Кофе и звезды

      К вечеру снова зарядил дождь. На Астрономической башне стало прохладнее, сквозь раздвижной потолок деревянный пол устилался первыми желтыми листьями. Ива в одно мгновение сбросила с себя всю листву, шумно шевельнувшись и застыв, словно погрузившись с волшебный сон. Осенняя стужа подкрадывалась к замку, проникая внутрь, гуляя по длинным множествам темных коридоров, сплетающихся в замысловатую паутину. Они убегали вверх, спускались к центру земли, поворачивались и кружились. Хогвартс укутался в осенний плед, запах корицей, тыквами, свечами и какао. Джессика зашла в медицинский кабинет. Резкий запах трав, настоек и бальзамов стоял в помещение. Большие витражные окна тянулись вдоль стен, изображая бравых рыцарей, спасающих принцесс, магический существ, а по левую сторону тянулись витражи с временами года. Купер задержала взгляд на осени. Большое кленовое огненного цвета дерево, ветви которого тянуться в разные стороны, сквозь них проникают капли дождя, а на земле лежит пышный лиственный ковер, в котором поблескивают вырезанные тыквы, конфеты и метла. Седрик сидел на застеленной белой простыней кровати, которая имело жуткое скрипучее свойство и отличалось тем, что была хуже досок. Он смотрел за ее плавными движениями, мягким, теплым взглядом, который не просто изучал этот мир магии и волшебства, постигал, падал и поднимался, он восхищался мелочами, любовался и выражал безусловную любовь. Седрик смотрел, как Джессика, убирая руки в задние карманы джинс, стоит перед витражами, как она подходит к нему, как радостные огоньки меняются на беспокойство и она садится рядом, — ты весь в ссадинах и царапинах, — взяв его за руку, произносит она. — Шрамы украшают мужчину, — гордо отвечает Диггори, чуть сжимая ее руку в своей, — или в таком виде я тебе не нравлюсь? — Ты нравишься мне в любом виде, — честно, искренне сказала Джессика, поднявшись, она подошла к тумбочке, на которой расположились флакончики и колбочки. — Мадам Помфри творит чудеса, так что эти ужасно пахнущие тюбики не такие плохие, как могут показаться. — Хмыкает пуффендуец. Тень улыбки окрасила лицо Купер, но затем она снова стала серьезной, — я так волновалась, ты меня в могилу сведешь, Седрик. — Ничего подобного, представь себе, какие истории мы будем рассказывать нашим внукам, — он улыбнулся во весь рот, обняв гриффиндорку со спины. — И как только тебя занесло в пуффендуй, ты прирожденный гриффиндорец, — девушка оставила легкий поцелуй на щеке парня, положив руки ему на плечи. — Кхм, — кто-то громко кашлянул. Пара тут же обернулась, оторвавшись друг от друга. В дверях стоял Виктор с перебинтованной рукой, — мне жаль, но это лазарет, а не полигон для поцелуев, — грубо сказал он, плюхнувшись на свободную кровать, он закрыл глаза, пытаясь уснуть. — Мне повезло больше, чем этому суровому парню. — Он именно поэтому такой суровый, — хохотнула Джесс. По коридору послышались шаги мадам Помфри. — Сегодня в девять вечера у портрета, — быстро шепнул Седрик, быстро поцеловав девушку в висок. Джессика кивнула и вышла из больничного крыла, вдохновленно смотря на большие и старые, как мир, часы. Они показывали не только время, но и зодиакальный и лунный круги. Золотая стрела указывала на римскую цифру семь. Купер поспешила в комнату, чтобы успеть собраться до девяти и сделать оставшееся домашнее задание. Ведь завтра их ждут уроки, а участников перезагрузка и время для отгадки подсказки. На Хогвартс опускался зябкий вечер. За окном потемнел лес вдалеке, небо нависало синими тучами. Воздух был свежим и прохладным, он приятно наполнял легкие, словно распускаясь мятой внутри. Через открытое окно в комнату проникал холодный ветер, который так любила Джессика. Она сложила учебники в сумку, накинула серый свитер с воротником под горло, черные джинсы и белые кеды. На часах было ровно девять, когда, оставив записку для Эрике на столе, она спустилась в гостиную. Фред и Джордж сидели на красном диване, о чем-то рьяно спорили и делали пометки на пергаментах. — О, Джессика, — воскликнул Фред, улыбнувшись ей, — помоги нам, двум оболтусам, разреши спор. — Ну, как таким оболтусам не помочь, — Джесс покосилась на часы, — только быстро, — она тут же села между близнецами. — Моделируем ситуацию. — Начал Джордж. — Ты встречаешься с Диггори, — подхватил Фред. Ничего себе смоделировали, подумала Купер. — То, что он участник Турнира и действующий лидер добавляет ему в имидж крутости? — Спросил Фред. — И брутальности, — закончил Джордж. — Нет, ребята. В его образе достаточно других качеств, как и в ваших, — она улыбнулась, поднимаясь, — кстати, те конфетки, которыми вы вчера любезно угостили Драко, просто потрясающие. — Спасибо, — в унисон ответили они. Джессика вышла из гостиной. Облокотившись на перила, стоял Седрик. В бежевом свитере, темных джинсах и с рюкзаком. — Мы в поход? — Озорно спросила Купер, подходя к юноше. Он улыбнулся, поцеловав ее, — добрый вечер, принцесса. — Взяв Джесс за руку, они спустились вниз, как можно тише. — Меня еще не ловили в коридоре в час отбоя, — поделилась Джессика, смотря на пустые коридоры. По стенам тянулись горящие факелы, но, чем дальше они шли, тем реже становились языки пламени, отбрасывающие их тени на каменный пол. — Значит, нас вдвоем поймают впервые, — увидев взгляд девушки, пуффендуец засмеялся, — все будет в порядке. — А куда мы идем? — Это секрет, — таинственным шепотом произнес Диггори, нежно посмотрев на Джессику. -Кажется, ты собираешь отвести меня в лес в черном мешке, — с поддельным испугом выдала та. Седрик от души расхохотался, явно не ожидая такого ответа, — никак нет, — он изобразил голос пирата, — я собираюсь забрать тебя на необитаемый остров и навсегда запереть в башне. — Тогда придет какой-нибудь принц и спасет меня, — весело ответила девушка, беззаботно качнув головой. — Что? Лопни моя селезенка, я сам спасу тебя. — Верю, — Джессика остановилась, притянув парня к себе, увлекая в поцелуй. Раздались шаги и сиплый голос Филча, который разговаривая с котом, проходил по замку, в надежде отловить таких нарушителей, как Диггори и Купер. — Бежим! — Скомандовал волшебник, пустившись вперед. — А, нарушители! — Гаркнул Филч, пытаясь догнать убегающих учеников, которые помимо того, что хорошо бегают, так еще и не спят в такой час, — поймаю и мыть вам котлы, — кричал он, останавливаясь, чтобы перевести дыхание. — Туда, — каждый раз Седрик направлял девушку, пока они не добежали до тупика. Тяжелая дубовая дверь преградила им путь. — Закрыто, — констатировала Джессика, дернув ручку, — все-таки мыть нам котлы, — обреченно выдохнула она. — О, не сегодня, — Седрик поднес палочку к замку, использовав заклинание, помогающее отпирать замки, — после вас, — радостно пригласил он, сделав жест рукой. Джессика кивнула в реверансе, скрывшись в темноте комнаты. — М, как здесь вкусно пахнет, — протянула она, но тут, сделав шаг назад, девушка задела головой свисающую с верха кастрюлю, которая с грохотом упала вниз, — О, Мерлин, — девушка потерла ушибленное место, и виновато смотрело на посуду. — Ты в порядке? — Седрик тут же подошел к ней, — наделали шуму, — чуть дернул уголком губ он. — Все просто замечательно, — Купер обняла парня, — спасибо тебе. — Нет, я должен благодарить тебя. — Седрик поцеловал девушку в ушибленную макушку, — но это не конец. — Так, — подняв на него глаза, девушка выжидающе смотрела на мага. — Люмос, — произнес пуффендуец, взмахнув палочкой. — Все, что найдешь — хватай и кидай в рюкзак, — посоветовал Диггори, осветив помещение, в котором они оказались. Кухня Хогвартса или лучшее место на земле. С потолка свисали сковородки, кастрюли, на стенах висели половники, а в длинных и старых шкафах хранилась посуда и столовые приборы. Дальше тянулись столы со сладостями, выпечкой, хлебом. После чаны с кашей, хлопьями, беконом. Девушка тут же подошла к шоколаду, вдыхая сладкий запах. Она улыбалась, словно светилась от счастья. Первая погоня от Филча, ночное ограбление кухни, первая любовь и самые нужные глаза, смотрящие на нее с такой заботой и лаской, что в жизни не надо больше ничего, лишь бы сердце быстро сжималось от его прикосновений и взглядов. Набрав сладостей, булочек с яблочным джемом и тыквой, мармеладок и взяв какао в термосах, они вышли. — А теперь нам в другое крыло, — обрадовал новостью Седрик. — Уже без разницы мыть кабинеты с котлами или нет, — призналась волшебница. Они быстро перешли в другое крыло, поднялись по лестницам, мимо недовольных и спящих картин. — Астрономическая башня, — с восторгом сказала Джессика, поднимаясь под самый купол. — Я знал, что тебе понравится. — Седрик опустил рюкзак на пол, доставая плед и сладости. Девушка восхищенно, как заколдованная, смотрела на звездное небо. Звезды горели, как рассыпанные алмазы, как кристальная роса на зеленой и свежей траве, как крылья феникса и драгоценности из царской сокровищницы. Они мерцали, переливались, шептались, верша людские судьбы и улыбались двум влюбленным. Сильные руки юноши опустили на талию сзади, теплое и ровное дыхание чувствовалось в поднимание его грудной клетки. Он смотрел на созвездия, будучи точно уверен, что родился под счастливой звездой. Джессика повернулась к нему, — я видела много чудес, но никакое из них не сравниться с этим вечером, — сбивчивым шепотом сказала она. — Я принесу все чудеса этого света тебе, -серьезно, трепетно ответил Диггори, накрывая губы гриффиндорке своими, крепко обнимая ее. Всю ночь они просидели в башне, кутаясь в плед и руки друг друга. Они потчевали друг друга сладостями, смеялись, мечтали, открывая самые потаенные уголки душ. С первыми лучами солнца, после того, как небо, словно испачканная акварелью картина, капало дождем с лилового неба, Джессика почувствовала, как сон давит на веки. Уткнувшись в грудь любимого, она задремала, чувствуя, как он гладит ее по волосам и щеке.