Наверное, я просто сошел с ума

Небо плотным полотном затянули тяжелые, свинцовые тучи, нависшие над шумным однообразным городом серым месивом. Я с силой вдохнул холодный воздух, обжигая легкие, окидывая безразличным взглядом прохожих. Люди быстро шагали куда-то, вжав голову в плечи, подобно замерзшим цыплятам, и смотря лишь на грязный асфальт, мешая ногами каждодневную слякоть. На лицах этой человеческой массы, словно отпечатанными словами на книге, читалась лишь печаль каждодневных забот и холодное безразличие. Лишь изредка на мои глаза попадались влюбленные парочки, шедшие за руку, воркующие о чем-то. Холодный северный ветер шелестел пожелтевшими листьями, горестно завывая порой. Этот холодный поток хлестал меня по лицу, заставляя ежиться, укутываясь в теплый вязаный шарф. - Блять, что я здесь делаю? – пробурчал я себе под нос, устало вздыхая. На мгновение просто захотелось сбежать. Укутаться в привычный кокон одиночества, вздохнуть затхлый запах вечно закрытой квартиры, расчесать об стену кулак. Это так – по привычке. Глупо, недостойно взрослого мужчины. Напряжение вокруг меня становилось настолько материальным и вязким, что, казалось, будто его ножом резать можно, полосуя лезвием. В голове хаотично мельтешили разнообразные мысли, поражая своим изобилием и разнообразием. Иногда хотелось сбежать, иногда я чувствовал странную уверенность в собственных силах… и в эти моменты мне становилось еще страшнее, еще больше подкашивались колени. Что, если я вновь останусь один? Ведь на мгновение я видел тот самый свет… на мгновение. Хотелось зажмуриться сильно-сильно, закрывая глаза руками, обнимая себя за плечи. Звучит это так по-бабски, ванильно и противно. Ненавижу эти моменты, когда одиночество настолько остро, будто в самое сердце колет. Черт, надо закурить. Руки трясутся, а в груди узлом завязывается напряжение. И почему я себя веду как старая дева перед первым сексом? Огонек тухнет, и я вновь щелкаю зажигалкой, защищая трепетные языки пламени от пронзающего ветра. Крепкий дым опять гуляет в легких. Вдох… Окидываю взглядом серую массу, мимолетно выделяя яркий образ, идущий по направлению ко мне. Холод проникает под кожу, разливаясь по венам вязкой плазмой, агонирующей еще больше. Мысли затихают... Выдох… В груди что-то подозрительно екает, когда мой взгляд улавливает заинтересованный и слегка насмешливый взор. Взор серых глаз. Руки дрожат еще сильнее. Вдох… Грудная клетка готова разорваться, приходит осознание. Кажется, начинаю задыхаться от переизбытка воздуха и адреналина в крови. Выдох… Сигарета выпадает из рук… - Привет, Владлен, - он стоит совсем рядом, прожигая пронзительным взглядом. А я не могу ничего ответить, лишь безмолвно раскрывая и закрывая рот, словно выкинутая на берег рыба. Внутри меня бурлит примесь горько-сладких эмоций, превращаясь в пожар. - Я очень рад тебя видеть, - улыбается своей нежной улыбкой, берет меня за руку. Монохромный мир рушится на глазах, приобретая краски, добавляя трепетный свет в черноту, делая ее не серой, а добавляя некий контраст. - Не замерз? – не замечает, что я молчу, обжигает горячим дыханием. Пальцем проводит по скуле, едва заметно вздыхая. Прохожие начинают коситься. - Тимур… - его имя слетает с губ, забирая всю внутреннюю горечь. Так сладко становится. А мимо проходят люди. Каждый из них спешит к себе домой, в свое уютное гнездышко. Они не понимают, что сейчас сбылась самая заветная мечта одного человека. Они не знают, что чей-то мир стал намного ярче. Им не понять, насколько сильны эти чувства... Хотя, должны ли они понимать? Это чужой мир. Чужой. Тот, куда не стоит впускать никого... никого лишнего.