О чувственном

Ты вдыхаешь на полную грудь. Запах такой, словно только что здесь закончили делать ремонт. Оно и понятно: улей только-только достроили. Из комнат все еще выносили свои причудливые инструменты проспитианцы. Каждый выходящий из улья человечек обязательно таращился на вас, поворачивая свою крохотную шею едва ли не на сто восемьдесят градусов. Каркат рассеянно следил за всей этой процессией, вцепившись пальцами в рукав твоей кофты. — Выглядишь потерянно, — взлохматил ты ему волосы. — Я охуеваю, — он с каким-то благоговением погладил стену рядом с собой. — Черт, это же никаких больше четырехглазых по соседству! Вещей у вас толком нет, поэтому сбросив рюкзаки в углу коридора, вы пошли рассматривать улей. Ваш улей. Только для вас двоих. Это звучит как-то слишком утопично и сладко. Вы ждали этого гребаную вечность, и теперь оно случилось. В каких-то сотнях метров от вас живет Джейд вместе с Мэром, Гордой Побирушкой и еще парочкой дерситов, с которыми она успела подружиться. Ты рад, что она не будет жить одна. Остальные тоже разбились на кучки и разъехались по своим новым домам-ульям. — Так ты все-таки гей, — сложил руки на груди Джон, застав однажды вас во время поцелуя. — Чего было отрицать? Ты хлопнул себя по лбу. — Я, бля, для кого распинался? Похоже, мои слова были сраным горохом о стенку, — ты покачал головой, приобняв Карката. — Да, мы встречаемся, если ты об этом. — Я так и знал! — Эгберт, ты ебаный тормоз! — рявкнул Каркат, скинув твою руку. — И вообще. В этом сраном доме найдется хоть один блядский тихий уголок? Такого не нашлось. Везде вас находили либо ваши друзья, либо шахматные чуваки. От пристальных взглядов последних хотелось провалиться сквозь землю, хоть они и не отпускали пошлые шуточки, которые так смущают Карката. Но теперь все наконец так, как вам и хотелось. Тишина и уединение. Никаких лишних глаз и комментариев. Идиллия. — Трисса жадно впилась в губы своего мейтсприта, зарывшись пальцами в его великолепную шевелюру. Она страстно… — Бля, почему у меня такое впечатление, что по мне равномерно размазывают сопли, — ты вырываешь книгу из рук Карката. — Отдай, мудила! Самое интересное же началось! Ты качаешь головой, отбросив книгу на тумбочку, и утыкаешься носом в его шею. Конечно же, вы спите вместе. Кошмары все еще преследуют Карката, но он уже почти не кричит по ночам. Вы думали, что без воставанн у троллей будет запара со сном, но со временем они привыкли спать без успокаивающей слизи. — Сегодня вечер моих книг, так что верни мне мое прекрасное чтиво, хуесос! — Каркат ощутимо пихает тебя локтем под ребра. — Это кто еще тут сосет, — бормочешь ты, лениво потянувшись за книгой. — Дочитываешь главу и на боковую. На сегодня меня заебала эта тролльская санта-барбара. Ты кладешь голову на его колени и утыкаешься носом ему в живот. Каркат невероятно приятно пахнет. Его запах ассоциируется у тебя с чем-то родным и успокаивающим. А еще с метеором, события на котором, казалось, были лет сто назад. Рука Карката плавно зарылась в твои волосы и начала гладить тебя. Его голос убаюкивал, хоть и само чтиво полный отстой. Ты готов перетерпеть несколько глав колебаний квадрантов, лишь бы тебя вот так вот гладили. К тому же уже на следующий день тебя ожидает «Бойцовский клуб». Как компромисс ты предложил чередовать романы Карката с твоими книгами, так что все остались довольны. Конечно же, не обходится без ссор. Вы часто спорите, но иногда невинные споры ради веселья перерастают в небольшие конфликты, во время которых Каркат истерит и на целый день потом сваливает к Джейд. Ты же липнешь к Джону и достаешь его, пока Каркат не прекратит дуться и не вернется. — Почему ты первый не пойдешь мириться? — спрашивает Джон как-то. — Серьезно, Страйдер, ускорь это дело и не насилуй мои мозги. Уже вторые, блин, сутки пошли! Ты жуешь губу и смотришь на дом Джейд вдалеке. Наверное, им сейчас весело. Ты не хочешь об этом думать, потому что тогда появляется это долбоблядское чувство. — Причины ваших ссор такие глупые, — бурчит Джон. — Но еще глупее твоя ревность. Твою мать, Дейв, ты смешон! — Умолкни. Ты зажимаешь телефон плечом и пытаешься открутить крышку на бутылке яблочного сока. — Тащи свою ревнивую задницу к Джейд и извиняйся перед своим парнем. Сейчас же. — Но я не… — Да насрать, кто виноват. Просто извинись и сделай что-то романтичное. Каркат же любит такое и однозначно сразу же простит тебя. Ты прячешь бутылку обратно в холодильник, так и не попив сока, и раздраженно хлопаешь дверкой. Спать в одиночестве тебе ужасно не нравилось. Ты готов вытерпеть хоть целую книгу о сопливых отношениях за один вечер, лишь бы Каркат лежал рядом и гладил тебя. — А что, если нет? Джон воет и прерывает связь. Ты решаешь пока что не трогать его. Писать Роуз совершенно не хочется, как и кому-либо еще. Да и вряд ли ты услышишь что-то новое. Тебе невероятно тоскливо. Чтобы хоть как-то отвлечься, ты врубаешь дерьмовый фильм и пытаешься вникнуть в него. У тебя почти получилось, как вдруг в дверь постучались. Когда ты дошел до двери, в нее уже яростно долбили. На пороге стояла раздраженная Джейд, а за ее спиной подавленный Каркат. — Вы уже достали! — она толкает тебя и заходит внутрь. — Все порой ссорятся, это неизбежно. Но надо же уметь и мириться! Почему я и Джон должны делать это за вас? Ты не знаешь, что сказать. Каркат тоже молчит и выглядит так, словно его собираются казнить. — Полтора дня нытья и ворчания — это же с ума сойти! — Джейд взмахнула руками, едва не заехав локтем Каркату по носу. — Один ревет и ноет сутками, а другой выносит мозг своему лучшему другу, не давая ему даже в туалет спокойно сходить. Тебе вдруг стало невероятно стыдно за себя. Ты действительно мог бы прийти и извиниться, с тебя бы не убавилось. Почему тебе так сложно было хоть раз прислушаться к совету Джона? — Вы такие придурки, честное слово, — вздыхает Джейд и устало улыбается. — Мы с Джоном вас любим, но иногда так хочется вам врезать. Она выталкивает Карката вперед и хлопает по плечу. — Миритесь, дорогие. А я пойду. Он смотрит в пол, а ты замечаешь, что его ресницы слиплись от слез. Каркат теребит край свитера, и его уши периодически подрагивают. У тебя щемит в груди. — Хей, Карклз? — твой язык едва шевелится, тебе приходится говорить через силу. — Прости? Каркат шмыгает носом и смотрит на тебя заплаканными глазами. У тебя внутри все сжимается, и ты сгребаешь его в объятия, целуешь в макушку и крепко сжимаешь. Каркат цепляется в тебя стальной хваткой и начинает сбивчиво бормотать извинения. Ты подхватываешь его, сажаешь на тумбочку и жадно целуешь. А еще обещаешь себе во время следующей ссоры не давать Каркату сбежать.