Я буду ждать тебя в Валиноре

Когда он вернулся, зельеварение было в полном разгаре. Над небольшим костерком висел котелок, в котором что-то булькало, а Элронд разделывал принесенные листья ателаса. Гимли сидел рядом с бесчувственным Леголасом и что-то бормотал по-гномьи, держа эльфа за руку. Чуть нахмурившись, Трандуил опустился напротив, и, взяв другую руку принца, вгляделся в его лицо. Внезапно ресницы Леголаса дрогнули, и он чуть приоткрыл глаза. – Отец? – прошептал он, увидев перед собой встревоженное лицо Трандуила. – Yondo… - прошептал король. – Лайквалассэ… Он склонился над сыном и прикоснулся губами к его лбу. По щекам Трандуила потекли слёзы. Гимли с удивлением на это смотрел. Он-то привык считать всех эльфов холодными и бесчувственными, а тем более таких знатных – Леголас пока был единственным исключением. И он никак не ожидал, что король Лихолесья расплачется от радости, увидев, что сын очнулся. – Отец… Nanyë nyérinqua… – тихо проговорил Леголас, а потом увидел Гимли и сжал руку гнома. – Нет, это я должен просить прощения, – отозвался Трандуил. При этих словах даже Элронд уставился на него с изумлением. А король продолжил, хотя слова явно давались ему через силу. – Я боялся за тебя слишком сильно и оттого не понимал, что ты уже взрослый… что тебе нужно больше свободы. Гимли рассказал мне о ваших… – он прерывисто вздохнул, – отношениях. И если любовь взаимна, то я не вправе препятствовать ей. Гимли и Леголас переглянулись, а потом принц, не сдерживая радости, звонко поцеловал отца в щёку. – Отец, благодарю вас! – его серые глаза блестели, как две звезды. – Вы сделали меня самым счастливым в Арде! Гимли гораздо лучше контролировал себя. Он сжал ладонь Трандуила и коснулся его тонких пальцев губами: – Да снизойдет на Вас милость Ауле. Трандуил прикрыл глаза и высвободил руку. Никто, кроме Элронда, подошедшего ближе с мазью, не заметил, как странно блеснули глаза короля и как на миг прервалось его дыхание. – Я… ненадолго отлучусь, – проговорил он и поднялся с колен. Игнорируя недоумевающие взгляды сына и Гимли, Трандуил исчез в лесу. – Что-то случилось? – поинтересовался Леголас у подошедшего Элронда, когда светлые волосы отца пропали из вида. Тот пожал плечами, присел рядом с принцем и приподнял его рубашку, обнажая рану. – Потерпи, может немного щипать, – произнес он и, зачерпнув пальцами немного мази, стал аккуратно втирать её в кожу рядом с раной. Леголас прикусил губу – по больному месту словно провели раскаленным железом. Но вскоре боль утихла и пришло некоторое облегчение. Принц обессиленно откинулся на траву и прикрыл глаза. – Пойду поищу твоего отца, – проговорил Элронд, поднимаясь с колен. Потом пристроил котелок с остатками мази рядом с дорожной сумкой и последовал за Трандуилом. Последний обнаружился довольно быстро – король Лихолесья сидел на камне, о чём-то размышляя. – Трандуил, – негромко окликнул его Элронд, а когда ответа не последовало, подошел ближе и коснулся его плеча. – Это всё из-за гнома? Если бы рука владыки Имладриса не лежала на плече короля, то он бы не заметил дрожи, пробежавшей по телу последнего. И это сказало Элронду обо всём красноречивее любых слов. – Ты до сих пор думаешь о нём? – О ком? – Трандуил сделал удивлённое лицо. – Не притворяйся, – голос Элронда был непривычно строг, и Трандуил поёжился, как от порыва ветра. – О Торине. – Что? – король резко повернулся к владыке, сильно побледнев. – Откуда ты… Элронд ничего не ответил. Воцарилась гнетущая тишина. – Ты знаешь, что это неправильно, – произнес, наконец, владыка. Трандуил сморщился, словно его ударили. Он порывисто вскочил с валуна, на котором сидел, сбрасывая руку Элронда со своего плеча, и попятился. – Торин мертв, – голос короля звенел от напряжения. – И я не вижу смысла обсуждать наши с ним… взаимоотношения сейчас. Тем более с тобой. Элронд дёрнулся и шагнул к Трандуилу. Тот сделал ещё один шаг назад. – Я имел в виду не это… – сдерживаясь, сквозь зубы процедил Элронд. – А что же тогда? Неужели владыке Имладриса отказало красноречие? – саркастически прошипел Трандуил. Элронд резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и сделал ещё шаг вперед. Король отшатнулся и упёрся лопатками в дерево. – Не подходи, – проговорил он звенящим от напряжения голосом, и продолжил уже спокойнее, когда владыка остановился. – Зачем ты начал этот разговор? Какое тебе дело до того, кто был со мной? Элронд не ответил. Но в его взгляде, направленном на Трандуила, было столько чувств, что словесная оболочка была им совершенно ни к чему. Всё было ясно и так. – Нет… – неверяще прошептал Трандуил, сильнее вжимаясь в дерево. – Этого не может быть… – Я… – Элронд шагнул к нему. Король вскинул руки. – Не подходи! – вскрикнул он. – Я… – снова попытался начать владыка Имладриса. – Молчи… – король снова сорвался на шёпот. – Прошу, умоляю, только молчи, не говори мне этого… Элронд прерывисто вздохнул. Он простёр к королю руку, но тот не дал к себе прикоснуться. Синие глаза владыки яростно сверкнули. – Что ты нашел такого в бородатых карликах, чего нет у эльфов? – со злостью прошипел он. – Чего нет у меня? Трандуил не ответил. Он прикрыл глаза. Ресницы его дрожали. – Awartho nin, aníron, – слова тяжёлыми каплями скатились с его губ, и Элронд не смог возразить. Руки владыки опустились. Он развернулся и направился обратно в лагерь.