Шанс на любовь

— Ты что-то сказала, моя сучка? — Лукас сжал в своей руке ее грудь. — Нет, продолжай, — подыграла девушка. Она поняла, что в этот раз нужно быть умнее. У нее теперь есть за что бороться. За любовь, которую она вспомнила. Как она могла забыть не менее страстные прикосновения Саида? Ведь они вытворяли пусть и не такое, но она хотела его и без наркотиков. Марокканка разрешила Лукасу продолжать, и в это время глазами искала хоть что-то полезное. И она нашла. В паре метров лежал использованный шприц. Если она наберет в него воздуха и воткнет в вену, то он умрет через 2 минуты. Но это слишком просто. — Лукас… я хочу быть сверху, — шепнула ему на ушко Жади, продолжая прыгать на его неопадающем члене. — Развяжи мне руки, а я завяжу их тебе и… кое-что попробую. Прошу, мне так хочется попробовать одну вещь. Я видела это в фильме для взрослых. — Это что-то новенькое, — Лукас шлепнул ее по попке. — Давай. Мужчина сделал еще пару толчков и только тогда принялся развязывать руки ликующей Жади. Какой он дурак. Неужели купился. Девушка тут же слезла с него и размяла отекшие кисти. Теперь она заматывала его руки веревкой. Каждый узел она делала осознанно, ведь это был ее единственный шанс. Если она сделает что-то не так, то он убьет ее, не думая. — Ты меня интригуешь… — прошептал мужчина и прилег на спину, но Жади поцокала язычком и показала жест, мол перевернись. Тот повиновался. Чтобы не вызвать подозрений, Жади принялась делать ему нежный массаж, при этом оценивая напоследок возможные орудия и пути отхода, а заодно и расслабляла и усыпляла его бдительность. Ее грудь коснулась его спины, и Лукас довольно простонал. Одной рукой девушка уже держала шприц в мокрой ладони. «Сейчас… Иначе больше не будет шанса. Давай же…» — Сука! Ааа!!! — крик Лукаса шел словно из глубины его души. Девушка вонзила иглу прямо в шею. — Теперь моя очередь играть, -девушка оставила шприц в шее и встала на его спину. Вытянув одну ногу, она слегка надавила на шпиц и он вошел глубже. -Лучше не дергайся, а то я проткну тебя. -Ты сдохнешь! Молись своему Богу. Ты скоро встретишься со своей мамашей-шлюхой. Девушка легко спрыгнула с его спины и забрала шприц. Она с силой пнула мужчину и, схватив плеть, начала бить его с невероятной силой. Она даже не слышала его криков. Жади лишь хотела видеть, как на песок капают багровые капли. Когда мужчина прекратил сопротивление, Жади взяла из его рюкзака еще моток веревки и принялась связывать его ноги. Когда Лукас начал вырваться и пытаться освободиться от пут, она ударила его по лицу. Другой конец веревки она привязала к торчащему из стены металлическому кольцу. — Теперь ты словно пес на привязи. Нравится быть животным? Так будь им. Только у животных есть больше свободы. А ты жалкая пародия, -передразнила его девушка. Весь ее вид излучал силу и уверенность. Хватит унижений! Лукас должен заплатить за ее разрушенную семью. — Воды… — мужчина поднял на нее лицо, которое было все в песке. Из глаз лились слезы. — Какой же ты, Лукас, жалкий, — девушка подняла с песка его мобильный и сделала фото. — Отправить твоему папе? Или Саиду? Пожалуй отправлю всем, кто есть в твоей адресной книге. Ах да, ты пить хотел, кажется. — В рюкзаке бутылка, — Лукас откашлялся. Девушка с довольным видом подошла к рюкзаку и извлекла литровую бутылку. Она сделала пару жадных глотков. — Дай… — прохрипел Лукас и облизал языком пересохшие губы. Жади подняла бутылку над своей головой и принялась лить прохладную воду на себя, смывая следы песка и спермы. Она делала это красиво и улыбалась льющиеся струе. А Лукас взвыл, когда последние капли упали на обнаженную грудь Жади. — Кажется, тебе не хватило. Но там осталось пару капель, — девушка подошла к Лукасу и, сжав рукой его челюсть, принялась заталкивать бутылку в его рот. Глаза парня с ужасом смотрели на вечно терпеливую и спокойную марокканку. Словно прочитав его мысли, она выпрямилась и улыбнулась. — Это все твои труды, Лукас. Ты сделал меня такой. Знаешь, иногда и животные бывают дикими. Домашняя кошечка из меня не выйдет. Она аккуратно вытащила из себя «хвостик» и бросила ему в лицо. — А теперь, жди меня. Я скоро вернусь, но уже не одна. Сегодняшний вечер ты запомнишь надолго. Девушка собрала остатки своей одежды и надела ее на себя, кое-как прикрывая оголенные места. Платок она завязывала уже на бегу к дому дяди. Каждая минута была на счету. В крови бил дикий адреналин. Она смогла дать отпор Лукасу. Связала взрослого и сильного мужчину, хотя, пожалуй, он и не такой сильный. Наверное лишь страх за правду не давал девушке возможность сопротивляться с должным усердием. — Дядя! — Что случилось Жади? Ты почему в таком виде? — Сид Али махнул служанке и та вышла из гостиной. — Там Лукас… я связала его, но он может уйти. Прошу, соберите людей и накажите его… — Он, тронул тебя? Говори правду! — дядя нахмурился, и морщинки на лбу стали сильно заметны. — Да. Он ввел мне опять какой-то наркотик, и я просто не понимала что происходит. Потом я вспомнила Саида… дядя, я его вспомнила, и это дало мне сил. — Ахмед! — крикнул Сид, и через пару секунд в дом вбежал верный слуга. — Собери всех наших людей, и отведи в развалины. Я полагаю, он там, — Али перевел взгляд опять на Жади. — Оденься в целую одежду и идем. Зорайде! Где Зорайде?! — Я тут, хабиби, — женщина спустилась вниз и посмотрела с ужасом на Жади, которая стремительно бежала вверх по лестнице в комнату, пытаясь прикрыть порванную кофту. — Саид вчера прилетел. Он у Абдула. Сходи и расскажи все. Я знаю, что от него ничего не скроется. Возьми Кариму, не ходи одна, — он поцеловал ее в лоб, и женщина побежала на кухню за Каримой. Все понимали, что сейчас на счету была каждая минута. — Ну и хорошенький узел она связала, — Эндрю пыхтя пытался развязать друга. — Даже ножа нет. Вот черт, мы так провозимся до утра. — Шевелись! Если нас поймают, то я скажу что ты виноват во всем. Торопись, придурок! — Лукас гневно смотрел на друга, который впал в ступор. — Что ты сказал? — Шевелись, сукин ты сын! Сейчас придет арава мусульман, и нам устроют круги ада. Эндрю с силой ударил Ферраса по лицу, и у того незамедлительно пошла кровь из носа. — Ты подлый и наглый ублюдок, Лукас! Я ради тебя рисковал многим, но теперь хватит. Ты перегнул палку. Он принялся заново завязывать узлы на веревке. — Ты что творишь? — Лукас задергался. — Я тебя уничтожу! И сестру твою отдам в публичный дом. Представь сколько… Но тут мужчина не смог продолжить. Ему в лицо полилась желтая жидкость. Бывший соратник облегчился прямо на него и довольно улыбнулся. — Кажется, ты не привык, чтобы над тобой доминировали? Тебя сегодня ждет еще порка. Эндрю пул ногой униженного мужчину и поспешил прочь. Выйдя из развалин, он лицом к лицу столкнулся с Жади, и девушка попятилась ближе к дяди. — Жади, прости меня. Я не хотел всего этого. Просто у меня… нет никого. Мне нужно было как-то кормить сестру и себя, а Лукас платил… я готов понести наказание. Восемьдесят ударов плетьми. Я готов. Только прости. Девушка с жалостью смотрела на этого молодого парня. Искренность в его глазах не могла не растрогать. Тем более, он был готов понести наказание. — Негодяй! Да сократит Аллах твои дни! — дядя Али сделал шаг вперед, но Жади прижалась к нему и шепнула. — Дядя, прошу, пощадите! Пусть его отведут на площадь и дадут удары плетьми. Но не пятнайте свои руки. — Я могу вам показать, где он находится. Идемте! — Эндрю пошел вперед. Возле него шел Ахмед и чуть подталкивал парня, заставляя идти его быстрее. Лукас услышал шаги, но стук сердца заглушал их. Как он боялся этого момента. Этого бы не случилось, если бы не предательство Эндрю, который первым вошел в небольшое помещение, где был связан завидный жених Бразилии. — Вот он, — парень махнул на жалкое тело. На губах Лукаса застыла ухмылка. — Я впустил в дом змею, которая ужалила меня и мою семью! — Сид Али подошел к парню и с презрением смотрел на него. — Ты недостойный сын своего отца. Сейчас ты находишься в нашей стране, и судить тебя будет наш суд. — Да пошел ты, — выпалил Лукас. Ахмед дернулся в сторону, но Эндрю опередил его и пару раз больно ударил того по лицу. Лукас отхаркнул кровь. — Вовремя предать — это так в духе твоей семейки, — сквозь окровавленные зубы проговорил пленник. Али кивнул в сторону Эндрю, и тот отошел. В развалинах послышались еще шаги, и группа мужчин во главе с Саидом присоединилась к ним. — Сид Али, Зорайде мне рассказала. Позвольте мне остаться с ним. — Нет, Саид. Не нужно брать грех. — Это моя честь. Он запятнал мою честь и честь… — взгляд Саида невольно переместился на Жади, и та вздрогнула. Теперь она видела его совершенно иначе, помнила все черты лица. Ей хотелось подбежать, обнять его. Чтобы он простил. Простил в последний раз. — Саид, а ты знаешь, что она мне отсасывала в твоем присутствии? Она очень хороша в этом. Думаю, что тебе такого счастья не перепадало. С вашей дурацкой верой даже анальный секс запрещен. Хотя… Жади и в этом весьма преуспела. Дядя Али закрыл глаза, махнул своим людям и сам последовал за ними. Саид так же отозвал своих людей. В развалинах остались лишь четверо. Саид, Жади, Эндрю и Лукас. — Тоже уходи, — холодно произнес Саид, не сводя взгляда с Лукаса, но обращаясь к Жади. — Я останусь. Мне есть за что отомстить. — Меня тошнит от вас. Интересно, а какого это — любить женщину, когда она трахаясь с тобой, думает обо мне? — Развяжи его, — Саид посмотрел на Эндрю, и тот тут же повиновался. Жади шумно вдохнула и отшатнулась к стене, но Саид перехватил ее руку и посмотрел в ее глаза. — Не бойся. Я сейчас сражусь с ним за свою честь, которую осквернили. — И что достанется победителю? — Лукас нагло смотрел на пару. Казалось, что он уверовал в свои силы, которых просто не было. — Ты узнаешь, — коротко ответил Саид и снял пиджак. Медленно подойдя к развязанному Лукасу, он снял дорогие часы и бросил их на песок. Эндрю развязал последний узел и отошел от Лукаса, который тут же встал на ноги и размял шею. Тишина была убивающей. Все замерли в предвкушении. Лукас первым бросился на соперника, но Саид всего одним движением уложил его на лопатки. — Вставай! — крикнул он. Лицо налилось кровью, а Жади пробрала холодная дрожь. — Вы победили. Он драться не умеет. Нет смысла в драке, — Эндрю подошел к Жади, и они оба усмехнулись. Лукас и впрямь едва встал на ноги, и новая атака обернулась очередным падением. Саид поднял его за шиворот. Одной рукой он держал парня, а второй бил его по лицо. Смачные удары отражались эхом от стен. Лукас лишь скулил, словно щенок. Его лицо превращалось в кровавое месиво. — Ты — жалкое отродье Ферассов. Мне жаль отца, у которого такой сын. Лукас попытался сплюнуть кровь, но вместе с кровью изо рта выпали пару выбитых зубов. — Уведи Жади, — Саид повернулся к Эндрю. — Да, сеньор. Идемте… — Эндрю посмотрел на девушку, которая явно наслаждалась каждым моментом мучения. — Я не уйду! — девушка подняла подбородок. — Я имею право… — Я сказал один раз. Уйди! — рявкнул Саид, и Жади вместе с Эндрю скрылись в развалинах. — А теперь мы с тобой побеседуем. Ты думал, что, принуждая ее, ты выигрываешь у меня? Ты ошибаешься. Саид отпустил Лукаса и тут же пнул ногой по его животу. Мужчина упал на песок, и его стошнило кровавой массой. Саид лишь поморщился и, запустив руку в карман, достал зажигалку, которая была по размеру как несколько стандартных зажигалок. — Ты говорил, что не веришь в ад, — он присел на корточки и поднес к лицу Лукаса зажигалку. Всего одно нажатие, и желтое пламя поднялось вверх. Лукас отстранился от него, но Саид схватил голову Лукаса и прошелся пламенем прямо по его лицу. Огонь задел волосы на голове, и в момент вся голова вспыхнула. Это было ужасное зрелище. Лукас крутился, лежа на песке, и неистово кричал. Руками он касался горящих волос, но пламя обжигало и руки. Саид ногой похлопал по уже лысой черепушке, и потушил последние догоревшие волосы подошвой дорогих ботинок. — Ублююююдок!!! Ааааа!!! — Саид вновь ударил соперника по лицу, и тот затих. — Мы продолжаем. — Оставь меня. Достаточно! — Ты мучил ее двадцать лет. Кажется, счет не равный. Вторым из кармана он извлек нож. — Ты знаешь, я совсем недавно нашел его. Для меня он напоминание того, насколько глупым я был. Когда-то я хотел перерезать им твое горло, но дядя Али остановил меня и забрал. Но теперь время пришло. Лукас закричал еще громче и Саид, закатив глаза, прочитал короткую молитву. Брызги крови и… язык Лукаса тяжело упал на песок. Кровь наполняла его рот, и он захлебывался ей. Мужчина начал скулить. Такую боль терпеть было невозможно. Саид поднял язык Лукаса и протянул ему. — Съешь свой паршивый язык. Теперь ты замолчишь навсегда. Если ты сделаешь это, то я подарю тебе быструю смерть. То, что он увидел дальше, заставило его ухмыльнуться. Парень кое-как встал на колени и принялся бить поклоны Саиду, при этом мотая головой в знак отрицания. — Я так долго представлял этот день, но не думал, что он будет таким скучным. Ты ни разу не ударил меня. Тебе не за что бороться. Даже твоя жизнь ничего не стоит. Ты жалок, Лукас. И никогда не был достоин Жади или даже Маизы. Тебя любили самые лучшие женщины, но ты любил только себя. Ничтожное и ненужное существо. Я больше не буду пятнать о тебя свои руки. Теперь настало время людского суда. Мужчина взял с песка веревку и намотал ее на шею Лукаса. Сделав что-то вроде поводка, он практически потащил его прочь из развалин. За ними тянулся красный след. На выходе из развалин стояла Жади, Эндрю и люди Саида. Женщина прикрыла рот рукой, увидев состояние Лукаса. От такой картины было жутко. Саид же шел уверенно и тащил по песку свой трофей. Было ясно, что направляется он на главную площадь. За ним следовали все остальные, с каждым метром зеваки присоединялись к шествию. Остановившись в центре площади Саид указал пальцем на Лукаса. — Этот мужчина — развратник. Он соблазнил одну из правоверных женщин. Он заслужил 80 ударов плетьми. — Только ли он был причастен к этому насилию? — из толпы вышел мужчина в национальной одежде. Жади услышала, как Эндрю судорожно вздохнул и дернулся вперед. — Только он, — Произнес Саид и покосился на Эндрю, который закрыл глаза и благодарно кивнул. На площадь вышел здоровенный бородатый амбал. В руке он держал такую же огромную плеть. Кожа была слегка потрепанна, но внешний вид был обманчив. Саид отошел от Лукаса к Жади и Эндрю. — Смотрите внимательно. Вы так же заслуживаете подобного наказания. Стоит ли говорить, что каждый удар по обнаженной спине Лукаса отдавался тревогой в сердце еще двух виновных. Они смотрели, как взгляд некогда близкого им человека тускнеет. Мучения становились невыносимыми, и на тридцатом ударе он даже не шевелился. Когда показательное наказание закончилось, толпа стремительно разошлась, оставляя Лукаса лежать на прогретой площади. Он едва заметно дышал. — Кто-то из нас должен это сделать. — Эндрю протянул Жади нож. — Если ты… — Я не смогу. Эндрю лишь кивнул ей и, подойдя к Лукасу, склонился над его телом. Он решил не мучать его и сделал все быстро. — А ты говорил, что читаю дурацкие журналы и книги. Всего одно движение и ты мертв. Покойся с миром, ублюдок. Ты им был при жизни, останешься и после смерти, — парень харкнул прямо в лицо мужчины, глаза которого были давно закрыты, а весь рот был залит кровью. Эндрю оставил нож в его горле и, бросив быстрый взгляд на женщину, поспешил уйти. — Стоило жертвовать своей молодостью ради этого? Саид стоял за спиной женщины, и обжигающее дыхание скользило по ее тонкой шее. — Теперь все закончилось. Навсегда. Жади развернулась к бывшему мужу и смело взглянула на него, не боясь прочитать в его глазах ненависть. Саид долго обдумывал дальнейшую жизнь. Взвешивал всё, что только можно было взвесить. Его рука медленно вытянулась вперёд, и спокойный голос произнёс заветные два слова: — Идём домой.