9/10

Нога болела чудовищно. Джон, конечно, знал, что боль психосоматическая. Его психотерапевт, Элла, у которой был чертовски идеальный маникюр и идиотская привычка оставлять записи всегда развёрнутыми в его сторону, напоминала ему об этом регулярно. Более того, она хотела, чтобы он это принял. И зажил обычной жизнью. Зажил обычной скучной жизнью. Что он, в общем-то, и пытался сделать, отправившись на собеседование. Теперь Джон вынужден был потеть в метро среди толпы таких же скучно обычно живущих индивидуумов. Группа подростков оккупировала сидения и теперь громко обсуждала какой-то недавно вышедший в кинотеатрах боевик. А Джон Ватсон, пытаясь игнорировать раздражение, которое, как он полагал, и было причиной новой вспышки боли, размышлял. По большей части о том, что ему самому походы в кинотеатр, или ресторан, или бар, или приличное кафе, на худой конец, в ближайшее время не светят. Ему и Лондон-то не светит, если он не найдёт работу. Или хотя бы недорогое жильё для начала. Но опять-таки он жил в чёртовом Лондоне, без которого он себя не мыслил, но, всё же, не тешил себя лишними надеждами прожить здесь на военную пенсию. О, кажется, нужная станция. И Джон Хэмиш Ватсон, отставной военный хирург, прошедший Афганистан, никогда не признается с каким удовольствием он прошёлся грязными ботинками по неряшливо брошенному рюкзаку одного из особо шумных тинейджеров. В крайнем случае, он всегда сможет списать это на хромоту. И плевать, что это как-то по-детски.

***

Ну конечно же, его не взяли на работу. Не то, чтобы Джон на что-то надеялся, но… Попытаться стоило. Восстановить лицензию хирурга с тремором ведущей руки не представлялось возможным, но с должностью терапевта он бы справился неплохо. Проблема в сущности заключалась в том, что администрация больницы, похоже, так не считала. Когда кто-то слышит «Афганистан» и «врач» в одном предложении, то рисует в голове картинки кровавых сражений, ампутированных рук и ног из-за заражения, повязки и заплатки на скорую руку. «А как вы насморк будете лечить?» Джон иногда очень хотел кого-нибудь придушить. Потому как, находясь на службе, лечил как «насморки», так и отравления, грипп, дизентерию и даже один раз имел дело с инфарктом, за которым, к счастью, не последовало летального исхода. Так что Джон считал себя вполне компетентным доктором как в военное, так и в мирное время. Вот только работодатели его мнение не разделяли, что в общем не удивительно, учитывая, что большинство привыкло существовать в мире из стереотипов. Джон мысленно усмехнулся. Знали бы они… — Джон! Он дернул плечом, ощутив мимолётную вспышку боли, и, не останавливаясь, пошёл дальше. Джонов много. — Джон Ватсон! А вот это уже интересно.

***

Майк располнел и, кажется, стал ещё общительней. При желании из этого почти получасового диалога, который скорее являлся монологом, Джон мог вычленить больше информации, но этот день наваливался на отставного военного неподъёмным весом — он просто чертовски устал. — Неважно выглядишь, приятель. Это точно. — Нога, — возможно, если отвечать кратко, Майку эта игра в одни ворота надоест. — Я бы порекомендовал одну мазь. Жена недавно купила, могу отдать тебе, по старой памяти. Загляни на неделе в гости, буду рад поболтать. — Прости, Майк. К концу недели, думаю, мне уже придётся покинуть Лондон. На армейскую пенсию здесь не выжить. Можно было бы снимать квартиру с кем-то, но кто меня вытерпит? Майк хмыкнул, и Джон подумал, что ему стоит уже отправиться в гостиницу, которую он за прошедший месяц так и не научился звать домом, даже мысленно. Потому что ещё немного, и раздражение, накопившееся за день, выйдет с хуком правой (левое плечо ещё не выдержит), а Майк Стэмфорд даже ни в чём не виноват. — Ну, я знаю одного человека, который тоже ищет… — Прости, Майк, я забыл, что назначил Гарри встречу на сегодня, — это была наглая ложь — сестру он хотел видеть в последнюю очередь. Но Майк, кажется, купился. Или, по крайней мере, учтиво сделал вид. Они попрощались, и Джон поковылял в сторону метро. Его не отпускала мысль, что он что-то делает неправильно.

***

Весь следующий день Джон проводит у телевизора. Заказывает еду в какой-то забегаловке, в которую лет пять назад даже не зашёл бы. Размышляет. Дважды чистит глок, доставшийся в качестве сувенира от сослуживца.

***

Утро встретило его болью в суставах и дождём. Он почти минуту размышлял над тем, чтобы забросить затею, пришедшую в голову вчера и просто сразу сдаться. Впрочем, он уже понимал, что попробует. Просто потому что сдаваться не в его духе. В итоге Джон всё-таки собрался и вышел на улицу, едва не забыв зонт.

***

Бартс был неплохой идеей. Майк не упоминал о свободных вакансиях, но на памяти Джона, толковых врачей там всегда было в дефиците. Так что была ни была. Джон размышлял о том, чтобы найти кого-нибудь знакомого в стенах здания (пусть даже Стэмфорда), когда в него врезалась молодая женщина. Плечо обожгло болью, и он отпрянул. Незнакомка плакала. Она буркнула что-то наподобие «извините», и побежала, спотыкаясь и шмыгая, дальше по коридору. Джон завис на пару секунд, взвесил все за и против, а потом отправился в сторону морга. Женщина, а она явно здесь работала, судя по белому халату и бейджу, что он успел заметить, выбежала оттуда. На краю сознания мелькнула мысль, что раз женщина так расчувствовалась, возможно, в морге был один из её коллег (не очень живой), а у Ватсона здесь было достаточное количество знакомых. По крайней мере, именно этим впоследствии он оправдал свои действия. В морге было тихо и как-то чересчур мёртво. На одной из каталок лежало тело, которое, судя по всему, привезли недавно. Молния на чёрном материале была расстёгнута так, что видно было кудрявую голову покойника. Мертвец значился как неопознанный. — Джон Доу? - произнёс Джон в пустоту. — Уже нет. Джон резко обернулся, кляня свою невнимательность, — в дверях стояла та самая молодая женщина. Её глаза покраснели, но она выглядела уже куда более спокойной. В руках у неё было две кружки. — Кофе, может быть? Я по-привычке два сделала, — она протянула ему одну кружку, избегая смотреть на труп.

***

— Кем был…? Вашим…? — Ох, — Молли, Джон выяснил имя новой знакомой, слегка распахнула глаза, — мы с ним работали просто вместе… Ну, я-то официально, а он тут иногда… Был. Её руки слегка дрожали и Джон накрыл их своей ладонью. — Что случилось? — Ох, ну, Шерлок… Офицер сказал, что они обнаружили тело в заброшенном здании. Судмедэксперт высказался об асфиксии в результате обильной рвоты, - она произнесла это ровным тоном, не разу не сбившись. — Его отравили? — Нет, — она судорожно вздохнула, — они говорят, что он сам принял яд, но… — Но это не так? — Я не знаю. Я не могу поверить. Но… Джон мысленно проклял сегодняшний день и своё глупое желание проявить участие, потому что, то, что случится дальше, он знал. Хотя в глубине души он будто ждал этого. — … я просто хочу, чтобы он был живым. Слова — это тоже магия. И Джону просто не повезло быть тем, кто этой магии подчиняется.