Не ты.

Ее одолевали самые разные чувства. С одной стороны, Гермиона была счастлива, что должность старосты школы наконец-то принадлежит ей. Это было то, чего она хотела с первого курса, то, к чему она всеми силами стремилась. Но с другой… Девушка была очень зла и расстроена тем обстоятельством, что ей придется разделить старостат с Малфоем. Именно его назначили старостой мальчиков, и причины этого были ей непонятны. Драко Малфой был в весьма щекотливом положении. Во-первых, его отца судили полгода назад. Судьи выяснили, что Люциус все-таки был в прошлом Пожирателем Смерти, но действовал якобы под заклятием Империус. Поэтому Малфоя-старшего не постигла участь большинства приспешников покойного Темного Лорда. Он отделался лишь домашним арестом на несколько лет и невозможностью пользоваться палочкой на время ареста, в то время как многие другие уже гнили в Азкабане. Несмотря на решение суда, имя Малфоев значительно пошатнулось, поэтому Драко пришлось немного сбить спесь и подправить воображаемую корону, что ему сильно не понравилось. Во-вторых, за Малфоем в прошлом значились некоторые проступки, хотя Гермиона была уверена, что для такой ответственной должности, как староста школы, репутация должна кристально чистой. Думая об этом, Гермиона всегда мысленно стыдилась, ведь и она не раз нарушала правила школы. Правда, более аккуратно и более безопасно для окружающих, нежели так, как это делал Малфой. Гриффиндорка часто задумывалась о том, каким будет предстоящий седьмой и последний курс. Хлопотным, суетливым, веселым. Все это без сомнения, конечно, но все равно будущее соседство с Малфоем омрачало всю эйфорию. Даже сейчас, на фоне слушая мерный стук колес поезда и привычную болтовню друзей о квиддиче, девушка бездумно листала книгу, воображая, какой будет ее первая встреча с Малфоем. Наверняка он не упустит случая ее унизить или осмеять. А ведь ей еще и башню старост с ним делить… О, Мерлин!  — Гермиона, не волнуйся, — раздался тихий голос Гарри совсем рядом. — Если что, зови нас с Роном. Мы тебя в обиду не дадим!  — Спасибо, Гарри, — слабо улыбнулась Гермиона. — Но, думаю, вряд ли мне придется. На его слова я всегда найду, что ответить, а на большее, чем подколы и оскорбления, он просто не способен.  — И все-таки имей в виду, что мы всегда тебе поможем избавиться от назойливого хорька, — назидательно произнес Рон.  — Я знаю, Рон. Вы мои самые лучшие, мальчики, — Гермиона почувствовала, что не хочет больше говорить на эту тему. Извинившись перед друзьями, она вышла из купе и, забившись в угол вагона, прислонилась к стеклу. Несколько минут девушка зачарованно наблюдала, как быстро проносятся мимо деревья и луга, а потом вдруг почувствовала легкое прикосновение к плечу. Гермиона круто развернулась и вдруг увидела перед собой Луну Лавгуд, которая солнечно улыбалась.  — Привет, Гермиона, — голос Луны разлился тонким колокольчикам вокруг Гермионы и заставил ее улыбнуться в ответ.  — Привет, рада тебя видеть, — Гермиона была искренна, хотя раньше общалась с Луной довольно редко.  — Поздравляю с должностью старосты. Ты рада?  — Конечно, — с легким удивлением ответила Гермиона. — Я давно об этом мечтала.  — Надеюсь, этот год не принесет тебе никаких трудностей, — Луна развернулась, чтобы уйти, и тут произошло нечто странное. Гермионе могло показаться, но все же она была уверена, что Луна ей подмигнула! Луна. Подмигнула. В этом не было ничего этакого, но Гермиона все равно не могла переварить увиденное. При этом гриффиндорка могла поклясться, что в небесно-голубых глазах Луны плясали бесенята. Немного поморгав, Гермиона проводила приятельницу взглядом и решила, что ей померещилось. Ведь это же Луна! Ее лицо и глаза в жизни ничего подобного не выражали. Только мирное спокойствие и мягкую доброту. А тут…  — Гермиона! — из купе высунулась голова Рона. — Ты будешь с нами обедать? До Хогвартса еще далеко… Отогнав прочь сумасшедшие мысли, Гермиона вернулась к друзьям и присоединилась к трапезе. *** Когда церемония распределения и ужин закончились, к Гермионе подошла профессор Макгонагалл. Декан Гриффиндора сказала, чтобы через двадцать минут Гермиона уже была возле башни старост. Попрощавшись с друзьями, девушка поторопилась к назначенному месту. На первых этажах была ужасная пробка из галдящих и суетящихся учеников, но выше третьего этажа уже было менее многолюдно. Сначала отсутствие шумихи порадовало старосту девочек, а потом она вдруг поняла, что без всей этой суеты она начала паниковать. Посреди активного движения ей некогда было поддаваться волнению, но сейчас ее ноги предательски задрожали. Странное, не дающее ровно дышать, предчувствие шевелилось где-то у нее внутри. Гермиона не понимала происхождения этого чувства и не могла понять, нравится оно ей или нет. Вроде бы это было приятное волнение, но в то же самое время, оно сбивало с толку и рассеивало внимание. Завернув в небольшой коридор, ведущий в спальни старост, Гермиона увидел профессора Макгонагалл, которая стояла у большого портрета странно одетых мужчины и женщины нетерпеливо поглядывала на часы.  — Я опоздала? — взволновано спросила Гермиона.  — Нет, мисс Грейнджер, вы пришли вовремя, а вот мистер Малфой, если не придет через две минуты, то явно опоздает, — Минерва сурово поджала губы.  — Профессор, а можно спросить у вас кое-что? — Гермионе вдруг очень захотелось разъяснить для себя один вопрос.  — Да, конечно.  — Почему именно Малфой выбран старостой? — Гермиона прикусила язык, увидев, как нахмурилась декан, но было поздно. — То есть, я хотела сказать…  — Не в моей компетентности обсуждать это с вами, мисс Грейнджер.  — Извините…  — Но я могу вам сказать одну вещь. Директор Дамблдор уверен, что Драко стоит дать шанс и оказать ему доверие. Как бы странно это ни звучало, но я прошу от вас того же самого. Просто будьте немного… снисходительнее к нему. Гермиона удивленно округлила глаза, но что-либо сказать не успела, так как из-за поворота показался Малфой. Когда он подошел, Гермиона бросила на него быстрый взгляд, стараясь за этот короткий миг оценить все изменения, произошедшие в слизеринце. Он еще сильнее похудел, отчего черты его лица заметно заострились. Глаза словно стали темнее. Хотя раньше Гермиона почти никогда не смотрела ему в глаза, но сейчас даже она заметила, что взгляд парня сильно изменился. Только вот чем именно? Так как Малфой пришел минута в минуту вовремя, то извиняться за ожидание он не собирался. Впрочем, Макгонагалл этого и не требовала. Не заметив резкость взгляда Драко, направленного на Гермиону, профессор принялась знакомить новых старост с портретом, охраняющим их комнату. Симпатичной миниатюрной блондинкой и невысоким русоволосым мужчиной на портрете были Тилана и Таис, которые при жизни являлись лучшими друзьями. Они настолько близко дружили, что многие приписывали им роман или даже брак. Но все это было только слухами. Их дружба была настолько крепка, что они оба погибли, желая друг друга защитить. Как именно это произошло, Минерва не рассказала, но сказала, что их дружба — пример для всех студентов. Именно поэтому их портрет висит именно здесь. Гермиона сразу прониклась симпатией к этой дружелюбной и улыбчивой парочке, а вот Малфой нахмурился, услышав их историю, а потом и вовсе скривился, когда Минерва заговорила про пример для подражания. Гермиона сначала внутренне возмутилась, но потом решила просто не обращать внимания на его гримасы. Затем портрет отъехал в сторону, открывая взгляду просторную гостиную. Гермионе она сразу понравилась. Здесь был большой плюшевый диван синего цвета с зелеными полосами, два кресла, камин, в котором эльфы уже разожгли огонь, журнальный столик, несколько книжных шкафов, пока еще пустых, а так же массивный письменный стол и бежевый пушистый ковер на полу. Несколько картин и пара расписных гобеленов украшали каменные стены. Так же Гермиона увидела справа и слева две закрученные лестницы, ведущие, видимо, в спальни. Новость о том, что у них будет общая ванная, Гермиону не порадовала. Хоть она и знала об этом малоприятном обстоятельстве, а все равно до последнего надеялась на лучшее.  — В должности старост вы вступаете с завтрашнего дня. После занятий подойдете ко мне, я дам вам расписание собраний старост. Подробнее о своих обязанностях тоже узнаете завтра. Я надеюсь, вы сможете сработаться. Без глупостей и без ссор, вам ясно?  — Ясно, — тут же отозвалась Гермиона, а Драко просто проигнорировал вопрос профессора. Пронзив старост школы проницательным взглядом, Минерва гордо удалилась. На гостиную обрушилась внезапная тишина, нарушаемая только тихим треском поленьев в камине. Драко и Гермиона стояли напротив и смотрели друг на друга. Гермиона — настороженно и немного робко, а Драко — с презрением и отчуждением. Лицо слизерница прошила необъяснимая судорога, которая заставила Гермиону вздрогнуть, но она не смогла отвести взгляд. Он почему-то тоже не отводил. Громкий треск одного из поленьев заставил их обоих прийти в себя. Они одновременно и резко развернулись и почти побежали в свои спальни. И только когда за спиной Гермионы захлопнулась дверь, она вдруг поняла, что все это время практически не дышала. Воздуха в легких катастрофически не хватало. Из соседней спальни раздался громкий кашель.