Hush, it's okay

Папа крепко обнимает меня, покачивая, и я так же крепко сжимаю его в ответ. — Ты так хорошо выглядишь, моя девочка. — Я отдохнула. Хорошо провела время. И у нас с Кристианом всё хорошо, — последнее предложение шепчу отцу на ушко, и он удивленно смотрит на меня. — Я серьёзно. У нас всё серьёзно. — Я буду очень рад, если ты будешь счастлива, Ана. Ох, папочка, ты бы знал… Я замечаю маму Грей краем глаза, а оттого и разрываю наши с папой объятия, поворачиваясь к ней. — Рэймонд, Ана, Каррик приготовил коктейли, пойдёмте на веранду. Я бы вас не беспокоила, но Кристиан хочет что-то сказать. Ана, ты вся сияешь. — Спасибо, миссис Грей. Мы замечательно отдохнули. Следом за Грейс выходим с папой из гостиной шикарного дома Греев, он осторожно сжимает меня за талию, он соскучился и не хочет выпускать меня. Я для него по-прежнему маленькая девочка. Всё так тепло и красиво, в доме у Греев уютно, я чувствую себя тут будто на своём месте… До того момента, как замечаю Элиота. Я не забыла про него. Но просто не думала… Я не думала, что внутри всё перевернется, лишь только я увижу его. Я так благодарна Кристиану, что за наш отпуск он поднял мою самооценку с нуля. Что я действительно понимаю, что это мужчина должен делать первые шаги. Что настоящий и искренне любящий мужчина землю перевернет ради любимой… По крайней мере, точно остановит её свадьбу с нелюбимым. Слова — пустота. Мамочка рассказывала, как однажды папа украл её из дома, и они не делали ничего плохого, просто гуляли и целовались. Они были вместе с пятнадцати лет… И что дедушка потом чуть не убил моего отца, но после этого стал уважать его. Потому что он был готов на всё, лишь бы быть с любимой. — Добрый вечер, мистер Стил. — Мистер Грей, — мой отец кивает моему мужу, к которому относится более чем настороженно, и Кристиан «забирает» меня у отца. Он ревнивец, ещё какой! — Вы замечательно смотритесь вместе. И вы так хорошо выглядите, отдых пошёл вам на пользу. — Спасибо, миссис Грей. — Поразительно, вы так давно вместе, а это наш первый семейный ужин. Ну, мы ещё наверстаем упущенное… — Обязательно, мама. Кристиан мягко целует меня в волосы, крепче обняв, к нам ближе становится Элиот, и мой муж не может скрыть своего напряжения. Он ревнует меня. И он боится Элиота. Элиот лучший друг Кристиана. Они настоящие братья. Но Кристиан больше не знакомил с ним ни одну девушку. Он не простил брата, как бы не делал вид, что «забил». Так и не смог научиться ему снова доверять. Мы говорили об этом, я побоялась признаться Кристиану, но пообещала, что буду осторожна с его братом. Это было очень тяжелое для него решение, но я поняла, что я точно что-то значу для Кристиана, когда он признался мне, что очень боится повторения той ситуации. Что не сомневается во мне, но настаивает, чтобы я всегда была с кем-то, когда Элиот рядом. А лучше — всегда держалась за него, и ассоциировала Элиота с высотой и обрывом. То, чего я так боюсь. Я так не хочу всего этого… Кристиан возненавидит меня, если узнает. — Ана, выпьешь? Или мой братец держит тебя в ежовых руковицах? — Да. Спасибо, Элиот, — принимаю от Грея-старшего бокал с «голубой лагуной», и Кристиан еле заметно хватает меня за руку. Запрещая пить его. Боже, Элиот не будет травить меня на глазах всей семьи! — Тебе нельзя, — Кристиан тихо шепчет мне на ухо, поцеловав, и забирает мой бокал. Показательно кладёт руки на мой живот, и этот жест не остаётся незамеченным. Грейс охает, приложив ладонь ко рту, и не может подобрать слова. — Кристиан, Ана… — я отрицательно мотаю головой, Грей же наоборот кивает, и я решаюсь тихо-тихо поделиться нашим событием с мамой Грей, отводя её в сторону. Мальчикам не нужно знать. — Я пока не была у врача. У меня задержка. У меня и так не всегда стабилен цикл, но Кристиан заранее очень рад. — Ох, Ана! Ложь. У меня пять недель беременности, показал цифровой тест. У меня стабильный цикл. И я боюсь идти к врачу. Потому что я — шлюха. Я буду ненавидеть себя всю жизнь, и если сейчас это даже не зародыш, а просто биомасса, то позже я не смогу от него избавиться. Конечно, этот ребёнок с вероятностью в девяносто процентов — ребёнок Кристиана. Если бы я не переспала тогда с Элиотом... Если бы он хоть попытался услышать меня, я ведь просила его выйти. «Я не могу оторваться от тебя, малышка. Извини». «Прости. Не успел». Лицемер! — У меня есть знакомая… — У нас с Кристианом семейный врач, мы сдавали анализы перед отпуском. — Ох, Ана, Ана, хоть бы всё было хорошо… Кристиан будет очень хорошим отцом. Ты бы знала, как он заботился о своей сестре, Миа до сих пор его любовь… — вы бы знали, как он заботится обо мне, миссис Грей. — Я очень боюсь, миссис Грей, что в этот раз нас ждёт разочарование. — Называй меня просто Грейс, пожалуйста. И я уверена, что всё будет хорошо. Ничего не будет хорошо. Я очень хочу домой. Причём, к себе домой, в дом моего отца, в свою старую комнату. Но пока стою в окружении родственников, делая вид, будто я очень рада общаться с ними, рассказывая о том, что мы делали в отпуске. И мне приятно до слёз, что Кристиан видит перемену моего настроения. — Извините нас, — Кристиан берёт меня за руку и заводит в дом, что очень умиляет Грейс и Каррика. Моего отца любое действие Кристиана напрягает. А на Элиота я просто не смотрю, хоть это и очень сложно… — Что произошло? — Я хочу домой. — Поехали домой. Я попрощаюсь, жди меня в машине… — Нет, Кристиан. Я хочу к себе домой. — Ты бросаешь меня? — Кристиан с вызовом спрашивает меня, под дерзость маскируя испуг. — Кристиан, я не… Нет, я не бросаю тебя. Я просто хочу побыть наедине с собой. — Ты едешь к нему? — Нет! Кристиан, нет! — сжимаю щеки мужа, смотря в испуганные серые глаза, и он настойчиво целует меня. — Кристиан, пожалуйста, не в доме твоих родителей… — Извини, детка. Ты такая милая и сладкая. Мне всё больше и больше нравится, что ты моя жена… Нет. Не говори этого. Пожалуйста. Не надо! — Можно я поеду домой к отцу? Переночую там, позавтракаю с папой и приеду к тебе. Могу даже навестить тебя на работе. Папе нравилось, когда я приезжала к нему… — Хорошо, детка. Я буду ждать тебя. Точно всё хорошо? Нет. Я привязалась к тебе. Душа дрожит перед твоим братом. Я беременна от кого-то из вас. Я не достойна такого хорошего человека как ты, Кристиан Грей. — Всё нормально. До завтра, — Кристиан целует меня в щеку, и я слишком быстро удаляюсь из дома его юности. На улице оба наших телохранителей, они расслаблены, Тейлор даже курит, но увидев меня — прячет сигарету за спину, словно подросток. — Всё в порядке, Джейсон. Я тоже раньше курила. Люк, мистер Грей позволил мне забрать тебя, мы едем домой к моему отцу. — Как скажете, миссис Грей. Люк делает этот якобы незаметный жест Тейлору, что он на связи и отчитается, и меня это так бесит! Я не ребёнок! Я хочу к маме… — Люк, нам нужно купить цветы, после… Нам нужно в Лейк Вью. — Лейк Вью, миссис Грей?.. Вы уверены? — Там моя мама. Сойер мне ничего не отвечает, но указания мои полностью принимает. Не знаю, отчитается ли он перед Тейлором, и что скажет мистер Грей, мне всё равно. Мама была потрясающей. И мы с ней очень похожи, не знаю, характером ли, но внешне — безумно. Папа любил её, до сих пор любит. Я у них желанный, немного поздний ребёнок, и они отдавали мне всю свою любовь. Папа позволял мне всё, но получение прав — табу. «Ана, я не переживу, если с тобой что-то случится». Отец винит себя в смерти мамы. Он подарил ей машину, что-то очень эксклюзивное, красивое и вишнёвого цвета… И у машины отказали тормоза. Банально. Производственный брак. Я покупаю любимые мамой красные розы, она никогда не любила мишуры на букете, поэтому мне их просто обвязывают красной атласной лентой. Люк благоразумно молчит, открывая для меня дверь внедорожника, и он лишь жестом предлагает убрать букет в багажник, но я отказываюсь. Аромат роз напоминает о том, с какой любовью мама относилась к своему розовому саду. Он и сейчас есть, но в нём больше нет души. Мне там дискомфортно. Плацебо. — Вам нужна моя… — Нет, спасибо, Люк. Я хочу побыть наедине. Я недолго. — Я буду ждать вас у выхода, миссис Грей. Я с закрытыми глазами могу дойти до надгробия мамы. Проводила тут слишком много времени, когда её не стало. — Прости, что я так давно не приходила… Ты наверняка знаешь, что я вышла замуж, папа ведь верен себе. И я почти не знала своего мужа. А сейчас мне кажется, что он слишком хорош для меня… И я влюблена в его брата, или была влюблена, я не знаю… Или влюблена в своего мужа, а на его брата реагирую по-привычке. — Мамочка, я беременна. И я не знаю, от кого. Твоя дочь шлюха… Элиот пробудил во мне что-то, я реагирую на него, но… В руках Кристиана я ощущаю себя как дома. Он бережёт меня. Я не думаю, что он любит меня, но я ему явно нравлюсь. Мне с ним очень хорошо. А к Элиоту у меня чувства, но он не сделал ничего, чтобы быть со мной, хоть и говорит, что любит. И я не знаю, что делать. Что делать мне, что делать мне с малышом… Я обещала Кристиану сына, но… Это ребёнок Элиота, скорее всего. Мне так кажется. Я не собираюсь лгать Кристиану. Я знаю, с кем я буду: я не уйду от Кристиана. Нам хорошо вдвоём. Я лишь не знаю, что мне делать с ребёнком… Неужели я… Я так хочу в твои объятия, мам. И всё стало бы намного лучше. Дай мне знак, мам? Я обязательно пойму его… Оставляю букет возле маминого имени, вытираю слёзы очередным платком Люка, и медленно шагаю к выходу. Господи, как же она мне сейчас нужна.

***

Просыпаюсь в жарких объятиях моего мужа, Кристиан приехал вместе с моим отцом, просто чтобы пожелать мне спокойной ночи, и я его уже не смогла выпустить. Я должна всё рассказать ему. Иду в свою ванную, но прежде чем зайти в душ — снимаю серьги, кулон, что подарили мне родители, браслет… Мой браслет? Наверное, на прикроватной тумбе. Снимаю обручальное кольцо, но оно будто мало мне. Будто приклеено к моему пальцу. Вот чёрт. Ладно, потом. Хоть бы не слетело. А там, внутри меня, уже маленькая жизнь. Плод очень хреновой любви его мамаши и говнюка-Грея. — Я люблю тебя, эй, ты там… Замолчи, Ана! Я не люблю его. Один укол, и у меня снова будут месячные. Прости… Я снова плачу в душе. Вернее, если хоть что-то у меня связано с Элиотом — я плачу. Он не принёс мне ничего хорошего. Господи, что за человек! — Эй, доброе утро, детка, — сонный и помятый Кристиан Грей ослепительно улыбается мне, когда я выхожу из ванной, и я не могу сдержать улыбки. — Ты такой милашка. — А ты красавица. — Ты не видел мой браслет? Я его всегда ношу, голубой… — Нет, детка. Потеряла? Нет. Не потеряла. Ещё раз пытаюсь снять кольцо, мои руки в масле для тела, но оно всё равно не идёт. — Потеряла. Но это к счастью, Кристиан Грей. Спасибо, мамочка. — Иди сюда, детка. Хочу заняться сексом со своей женой, в доме её отца. Используйте мой утренний стояк по-максимуму, миссис Грей. — Нахал! — мне и смешно, и дую губы от возмущения, но подхожу к кровати и забираюсь на неё, перекинув ногу через Кристиана. Устраиваюсь у него на коленях, слегка играю с ним... — Вот так, девочка. Теперь садись на него и немного пошевелись. В дверь раздается громкий стук, отец никогда не входит в мою комнату, если дверь закрыта, и я прыскаю со смеха. — Ана, солнышко, завтрак на столе! — Мы идём, пап! Спасибо! — Вот чёрт… Рэй Стил действительно не может позволить, чтобы его дочь трахали в его доме. — Вставай. Весь. Папа не любит, когда я опаздываю к завтраку. И ты тоже. — Прости, приятель. Против папочки мы с тобой бессильны. Зато сейчас я разведу его на семейный фотоальбом, посмотрим, на кого будет похож наш «бриллиантовый малыш». Наш малыш — на нас с тобой, Кристиан. А этого малыша не будет уже послезавтра. Я «потеряла» браслет, я должна потерять и его.