Десять дней

      Утро началось с того, что Нацу проснулся в хорошем настроении и теперь, ёрзая на кровати, пытался разбудить Люси. Девушка продолжала спать. Наконец, когда Драгнил решил, что «так дело не пойдёт», он перебрался на талию блондинки. Та, наконец, начала потихоньку просыпаться. — Доброе утро, чудо неугомонное. Что ж ты не спишь-то в такую рань?       Вопрос был риторический, и Саламандр как-то это понял, не став на него отвечать. Хартфилия, взъерошив розовые вихри и пересадив мальчика с талии на кровать, встала и направилась в душ. Приняв ванну, девушка, искупав ребёнка, направилась в кухню. Нацу остался в комнате, по заданию мамы вытирая волосы пушистым полотенцем. В окно снова влетел Хэппи. Драгнил уже считал это традицией. — Доброе утро, Нацу, а где Люси? — приземлившись на розовую макушку, спросил иксид. — Мамочка на кухне. А она тебе зачем? — малыш искренне удивился. — Мастер хочет узнать, всё ли готово, и вызывает всех, — мальчонка только кивнул, дернув носиком. — Лю~си~!       Хэппи улетел, оставив друга собираться. Ещё немного посидев на кровати, он направился вслед за голубым чудом. Зайдя на кухню, он увидел маму, которая что-то делала у плиты. Принюхавшись, он учуял запах так полюбившихся ему блинчиков. Позавтракав, — Хэппи тоже без гостинцев не остался — они направились в гильдию. Иксид нёс сумки с едой — сам вызвался. Через некоторое время они прибыли на место. Там, на барной стойке, их уже ждал Макаров. — Ну что, дети мои, все готовы повеселиться?       В ответ послышалось дружное «да». До начала фестиваля началась суета. Парни… они ничего не делали, только пытались скрыться от девушек, которые хотели, чтобы они посмотрели на их наряды. Кроме Люси. Хартфилия спрашивала об этом Хэппи, который… впрочем, он старался скрыться от блондинки, как когда-то Грей от Джувии. В общем, всем было весело, никто не унывал, а особенно Нацу, что полдня помогал выбирать для мамы одежду.

***

      Вечер, уже почти ночь. На улице уже давно стемнело, и только свет луны освещал дороги. Но феи не унывали. Им было даже в радость. Фестиваль был уже в самом разгаре: все веселились, играли, участвовали в разных конкурсах. Драгнилу особенно понравилась ловля рыбок. Без десяти минут двенадцать. Мальчик подошёл к Люси, которая устроилась под деревом (Прим.авт.: фестиваль проходил в парке Магнолии), рассматривая всех остальных. Саламандр лёг на колени мамы. Заклинательница запустила руку в розовые вихры и прикрыла глаза.       На часах ровно двенадцать. Златовласка, которая так и не убрала руку из волос, почувствовала, что что-то не то. Пропустив пряди через пальцы, она заметила, что они стали длиннее. Она открыла свои очи. Перед глазами предстала довольно интересная картина. Нацу спит, на нём почти ничего нет, лишь остатки маленькой одежды. Девушка быстро накинула на него простынь, которая лежала рядом с того момента, как все покушали. Драгонслеер, спустя двадцать минут, наконец, проснулся. Кареглазая за это время даже не шевельнулась. — Н-Нацу?       Парень потёр глаза, оборачиваясь на голос и укутываясь в тёмно-синюю ткань. Секунд десять он смотрел на блондинку сонными глазами. Вдруг, ни с того ни с сего, он быстро встал со своего места, сильно покраснев. — А? Ч…то? Люси? А что…? Зачем…? Как…? Меня же Эрза убьёт!       Золотоволосая похлопала глазами, пытаясь осознать, что же протараторил убийца драконов. Она ошалелыми глазами смотрела на теперь уже взрослого парня в одной лишь простыне. Лицо тут же приобрело багровый оттенок, а сама девушка опустила голову, лишь бы на него не смотреть. Тут прилетел Хэппи. — Люси, Нацу про… — иксид осёкся. — На…цу… Нацу! Ты вернулся! Наконец-то! Мы по тебе так скучали! — А? — всё, что на данный момент смог воспроизвести дракончик. Хэппи улетел докладывать об этом друзьям. Розовласый повернулся к девушке. — Люси, а что происходит? Я же никуда не уходил… — тут Хартфилия подскочила, и кинулась на шею парня. Тот, бедняга, еле устоял. — Люси? — Нацу! Неужели ты ничего не помнишь? — Нет. Помню только, что мы пошли на задание… в Северный лес, кажется… а дальше нич…       Саламандр осёкся, стоило ему взглянуть в карамельные глаза, которые сейчас блестели от радости. Завязав простынь на правом плече, он обнял блондинку так, будто бы это был его глоток воздуха. Только он хотел сделать то, что так давно хотелось, как вдруг… — Нацу! — Эрза. — Нацу! — Эльфман. — Уголёк! — Лексус и Грей. — Нацу! — Мира.       Да так и застыли на месте, увидев, в чём стоит это разовласое чудо света. Скарлетт сразу кинулась с кулаками, с намерением поколотить «извращенца, который совращает подругу». Но остановило Алую только одно слово: — Ребята… — сказанное таким родным, за много лет приевшимся голосом, отчего Титания отложила свои способы расправы над дракончиком далеко и надолго. Драгнил повернулся к заклинательнице. — И всё-таки, Люси, что тогда произошло?