Hello, my friend. Goodbye, my freedom. 44

Torpedushka_brave автор
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Описание:
Загнанные в угол обстоятельствами, трудные подростки, которые любят хорошую музыку. Но есть шанс получить путевку в жизнь. И команды,группы талантливых и харизматичных ребят рискнут всем, чтобы выиграть главный приз - турне по всем штатам Америки!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Работа написана по заявке:

Часть 4

29 июня 2018, 00:28

если бы не ты, я бы, возможно, так и не узнала что существуют настолько сильные чувства, и одновременно настолько тяжелые. знаешь, будто внутри всё разрывает, словно атомной бомбой.

- Иккинг, - голос на другом конце телефона дрожал. - Можешь выйти и пройтись со мной? - Через сколько? - Сейчас. Вот и все. Ему можно было позвонить в любой момент, хоть днем, хоть ночью. Он выйдет. Иккинг схватил куртку, открыл окно своей спальни и выскочил на улицу. На часах замерло время. 3.52 а.m. Вот она стоит и вся дрожит. Парень понял, что Мерида выскочила из дома даже не переодевшись - в пижамных клетчатых штанах и широкой мужской футболке, в дрожащей руке девушка сжимала телефон. Она стояла посреди парка на тропинке, мягкий свет фонаря освещал только ее бледное лицо: красные от слез глаза, искусанные губы и россыпь веснушек на щеках. Мерида попыталась изобразить что-то наподобие улыбки, сделала шаг навстречу Иккингу, но, пошатнувшись, вся задрожала и медленно осела на щебень дорожки. Волосы, наскоро собранные в хвост, выбились из резинки и растеклись подобно лаве по угловатым плечам девушки. - Мерида! - он бросился к ней, сел рядом и обнял. Слов не надо. Она их ненавидит. - Он ушел, - только и смогла выдавить из себя Мерида. Щебень больно впивался в колени, внутри все сжалось. - Тихо, тихо... Все будет хорошо, - Иккинг снял с себя куртку и накинул на плечи подруги. Он чувствовал, как дрожь пробегает по ее телу.- Пошли, тебе нужно согреться. Девушка послушно встала, отстраненно наблюдая за хлопотами друга, который обеспокоено поправлял куртку, чтобы Мерида не замерзла. Он отвел ее в ближайший Mc'Donald's, купил два стаканчика горячего кофе и усадил девушку поближе к батарее. - Хорошо, что есть забегаловки, которые круглосуточно работают, да? - Иккинг постарался улыбнуться, но, заметив потерянный вид девушки, почувствовал себя неловко. - Ты даже не притронулась к кофе... Может, ты голодна? Мерида молчала, грея руки об горячий стакан, округлив глаза. Даже не моргала. Тупо уставилась на стол. Иккинг чувствовал себя совсем не в своей тарелке, не зная, что следует говорить в таких ситуациях. Он знал, как девушка до последнего верила, что отец образумится, что это всего лишь временное увлечение, что он останется в семье. Иккинг понимал, какой это удар для подруги. Она заерзала на месте, медленно приходя в себя, подняла глаза на Иккинга. Моргнула раз, другой. По-кошачьи чихнула. - Что-то я совсем расслабилась, - девушка откинулась на спинку мягкого дивана и, закрыв глаза, отхлебнула кофе. Иккинг облегченно выдохнул. - Ты не хочешь рассказать, что случилось? Девушка зыркнула на него голубыми глазами, приподняв одну бровь. От этого взгляда у Иккинга сложилось ощущение, что его хорошенько полоснули хлыстом, но, когда Мерида кротко кивнула, это неловкое чувство прошло. - Он просто зашел домой, а я как раз вышла из ванной и стояла в одном полотенце, когда он прошел к себе в кабинет. Даже не поздоровался. Вышел уже со своим портфелем и, проходя мимо, погладил по щеке и поцеловал в лоб. - Погоди секунду, - парень встал, быстро сделал заказ и вернулся с карамельным мороженым. - Это чтобы не грустить. Мерида кивнула, отставила стакан с кофе и взяла мороженое. - Так вот. Он чмокнул меня, хотя делал так, только когда я была маленькой, - девушка, подумав, отставила мороженое. - Я сразу поняла, что что-то не так. А потом он спустился на кухню, положил маме деньги на стол, пробормотал парочку банальных фразочек и ушел, тихо закрыв двери, словно вор. А я ничего не понимала, пока не услышала тихий всхлип на кухне. Он просто положил деньги на стол и ушел. Мне плевать, он мне не нужен, но мама... Она его любит. Девушка тихо выдохнула, прикрыв глаза. - Мерида, рано еще о чем-то судить... - Ты не понимаешь! Он бросил ее! Бросил! Бросил! - Успокойся. На тебя смотрит кассир, - парень взял ее за руку и почувствовал, насколько она холодная. Мерида закусила нижнюю губу, капелька крови показалась на коже. - Ты прав.

***

Come down to the Black Sea swimming with me Пошли со мной плавать в Чёрном море! Go down with me, fall with me, let's make worth it Пошли со мной, влюбись в меня - оно того стоит. A thousand nights have passed Тысяча ночей пролетели, Change doesn't happen overnight Перемены не происходят мгновенно. Not visible at first Поначалу они незаметны, It's important to hold on Очень важно набраться выдержки. Inject your vice to me Наполни меня своим пороком, Incinerate our shackles Испепели наши оковы. Natasha Blume "Black Sea"

Вы когда-нибудь слышали, как трещит, разрываясь, ткань? Слышали, как этот звук разрывает тишину, наполненную лишь томным и сбивчивым дыханием двух людей, разгоряченных близостью губ, открытых для поцелуя?

Анна запомнит этот звук на всю жизнь.

- Ханс, пожалуйста, - дрожащий шепот девушки. Снова тишина. Звуки поцелуя, трепетное дыхание Анны, которая слышала, как сердце стучит в закрытой клетке. Ханс не спрашивал - он брал. Брал нагло то, что принадлежало ему по праву. Анна тихо вскрикнула, от неожиданной боли вцепившись ноготками в спину парня, но он быстро зажал ей рот рукой. - Ну что ты, мышка? - мурашки прокатились по спине парня, он чувствовал себя победителем, выигравшим очередной трофей. Ему нравилось чувствовать свою силу и превосходство над хрупкой девушкой, ощущать тепло, исходящее от нового тела, ее запах. Хлопнула входная дверь на первом этаже, послышался стук каблуков. - Анна, ты дома? - донеслось с лестницы. - Черт, - Ханс быстро натянул штаны, застегнул ширинку и надел футболку. Анна, растерявшись, прикрылась одеялом, но, заметив холодный взгляд любимого, рванулась к лежащим на полу шортам и майке. Шаги на лестнице приближались. Эльза вернулась раньше срока, на что Ханс вовсе не рассчитывал. Девушка должна была прийти к десяти, но сейчас было только шесть. Анна мысленно благодарила высшие силы за то, что у них в доме такая огромная лестница, именно поэтому девушка успела аккуратно прикрыть мятую кровать покрывалом. - Анна! - Эльза открыла дверь в комнату и остановилась, внимательно осматривая молодых людей, которые стояли в разных концах комнаты. - Почему ты не отвечала? Блондинка перевела взгляд на младшую сестру. - Мы с Хансом разговаривали, поэтому я не услышала, - Анна виновато улыбнулась, стараясь не обращать внимания на неприятное чувство внизу живота. - Странно, я не слышала, - Эльза, напоследок внимательно посмотрев на Ханса, позвала всех на ужин. - Думаю, мне пора, - парень, попрощавшись с сестрами, вышел из дома, и стоило только хлопнуть входным дверям, как Анна почувствовала напряжение со стороны Эльзы. - Анна... - Я в душ, что-то жарко сегодня! - Анна быстрым шагом направилась в ванную, спиной чувствуя пристальный взгляд сестры. - Анна, на улице семь градусов тепла, - пробормотала себе под нос девушка, поднимаясь по лестнице в комнату сестры. Эльза вовсе не была глупышкой, она заметила свежую царапину на ключице Ханса, то, какое сбивчивое дыхание было у двоих, словно после пробежки или... Сбросив покрывало на пол, девушка раздраженно вздохнула. Значит, все-таки было "или". - Ну, дамочка, стоит тебе выйти из душа, я тебе так мозги промою, - Эльза, сняв каблуки, выдохнула и, стараясь не кипятиться, спустилась на кухню и налила себе немного вина. Взглянув на семейный снимок, девушка пожала плечами. - Мама, папа, простите, но в жизни без алкоголя никак, - с этими словами знойная девица осушила бокал.

***

4.10 а.m. - I hate everything about you, - Фрост не пел, просто шевелил губами, бестолково повторяя заученные строчки. На повторе, снова и снова, не вдумываясь в их смысл, значение, посыл. На механизме, бездушно и спокойно. Плечо ныло из-за удара пьяного отца, который вернулся домой в три часа ночи и увидел Джека спящим за уроками. Если бы редкий в столь ранний час прохожий пригляделся к сутулому подростку, то заметил бы слегка опухшие и покрасневшие от слез нос и глаза. Фрост не высыпался, почти не ел и не мог больше это терпеть. Он дождался, пока отец уснет, и просто ушел. Хотя бы до обеда. Всем телом Джек навалился на стеклянную дверь кафешки "У Бена", которая работала круглосуточно и тяжело ввалился внутрь, не поднимая глаз от пола. В горле пересохло, глаза слипались. Здесь его никогда не выгоняли, лишь с сочувствием смотрели и иногда наливали из жалости кофе. Тихо вздрогнул ветряной колокольчик, висевший над дверью, и парень устало упал на дерматиновый диванчик. Фрост в отчаянии запрокинул голову назад и прикрыл глаза. Легкое колебание воздуха заставило его приоткрыть один глаз. "Какого черта?"- успел подумать Джек, прежде чем весь встрепенулся. Две пары заплаканных и красных глаз изумленно вытаращились друг на друга. Нет, не так, как во всех этих американских смазливых фильмах, совсем иначе. Он видел помятую, мало чем привлекательную заплаканную рыжую девушку со следами соплей и слез на лице, она видела парня со следами от уколов на венах, со впалыми глазницами и безжизненным взглядом, с торчащим кадыком и в нестиранной толстовке. Совсем не так, как в сладких подростковых фильмах. Два отчаянья, две молчаливых истерики, два одиночества. Маленькие люди, прекратившие войну, увидев шрамы друг друга. Первой от оцепенения очнулась она, схватив за руку Иккинга и потащившая того в сторону выхода. Брякнул дверной колокольчик, и они вышли из кафе, Джек остался в полной растерянности. В животе заурчало, и Фрост увидел оставшуюся на столе еду ребят. Он понимал, что доедать за кем-то - просто унизительно и мерзко, но есть хотелось, и хотелось сильно. Только он собрался встать, переборов отвращение, как вновь открылась дверь, мимо, тяжело дыша, прошла Мерида, не глядя на гитариста, и взяла в руки два стакана кофе и мороженое. Внутри Джека все упало от осознания, что он опять остался без еды, но девушка подошла к нему и, тепло улыбнувшись, поставила все это богатство перед ним. - Ты... Ты чего? - Фрост изумленно переводил взгляд с еды на девушку. - Ешь, - она оставила еду и отошла к кассе. В кафе зашел Иккинг, пожал руку Джеку и сел напротив. - Отец? - лишь спросил он. Гитарист молча кивнул, набросившись на карамельное мороженое. Не то чтобы еда, но все же... Иккинг больше ничего не спрашивал. Через несколько минут вернулась девушка с полным подносом еды, отчего у Фроста глаза полезли на лоб. - Н-н-н-е надо, - заикаясь, выдавил из себя он, стараясь не захлебнуться слюной. Три бургера с ароматными котлетами, яичница с беконом, морковный пирог и тыквенный сок - от всего этого исходил невероятный аромат, от которого шла кругом голова. Мерида снова поставила поднос перед ним, тихо сказав: "Ешь". Затем протянула один бургер Иккингу, второй взяла себе, а яичницу, сок и пирог придвинула вплотную к Фросту. Джек, не выдержав соблазна, взял в руки бутерброд и аккуратно откусил небольшой кусок, не веря своему счастью. И вдруг у него громко щелкнула выбитая челюсть. Джек замер. Он понимал, что сейчас Мерида и Иккинг посмотрят на него, как на ненормального, отбитого идиота. Челюсть хрустела у него уже месяц после смачного удара отца, но никто об этом не знал. По спине пробежал холод, паника сдавила горло, парень не мог проглотить кусок. И тут Иккинг, молча отложив бургер на поднос, закатил рукав свитера, а Мерида полезла в рюкзак. Все это происходило в полной тишине. Джек с изумлением смотрел на огромный отек на плече Иккинга, на синяки и ссадины, покрывавшие почти все тело парня. Мерида, поймав озадаченный взгляд блондина, снова тепло улыбнулась, встав и пересев к Фросту, у которого все внутри сжалось. Он не понимал, что происходит, почему его враг, девушка, которую он чуть не придушил, сейчас аккуратно расстегивает ему кофту, теплыми пальцами поднимает майку, отчего дыхание перехватило, словно воздуха вовсе не было. От прикосновения ее горячих пальцев Джек вздрогнул. - Верь мне, - она посмотрела своими уставшими глазами на него, такого же уставшего и забитого. И он верил, черт возьми, верил этой рыжей девчонке. Он верил и Иккингу, который достал бинт из кармана толстовки и пачку успокоительного. Мерида смазала мазью побои, обмотала бинтом ссадины. - У вас тут что? Штаб помощи? - Джек все никак не мог прийти в себя. - Почти, - Иккинг устало выдохнул, улыбка медленно сползла с его лица. - Видишь, сегодня ты увидел нас немного не в том виде, в котором мы привыкли показываться на людях. Мерида молчала, внимательно наблюдая за Фростом. Она сверлила взглядом рукав толстовки, словно кошка, заметившая добычу. - Прекрати, - резко сказала она, глядя белобрысому прямо в глаза. Парни молча уставились на нее. - Ты... Ты о чем? - Джек, и так сбитый с толку, совершенно растерялся. Девушка наклонилась нему, взяла за руку и закатила рукав до локтя. - Я об этом, Джек, - тихо сказала девушка, открыв следы от шприца. - Наркота - не выход. Всем нам бывает паршиво, и даже чаще, чем ты бы мог подумать. - Нам ты можешь рассказать, - Иккинг придвинул другу тарелку с пирогом. - А у меня теперь еще и полупустой дом, - осипшим голосом прошептала девушка, пустым взглядом уставившись на стакан. Они молчали до самого рассвета. Взъерошенные и лохматые, словно птенцы, которых во время шторма выбросило из гнезда. Слова теперь были излишними. Каждый из них чувствовал безграничное отчаянье другого, но и каждый осознавал свое безвыходное положение. После появления первых посетителей, они молча разошлись по домам. Не попрощавшись. Они знали, что слова теперь были излишними.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.