Понравилось. И даже очень. Просто как-то быстро всё. — Ну для меня не быстро. Я этого долго ждал и тянул, чтобы подрасти. Чтобы ты меня не отшила, потому что я малявка. Я улыбнулась. Я даже представить себе не могла, что нравлюсь ему. Жесть. — Ну если судить по росту, то малявка среди нас — это я, — сказала я, улыбаясь. Постепенно обстановка снова разрядилась. Стало легко говорить, как и до поцелуя. Домой мы пошли, взявшись за руки. На прощание мы договорились встретиться на следующий день. Лукас обнял меня и чмокнул в щёку. *** Как человек может измениться за такое короткое время? Я смогла. Из вечно всем недовольной злюки, я превратилась в счастливую девушку, которая всё время витает в облаках. Можно ли за такое короткое время влюбиться? Раньше я бы презрительно скривилась, а теперь я не понимала, как я могла быть такой слепой дурой. Ведь всё очевидно, когда встречаешь того единственного. Его голос, его запах, его руки. Всё идеально сочетается. Я буквально таяла от его прикосновений ко мне. И то, как бережно он ко мне относился. Как-будто я была фарфоровой. Именно о таких отношениях я всегда тайно мечтала. Мы встречались уже месяц. Было начало августа. Прекрасный летний день. После прогулки, я позвала Лукаса к себе. Мама на работе, у брата игра в другом городе, он приедет поздно домой. А я хотела ещё провести с ним время. Не хотелось расставаться. Поднявшись в квартиру, я усадила Лукаса за стол, а сама пошла на кухню за холодным соком. Принеся два стакана, я разлила сок и села на соседний стул. После прогулки и жаркой погоды, хотелось немного охладиться. Лукас был в тёмной, облегающей футболке и светлых шортах, а я в летнем светлом сарафане. Мои длинные волосы я заплела в косу. Луки (так я его называю с недавнего времени) выпил свой сок залпом, затем пристально посмотрел на меня. Хм, я немного смутилась. Вдруг он протянул руку, взял меня за локоть и потянул на себя. Мне пришлось встать и сделать шаг к нему. Я оказалась зажатой в кольце его рук, которые обхватили меня за бёдра, и стояла у него между ног. — Луки, ты чего? Он уткнулся лицом мне в живот и вдохнул. Я положила руки ему на голову и слегка помассировала кожу, через волосы. В следующий момент он поднял голову и усадил меня к себе на колени боком. Такого у нас ещё не было. Он крепко прижал меня к себе. — Айя, я люблю тебя. Вот так, просто, он признался. Сладкое и тянущее чувство разлилось у меня по всему телу от его слов и от его близости. Он меня любит. Я счастливо улыбнулась. — Я тоже тебя люблю, Лукас. Вот мы и признались друг другу. Я почувствовала, как мою косу наматывают на кулак. Лукас немного оттянул мою голову и приблизил своё лицо к моему. Он смотрел очень пристально мне в глаза. Я не смела пошевелиться. — Только попробуй взять свои слова назад, — хрипло проговорил он мне в губы. — Теперь ты — моя. Я только нервно вздохнула и кивнула. От этой близости и даже какого-то принуждения немного закружилась голова. Сейчас он был груб со мной. Нет, он не делал мне больно, даже наоборот, держал нежно, но крепко. Просто до этого, он всегда был очень ласков. А сейчас его глаза потемнели и зрачки расширились. Я открыла рот, для того, чтобы сказать: «А ты теперь мой». Но не успела. Его губы накрыли мои. Я обняла его за плечи. Одной рукой он продолжал держать мою косу, другой обнимал за талию. Так мы тоже ещё никогда не целовались. С покусываниями и каким-то остервенением. Очень по-взрослому. Воздуха не хватало. Тогда Лукас выпустил мою косу и обнял меня одной рукой за талию, а другую перенёс на бедро и повёл вверх, приподнимая подол и целуя шею и ключицы. Ощущения неповторимые. Я совсем перестала что-либо соображать. Внезапно он подхватил меня на руки и понёс в мою комнату. В голове был туман из различных чувств и ощущений. Что сейчас происходит? Мы ведь хотели просто выпить сока и немного отдохнуть от жаркой погоды в прохладе квартиры. И вот он уже осторожно кладёт меня на мою не очень широкую кровать, а сам стягивает футболку и ложится рядом, наполовину накрывая меня своим телом. Сердце бешено качает кровь по телу, я прерывисто дышу. Лукас начинает меня целовать и гладить по всему телу, задирая сарафан. Бабочки в моём животе вырываются наружу, подхватывая моё тело и унося на своих крыльях в пока ещё неизвестную мне страну наслаждений. От любви к нему меня разрывает на части. Хотелось отдаться ему, отдать ему всю себя. Я отвечала на его ласки несдержанно и со всей своей, впервые проснувшейся, страстью. Он стянул с меня сарафан и разделся сам. Я не отводила глаз. Луки был очень красивым, прекрасно сложенным молодым человеком. А ещё самым любимым. Я притянула его к себе, снова целуя в губы, обнимая его за шею и плечи, царапая и подаваясь бёдрами вперёд. На это моё неосознанное движение, он тихо простонал, также вильнул своими бёдрами мне навстречу и быстро расстегнул и скинул с меня мой лифчик. Теперь между нами оставалась только одна преграда, мои трусики. Лукас сполз по моему телу немного вниз, широко разводя мне ноги в стороны, придерживая за колени. Я непроизвольно дёрнулась, порываясь снова их свести вместе. Но не тут-то было. — Шшш... тихо сладкая. Расслабься, — он нежно улыбнулся мне и я расслабилась, а он нагнулся вниз. Через тонкую ткань я почувствовала, как он меня там целует. Я застонала и откинулась на подушку, заводя руки за голову. Он снова поцеловал, что отдалось в моём теле тёплой волной, которая разлилась от живота к ногам и потом снова наверх к груди, задержавшись ярким румянцем у меня на щеках. Тем временем я почувствовала, как ткань покинула свой пост по защите моей девичьей чести, а затем и поток воздуха от дыхания Лукаса. Что последовало за этим, как говорится ни в сказке сказать, ни пером описать. Я улетела в такие далёкие дали, о существовании которых даже не догадывалась. Не знаю сколько раз он довёл меня таким образом до оргазма. Три… Четыре… А потом мы стали самыми близкими друг другу людьми. Боль я конечно почувствовала и немалую, но когда это происходит по любви, боль быстро отходит на второй план. Он был очень нежен, мой Луки. Начал медленно, не переставая целовать меня и давая к себе привыкнуть. Мой мальчик такой молодец. Подумал обо всём. Позаботился. И о защите и обо мне. Сделал для меня мой первый раз наименее болезненным и таким запоминающимся. Не знаю когда он ушёл. Знаю только то, что уснула у него на плече, а проснулась от того, что мой брат что-то очень громко рассказывал маме в зале. Дверь в мою комнату была закрыта. Я лежала нагишом и накрытая одеялом. На столике, за спинкой кровати лежала записка от Лукаса, сложенный листик: «Ты уснула, я по-тихому ушёл. Позвони мне вечером. Люблю тебя.» Просто и лаконично. Без соплей. Это мой человек. Я накрылась с головой и счастливо засмеялась. *** Мы встречались открыто. Конечно о нашей близости я маме ничего не рассказала. Зато теперь он мог приходить ко мне домой, а я к нему. Хотя это случалось редко. Я чувствовала лёгкую неприязнь со стороны его семьи, особенно от его матери. Меня конечно это удручало, но не сильно заботило. Главное, что он меня любит, а я его. Как ни странно, мужчины его семьи восприняли наши отношения очень даже положительно. До конца августа у нас больше ни разу не было возможности остаться наедине. У Лукаса дома постоянно кто-то находился. А когда у меня было свободно, ему нужно было работать. Потом у моей мамы был отпуск, почти две недели. В общем, нам всё время что-то мешало. Зато мы очень много говорили, гуляли и проводили всё свободное время вместе. Я растворялась в нём и забывала о всех своих заморочках. Рядом с ним я менялась, становилась добрее и терпимее к недостаткам других. Например, я перестала постоянно огрызаться с матерью. Перестала винить её в бесхребетности и отсутствии характера. Теперь я даже понимала её. Почему она всё время шла на поводу у отца и позволяла ему всё. Если она так же любила его, как я Лукаса, то ничего удивительного. Я даже стала уважать её за то, что она всё-таки проявила характер и не уехала за ним. Она осталась тут. Ради нас — детей. И вот в конце августа я сидела дома и читала Гарри Поттера у себя в комнате. Адик был на тренировке, а мама что-то готовила. Раздался звонок по телефону, я не стала срываться. Мама сама ответит. Через несколько минут мама заглянула ко мне. — Айя, дочка, звонила Керстин и попросила подменить её сегодня. У неё ребёнок заболел. Я выхожу через десять минут. В духовке лазанья. Через двадцать минут вытащи. Не забудь. — Ок, мам. Всё сделаю, — я оторвалась от книги и улыбнулась ей. И тут до меня дошло. Мама уходит. Квартира свободна. Луки через пол часа придёт домой с подработки. Все эти мысли промелькнули в моей голове за несколько секунд. Глуповатая шальная улыбка стала расползаться на моём лице. Мама ещё не вышла из моей комнаты и смотрела на меня с удивлённой опаской. — Дочка, всё хорошо? Я попыталась перестать тупо лыбиться, но ничего не вышло. Поэтому я просто закивала. — Да, мам. Всё отлично. А у тебя там сегодня много работы? — Ну часа на три точно. Ты же знаешь, надо будет пройти два этажа. Угу, угу. Я старалась сделать сосредоточенное лицо и кивать в тему. Хотя у самой уже растекалось чувство волнения по всему телу. Засосало под ложечкой, стало потряхивать конечности. Предвкушение. Оно завладело мной полностью. Мама пошла собираться, а я подорвавшись с кровати полезла в шкаф за красивым бельём, которое недавно приобрела именно для такого случая. Вот это действительно нежданчик. Как говорится: «Не думал, не гадал…». Когда мама ушла, я стала лихорадочно носиться по квартире. На всё про всё у меня двадцать минут. После работы Луки сразу придёт ко мне. А я тут вся такая готовая и красивая. Сделаю ему сюрприз. Он же не знает, что мамы не будет дома. Быстро сбегав в душ и сделав все необходимые водно-брито-намазывательные процедуры, я облачилась в красивоё бельё и свободную майку, прикрывающую бёдра. Вытащив лазанью, я вернулась в комнату и встала перед зеркалом. Подняла майку. Чёрное кружево смотрелось очень красиво и сексуально. Я взволнованно улыбнулась. Глаза лихорадочно блестели. Решила проверить телефон. Входящая смс 8 минут назад от Лукаса. «Я сбегаю в душ, сегодня жарко, а потом сразу к тебе. Жди через 10 минут. Целую.» Я даже головой покачала. В душ он сходит. Как чувствовал. В дверь квартиры позвонили. Вход в подъезд был открыт. Ощущение томления, волнения и предвкушения разлилось от солнечного сплетения вниз к ногам и вверх к самым кончикам волос. Я чаще задышала, открыла дверь и сразу отступила на несколько шагов. Лукас зашёл в наш маленький коридор, после чего места там и вовсе не осталось, и закрыл за собой дверь. — Привет моя маленькая, — он крепко обнял меня, сразу же опустив свои руки на мою попу. Он ведь думает, что больше шанса не будет, так как мама должна быть дома. — Я соскучился. А вот я, вся в предвкушении, решила поиграть. Вскинула руки вверх, провела нежно пальцами по шее и наклонила его голову к себе. Затем я очень страстно его поцеловала. С языком. Затягивая и возбуждая. Он тут же шумно выдохнул, при этом стиснув мои ягодицы сильнее. А я уже оторвавшись от его губ, принялась с восторгом целовать его шею. При этом прикусывая. Это его слабое место, он всегда балдеет, когда я так делаю. Я уже довольно чётко ощущала его возбуждение, которое упиралось мне примерно в пупок. — Ты что делаешь? — очень хрипло прошептал он. — Моих нет дома… Наверное надо было повременить с этой новостью. Потому что после моих слов вся инициатива перешла под контроль Лукаса. Он дикими глазами посмотрел на меня и сгребя в охапку, потащил в комнату. Это был наш второй раз. Вернее несколько вторых разов. За три часа мы сделали это трижды. А ещё я открыла для себя новую ласку, попробовав его на вкус. Думала будет противно, но было совсем наоборот. Я этого никак не ожидала. Когда ты его ласкаешь там, твой любимый человек на самом деле очень уязвим. Хотя положение и кажется противоположным. Он и его удовольствие зависели от меня. А я старалась. И это ощущение, когда он всё крепче, но не до боли сжимает в руках твои волосы, подаёт навстречу бёдра, стонет. А потом резко поднимает с колен и целует в губы. Его руки везде, даже пальцы уже в тебе. Лаская и проверяя, готова ли ты принять его. А я была готова. Первый из трёх раз мы не предохранялись. Не думая ни о чём, мы просто отдались страсти и долгожданному ощущению близости. Такой, от которой всё плывёт перед глазами и подкашиваются ноги. Всё происходило быстро и резко, в бешеном темпе. Я перестала думать о чём-либо кроме того, что безумно хочу его, и всё равно где и как. Но мой Луки даже в таком состоянии успел, как говорится, «вытащить» до того, как кончил. После этого мы около пятнадцати минут приходили в себя. А затем всё по новой, только теперь с презервативами. Через три часа приехал с тренировки Айдар. К тому времени мы, уже насытившиеся и друг другом и лазаньей, лежали в зале и бездумно смотрели телевизор в обнимку. Ещё через пол часа Лукас пошёл домой, а я спать. Моя голова была пустая. Тело саднило и ломило. Но как-то приятно, что ли. Счастливая, как никогда в жизни до этого, я погрузилась в сон. *** Через два дня Лукас уехал в Баварию к бабушке с дедушкой. На две недели. Мы попрощались на вокзале. Я чуть не расплакалась, когда он садился в поезд. Но всё же сдержала себя. Свои эмоции надо держать под контролем, тем более на людях. Всегда презирала девиц, которые цеплялись и бегали за парнями. Как будто сами ни на что не способны. Как моя мать когда-то. А теперь вот сама такая стала. Все эти мысли терзали меня по пути домой. Зашла в квартиру я в ужасно взвинченном настроении. Успела по дороге домой накрутить себя. И как я могла так влюбиться, забыв обо всех своих целях и мечтах. Я ведь хотела пробиться в этой жизни, уж мозгов мне было не занимать. Но и Лукас играл в моей жизни теперь огромную роль. Я прошла в зал и сев на диван прикрыла глаза. Услышала, как открылась входная дверь. — Айя, дочка! Ты дома? — Дааа… — промычала я. Мои мысли были далеко. Именно сейчас не хотелось никого видеть и тем более с кем-то говорить. Мне нужно было обдумать, как быть дальше и чего я на самом деле хочу. Ведь мне ехать учиться, а Лукас ещё в школе. И он определённо останется здесь. И как долго продержатся наши отношения на таком расстоянии? Часто ездить друг к другу не получится и по времени и по деньгам. От силы раз в два месяца. — Тебе письмо! — мама вошла как раз в тот момент, когда я открыла глаза. Она протянула мне конверт. Письмо из Берлина. Из университета! Сердце гулко застучало в висках. Ну вот и всё. Переломный момент наступил. Сейчас всё решится. Я трясущимися руками распечатала конверт и пробежала глазами текст письма. В глазах почему-то появились слёзы. — Что? — испуганно спросила мама. — Не взяли? — Взяли, — тихо ответила я. — Через две недели начинается подготовительный курс для первого семестра. Они предоставляют общежитие. — Айя, доченька! О Господи! Но ведь это прекрасно. Ты ведь именно туда хотела попасть! Текст письма размылся от слёз, застывших в глазах. Ну вот и всё. Вот и закончилась сказка. А я ведь знала. Что будет именно так. Ну почему я это допустила? Почему довела до того, что так влюбилась. Позволила себе настолько расслабиться и подпасть под влияние парня. А потому, что хоть раз в жизни я хотела расслабиться и позволить делать себе именно то, что хочется. Позволить себе наслаждаться. Вот и донаслаждалась. И что теперь? Со своей болью я бы справилась. А как быть с его? Он не поймёт и просто так не отпустит. Придётся его ранить и дать понять, что я ни под каким предлогом не хочу продолжения. За эти недели, проведённые с ним, я забыла о том, что для меня действительно важно. Для чего я на износ корпела над учебниками и зарабатывала себе лучшие оценки. Куда я в будущем хочу попасть и кем хочу стать. С ним я этого не смогу. С ним я забываю обо всех своих стремлениях. С ним всё это становится не важно. Мне придётся наступить себе на горло и порвать с Лукасом. Это будет болезненно. А ещё мне придётся уехать до того, как он вернётся. И это хорошо. Потому что я не уверена, что смогу уехать от него так просто, если мы вновь увидимся. — Дочка, почему ты плачешь? — Всё хорошо мам. Я сейчас же им позвоню и дам согласие и подтверждение, что буду на месте через две недели. Только полежу немного в комнате, ладно. Я тяжело встала с дивана и на негнущихся ногах отправилась в свою комнату. Включив громко музыку, я прорыдала около часа. А потом ещё час тупо смотрела в потолок и жалела. Себя. Его. Нас. Жалела о том, что по-другому не могу. Если я сейчас не воспользуюсь шансом, то через какое-то время возненавижу себя. И свою жизнь с ним или без него. В душе я уже попрощалась. Рассталась с ним и со своими иллюзиями на нашу жизнь. Затем я встала и позвонила в университет. После десятиминутного разговора я вышла к маме. — Я уезжаю послезавтра. Место в общежитии будет для меня готово. Как раз всё посмотрю и обустроюсь перед началом подготовки и семестра. Поищу работу. — Ой, дочка! Уже послезавтра? Так скоро? — мама взволнованно смотрела в моё заплаканное лицо. В этом вся она. Хоть и видит, что мне явно плохо, всё равно не спросит. Потому что знает, что не получит ответа. Мы никогда не были близки в эмоциональном плане. Хотя очень любили друг друга. Просто у нас было разное видение на жизнь. Вот мой брат — другое дело. Он маме рассказывал всё. Мама сделала ко мне шаг и протянула руку, наверное хотела обнять. Но этот внутренний барьер вновь помешал. Я быстро сделала пару шагов назад. Не могу представить, что буду плакать у мамы на плече, а она будет меня утешать. Для меня это почему-то было стыдно. — Ладно мам. Я начну потихоньку собираться. — Айя, а как же… Лукас? — спросила мама неуверенно и с паузой. — Никак. Вот и всё, что я ответила. *** В Берлине я жила уже месяц. И мне тут очень нравилось. Главное преимущество города на мой взгляд — анонимность. Люди всё время куда-то бегут на улицах. Никто на тебя не косится. Потому что всем плевать кто ты, что ты и откуда. Очень хорошо. Именно то, что надо после нашего города, где если не весь город, то очень многие уж точно тебя знают. И сплетничают. Все эти недалёкие невежи. Я рада, что вырвалась оттуда. А теперь я буду строить свою жизнь здесь. Если понадобится, то я буду вырывать и выгрызать своё место под солнцем. Именно за этим я сюда и приехала. Месяц назад я оставила Лукасу голосовое сообщение, а после выбросила карточку телефона и поменяла номер. Сообщение было такого содержания: «Привет, Лукас. Знаешь, я не буду долго и много говорить. Через час я уезжаю на учёбу в Берлин. Домой я приезжать не буду. Я не хочу, чтобы ты искал меня или спрашивал обо мне у моей матери и брата. Я больше не хочу быть с тобой. Развлеклись и хватит. Конечно с тобой было приятно, но надеюсь ты не воспринял наш роман всерьёз. Извини, что я не персонально, а через сообщение. Просто не хочу никому ненужных выяснений отношений. Надеюсь ты меня понял и у моей семьи не будет никаких проблем. Удачи тебе во всём.» У мамы я про Лукаса не спрашивала, а она сама ни о чём не говорила. Адик как-то заикнулся по телефону, что видел Лукаса на улице, но я сразу оборвала его. После этого и он перестал о нём говорить. И вот спустя месяц, обустроившись в общежитии и найдя подработку официанткой в кафе неподалёку от университета, я сидела в ванной и ждала результата. Теста. На беременность. После нашего забега перед отъездом Лукаса в Баварию месячных так и не было. Последние две недели я всё надеялась, а вот сегодня купила тест. Так, уже можно смотреть. Я глубоко вздохнула и с колотящимся сердцем взглянула на тест. Голова закружилась, а ноги вдруг ослабели. Две полоски. Я беременна.