Simply words

Наруто никогда не думал, что кричать можно, не издавая и звука. Записка, которую Цунаде поздней дождливой ночью приносит ему, смотря на него пустыми глазами, меняет его мнение. На белом листе шероховатой бумаги он видит лишь одно слово — написанное до боли знакомым почерком, аккуратным и ровным. Прости. Наруто не верит, когда Цунаде сообщает, что Саске больше нет. Что он убил себя сам. Не верит, но записка, царапающая пальцы, говорит о правдивости её слов. Он хочет закричать, открывает рот и не может издать и звука. Только невразумительный хрип, сорвавшийся с губ слабым выдохом. Внутри же всё вопит от боли. Крик, которому он не может дать свободу, звенит в голове, и Наруто стискивает виски. Саске мёртв. Мёртв. Мёртв. Он в ужасе смотрит на ладони, и ему кажется, что они залиты алой кровью. Ещё тёплой, ярко пахнущей железом, густой. Это он убил Саске — опосредованно, своим бездействием, глупостью. И ему хочется выть умирающим зверем, но он может лишь стискивать горло, из которого не исходит ни единого звука кроме рваного дыхания. Прости меня — простипростипрости Срывающийся шёпот рвёт лёгкие безмолвным, душащим криком. Наруто стискивает записку, которой когда-то касались пальцы Саске, и плачет без слёз, не желающих срываться с ресниц. Боль разрывает, растаптывает, и он не в силах сопротивляться. Он растворяется в ней, улавливая только отзвуки собственных всхлипов. Наруто никогда не думал, что кричать можно, не издавая и звука. Но сейчас, когда его душа размолота в пыль, весь его чёртов мир дрожит от так и не услышанного срывающегося в отчаянии голоса.