О чувственном

Рокси вбегает по лестнице вверх и стреляет из хлопушки. Вас укрывает тонким слоем цветных бумажных кружочков. — Спасибо вам огромное, ребята! — раскрасневшийся от радости Джон обнял сидящих рядом Роуз и Джейн. — Это лучший мой День рождения! — он обвел всех находящихся в комнате счастливым взглядом и откинулся на диванные подушки. Вы уже год в новой Вселенной, и прошло четыре с тех пор, как вы вошли в игру. Тебе кажется ироничным то, что День рождения Джона стал началом всего. Ты думал, что до самой смерти будешь вынужден жить посреди моря плюшевых задниц и регулярно позорно проигрывать Бро. Но всего каких-то пару лет — и ты в совершенно другом мире, живешь в своем доме и со своим парнем-инопланетянином. Это действительно иронично. — Давайте уже торт! — запустив пустую хлопушку в голову Джейка, Рокси спустилась с лестницы и заключила в объятия Каллиопу. Канайя вместе с Роуз внесли огромный трехъярусный торт. Гора бисквита под кремовыми розочками и миниатюрными сахарными головами Николаса Кейджа. Несмотря на последний пункт, ты облизываешься, предвкушая поедание сия великолепия. Каркат строит очаровательные рожицы, но твою решимость не сломать подобным приемом, хоть он и довольно действенный обычно. — Нет, даже не думай, что я тебе позволю, — качаешь головой ты. — Это ущемление блядских прав! Терези, его надо засудить! — восклицает Каркат. Терези хихикает и бросает в него кубик льда из своего тролльского пойла. Конечно же, красного. Каркат обиженно хмурится. — Чел, ты полгода назад был бухой в хлам от парочки ирисок. Тебя не угомонить было. А вспомни, как следующих три дня тебя тошнило от любой еды, — ты ласково чешешь его за ухом и протягиваешь блюдце Джону, который стоит на раздаче торта. — Что поделать, если для троллей сахар — это как для людей этиловый спирт. Зато ты можешь с Роуз и Рокси спокойно хлестать текилу, она для тебя как сок. Каркат что-то бурчит себе под нос и отворачивается. Вопреки плохому воздействию на организм ему очень понравился вкус сахара. На Терези и Канайю сладости не так сильно оказывают влияние, как на него. Наверное, все опять же из-за мутации. Вместо торта Каркату дали желе из морковного сока. Штука прикольная, но, конечно, с бисквитом под сливками не сравнится. — Не хочу я их дурацкое пойло, — фыркает Каркат, уныло протыкая желе вилкой. — Лучше прикончу эту морковную херь, которой на кухне еще целая тарелка. Явно же кроме меня это никто жрать не собирается. Ты смотришь на кусок торта на своем блюдце, а потом на Карката. Он расковырял кусочек желе и теперь пытается слизать мелкие остатки. — Хей, Джейд, я думаю, ты не откажешься от еще одного кусочка торта. Каркат растерянно проследил за тем, как ты отдаешь кусочек желанной сладости донельзя довольной Джейд и втыкаешь свою ложку в желе. — Предлагаю прикончить эту херь вместе. Каркат потупил взгляд и попытался подавить улыбку, закусывая щеки изнутри. — Дейв, блять, осторожней, не раздави бедного вигглера! — вопит Каркат. Их маленькие тельца гладкие и липковатые наощупь, а если их долго держать, то руки покрываются теплой слизью. — Чел, да я сама осторожность, — ты аккуратно провел по спинке личинки ладонью. Твоя рука теперь липкая. — Она похожа на Терези. Ну, рогами. Хотя цвет оболочки синеватый. — Потому что этот вигглер был создан из эктовеществ Терези и Вриски, — объяснила Роуз, забирая у тебя личинку. — Мы вообще химичим детей людей и троллей из веществ тех, кого имеем в базе. Это, — она бережно положила личинку на пол к другим и подобрала девочку с черными волосами и розовыми глазами, — теоретически ребенок Джона и Рокси. — Звучит жутковато. Роуз пожимает плечами. — Нам нужно возродить целых две расы, Дейв. Кстати, — она улыбнулась и выудила из кучи мелкого потомства вигглера с красным тельцем, — познакомься. Ты неуверенно взял его на руки, а в твоей голове появилась смутная догадка. — Ты же не хочешь сказать, что это… — Еще как хочу, — хохотнула Роуз. — Это теоретически твой с Каркатом потомок. Теперь я могу называть тебя папочкой. Она засмеялась, а ты уставился на личинку в своих руках. Глаза у нее ярко-красные и без зрачков, а волосы кудрявые. Ты без понятия, какой у личинки пол. — Что? Нет, Роуз, нихуя. Не смей ко мне так обращаться. Мне нет еще двадцати, какой, бля, папочка?! Я еще молод для спиногрызов. Слушай, может, я вообще чайлдфри, почему меня не спросили? — Успокойся, мой дорогой братец, тебя никто не принуждает носиться с вигглером. Да и кто вам двум бестолковым даст заботиться о ком-то совсем беззащитном. За вами самими присмотр нужен. Ты надулся и отмахнулся от Роуз. Тем временем к тебе подошел Каркат и начал завороженно пялиться на вигглера. — Да бери уже, Карклз. И он бережно берет в руки личинку, все так же продолжая пялится на нее. — Думаю, будет логично, если имя ей дадите вы, хотя это очевидно противоречит тролльским традициям. — Это девочка или мальчик? — спрашиваешь ты, невольно начав гладить личинку по спине. — Кто знает, — хмыкает Роуз. — Как сформируется, узнаем. — Это будет Марсия! — воскликнул Каркат. — Звучит, как женское имя. А вдруг это пацан? И вообще, со мной посоветоваться забыл, — фыркнул ты, почесывая крохотную голову вигглера. Он вдруг начинает вибрировать и издавать щелкающие звуки. Ты не успеваешь одернуть руку, прежде чем вигглер кусает тебя за палец. — Эй, че за хуйня? — шипишь ты. На твоем пальце появилось кольцо из крохотных дырочек, которые начали кровоточить. Канайя в два счета оказалась рядом с аптечкой в руках. Вигглер выглядел смутно довольным. — Ты ему понравился, — хихикнул Каркат. — С чего ты это взял? — Ну, — он покраснел, отведя взгляд в сторону. — Помню, еще будучи мелким вигглером, я любил кусать все, что мне нравится. Впрочем, это и сейчас так… Твои щеки вспыхнули, и вряд ли очки сильно скрыли твое смущение. — Никогда не думал, что побываю на гребаной свадьбе, — хмыкнул ты, глядя на сияющую Канайю и непривычно широко улыбающуюся Роуз. Каркат стоит рядом с тобой и пытается не выглядеть восторженным. Ты рассказывал ему о свадьбах еще на метеоре. — Это так романтично, — пробормотал Каркат, растянув губы в мечтательной улыбке. — У нас для того, чтобы быть мейтспритами никаких бумажек подписывать не нужно. И из этого праздник не делают. Никаких цветов, тортов и кучи гостей. Даже как-то жаль. Свадьба — это еще один привет из вашей навсегда утерянной цивилизации. И раньше ты был уверен в том, что так и не застанешь это действие. Других людей больше нет, а вы почти все друг другу друзья. Какие, мать их, свадьбы? Хотя тогда ты не знал, что Роуз и Канайя начали встречаться, а у вас с Каркатом намечается что-то любовное. Но даже так. Какой смысл женитьбы в Новой Вселенной? Это глупо и лишено смысла, и ты думал, что твоя псевдо-сестра считает так же. Но посмотрите, это же она сейчас стоит под алтарем со своим мейтспритом и обменивается долбанными кольцами. А еще на ней фрак, что выглядит несколько иронично. — Эту сопливую потасовку спасает Мэр в охуенной рясе. Да он лучший священник в мире, черт подери. Каркат что-то невнятно булькнул. Ты косишься на него и, о нет, он плачет. — Карклз, ты чего? Каркат шмыгает носом и вытирает рукавом уже влажной кофты слезы. — Это так трогательно! Ты закатываешь глаза и пихаешь его в плечо. Каркат недовольно смотрит на тебя и пихает в ответ. — Чел, это тупо. Они же просто обменялись кольцами и полизались на публику под аркой. Каркат надулся и сделал вид, что ты задел его до глубины души. Но об обиде он явно забыл уже через пару минут, когда Канайя повернулась ко всем спиной и бросила букет. Он описал небольшую дугу и попал прямиком в рожу Карката. Рокси засвистела. Роуз и Канайю подхватывает гудящая толпа дерситов и несет в здание ратуши, где вас всех ожидает пиршество. Рокси с Каллиопой вслед им бросают лепестки роз, а Джон выстрелил из восьми хлопушек. Было много еды, выпивки и поцелуев. Роуз напилась почти сразу же и принялась чмокать всех, кто попадался под руку, в щеки, прерываясь лишь для очередного бокала вина и пьяного поиска губ Канайи. Их лица были измазаны черной помадой, но ни одна не спешила вытираться. Ты потерял четкую связь с реальностью и плохо контролировал свой язык. И действия. Каркат воспользовался твоим состоянием и цапнул себе пару кусков торта. Вы оба были пьяны и много ржали. Джон, сидящий рядом с вами, выглядел получше. Кажется, он почти не пил. И, кажется, был ужасно смущен тем, что вы вытворяли. Но ты ничего не мог с собой поделать. Ты хотел Карката здесь и сейчас, а остальное отошло на второй план. — Бля, я же вижу это-о! — простонал Джон, отворачиваясь в сторону и краснея. А потом ты окончательно потерял связь с реальностью. Вы целовались много, почти не отрываясь друг от друга. Тебе было невыносимо жарко и не хватало воздуха, но ты не мог оторваться от Карката. Прервавшись на тост, который почему-то был адресован вам, а не молодоженам, вы свалили из душного помещения. Ты отыскал лестницу на второй этаж, а там и на смотровую площадку, где вы вновь присосались друг к другу. Вообще в твоих пьяных планах было продемонстрировать Каркату умение быть романтиком. А что может быть романтичней совместного наблюдения за звездным небом? Но, как оказалось, вам обоим абсолютно похуй на звезды. Ветер слегка охладил тебя, но трезвее ты не стал. Каркат активно терся о тебя и царапал спину, забравшись руками под твою рубашку. Это пьянило еще сильнее, чем алкоголь. — Ка-арклз, — мычишь ты сквозь поцелуй. — Прекрати возбуждать, зараза мелкорогая. Но когда этот паршивец слушал тебя? Конечно же, он не прекратил ничего. Ты упустил момент, когда Каркат оторвался от твоих губ. Твоя шея горела в тех местах, где он касался ее губами. А потом нежные поцелуи плавно переросли в покусывания. Стоять ты больше не мог. Опершись на стену, ты сполз на пол. Очки слетели, и звездное небо предстало твоим глазам во всей красе. Каркат приземлился на твои колени, нежно целуя тебя. Он горячий, а еще много ерзает, из-за чего ты стонешь ему в губы. Его руки вновь под твоей рубашкой, ласково гладят и царапают. Ты же скользишь по его рогам, и Каркат извивается в твоих объятиях. Он цепляется в твои плечи и кусает твои губы. Ты заваливаешь его на пол и нависаешь сверху. Карката такой расклад не устроил, и он изворачивается так, чтобы ты вновь оказался прижатым к полу. Усевшись на тебя, Каркат вдруг замирает и смотрит на тебя. — Мы же, блять, на крыше! На ебаном полу! — Хей, зато под звездами, — улыбаешься ты. — Кому-то там нужна была романтика. Каркат фыркает и тихо смеется. Ты хватаешь его за руки и тянешь на себя. Его лицо оказывается очень близко к твоему, и вы соприкасаетесь улыбками. Ты прижимаешь Карката как можно ближе к себе, и тебе невероятно хорошо. Наконец-то ты счастлив.