For a one night?

POV Emma Никогда не стоит верить обещаниям парня отправиться с утра по магазинам, если он знатный соня и каждый уикенд отсыпается так, словно в последний раз. — Грэг, поднимай задницу, — в очередной раз стоя посреди спальни и властным голос пытаясь докричаться до сопящего в четыре дырки Хоруэлла, мысленно я уже пребывала за пределами душного дома. — Что? Что ты там бурчишь? Услышав его негромкий бубнеж, мне пришлось подойти ближе, чтобы разобрать хоть что-то из полусонного ворчания: — Я говорю, зачем так рано вставать; воскресенье же. Не сказать, что меня сильно возмутило его высказывание, и то, что у него пробелы в памяти, но все-таки это немного пошатнуло мою и без того неустойчивую нервную систему. — Грэг, или ты поднимаешься, и мы едем, или я еду одна, — отойдя от постели, которую прежде намеревалась разворошить, я обернулась к окну, за которым пестрила залитая ярким солнечным светом улица. Неужели можно в такой погожий день спать до полудня и отлеживаться в постели? Так безбожно тратить драгоценные часы. Но, к сожалению, Грэг был не из тех, кто так же щепетильно и восторженно, как и я, относился к подобным вещам. Потянувшись в кровати и в очередной раз зевнув, он с пренебрежением осмотрелся подле себя и отпустил усталый взгляд в мою сторону: — Эмма, я понимаю, что ты выспалась и теперь полна сил и энергии, но обычно в выходные работающие люди отдыхают и высыпаются. Можно и попозже в магазин. — Я учусь, на минуточку, и тоже не валяю дурака в течение недели. Если ты любишь дрыхнуть до посинения, то не значит, что и все остальные — тоже, — я прошла к окну и распахнула форточку, — к двенадцати приедет Бэт, и я не хочу, чтобы она ждала меня под дверью. — Ну так, я могу её встретить. Парень сбросил с себя одеяло и подмял под голову подушку, на прощание обведя мою фигуру не самым дружелюбным взором. — Только не говори, что ты снова заваливаешься спать, — выжимая из себя последнее терпение, я процеживала слова сквозь зубы, — если не можешь совладать со своей ленью, то не разбрасывайся обещаниями. Мне стоило приберечь нервы для иного случая, но, вероятно, последние остатки моей стальной до нынешнего момента выдержки испарились как раз в эти секунды. — Будь на остановке около булочной в одиннадцать двадцать. Как выглядит Бэт, надеюсь, помнишь. Не сказав ничего более, я вышла из спальни и вернулась на кухню. В считанную долю секунду тарелка с ароматными оладьями оказалась опустошённой, а потенциальный завтрак Хоруэлла — в мусорном ведре. Не без сожаления вот так вот варварски избавившись от собственного творения, я успокаивала себя тем, что преподам хороший урок Грэгу и его вечно храпящей заднице. Мало того, что он поднимется с кровати в притык положенному к выходу времени, надеясь на, как обычно, уже готовую еду, так ещё и автобус придётся подождать больше, чем положено. Обида обидой, но если один раз не проучить человека, дальше он будет вести себя точно так же: по себе знаю. Быстро приведя себя в товарный вид и убедившись в том, что разум в ладах с собой, я покинула душную прихожую и окунулась в свежий уличный воздух, которого так не доставало прежде. Никогда еще прежде я еще не испытывала такого наслаждения от легкого ветерка, как сейчас. Знаю, что это прозвучит глупо, но почему-то в эти минуты все казалось мне лучше и краше, чем обычно. Может, это влияние минувшей перепалки, и теперь мое естсетво ликовало, что не пошло на поводу у валяющегося в постели Грэга. Он даже не предсталяет, на что променял свой сон. Не спорю, не всем понравится просыпаться спозоранку и тащиться непонятно куда, но ведь я тоже не изверг. Девять утра — самое оптиимальное время для подьема, я думаю. Если бы все люди, как выразилсяя Хоруэлл, отсыпались по выходным так же, как и он, то сейчас я вряд ли бы задерживалась в очереди. Мои покупки сегодня ограничились лишь самым необходимым, так как тащить остальное в две руки было бы трудно. Грэг, должно быть, удивится, когда найдет в принесенном мною пакете лишь тушь для ресниц, чай и пару плиток шоколада. Я бы не сломалась поплам, если прихватила еще вещи, которые вроде как нужны были мужской половине (по-моему, он собирался купить себе вина), но, увы, это выше моих сил — идти у кого-либо на поводу. Управившись с магазинами довольно быстро, я не спешила сразу возвращаться домой. До истинного приезда Бэт было еще около часа, так что в моем распоряжении появилось некотрое время, которое я решила провести с пользой. Вооплощением моих ближайших сорока минут свободы вдали ото всего стала маленькая кофейня, где мне захотелось побаловать себя чашечкой карамельного латтэ. Пока бариста был занят приготовлением кофе, я не могла не заметить того, как сидящая рядом со мной за стойкой парочка всеми возможными способами извращялась над маленькой безобидной вишенкой, которя по очереди оказывлась у каждого из них во рту. Наверное, не мне одной становилось противно от этого, хотя я и понимала, что у каждого различные представления о романтике. Мне следовало вовремя отвернуться и закрыть уши, когда они начали прилюдно стонать друг другу в рот, но я не удержалась от перезбытка бушующих во мне эмоций и фыркнула, кажется, излишне громко. Блондинка косо глянула на меня, ненадолго отвлекшись от поглотивших ее губ, и снова вернулась к своему бойфренду. — Может, кофе сделать покрепче? — протянув мне чашку с напитком, от которого чувствовался яркий аромат зерен, бариста облокотился о стойку и хитро усмехнулся, ненадолго задержав взгляд на моем лице. — Не стоит, спасибо, — я сделала первый глоток и снова обернулась в их сторону, на сей раз уже не беспричинно, — лучше подлейте им снотворного, пока они не решили любить друг друга на глазах у всех. Если уже не начали. Мужчина рассмеялся: — Знаешь, они приходят сюда третий или четвёртый раз, и, поверь, то, что ты видишь, ещё довольно прилично. Иногда мне кажется, что у них просто нет местечка, где можно уединиться, — он рассмеялся, и я следом, потому что то, как он украдкой произнёс это, действительно вызывало улыбку. — Но это все ещё мерзко. Особенно, если учесть, что здесь люди принимают пищу, — я поспешила побыстрее осушить чашку, чтобы не засиживаться надолго в не самой приятной компании. Расплатившись, я подхватила свой пакет, который прежде болтался на спинке стула, и спешно зашагала к выходу. Я чувствовала затылком, каким презрительным взглядом проводила меня та девушка, и от этого становилось не по себе — как будто это я трахаю языком рот своего парня на глазах у всех. Незадавшееся начало дня сопровождало меня теперь, кажется, на каждом шагу, давая понять, что на хорошее можно уже не рассчитывать. По пути домой я всеми силами пыталась приподнять свое настроение, внушая себе, что все хорошо, и что наши с Грэгом ссоры — всего лишь временные трудности. Но, черт, чем больше ты заставляешь себя улыбнуться, углубляясь в мысли и вновь вороша прошедшее, тем сильнее убеждаешься, что лишь тешишься самообманом. Не было, пожалуй, и дня с начала прошлой недели, чтобы мы с Хоруэллом не пустились в распри, даже если дело касалось ничтожной тряпки, которая, по его мнению, должна быть в ванной, а не на кухне. И ведь, если захочешь найти причины и истоки какой-либо обиды, то даже не удасться вспомнить, а что, собственно, приключилось тогда, когда я решила с ним не разговаривать. Знаю, моё поведение оставляет желать лучшего, но и я тоже не марионетка, которую можно дергать за ниточки. Я ценю целеустремленность и уверенное движение чьих-то амбиций к главенству, но только когда на кону стоит достижение и успех, а не утверждение своего «я» над всеми остальными. Если бы Грэг умел сочетать свои навыки в верном ключе, то ни о каких недомолвках не могло бы быть и речи. Но нет, ему надо показать своё превосходство и уже потом вспоминать о том, что он, возможно, переборщил. Ему следует чаще напоминать, что за пределами своего офиса он — такой же человек, как и я, и все его рабочие приоритеты сводятся к нулю. И поведение свинтуса по утрам ничуть не оправдывает его и без того большое эго. Подходя к дому, я приостановилась и осторожно похлопала себя по щекам, чтобы вернуть лицу свежий румянец и не предстать перед Бэт «бледной молью», как она обычно меня и называет. — Эмма! — пересекши порог, я сразу оказалась в крепких объятиях племянницы. Она и так была немного выше меня — но сейчас, кажется, выросла ещё на пару-тройку сантиметров, так что мне оставалось лишь в очередной раз смириться с тем, что я самая низенькая в семье. — Я так скучала по тебе. Бэтти все так же облюбовывала меня — это было довольно непривычно для неё, что даже я опешила, но вот Хоруэлл, вероятно, ничего особенного в этом не нашёл, и поэтому лишь скептично наблюдал за нами, стоя в дверном проёме. — Я тоже, дорогая, — я опустила свой пакет на пол и теперь смогла полноценно обнять её в ответ, — как добралась? Все хорошо? — Более чем. Спасибо за личного телохранителя, — она рассмеялась и обернулась в сторону Грэга, — только его самого защитить было бы неплохо. Бэт умела отпускать колкие шуточки, особенно в сторону моего парня. Они, вроде как, ладили, но чуть что, после отъезда племянницы Хоруэлл всегда жаловался мне, что я позволяю «этому подростку» слишком много. — Юной леди стоит быть более обходительной, прежде чем делать поспешные выводы относительно взрослых мужчин, — подойдя ближе и строгим взглядом обведя наши с Бэт лица, Грэг двинулся в спальню, закрывая за собой дверь. — Как ты вообще с ним живёшь? Дедушка Томас веселее и живее в свои восемьдесят, — девушка обратилась в сторону комнаты, в которой растворилась мужская фигура. — И да, он же реально трусливый. Когда мы шли, к нам пристал какой-то паренёк с просьбой подкинуть деньжат, так твой ухажёр, как страус, спрятал голову в капюшон и чуть ли не в припрыжку побежал домой. Хорошо, хоть, про меня не забыл. Под конец рассказа Бэт засмеялась, ну, а мне лишь оставалось сдерживать нарастающую на лице улыбку. — Пойдём, за столом расскажешь. Я не позволю тебе остаться голодной. — Нет, нет, — девушка запротестовала, подойдя к входной двери, — я не за тем сюда ехала, чтобы распивать с тобой чаи. Погода видела какая? — Предлагаешь прогуляться? Я стянула с себя джинсовку и повесила на крючок, взяв вместо неё лёгкую кофту. — Конечно. Заодно и перекусим — мама дала на расходы, чтобы покрыть убытки твоей нервной системы, — Бэтти забросила рюкзак на плечо и нажала на ручку двери, — хорошо, когда твоя тётя едва ли старше тебя.

***

Не успев толком и начаться, наша прогулка и едва завязавшийся разговор оказались прерваны телефонным звонком: — Слушаю, — приложив мобильник к уху, я потянулась к футболке Бэт, чтобы заправить торчащую лямку. — Очень надеюсь, что внимательно, — ненавязчивый и размеренный тон голоса собеседника настраивал на позитивный лад, — как насчёт того, чтобы провести время с пользой в компании новоиспеченного друга? Если, конечно, ты не занята. — Предложение интересное, — я поманила Бэт указательным пальцем, — мне надо обдумать твою идею. Прикрыв динамик рукой, я подалась поближе к племяннице: — Не хочешь разбавить наш коллектив одним интересным человеком? — Если это не Грэг, — она хихикнула, — то я только «за».