Десять дней

— И всё-таки, Люси, что тогда произошло? — Уголёк, может, оденешься для начала? — Где я тебе одежду должен взять, Капитан труселей? С воздуха? И вообще, сам бы хоть что-нибудь надел, Ледышка. — Ага, — подтвердил слова друга Хэппи.       Люси, резко схватив запястье розоволосого, повела его в сторону своего дома. Нацу молча шёл следом, не решаясь возразить. Да и не хотелось особо. За ушедшей парочкой наблюдали несколько пар глаз. Мира, с блеском в своих очах улыбнулась, повернувшись к друзьям. — А Головёшка не промах. Может, он, наконец, признается…       Кроме Мираджейн никто ничего не понял. Лексус только моргнул, посмотрев на подошедшего Фрида. Эрза вообще ничего не понимала, даже того, что сейчас происходит. Тут к ним подошла изрядно подвыпившая Кана (П.А.: ну да-ну да, знаем мы таких), держа в руках ещё две кружки с любимым напитком. Взглянув на всех, она подошла к Дьяволице. Та с улыбкой на неё посмотрела. — Ребята, а что тут… ик …происходит? И где Люська с Нацу? — Мира, шепнув что-то Альбероне на ухо, удалилась. Кана, распахнув глаза, направилась обратно. Остальные, мысленно пожелав Драгнилу удачи, медленно начали собираться и расходиться по домам.

***

      В это время Нацу с Люси уже находились около дома. Саламандр, как только зашёл в квартиру, убежал в комнату. Осмотревшись, он сел на кровать. Взгляд упал на стул около стола. Как только он рассмотрел, что там лежало, он подскочил со своего места, за долю секунды оказавшись рядом с заветным предметом. Влюблённым взглядом посмотрев на свою одежду, парень начал, наконец, одеваться. Хартфилия в это время уже успела дойти до спальной и теперь открывала двери. Драгонслеер, услыхав скрип петель, повернулся в сторону входа, одновременно с этим застегнув ремень. Жилет он надеть не успел. — На…цу…       Златовласка, покраснев, даже не сдвинулась с места. Нет, конечно, она могла бы убежать, сказать, чтобы он оделся, закрыть глаза, в конце концов. Но все слова куда-то пропали, взгляд отводить не хотелось, а убежать так вообще некуда. Розоволосый подошёл к блондинке. Девушка ещё сильнее покраснела. — Люси, ты чего такая красная? Заболела что ли?       До неё не сразу дошёл смысл вопроса дракончика. Похлопав глазами, она молча подошла к стулу, взяла жилет и кинула парню. Нацу, ничего не понимая, словил вещь и снова уселся на кровать. — Люси~, расскажешь или нет? — поняв, о чём тот просит, Хартфилия уселась за стол. — Десять дней назад мы ходили на задание. И, между прочим, ты его организовал, придя ко мне, всучив листок с заказом. И в этот же день опустошил мой холодильник…. Задание было в Северном лесу. Не знаю, как ты умудрился, но ты попал под заклинание врага и… превратился в ребёнка четырёх лет. — Но ведь всё обошлось? Я снова стал собой. — Обошлось?! Все эти десять дней ты называл меня мамой, и это называется «обошлось»?       Тут перед глазами Саламандра пронеслись моменты детской жизни. Что-то прокрутив у себя в голове, парень со всей серьёзностью взглянул на Хартфилию. Встав с мягкого ложа, он подошёл к девушке, чуть нагнулся, чтобы быть на одном уровне и выпалил: — А знаешь, милый мальчик. Люси, ты хотела бы счастливую семью? — На…цу… ты это к… чему? — Драконы любят только раз, солнце моё.       Люси стояла не в силах пошевелиться. Её взгляд был прикован родными серо-зелёными глазами, что сейчас были чуть прикрыты. Сердце начало отбивать чечётку, когда Драгнил наклонился к лицу. И через секунду, которая обоим показалась вечностью, произошло то, чего убийца драконов ждал уже три месяца. Долгожданный поцелуй, который оба не забудут никогда.       И только сейчас Нацу понял, как важен для него этот милый лучик солнца. Понял, что хочет защищать её всем сердцем. Понял, что не отпустит никуда и никогда, потому что любит. Быть может, за эти десять дней и понял, ведь кто знает, что происходило в мыслях Драгнила, когда тот был ребёнком. Во всяком случае, парню нужна была только Люси Хартфилия, которая так полюбилась ему с первого взгляда. Ну, а девушка была просто счастлива, что, наконец, обрела своё счастье, пусть даже в лице этого неугомонного, порой с детским характером, шумного, но такого любимого и любящего дракона.