The Comments Below

Наступает вечер очередной пятницы, и Исаку снова лень снимать, не говоря уже о том, чтобы загружать видео на канал. Целый день он проводит, перемещаясь между холодильником, кроватью и компьютерным столом, и, естественно, ни капли не устает к тому времени, как Эскиль желает ему спокойной ночи и отчаливает в свою комнату. С тех пор проходит несколько часов. Вместо того, чтобы последовать совету соседа и предаться «сну красоты», Исак запасается чипсами с остатками пиццы и устанавливает новую игру. Он не занимается самообманом и прекрасно понимает, что она займет его на всю ночь, но записывать игру? Слишком много забот. Насколько рады его фолловеры каждому новому ролику, настолько же они и ненавидят Исака за полное отсутствие амбиций. В целых трех последних видео он клятвенно обещал, что начнет выкладывать обзоры чаще, но за недавние две недели его последним обновлением стала только быстрая виртуальная экскурсия по компьютерному столу и железу. Стоит Исаку опуститься в кресло (самую, к слову, дорогую и часто используемую вещь из его пожитков), как его взгляд тут же падает на стикер в углу монитора — туда он записывает предложения и идеи подписчиков о тех играх, которые ему стоит попробовать. День ото дня список становится все длиннее и длиннее, но Исак не собирается пересматривать свой режим даже для тех игр, которые ему действительно нравятся. Возвращаясь к каналу. Работа с камерой потребовала бы от него надеть футболку, и это, собственно, и становится главным аргументом против нового видео. Он сделает его завтра, сразу после того, как выберется из постели. Как раз наступит обед. Ожидая, пока загрузится игра, Исак открывает чат. Тот тоже запускается со скоростью улитки, и, устав ждать, Исак переходит на свой канал YouTube, по привычке проверяя уведомления. Когда он только начинал выкладывать видео, то не пропускал ни один комментарий, впитывая все, что ему пытались сказать. С тех пор прошло чуть больше года, несколько недель назад количество подписчиков добралось до отметки в 100 тысяч, и Исак просто физически не может уследить за всем сразу. И он понятия не имеет, как это удается Эскилю. Триггвассон с легкостью справляется со статусом одного из самых популярных ютуберов в стране, а раз дело касается ЛГБТ-сообщества, то о конкуренции речи не идет вообще. Тем не менее, Эскиль умудряется обращать внимание на каждого, нон-стоп переписываться с подписчиками в абсолютно всех возможных соцсетях, и то и дело приставать к Исаку с просьбами попозировать для очередной фотографии или выступить в качестве неожиданного гостя одной из трансляций. Эскиль и есть та самая сила, заставляющая число подписчиков Исака расти — он постоянно упоминает его то тут, то там, публично жалуясь на грязнулю-соседа только, чтобы несколькими минутами позднее запостить очередное совместное селфи с радугами и разноцветными сердечками в подписи. Если честно, то сама идея завести игровой канал принадлежала Эскилю. Он просто заявил, что раз уж Исак тратит столько драгоценного времени онлайн, то мог бы делать это на благо общества и своего будущего. Вот так, спьяну согласившись с доводами, Исак и оказался в мире социальных сетей. Он все еще не понимает и половины из того, что люди пишут в его комментариях, но с таким соседом как Эскиль и его онлайн-друзьями, ставшими и друзьями Исака, мир постепенно становится яснее. «Твое выгодное положение может стать отличным началом карьеры» — любит вещать о потраченном потенциале Эскиль во время своего традиционного утреннего монолога, пока полусонный Исак потягивает кофе. Проблема, собственно, в том, что Исаку недостает мотивации прилагать усилия хотя бы для поддержки канала, не говоря уже о его развитии. Ему, конечно, нравится это дело, но до преданности Эскиля ему очень далеко. Тот использует YouTube как площадку для изменения общественного сознания, тогда как Исак не выходит из дома вот уже четыре дня, и лишь однажды меняет пижаму на нормальную одежду, и то, только для того, чтобы в приличном виде встретить Нуру, заглянувшую в гости для еженедельной трансляции. Когда чат наконец-то загружается, Исак быстро печатает приветствие своему лучшему другу, Юнасу. Тому требуется всего секунда, чтобы ответить эмодзи с двумя оттопыренными пальцами, и Исак расслабляется в кресле, ожидая, пока подтянутся остальные полуночники. Схватив кусок вчерашней пиццы, он возвращается к просмотру уведомлений, однако бесцельное проматывание ленты подходит к концу, как только одно из них привлекает его внимание. Эвен Бэк Насхейм подписался на него вчера днем. Маленькая серая галочка рядом с именем, написанным несколькими цифрами вместо букв, говорит о том, что аккаунт верифицирован. Исак слышал об Эвене, но не видел ни одного его видео, потому что обычно не подписывается на тех, кого не знает лично. Хотя Эскиль и упоминал о нем больше, чем раз. Эскиль вообще болтает о многих, некоторых вспоминает даже дважды, но имя Эвена всплывает в речи куда чаще других. Очевидно, парень завел аккаунт всего полгода назад, но его канал стал достаточно популярным, чтобы привлечь внимание Эскиля до уровня одержимости. Почувствовав внезапный интерес, Исак открывает фотографию профиля рядом с уведомлением. Картинку так исказили, что лицо Эвена едва различимо. Буйство красок напоминает Исаку о тех изображениях с разницей температур. Глаза парня чуть не вылезают из орбит, когда он видит количество подписчиков Эвена. Меньше, чем за год Насхейм набрал миллион фолловеров и загрузил больше двух сотен видео. Неудивительно, что Эскиль обратил на него внимание. Нахмурившись, Исак открывает окошко чата и печатает Юнасу. ≪ эвен бэк насхейм только что подписался на меня. какого хрена? О том, что в чате прибавилось, Исак узнает по вопросительным знакам от трех разных людей. Юнас шлет удивленную гифку, и Исаку нечего сказать в ответ. Он и сам задает себе тот же вопрос. Почему? Просто чтобы соотнести имя с лицом, Исак кликает на последнее загруженное видео. Оно вышло всего два дня назад и уже набрало кучу просмотров. В названии говорится что-то о том, что Эвен сделал запись в честь миллиона подписчиков, а на миниатюре виднеется размытый мужской сосок. Спустя секунды загрузки и несколько ругательств от Исака, на экране возникает Эвен, укутанный в белый банный халат и стоящий на бортике домашнего бассейна. Насхейм прекрасен. Желудок Исака сжимается от одного вида, и парень инстинктивно оборачивается, будто проверяя, один ли он, хотя в этом нет никакой необходимости. На экране глаза Эвена практически сверкают, хотя из-за улыбки их вообще едва видно. Парень держит палец у губ, будто раздумывая над чем-то, а потом начинает шептать в камеру, запуская руку в волосы. — Эй, ребят! Раз уж вы все проголосовали за это, то я пообещал, что как только у меня наберется миллион подписчиков, я пролезу в бассейн моих соседей для ночного плавания. Смотрите. Подмигнув в камеру, Эвен ставит ее подальше от воды. Исак съеживается от запоздавшего смущения, но, в то же время, не может отвести взгляд. Эвен буквально лучится самоуверенностью и радостью, ну и к тому же, как раз снимает с себя халат. Под ним, как выясняется, нет ничего, кроме черных шорт для плавания, заканчивающихся чуть выше колен Эвена. Исак уверен, что парень специально задерживается перед камерой больше необходимого, делая вид, что проверяет фокус, хотя на самом деле красуется подтянутым животом с различимыми кубиками пресса. Затем Эвен разворачивается и бежит к бассейну, чтобы, не колеблясь, прыгнуть в лазурную воду. Он всплывает почти тут же, вытирая воду с глаз и тряся головой, чтобы избавиться от лишних капель в волосах. Пригладив мокрые пряди пятерней, Эвен выбирается из бассейна, и Исак, поймав себя на том, что снова рассматривает тело Насхейма, заливается краской, забывая, что он в комнате вообще-то один, и никто не может его осудить. Тем не менее, Исак уверен, что ни один из его друзей, не стал бы спорить с тем фактом, что этот парень очень даже ничего. Пусть Исак никогда и не поделится этим наблюдением. — Ну, разве это не было круто?! — снова шепчет Эвен, беря камеру в руки. — Теперь мне осталось вылезти через это окно с камерой в руках. Следующие изображения четкостью не отличаются, а выхватывают то радостное лицо Эвена, то, собственно, окно. За кадром звучит заливистый смех. Парню требуется несколько попыток, чтобы вылезти, и халат он запахивает только на улице, позволяя своим зрителям лишний раз насладиться видом почти обнаженного тела и шортами, соблазнительно прилипшими к бедрам. Сразу понятно, почему подписчики проголосовали именно за эту идею, ведь само по себе видео интересным не назвать. Запись прекращается, когда Эвен пересекает чужой двор и тормозит у своего велосипеда. Глянув предложенные ролики, Исак ничего стоящего так и не находит. В большинстве видео Эвен творит неинтересную и явно беспричинную дичь. Конечно, встречаются и челленджи с другими ютуберами, интервью и обзоры на бесполезные покупки, но в целом канал посвящен Эвену и его спорам и обещаниям что-то вытворить. Тот факт, что Насхейм подписался на Исака, был бы понятнее, если бы Эвен играл, но интересы парней не пересекаются от слова совсем. Значит, дело не обошлось без Эскиля. В пару кликов Исак выясняет, что Эвен и Эскиль подписались друг на друга давно. Краем глаза следя за онлайн игрой, что начали его друзья, Исак оставляет сообщение, что скоро вернется, и открывает вкладку фейсбука. Эскиль точно спит, поэтому идти к нему в комнату смысла никакого, но Исаку нужно спросить до того, пока забудет. Промотав несколько чатов, Вальтерсен находит имя соседа. Последний раз они разговаривали неделю назад, и последнее сообщение так и висит непрочитанным. Читая напечатанные строчки, Исак жалеет, что не сделал этого раньше просто, чтобы убить план Эскиля в зародыше. В ближайшее воскресенье Триггвассон собирается устроить совместное видео с собой, Исаком и Эвеном, и заявляет, что молчание Исака он воспринимает как согласие. Понятно, почему Эскиль написал об этом на фейсбуке — Исак появляется там раз в пятилетку. Хмурясь, парень быстро находит Эвена в друзьях Эскиля. Исак хочет узнать, как далеко живет Насхейм, и придется ли ему самому вкладывать силы в эту съемку, или Эвен просто заглянет в обед на несколько минут. Зная Эскиля, он скорее всего предложил Эвену остаться на все выходные в любом случае. Выясняется, что Эвен живет в часе езды от Осло, а значит он точно останется минимум на одну ночь. Вальтерсен никогда не записывает совместные видео, исключая те разы, когда Эскиль в наглую врывается в его комнату в процессе работы, хватает один из джойстиков и притворяется, что так и было задумано. Короче говоря, идея Исаку не нравится, но он знает, что Эскиля уже не остановить. Мысленно ругая своего соседа за эгоизм, Исак возвращается к игре и изо всех сил пытается представить, что последние новости его ни капли не волнуют. Спустя два часа болтовни в чате и игры Исак все еще не может выкинуть из головы мысли о завтрашней съемке. Он все думает, какое видео решит записать Эскиль, и постепенно впадает в ужас, вспоминая, как сложно было отговорить Триггвассона от того, что он обычно придумывал для Исака. Пока Вальтерсену удалось отказаться только от переодеваний, раскрашивания тела в радугу и игры в «21 вопрос» в прямом эфире. По собственной воле Исак снялся в видео Эскиля только два раза: в ролике о гей-парадах, где он на собственном примере показал, как важно развивать эту тему, и в видео со щенками. Это, кстати, его любимое, потому что в те выходные он впервые оценил взбалмошный характер своего соседа — они провели целых 48 часов, катаясь по полу в окружении шерстяных комочков, облизывающих их лица. Вальтерсен все еще сходит с ума по поводу завтрашнего дня, когда около двух часов ночи за дверью слышатся шаги. Немедленно Исак останавливает игру, быстро разминает затекшие ноги и выходит в коридор, чтобы подловить Эскиля возле туалета. Через минуту Триггвассон выплывает из уборной, на ходу подтягивая радужные боксеры. — Иисусе, Исак! Я так сердечный приступ заработаю! — разумеется, кричит Эскиль, хватаясь за грудь и впервые на памяти Исака изображая пристойность. Выйдя из тени, парень запоздало бормочет извинения. — Я прочел твое сообщение. О воскресенье. На это Эскиль трет сонные глаза и бездумно проводит пятерней по коротким волосам. — Серьезно, Исак? В два часа ночи? Ты вообще спишь? — Я могу отказаться? — практически в отчаянии перебивает его Вальтерсен, наблюдая, как Эскиль шагает к своей комнате, почесывая задницу. — Нет. И спокойной ночи, Исак. Я разбужу тебя в восемь, мы сходим в магазин — у нас кончились авокадо, а потом устроим сеанс косметических масок до прихода Эвена. Ты его видел, кстати? Исак бурчит, что да, и упрямо плетется следом. — Зачем я там нужен? — Позволь спросить, почему ты не хочешь засветиться в видео с двумя самыми популярными ютуберами страны? — Эскиль почти уже не спит и собирает в себе достаточно энергии, чтобы возмущенно вскинуть руки и бросить на Исака раздраженный взгляд. — Серьезно, ты имеешь хоть какое-нибудь представление о том, как сильно тебе повезло? Я вообще не понимаю, откуда у тебя набралось столько подписчиков, ведь ты никогда ничего не делаешь! Хотя нет, знаю. У тебя симпатичная мордашка. И на этом все. Людям нравится смотреть на тебя, да они с ума сходят от твоих кудряшек и ямочек на щеках. То же самое и с Эвеном. Теперь понимаешь, как это круто? Какой шанс тебе выпал? Ты молод, красив и популярен. Используй это как преимущество, ну? Будь на месте Эскиля кто-то другой, Исак залился бы краской до кончиков ушей, но он привык слышать подобное от своего соседа. В самом начале их дружбы все эти слова вызывали приступ неловкости, но сейчас Исак прекрасно знает, что для Эскиля абсолютно все вокруг молоды и прекрасны. Как и он сам. — Серьезно, почему ты отказываешься? В чем причина? Ведь я рассчитываю на тебя. Ты же не подведешь, да? — Эскиль дует губы, и Исаку не остается ничего другого, как пожать плечами. Он и сам не до конца понимает, почему идея ему не нравится. По больше части из-за того, что это потребует от него усилий. И потому что Эскиль, громкий по жизни, перед камерой становится воистину оглушительным. Это и так невыносимо, а с гостями Триггвассона будет не остановить в принципе — он буквально все выходные будет носиться по комнате и отскакивать от стен, словно мячик. К тому же, Эвен похож на того, кого такой расклад полностью устроит, и тогда они вместе просто высосут из Исака все соки. — Хорошо, — наконец соглашается Исак, потому что, честно, не представляет, как себя оправдать. — И что мы будем делать? Широко улыбнувшись, Эскиль притягивает его в объятия, потираясь голой грудью о грудь Исака, вызывая у того непреодолимое желание оттолкнуть парня. — Это сюрприз, малыш, — бормочет куда-то в макушку Вальтерсена Эскиль. Исак, честно раздражаясь на полуночную ласку, поднимает голову, чтобы сбежать от касания. — Эвен останется на все выходные? — Пока не сказал. В общении по смс он сосет, прямо как ты. Хотя, не. Ты куда хуже. После того, как Эскиль отчаливает в кровать, Исак проводит еще два часа, играя и болтая с друзьями, пока его глаза не начинают закрываться. Попрощавшись с Юнасом и остальными, он почти встает из-за стола, но сон оказывается сильнее. Так Исак и засыпает, головой на столе и под звуки видео Эвена с экрана компьютера.